ОЛИВИЯ ВСЕ ЕЩЕ ЧУВСТВОВАЛА СЕБЯ словно выжатый лимон после общения с Ронни, когда вошла в театр, где уже собрался драмкружок.

– Лив! – позвала Пинат с первого ряда, и Оливия двинулась вниз по проходу между сидениями. – Где ты пропадала?

– На тайном свидании со своим новым парнем, Умником Эдом? – встряла Эмбер. Она улыбалась, но ее голос звучал резче, чем обычно.

Оливия опустилась на пустое место рядом с Пинат и попыталась успокоиться.

– Я плохо себя почувствовала.

– Мисс Хейз, – сказал со сцены мистер Каннингем, его мелодичный британский акцент звучал одновременно непринужденно и властно. Он отметил ее имя в списке. – Рад, что вы решили присоединиться к нам и в этом семестре.

Как будто его единственный стипендиат мог не прийти.

Оливия почувствовала, как подпрыгнул ряд сидений, когда рядом с ней плюхнулся блондин в шортах-карго. Мистер Каннингем прикрыл глаза планшетом от яркого света софитов и вопросительно посмотрел на первый ряд.

– А вы у нас кто?

– Логан Блейн, – ответил он.

Мистер Каннингем поставил галочку в списке.

– У вас есть актерский опыт, мистер Блейн?

– А то, – сверкнул задорной улыбкой Логан, но не стал ничего пояснять.

– Хорошо, – протянул мистер Каннингем. Прозвенел звонок, и он в последний раз взглянул на свой список присутствующих. – Похоже здесь все, кроме…

Задняя дверь в театр распахнулась, с грохотом ударившись о стену. Оливия вздрогнула и обернулась, ее пальцы впились в мягкие подлокотники сидения. По проходу бежал Донте.

– Извините, я опоздал, – произнес он.

Мистер Каннингем сверился со своим планшетом.

– Мистер Грин?

– Да, сэр.

– Я понимаю, что курс театрального искусства считается легким факультативом для спортсменов вроде вас. – Он сделал паузу, поджав губы. – Именно поэтому отец Уберти заставляет меня принять вас. Так что хочу сразу прояснить одну вещь: прийти на занятие вовремя – первое условие для получения проходного балла.

Донте записался в драмкружок? Ее охватило волнение. Она проведет с ним целый семестр. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Извините, – повторил Донте с высоко поднятой головой. – Такого больше не повторится.

Мистер Каннингем кивнул, по-видимому, удовлетворившись его словами.

– Извинения приняты, мистер Грин. На прошлой неделе меня не было в городе, и я хотел бы поблагодарить всех вас за ваше терпение и понимание. Как вы вскоре узнаете, задержка того стоила.

Оливия подалась вперед. Похоже, мистер Каннингем приготовил для них сюрприз. Знаменитый наставник? Экскурсия на Бродвей?

– В этом семестре в наших рядах появилось несколько новичков. – Мистер Каннингем кивнул Донте и Логану. – Мистер Грин, мистер Блейн и мистер… – Он указал на кого-то в левом ряду. – Еще раз, как вас зовут?

– Шейн Уайт.

– Именно. Мистер Уайт. Если бы я знал, что к нам присоединится так много молодых людей, то выбрал бы что-нибудь из Генри Шестого. – Он усмехнулся собственной шутке. – В любом случае мы сосредоточимся на Шекспире и вскоре приступим к усиленным репетициям. Надеюсь, вновь прибывшие смогут выдержать наш темп.

Эмбер издала сдавленный звук, похожий на приглушенный визг.

– И кстати, о Барде из Эйвона… – Мистер Каннингем подошел к краю сцены и сел, свесив ноги в оркестровую яму. – Благодаря щедрости мистера и миссис Стивенс, – он посмотрел на Эмбер, – в этом семестре мы поставим совершенно новую постановку шекспировской «Двенадцатой ночи».

– Что? – Оливия повернулась к Эмбер, которая пристально смотрела на мистера Каннингема, избегая ее взгляда. Родители Эмбер решили профинансировать осенний спектакль? Зачем им это? Эмбер относилась к театру довольно неоднозначно, а ее актерская игра вообще оставляла желать лучшего, поскольку она обладала удивительной способностью забывать свои реплики. Откуда тогда взялся этот внезапный интерес?

Руки Оливии похолодели, когда ее осенило. Если эту постановку оплатили родители Эмбер, то она, скорее всего, уже давно знала, что осенней пьесой будет «Двенадцатая ночь», хотя все лето говорила Оливии, что, по ее мнению, это будет Мэмет. Почему она солгала?

– Ну что ж, освежите свои монологи, – продолжил мистер Каннингем. – Прослушивание состоится в среду после занятий.

– В среду? – ахнула Пинат. – Но это же через три дня!

