Солнце взошло, а Акира как раз заканчивал свой ежеутренний ритуал: он смотрел на юг, ожидая чего-то – чего угодно. Он провел у перевала уже почти пол-луны, ожидая хоть каких-нибудь новостей. На юге весна переходила в лето, и зелень под ногами медленно отступала перед непрерывным натиском сухого жара. Еще через пол-луны степь перед ним станет коричневой. Но Акира был уверен: это лучше, чем если бы она окрасилась красным.

Акира не знал, что ищет, чего ждет. Но продолжал возвращаться, утро за утром. На юге что-то происходило. Буря приближалась, и он боялся ее силы. Рассказ разведчика был невероятным. Но даже когда юноша полностью оправился, он повторил историю о том, как целый клан был уничтожен горсткой воинов. Весть разнеслась по лагерю. Акира подумывал, что следует остановить эти толки, но слухи имеют свойство распространяться словно лесной пожар. Подобные рассказы всегда находили брешь в обороне и разрастались невероятно, обрастая подробностями. Лучше позволить ей распространиться, чем пытаться сохранять видимость секретности.

Может, он слишком усердно искал врага? Как и всех дворян, его растили как воина. Он жаждал видеть перед собой неприятеля. Несмотря на то, что традиции постепенно превращались просто в легенды, он по-прежнему считал, что самый правильный бой – это когда сталь в руках одного человека встречается с той, что в руках противника. Он презирал неизвестность, врага, который прячется в тени. Лучше оказаться перед лицом целой армии, чем с одним убийцей у тебя за спиной.

Мысли Акиры обратились к Рю. Он все чаще думал о молодом Клинке Ночи, особенно после донесения разведчика. Конечно, идея о том, что это были Клинки Ночи, обсуждалась во всем лагере. Это была легенда, которую многие считали чересчур преувеличенной. Но в глубине души в них верили все. Так их воспитывали – в страхе перед тем, кто столь силен, что его почти невозможно убить. При свете дня солдаты усмехались, но ночью, в темноте, которая, по слухам, была вотчиной Клинков Ночи, они замолкали. Рассказ разведчика пробудил что-то, дремавшее в сердцах всех воинов Акиры.

Но Акира был одним из немногих людей в мире, кто точно знал, что Клинки Ночи все еще существуют. Он знал это на протяжении многих циклов. Сначала это был Орочи, человек, у которого были свои собственные секреты. Хотя он никогда не говорил об этом, Акира подозревал, что Орочи был родом из убежища Клинков Ночи. Он был хорошо образован. Где-то в этом мире еще обучали искусству быть Клинком Ночи. Акира не знал, насколько велико было это убежище, но догадывался, что Клинков там не меньше нескольких дюжин. После Орочи появились Шигеру и Рю – два Клинка Ночи, которые называли Южное королевство своим домом. И если ему было известно о трех Клинках, значит, наверняка их было еще больше.

Акиру беспокоило, что в Азарии тоже существовали Клинки Ночи. Может, Орочи пришел именно оттуда? Акира видел азарийцев, и они физически отличались от его собственных подданных. Орочи был крупным, как азариец, но, несомненно, вел свою родословную из одного из Королевств. Может быть, Клинки Ночи и азарийцы как-то связаны? Акира покачал головой. Вариантов было не счесть, и он никак не мог понять, что происходит. Он потянулся в лучах утреннего солнца. Проблем было слишком много, а информации – недостаточно. Акира подумал отправить разведчика на поиски Рю, но сразу же отбросил эту идею. Акира дал ему свое слово, а Рю – свое. И он не заявлял о себе вот уже более двух циклов, а лорд не пытался его искать.

Солнце начинало припекать, и Акире пора было возвращаться к очередному, полному разочарований, раунду совещаний со своими генералами. Ничего не изменилось. Строительство оборонительных сооружений на перевале шло полным ходом, но ему уже пора было возвращаться в Южное королевство. Акира отправил по следам первого разведчика другой разведывательный отряд. Ему нужна дополнительная информация. И отряд должен был вернуться со дня на день – еще одна причина, по которой Акира так много времени проводил на смотровой башне.

