КИТТИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕ ЗНАЛА, ЧТО именно хотела увидеть, когда следующим утром въехала на парковку для старшеклассников. Чтобы все было как обычно, будто Ронни и не убивали вовсе? Невозможно, и она это понимала, но все же подсознательно надеялась, что жизнь в школе вернется в свое прежнее русло.

Ага, как же.

Полиция так никуда и не делась. Более того, казалось, что со вчерашнего дня они даже не покидали своих постов у входов в школу. Сердце Китти екнуло, когда она осознала, что в ближайшее время спокойствие им всем тут не светит.

Рядом с ней остановился внедорожник, из которого вышел Донте.

– Привет! – сказала Китти, распахивая дверцу и пытаясь подавить свое волнение. Ей необходимо придерживаться своего решения: она и Донте не могут быть вместе. – Что ты здесь делаешь в такую рань?

Донте обошел свою машину.

– Мне не терпелось увидеть тебя снова. – Он взял ее за руку, и внутри у Китти будто что-то перевернулось.

– Пойдем, – потянул ее Донте в сторону школы. – Я провожу тебя в канцелярию. Тебе надо ведь зачитать те объявления.

Не один, а целых два полицейских – мужчина и женщина – преградили им путь к зданию администрации, оба с планшетом в руках.

– Имя? – обратилась женщина к Китти.

– Китти Вэй и Донте Грин. – Ее глаза расширились. – Но мы не вместе. Не в том смысле. Э-э, мы просто вошли вместе, но мы совсем не в тех отношениях, о которых вы подумали. – Китти почувствовала, как ее лицо заливается краской. Боже, почему с Донте она постоянно ведет себя как полная дура?

– Конечно, – ухмыльнулась женщина, вычеркнув два имени из своего списка. – Следующий.

– Знаешь, все в порядке, – тихо проговорил Донте, пока они шли по коридору.

– Ты о полиции? – не поняла Китти.

– О том, что люди считают нас парой. Ты же не против?

– Ага, – вымолвила Китти, в то время как ее мозг безостановочно кричал: «Боже мой, Донте думает, что мы пара!».

Они завернули за угол и увидели Мику, стоящую у двери в канцелярию. Как только она заметила Китти с Донте, на ее лице появилась лукавая улыбка.

– Привет, Донте, – кокетливо произнесла она. – Что-то ты рановато приехал.

Донте тихо рассмеялся.

– Это как в аэропорту – нужно оставить время для прохождения контроля.

– Действительно, – мгновенно посерьезнела Мика. – И что дальше? Обыск шкафчиков? Личный досмотр?

– Кто знает, – отозвался Донте.

– Убили ученика, Мика, – рассудительно напомнила Китти.

Мика всплеснула руками.

– У них нет никаких доказательств, что это кто-то из школы. Они типа решили наплевать на наши права, пока ищут убийцу?

Если это помешает убийце нанести новый удар, то Китти не считала подобные меры такими уж плохими.

Но она не могла сказать этого Мике, которую контрольно-пропускной пункт явно задел за живое. Китти взглянула на часы.

– Мне нужно подготовить объявления, – сообщила она и посмотрела на Мику. – Ты хотела мне что-то сказать?

Мика покачала головой.

– Нет, это может подождать. Пойдем, Донте. Расскажешь мне о своем вчерашнем свидании по пути в класс. – Она потащила Донте за собой, прежде чем Китти успела возмутиться.

Донте успел помахать ей через плечо, прежде чем они скрылись за поворотом.

– Доброе утро, Китти, – сказала миссис Бэгготт, когда Китти вошла в кабинет. Вот только ее голосу не хватало присущей ей обычно жизнерадостности. Каждое слово, казалось вымученным, а улыбка напряженной, на лице читалось беспокойство.

– Здравствуйте, миссис Бэгготт, – ответила Китти. – Сегодня все также неспокойно?

Миссис Бэгготт подкатила свое кресло на колесиках к небольшому картотечному шкафчику и кивнула в сторону кабинета отца Уберти.

– Как видишь.

Жалюзи на двери были открыты, и Китти украдкой заглянула внутрь, пока просматривала документы в лотке. Отец Уберти расхаживал перед окном, сцепив руки за спиной, как человек, глубоко погруженный в философские размышления. По другую сторону стола, что-то говоря и яростно жестикулируя, сидел тренер Крид.

Тренер Крид и отец Уберти о чем-то разговаривают? Это же отличная возможность выяснить, что им известно об убийстве Ронни. Китти сделала вид, что ей срочно нужно что-то поискать в картотеке рядом с дверью в кабинет отца Уберти, и навострила уши.

– Чушь собачья! – рявкнул тренер Крид. – Э-э, извините, святой отец. – Он прочистил горло. – То есть, один из наших учеников ведь мертв. Неужели убийство больше не считается преступлением?

Отец Уберти стиснул зубы.

– Считается, Дик. Убийство – это преступление. Однако доказательств их вины нет.

Тренер Крид стукнул кулаком по столу.

– Мы не можем позволить, чтобы Джону Бэгготту и Бри Деринджер это сошло с рук!

Китти напряглась. Бри и Джону?

– Тсс! – прошипел отец Уберти. – Морин тебя услышит. Ты не можешь просто так разбрасываться подобными обвинениями.

– Но они виновны! – не унимался тренер Крид.

Отец Уберти покачал головой.

– В розыгрышах – возможно. Об убийстве же говорить пока рано.

– Хорошо, – пробормотал тренер Крид. – Но мы не можем позволить им выйти сухими из воды.

Отец Уберти улыбнулся.

– Ты говоришь об убийстве или о собрании, на котором тебя выставили идиотом перед всей школой?

Тренер Крид нахмурился, но ничего не сказал.

Отец Уберти снова принялся расхаживать перед окном.

– Нам нужны веские основания.

Тренер Крид вскинул голову.

– И как нам их получить?

– Разве ты раньше не работал в военной академии? В Аризоне?

Военная академия в Аризоне? Китти вспомнила список, который Бри видела в комнате Ронни. Может ли это быть связью? Мог ли тренер Крид преподавать в Арчвэй?

– Да, – осторожно произнес тренер Крид. – И что?

Отец Уберти тяжело вздохнул.

– Пораскинь мозгами, Дик. У школы имени епископа Дюмэна есть своя собственная армия.

Тренеру Криду потребовалось целых десять секунд, чтобы понять смысл слов священника.

– Вы имеете в виду Мэнавцев? Вы хотите…

Дверь канцелярии резко распахнулась, ударившись о стену, и Рекс вбежал в кабинет отца Уберти.

– Они схватили его!

Китти замерла. Его?

Тренер Крид вскочил на ноги.

– Бэгготта? Они его арестовали?

Китти заметила, как краска отхлынула от лица миссис Бэгготт.

Рекс покачал головой.

– Нет. Он признался. Вы не поверите, убийца это…

Прежде чем Рекс успел ответить, двое полицейских, охранявших боковой вход, вошли в приемную, таща за собой какого-то ученика. У Китти отвисла челюсть.

В убийстве Ронни признался не Джон Бэгготт. Это был Тео Барански.