Рю пробыл на острове гораздо дольше, чем планировал. Глупо было думать, что ему удастся проделать весь этот путь так быстро, как ему казалось вначале. Он мог бы провести здесь всю свою жизнь и продолжать узнавать больше о даре и способностях, которыми наделен.

Рю был зол. Злился на Тенчи и Шику за их политические игры, злился на судьбу за то, что она постоянно угрожала отнять у него все, что он любит. С того дня, как он убил Орочи, его единственным желанием было жить в мире и покое. Он тосковал по тому прекрасному времени, которое проводил в саду, выдергивая сорняки. Все это не должно было быть так трудно. Рю влюблялся в остров, но при этом ему казалось, что он разваливается на части.

Каждый день, проведенный здесь, вызывал у него желание провести еще один. И то, что политика медленно разрывала остров, причиняло Рю боль. Здесь было так много того, что он любил. Но больше всего ему нравилось то, что он чувствовал себя здесь комфортно. Он чувствовал, что это и есть то место, где он мог бы найти покой. От этого было еще тяжелее – ведь его мечты разрушали Охотники и политики.

Рю никогда не задумывался о том, в каком напряжении они с Морико живут каждый день в Трех Королевствах. Он бы сказал, что большинство дней были обычными, но здесь, на острове, он понял, как ошибался. В Трех Королевствах на них всегда давило осознание того, что, если они раскроют себя, покажут свои умения и таланты на публике, за ними будут охотиться как за преступниками. За Рю не так уж часто охотились, но осознание того, что это возможно, всегда присутствовало в его жизни, а любое его самое обычное действие омрачал потаенный страх.

Он не понимал этого, пока не приехал сюда. На остров, где он был Клинком Ночи и никому до этого не было дела. Ему все еще тяжело было осознать, насколько прекрасным может быть отсутствие страха.

Кроме того, он занимал тут определенное положение, и его уважали. Рю не думал, что так уж важен для острова, как считал Тенчи, но он чувствовал, что что-то здесь значит. Теперь он был лучшим мечником из всех, кого знал. Каждый день им занимался лично Тенчи, самый опытный человек на острове. Рю не позволял себе задирать нос, но не мог не испытывать гордости за то, чего добился. Он думал, что, если бы Морико была здесь, они больше не беспокоились бы о проблемах остального мира.

Но все это уничтожили события на юге. Каждый вечер после окончания тренировок Рю возвращался в свою хижину и продолжал тренироваться в одиночестве. Он учился вливать энергию в дар, увеличивая силу и скорость каждого удара. Вымотавшись физически, он тренировался ментально, распространяя свой дар на все Три Королевства. Он двигался вперед медленно, но уверенно.

Рю чувствовал, что Три Королевства находятся в состоянии войны. Он чувствовал, как Северное королевство сосредотачивает свои армии у границ, готовясь к тому, что может произойти дальше. Он каждый раз ощущал, как Южное королевство отступает, и знал, что, если ничего не изменится, оно не протянет и до конца лета. Тогда он протягивал щупальца дара дальше на юг, в Азарию, чтобы проведать Морико. Она все еще была среди азарийцев, в самом центре событий, но теперь они шли на север, все вместе. Ее не было видно в этой массе людей, и только потому, что Рю был с ней знаком, он чувствовал ее. Насколько он мог судить, с ней все было в порядке, но беспокойство подтачивало его уверенность.

Проверив, как идет война и что там с Морико, Рю ложился и обдумывал все происходящие с ним события, пока не засыпал. Он думал о предложении Тенчи, и его гнев нарастал. Старик не имел права просить его убить другого Клинка Ночи. Да, на острове их были тысячи, но, по мнению Рю, они все еще находились в опасности, и, если у него был выбор, он не желал лишать жизни другого Клинка Ночи. Он бы вообще лучше никого не убивал.

Но в его голове постоянно звучал другой голос, голос, в котором Рю узнал Шигеру. Он говорил ему, что нужно рассмотреть все варианты, подумать о том, что значит обладать силой и мощью Клинка Ночи. Тихий, но настойчивый голос твердил, что он несет ответственность перед Тремя Королевствами, как и все Клинки – независимо от того, принимают их королевства или нет. Рю ненавидел этот голос, но не мог от него избавиться.

И поэтому чаще всего Рю засыпал от усталости, злой и не представляющий, что делать.

Для Рю эта ночь началась, как и любая другая. Его день был полон занятий, а вечером он тренировался в одиночестве. Он уселся медитировать и расширил дар, наполняя разум всей информацией, которую тот мог обработать. Рю быстро пробежался по расположениям армий и событиям в Трех Королевствах и сосредоточился на Морико. Именно ее жизнь интересовала его больше всего. Он беспокоился о ней каждый день, хотя знал, что она способна постоять за себя.

Его разум искал ее, пытаясь опознать в море людей, которое ее окружало. Она была ближе к центру этой массы, чем когда-либо прежде. Он прощупывал ее даром каждую ночь и потому понял, что происходит нечто необычное. Рю сосредоточил все свое внимание, пытаясь уловить какие-то детали, так что на лбу выступили капельки пота.