Акира с сожалением отметил, что, похоже, разведчики не вернутся сегодня утром. Мир перед ним был пуст – не было даже намека на пыль от копыт. Акира повернулся, собираясь направиться обратно в лагерь, как вдруг услышал зарождающуюся там суматоху. За те несколько мгновений, что он слушал, беспокойство переросло в гвалт. По всему лагерю раздавались крики и гневные вопли.

Ему даже не пришлось спускаться с башни. Новость, которую передавали из уст в уста, распространялась по лагерю словно река, прорвавшая плотину, – и она дошла до Акиры. У него свело живот так, что он чуть не согнулся пополам. Это было невозможно, но слово эхом неслось по лагерю, звенело в его ушах, как похоронный колокол.

Вторжение.

Акира вошел в главную палатку, стараясь вести себя как командир, которым он себя совсем не чувствовал. Ему казалось, что он теряет контроль над реальностью. Договор продержался сотни циклов, и он не провоцировал вторжение. Его контакты с Сеном и Танаком были в лучшем случае минимальными. Они встречались раз в цикл, а иногда даже эта встреча отменялась. Им почти нечего было обсуждать.

Он осмотрел палатку. Там был гонец, а также его лучшие генералы. Он попросил, чтобы рабочая группа была как можно меньше. Слухи и так быстро распространялись, и если новости окажутся правдой, им нужно будет честно обсудить их, не опасаясь политических последствий.

– Что нам известно?

Торо взглянул на гонца, и тот шагнул вперед. Он явно нервничал и заговорил заикаясь. Но Акира прервал его, подняв руку.

– Тебе нужно выпить? Никто не любит сообщать плохие новости лорду, но тебе придется это сделать, и мне нужны все детали, которые тебе известны. Мы не можем ждать весь день.

Гонец покачал головой. Он закрыл глаза. Акира наблюдал, как он выполняет специальное упражнение, чтобы успокоиться. Напряжение спало с его плеч. Когда он открыл глаза, то был готов докладывать. Акира кивнул, разрешая продолжать.

– Мой господин. Мы подверглись вторжению со стороны Западного королевства. Они захватили мост во время ночного набега. Наши лучшие разведчики говорят, что у них с собой три полные армии.

У Акиры перехватило дыхание.

– Целых три армии?

– Да, мой господин. – Гонец на мгновение умолк, чтобы Акира смог осознать случившееся. Три армии. Всего у Танака их было четыре. Если сообщение было правдой, Танак вложил все, что у него было, в это вторжение. Это была стратегия «победи или умри». Одна часть Акиры восхитилась смелостью Танака. Но последствия этого вторжения были очевидны, и лорд опасался, что они сулят катастрофу его королевству. Танак не стал бы объединять три армии только ради пограничного спора. Три армии – это заявка на все Южное королевство. На карту было поставлено все.

Акира велел гонцу продолжать. И новости были не очень хорошими. Как только три армии переправились через реку, они разделились, и теперь каждая прокладывала себе путь через Южное королевство. Армии двигались быстро. Они наносили удары по ключевым городам и гарнизонам, но обходили более мелкие. Разведка Западного королевства была на высоте. Они точно знали, куда бить. Если они и дальше продолжат двигаться в этом темпе, то к концу сезона пройдут через все Южное королевство. Ничего подобного еще не случалось за всю историю Трех Королевств.

Акира отпустил гонца и посмотрел на генералов.

– Какие мысли?

Торо был в ярости.

– Поверить не могу, что они нарушили договор. Это означает войну во всех Королевствах. Многие умрут из-за предательства Танака.

– Согласен. Это трагедия для всех. Но мы должны отбросить горе в сторону и решить, как нам действовать, чтобы защитить наши земли.