– Через два, мисс Дамбровски, – заметил мистер Каннингем с некоторой грустью. – Два дня на подготовку монолога. Знаю, это кажется невозможным, но всему есть объяснение. Я хочу, чтобы на прослушивании вы импровизировали. И проявили свою индивидуальность. Именно поэтому во время прослушивания, я разрешу вам читать по сценарию.

Оливии показалось, или взгляд мистера Каннингема на мгновение задержался на Эмбер, когда он вбросил эту ошеломительную новость?

– Напоследок я оставил самое интересное. Причину моего отсутствия в начале семестра. Я был в Бате, посетил спектакль «Как вам это понравится» в постановке великого Фицджеральда Конроя.

Оливия резко выпрямилась, разом позабыв об Эмбер. Фицджеральд Конрой? Бывший постоянный директор Королевской шекспировской труппы и нынешний художественный руководитель Шекспировского фестиваля в Орегоне, Фицджеральд Конрой был крестным отцом современных шекспировских постановок, режиссером мирового уровня, который работал буквально со всеми ведущими актрисами театра последних двух десятилетий.

– Фицджеральд – мой старый друг и коллега, – продолжил мистер Каннингем. – И я рад сообщить, что он будет присутствовать на премьере нашего представления, а также выберет того, кто пройдет стажировку на Шекспировском фестивале в этом году.

У Оливии отвисла челюсть. Стажировка в Эшленде? Работа с Фицджеральдом Конроем? Это был шанс, которого она ждала всю жизнь.

Эмбер взвизгнула и схватила Пинат за руку.

– Даже не верится! Я выступлю в Эшленде!

– Ты? – вырвалось у Оливии.

– А почему нет? – огрызнулась Эмбер. – Ты больше тут не звезда.

В смысле?

Мистер Каннингем снова хлопнул в ладоши, и все замолчали.

– Но есть один нюанс, так что слушайте внимательно. Из-за загруженного расписания Фицджеральда нам необходимо подготовить спектакль за три недели.

Оливия снова ахнула вместе со всеми в зале. Три недели на постановку пьесы Шекспира? Это вообще реально?

– Я понимаю, что три недели – очень мало, а значит, вам придется выкладываться на полную. Даже тем, кому не достанется роль, предстоит многое сделать: нужны декорации, костюмы, свет. Это совершенно новая постановка, и чтобы уложиться в срок, необходимо участие каждого из вас. Нам также понадобится больше помощников за кулисами, поэтому привлеките друзей. Все ясно?

Он не стал дожидаться ответа.

– Итак, начнем с разминки. Все поднимаются на сцену. – Он указал на Эмбер. – Мисс Стивенс, не хотели бы взять ее на себя? Посмотрим, насколько помогли частные уроки во время летних каникул.

Раздуваясь от важности, Эмбер взошла по ступенькам на сцену.

– С удовольствием.

Мистер Каннингем попросил Эмбер провести разминку? На протяжении четырех семестров это всегда поручали Оливии. Она считалась кем-то вроде ассистента мистера Каннингема, будучи единственной ученицей, получающей театральную стипендию.

Оливия медленно последовала за всеми на сцену и заняла место в дальнем углу, когда класс выстроился позади Эмбер. В ее голове завертелись мысли. Летом Эмбер брала уроки актерского мастерства. Эмбер соврала ей о спектакле. Эмбер уговорила родителей проспонсировать новое представление. Эмбер заранее знала о стажировке на Шекспировском фестивале и решила, что хочет участвовать в нем сама. Почему?

– Мы начнем с упражнений на растяжку, – проинструктировала Эмбер.

– Оливия, – прошептал чей-то голос.

Оливия резко повернула голову. Мистер Каннингем стоял за кулисами и подзывал ее к себе. Как только Эмбер приступила к вращению руками, Оливия скользнула за занавеску.

– Двенадцатая ночь, – поспешно проговорил мистер Каннингем. – Уверен, тебе хочется сыграть Оливию. Это была величайшая роль твоей матери, и она назвала тебя в ее честь.

Оливия растерялась.

– Нет, не хочется. Я…

Мистер Каннингем поднял руку, перебивая ее.

– Я очень прошу тебя пройти прослушивание на роль Виолы.

– Хорошо.

– И никому не говори об этом.

– Э-э, ладно.

Он положил руку ей на плечо.

– В этом семестре все будет немного не так, как обычно. Мне... – Он отвел взгляд. – Мне нужен этот спектакль. Фицджеральд ищет оригинальные постановки, чтобы пополнить состав участников на следующем фестивале. Это будет моя собственная постановка, огромный шаг для меня как режиссера. Понимаешь?

Оливия понятия не имела, о чем он говорит, но все равно кивнула.

– Я сделаю для тебя все, что смогу. – Он сжал ее плечо.

– Мистер Каннингем, – позвала Эмбер. – Мы закончили!

Мистер Каннингем отдернул руку. Он расправил плечи и прошел мимо Оливии на сцену.

– Отлично. Давайте начнем с Гамлета.