Рю был на пределе своих возможностей. Тенчи сказал ему, что со временем и практикой он сможет фокусировать свой дар на отдельном человеке, но сегодня он не мог продвинуться дальше групп людей. Единственная причина, по которой он смог найти Морико, заключалась в том, что он привык к ее присутствию. Рю пытался действовать жестче, пот лился с него, но все безрезультатно. Рю вышел из состояния транса, необходимого, чтобы поддерживать контакт с даром. Он выругался. У него было ощущение, что что-то происходит, но он не знал, что именно.

Рю встал и размял уставшие конечности. Он попытается снова, но для этого ему нужно быть в наилучшей форме. Рю потянулся в разные стороны, уделяя особое внимание тем частям тела, которые были особенно напряжены. Затем он выпил воды и снова сел.

И вновь его разум понесся по щупальцам дара, растянутым по всему миру. Он летел на юг, двигаясь так быстро, как ему было удобно. Теперь, когда он знал, где искать, поиски Морико не занимали столько времени, как в первый раз тем вечером. Он сохранял спокойствие и изучал детали обстановки вокруг Морико.

Ее окружали тысячи людей. Кроме этого Рю не мог ничего различить. Он сосредоточился, пытаясь обнаружить хоть что-то, что могло бы подсказать ему, что задумала Морико. Малое знание было лучше, чем полное неведение.

Наблюдая за происходящим, он ощутил присутствие кого-то другого, неимоверно сильного. Рю попытался сфокусироваться на энергии, но его навыков было недостаточно. Где бы ни оказалась Морико, перед ней стоял кто-то невероятной силы. Энергии в нем было больше, чем у аббата «Упорства», даже больше, чем у Тенчи. Рю почувствовал укол страха. Если Морико придется противостоять ему, у нее нет ни единого шанса. Да и у него не было бы шансов против такой мощи.

Рю удерживал связь так долго, как только мог, и ощутил, как Морико отводят от источника силы. Наступил момент ясности, и он понял, что ее, связанную, наполовину тащат, наполовину несут к палатке в лагере. Затем момент прошел, и Рю остался со смутным ощущением того, что Морико движется по лагерю.

Рю разорвал связь. Он знал достаточно: Морико была в опасности, в серьезной опасности. Он был на расстоянии целого мира от нее, но ничто не могло его остановить. Он встал, но тут же обнаружил, что ноги не держат его. Использование дара на таком расстоянии и так долго вымотало его гораздо сильнее, чем он думал. Рю снова попытался встать, но упал на землю и потерял сознание.

Очнувшись, Рю увидел, что над ним стоит Рей, выражение ее обычно счастливого лица было обеспокоенным. Он улыбнулся и попытался сделать вид, что ничего не произошло, но ее было не обмануть.

– Что случилось?

Рю сел. Он выглянул наружу: судя по теням, было уже больше полудня. Ему стало интересно, как долго она была рядом с ним.

– Морико. Она отправилась на разведку в земли к югу от Трех Королевств – и теперь в опасности. Я беспокоюсь за нее.

Рей подняла бровь.

– Что она делает в Азарии?

Рю посмотрел на нее и задумался. Рей ему очень нравилась, но он все еще не знал, кому мог доверять на этом острове.

– Это долгая история. Ты знаешь, где Тенчи?

Она кивнула.

– Да, он сейчас на совете. Ничего срочного, просто повседневные дела.

– Могу я поговорить с ним?

– Конечно.

Выходя, Рей бросила на него взгляд, который Рю не смог расшифровать. Он пытался решить, что скажет Тенчи, когда тот придет в хижину. Ему пора было покидать остров.

Прошло некоторое время, прежде чем Тенчи добрался до хижины Рю. Тот уже готов был протоптать траншею по своему полу. Когда Тенчи появился, Рю понял, что Рей уже ввела его в курс дела.

– Морико в беде?

Рю кивнул.

– Расскажи мне.

Рю рассказал, что почувствовал. Тенчи останавливал его время от времени, чтобы задать вопрос, но рассказ был коротким. Бо́льшую часть времени Рю потратил на то, чтобы описать огромную силу, которую почувствовал. Юноша вновь попытался кое-как объяснить, что именно ощутил, но Тенчи махнул рукой.

– Я знаю, я чувствую его уже некоторое время. Продолжай.

Рю попытался сдержать удивление, но не смог. О чем еще Тенчи не говорил ему?

Рю заканчивал рассказ, когда в хижину вошла Шика и села. Рю был настолько увлечен, что даже не почувствовал ее приближение. Она дослушала его до конца, задав лишь пару вопросов, чтобы не запутаться. Шика не знала о Морико, так что потребовались кое-какие объяснения.

Когда Рю закончил, все четверо сидели молча, каждый был погружен в свои мысли. Рю не знал, что еще сказать, поэтому промолчал. Молчание всегда было его лучшим советчиком.

Тенчи первым нарушил молчание:

– Шика, что думаешь?

Она заговорила не сразу: собиралась с мыслями и обдумывала ответ, прежде чем вынести его на всеобщее обозрение.