Маширо ответил первым:

– Решение простое. Двинуть все наши армии вперед, чтобы перехватить его. С тремя армиями здесь, на перевале, и Пятой, наступающей с северной границы, мы сможем сокрушить предателя. Мы уничтожим его здесь, дома, а затем двинемся на Западное королевство. Его авантюра станет его концом. Мы сможем воссоединить Королевства к концу сезона.

Акира взглянул на своего молодого командующего. Каждый генерал за этим столом помогал ему в разработке плана вторжения в Западное королевство. Маширо был прав. Если им удастся разгромить людей Танака, то они смогут войти в его королевство – и эта идея сейчас была весьма привлекательной.

Макото согласно кивнул.

– Да. Не уверен насчет вторжения в Западное королевство, но, если мы сможем разгромить его армию на нашей земле, он будет беззащитен. И это он нарушил договор. Мы можем попытаться захватить Западное королевство, созвав Конклав. Это вторжение может оказаться той самой возможностью, которой вы так долго ждали. Но для этого нам нужно сокрушить их. Нам понадобится каждый солдат, чтобы защитить оба королевства.

Акира перевел взгляд на Торо и увидел, что тот думает о том же, о чем и он.

– Я не уверен, мой повелитель. Это серьезная угроза для наших земель, но если то, что говорит наш разведчик, правда, то на юге угроза может оказаться еще серьезнее.

– Мы не можем гоняться за призраками! – взорвался Маширо. – Глупо думать, что армия Клинков Ночи собралась в Азарии, чтобы напасть на нас. У нас тут прохлаждаются три армии, пока в нашем собственном королевстве появилась явная угроза. Мы должны обращать внимание на те опасности, что перед нами, а не на те, которые могут возникнуть в будущем.

Торо тоже разозлился:

– Думаешь, я этого не знаю? Но это абсолютная глупость – бросить все силы на решение одной проблемы. Это та самая ошибка, которую мы совершим, если попытаемся нажиться на действиях Танака. Необдуманные решения сегодня могут разрушить наше королевство навсегда. Возможность не всегда так хороша, как кажется.

– А иногда так и есть, – рявкнул Маширо в ответ.

Акира поднял руки, призывая к молчанию.

– Мы можем не соглашаться друг с другом, но ругаться не надо. Торо прав в одном, а именно в том, что мы должны держать себя в руках. Это будет определяющим моментом в нашей истории. Наш народ превыше всего. Меня тоже беспокоит неизвестная угроза на юге.

Маширо выглядел так, словно собирался разразиться очередной тирадой, но Акира поднял руку, чтобы пресечь дальнейшие выпады.

– Давайте сначала решим, что делать сейчас. Стоит ли призвать Пятую армию и отправить ее на запад, навстречу захватчикам, или оставить на северной границе?

Маширо насмешливо хмыкнул.

– Их разорвут на части.

– Не стоит их недооценивать, – рыкнул Макото на своего друга. – Они такие же солдаты, как и все мы.

– Макото прав, – Акира повысил голос. – Возможно, у них нет такой подготовки или опыта, как у других армий, но успех в защите королевства может зависеть от них. Если мы призовем Пятую армию, они вступят в бой намного раньше нас.

Командующие обдумывали дальнейшие действия, и за столом воцарилась тишина. Ни у кого не было ответа на вопрос Акиры. Все зависело от их общей стратегии. Акире нужно объединить их усилия. Он знал, что в его распоряжении лучшие военные умы Трех Королевств – и они сейчас собрались за этим столом.

Акира сделал паузу, собираясь с мыслями.

– Мне нужны разные планы сражений. Маширо, что бы ты делал, если бы нам пришлось отражать вторжение только с помощью Пятой и Второй армии?

Маширо не смог скрыть своего недоумения.

– Почему?

– Я еще не решил, сколько человек мы выделим на это. Нет, остановись, – Акира прервал Маширо, пока тот снова не взорвался. – Я знаю, ты хочешь, чтобы навстречу Танаку отправились все, но я не уверен, что это разумно. Если среди нас есть кто-то, кто сможет организовать оборону только с двумя армиями, то это ты. Ты должен дать мне ответ на самый худший вариант развития событий. Впечатли меня.

Акира встретил жесткий взгляд Маширо. Лорд не хотел отправлять на защиту своего королевства только две армии, но такая вероятность была вполне реальной. Ему нужен был настоящий гений, и он не солгал Маширо. Если кто-то из них мог придумать план, как победить три армии, имея лишь две в качестве защитников, то это был он.

Маширо кивнул в знак согласия.

– Хорошо. Макото, я хочу, чтобы ты сделал то же самое, но с четырьмя армиями. Возьми на себя Первую, Вторую, Третью и Пятую.

– Почему не Четвертую?

Четвертой была армия, которой было поручено защищать границу с Западным королевством.

– Мы не можем быть уверены, что Четвертая армия еще действует. Ты будешь отвечать за идеальный вариант, когда мы разобьем их в пух и прах.

Макото кивнул. Акира повернулся к Торо.

– Торо, три армии. Возьми на себя Вторую, Третью и Пятую.

Торо не задавал вопросов. Он понял истинную природу приказа Акиры лучше, чем два других генерала.

– На сегодня все. Прикажите всем армиям собираться. Приготовьтесь двигаться налегке, вещей будет гораздо меньше, чем в этой кампании. Им нужно будет перемещаться быстро, только с предметами первой необходимости.

– Когда мы отправляемся? – спросил Макото.

– Не знаю. Я бы хотел дождаться разведчиков из Азарии перед принятием окончательного решения. Но я не буду ждать больше дня или двух. Каждый потерянный день будет труднее наверстать. Армиям все равно потребуется время, чтобы подготовиться. И больше дисциплины, господа. Давайте, за дело.

Три генерала покинули палатку – им нужно было отдать множество приказов и разработать планы. Акира наслаждался минутой тишины. Он все еще не мог поверить, что в его королевство вторглись. Он еще не осознал правду. С тех пор как сотни циклов назад между Тремя Королевствами был подписан мирный договор, не было ни одного крупного вторжения. Что бы ни принесли следующие несколько циклов, Три Королевства никогда не станут прежними.

Солнце взошло, и Акира опять стоял на наблюдательной вышке, глядя на юг. И снова не видел там никаких признаков жизни. От этого становилось жутко. Он бывал на этой башне в предыдущие циклы. Каждый раз это происходило в разгар войны. Равнину внизу наводняли солдаты, умирающие и мертвые. Сегодня она больше походила на кладбище.

Акира тряхнул головой, отгоняя мрачные мысли. В них не было никакого смысла. Его отец был прагматичным человеком. Акира всегда был задумчив и позволял своим мыслям блуждать, подкидывать ему всевозможные сценарии развития событий. Он помнил, как отец беседовал с ним за игрой в го. Акира проводил так много времени, обдумывая возможные варианты, что иногда забывал передвигать камни. Он помнил слова отца так, словно это было вчера: «Жизнь всегда полна безграничных возможностей. Ты не можешь подготовиться ко всему. Смотри, что перед тобой, и принимай наилучшие решения, которые можешь. Это все, что мы можем сделать».

Акира всегда следовал советам отца, а сегодня – особенно. Он принял решение. Генералы ему не обрадуются, но ему оно казалось правильным. У Акиры не было ни капли дара, но у него было предчувствие, что мир уже никогда не будет прежним. Дело было не только во вторжении в его королевство. Эта было нечто более глубокое и страшное – и как-то было связано с Клинками Ночи. Они были движущей силой перемен. Клинки были настолько могущественны, что меняли мир, просто проходя по нему.

Акире не нужно было обладать даром, чтобы услышать, как Торо поднимается по ступеням башни. В тишине раннего утра звуки разносились бесконечно далеко. Он сам попросил генерала присоединиться к нему. Торо подошел, отвесил легкий поклон и посмотрел на равнину вместе с Акирой.

Он терпеливо ждал. И Акира был благодарен ему. Торо был самым старым действующим генералом во всех Трех Королевствах. Он был Вторым генералом на протяжении многих циклов, вплоть до смерти Нори. Акира повысил его до Первого генерала и ни на секунду не пожалел об этом решении. Торо не стремился к власти, но всегда был верным защитником Южного королевства. И у Акиры и Торо сложились особые отношения, которые их устраивали: не совсем лорд и генерал, но и не совсем друзья.

Наконец Акира нарушил молчание.

– Мой отец всю жизнь сражался за то, чтобы перед ним предстал именно такой вид.

– И все же вы не доверяете тому, что видите.

– Не доверяю. Не думаю, что это ловушка, но что-то назревает на юге.

Торо ничего не ответил. Он продолжал задумчиво смотреть на юг.

Акира вздохнул. Солнце еще не успело добраться до горизонта, а он уже был измотан.

– Он бы гордился вами, знаете, – произнес Торо. – Вы хороший руководитель для этого королевства.

– Спасибо. – Акира выпрямил спину и заметил, что при этом его движении уголок губ Торо приподнялся. Он часто задавался вопросом, что происходит в голове у старика. Торо служил под началом его отца. Они были друзьями, и в некотором смысле Торо считал себя старшим товарищем Акиры с тех пор, как лорда Азуму убили на этом самом перевале. – Я бы хотел, чтобы ты оставил Первую армию здесь.

К его чести, Торо не колебался.

– Очень хорошо. Какие будут приказы?

– Оборонять перевал с этой стороны. Приготовьтесь к осаде, которая продлится несколько циклов. Я не уверен, что мы сможем присылать вам припасы. Возможно, вам придется какое-то время обходиться своими силами, даже если мы справимся с вторжением.

Акира внимательно наблюдал за Торо. Он заметил, как старик слегка опустил плечи, но он был человеком, готовым пожертвовать всем. Глубоко вздохнув, он снова выпрямился.

– Хорошо.

Акира не мог представить, о чем думает Торо. Он был гордым, любил свое королевство и жаждал сразиться с противником, который стоит перед ним. А не с тем, кто еще даже здесь не появился.

– Торо.

Тот поднял глаза на Акиру.

– Да, мой господин.

– Что-то надвигается, и я не знаю, что это. С Танаком мы справимся. Он враг, которого мы знаем, которого мы изучали на протяжении многих циклов. Но там есть что-то, к чему мы не готовы. Торо, мне нужно, чтобы ты использовал весь свой ум. Когда придет опасность, я знаю, что смогу доверять тебе: ты верно оценишь ситуацию. Делай все, что считаешь нужным или необходимым для защиты королевства, – защити его любой ценой.

Акира переложил всю тяжесть этих слов на плечи Торо. Ему важно было, чтобы Торо понял, что истинная угроза – это не вторжение с севера, нет, она здесь. Генерала не оставляли в стороне, он был центром второго фронта. Черт, да он был целым фронтом! Если интуиция Акиру не подводила, Первой армии было недостаточно, чтобы удержать перевал, но она должна была остаться здесь. Акира не солгал Торо – тот был единственным генералом, на которого он мог положиться. Тот мог принять правильное решение, когда и так плохое положение дел станет еще хуже.

Торо просто кивнул.

– Я понимаю.

Акира усмехнулся. По крайней мере, этот вопрос он уладил.

– Хорошо. А теперь нам нужно убедить остальных.

Как и ожидал Акира, в палатке поднялся шум. Он молча сидел в центре, а вокруг разносились проклятия и споры. Он доверял своим генералам, и между ними сложилось товарищество, которое придавало его решениям как главнокомандующего дополнительный вес. Но это также означало, что Акире приходилось терпеть их разногласия. Про себя он подумал, не поздно ли начать править с помощью страха, и представил, что Танаку наверняка не приходилось выслушивать подобные споры.

Тем не менее он не терял головы и старался следить за тем, что говорили его командиры. Каждый из них был блестящим стратегом, и их мнения были ценны, даже если они их выкрикивали и слова напоминали стрелы, пущенные в сердца противников.

Даже когда Акира поднял руку, ругань продолжилась. Генералы не замечали ничего, пока лорд не встал. В палатке тут же стало тихо.

– Каждый из вас должен высказаться последний раз, решение будет окончательным.

Маширо заговорил первым. Он всегда был самым быстрым.

– Господин, это ужасная ошибка. Мы должны сосредоточить все силы, чтобы уничтожить Танака. Теперь он уязвимее, чем когда-либо прежде. Здесь нет никакой угрозы. Привлеките Первую армию, и мы сможем взять Западное королевство. – Он выглядел так, словно хотел сказать что-то еще, но поймал предостерегающий взгляд Акиры и сел.

Следующим заговорил Макото.

– Я также думаю, что мы должны выдвинуть Первую армию. Здесь наши лучшие воины, и наше королевство заслуживает, чтобы его защищали они. Оставьте здесь Третью армию, если того желаете, но Первая армия нам жизненно необходима в борьбе против Танака.

Торо говорил последним.

– Не знаю, понимаю ли я вашу логику. Признаюсь, я бы хотел привести лучшие войска для защиты своего королевства. Но я доверяю вашему мнению, мой господин.

Акира кивнул. Ему будет очень не хватать Торо во время этой кампании. Торо служил примером для молодых генералов, показывая им, как правильно не соглашаться с лордом. Он будет скучать по нему, но это также укрепило его решимость. Три Сестры были жизненно важны для обороны королевства в длительной перспективе. И он доверял Торо больше, чем кому-либо другому.

– Я понимаю все ваши опасения. И знаю, что будет много жалоб и вопросов по поводу того, почему Первая армия осталась здесь. Но дело в том, что я по-прежнему считаю, что защита Трех Сестер крайне важна для выживания нашего королевства. И если мы не можем разместить здесь несколько армий, то по крайней мере можем оставить тут наших лучших солдат. Да, на севере нам придется сложнее, но я бы не принял такого решения, если бы не думал, что мы справимся.

В этом он был не так уверен. Он изучил планы сражений и не сомневался, что перед ними стоит невероятная задача. Западное и Южное королевства были почти равны по силе, но у войск Акиры было преимущество в том, что они защищали свою родину. Однако Танак двигался быстро, так что сразиться с ним на условиях южан было практически невозможно. Акира понимал, что события в этой войне могут развиваться в разных направлениях и не все из них ведут к победе. Он хотел, чтобы вторжение было подавлено к осени. Если они замешкаются, то Акире придется начать беспокоиться о действиях Сена. Тот не был импульсивным человеком, но, если два других королевства будут воевать слишком долго, он может сделать свой ход.

Приказы Акиры были окончательными. Его генералы могли не соглашаться с ним в командной палатке, но как только они выйдут наружу, то станут его самыми горячими сторонниками. Акира отдал приказы и в последний раз поклонился каждому из своих генералов. Возможно, они еще долго не встретятся – может, вообще больше не увидятся. Акира выкинул эту мысль из головы. Сейчас ему как никогда нужно быть уверенным правителем. Даже внутренне он не мог позволить себе сомневаться в успехе их кампании.

Акира поднялся на смотровую башню и в последний раз окинул взглядом степи. Не было ни малейшего признака того, что разведчики или кто-то еще приближается с юга. Там было тихо, как в могиле. Он повернулся к северу, чтобы посмотреть, как его солдаты собираются в обратный путь через Три Сестры. Ему показалось, что он чувствует, как земля дрожит под мощью его армий, движущихся на защиту своей родины от вторжения.

Южное королевство шло на войну.