– Рю должен покинуть остров. Я впервые слышу о Морико, но если она – Клинок Ночи, то заслуживает нашей защиты, как и любой другой, независимо от того, выросла она на острове или нет. Рю мог бы даже взять кого-то с собой, если захочет.

Если бы Рю не был так серьезно обеспокоен насчет Морико, он бы рассмеялся. Шика не остановится ни перед чем, чтобы как можно больше Клинков Ночи попали в Три Королевства.

Тенчи выжидающе посмотрел на Рей. Та лишь кивнула. Рю не знал, с чем она согласилась и что только что произошло между ними.

Затем Тенчи повернулся к Рю.

– Чего ты хочешь?

– Я люблю ее. Ничто не может помешать мне отправиться к ней.

– Даже если до нее не менее луны пути – и это при самых благоприятных условиях?

– Да. – Рю не собирался показывать столько эмоций, но страсть взяла верх над ним. Он не мог успокоиться, когда Морико была в опасности.

Тенчи осмотрел молодых воинов, собравшихся вокруг, и глубоко вздохнул.

– Очень хорошо. Сегодня прилив уже закончился, но завтра вы сможете покинуть остров. Рей, ты отправишься с Рю – и только ты. – Он поднял руку, останавливая возражения. – Шика, если поедет кто-то еще, это будет чересчур. Рей, ты можешь вернуться, если захочешь. Рю – ты не можешь уехать раньше, как бы тебе этого ни хотелось. Мы не можем изменить условия, которые нужны, чтобы уплыть с острова. А за наш план придется заплатить, – продолжал он. – Сегодня вечером мы соберем все Клинки для демонстрации силы. Рю, твой первый поединок – с Шикой. Если тебе удастся победить ее, ты должен будешь сразиться со мной. Независимо от результата, ты можешь уехать завтра.

Вокруг раздались негодующие возгласы, но Тенчи не потерял самообладания. Наконец мастер махнул рукой женщинам.

– Уходите. Мне нужно поговорить с Рю наедине. Рей, проследи, чтобы нас не беспокоили и не подслушивали.

Шика выглядела так, словно собиралась кого-то убить, но все же поклонилась и ушла, Рей последовала за ней.

Тенчи выдержал взгляд Рю.

– У тебя было время обдумать свой выбор. Убьешь ли ты Ренцо?

Рю покачал головой.

– Нет. Насилие лишь породит еще большее насилие. Этот урок я должен был усвоить давным-давно.

Тенчи не отрывал глаз от Рю. Он молчал.

– Спасибо, что позволили мне уйти. Я пробыл здесь более двух лун, а мне все еще кажется, что я ничего не знаю.

На мгновение Рю увидел, что дружелюбный облик Тенчи исчез – а под ним была та сталь, которая и делала Тенчи тем, кем он был, – лидером.

– Это потому, что на самом деле это не так. – Это было всего лишь мгновение, а затем Тенчи, которого Рю знал, вернулся. – Иногда мы не можем бороться с течением, и это один из таких случаев. Я лишь надеюсь, что мы переживем этот шторм. Иногда мне хочется, чтобы ты никогда тут не появлялся – или чтобы я не пускал тебя на остров.

– Что вы имеете в виду? – удивился Рю.

– Рю, несмотря на всю твою силу, тебе все еще не хватает контроля, чтобы совершать правильные действия. Ты переходишь от одного переломного момента к другому, действуя только тогда, когда трагедия оказывается у твоего порога. Если ты хочешь стать сильнее, тебе нужно повзрослеть. Пока ты этого не сделаешь, ты опасен для всех нас.

Рю яростно глянул на него.

– Это неправда!

Но Тенчи продолжал, как будто тот ничего не говорил:

– Твое решение спасти Такако было неразумным. Шигеру должен был остановить тебя. В желании спасти невинную жизнь не было ничего плохого, но каждый поступок – это камешек, брошенный в пруд, и волны расходятся далеко вокруг него. Сколько людей погибло из-за твоего решения спасти одну жизнь, которая все равно оборвалась преждевременно?

Рю молчал, внутри него пылал гнев. Он смирился со своим решением, убежденный, что оно было правильным. После слов Тенчи скорлупа его уверенности треснула.

– Мне жаль. Если бы у меня было больше времени, я выразился бы мягче, но опять – ты сам оказался под таким давлением. Ты снова отправляешься спасать женщину, которая тебе небезразлична, но какой ценой? Ты поскачешь галопом по Трем Королевствам, не обращая внимания на все опасности вокруг. Твои шансы успеть вовремя и спасти Морико стремятся к нулю, а с Охотниками шутки плохи. Они во всех отношениях так же сильны, как и мы. Их обычаи могут отличаться от наших, но их мощь велика. Твое путешествие представляет угрозу для этого острова и Трех Королевств, особенно учитывая твою способность находить неприятности. Ты понимаешь, что Ренцо тоже может чувствовать на расстоянии? Если он узнает, что ты едешь через Три Королевства, то может найти тебя и закончить начатое. И, несмотря на твою силу, я не уверен, что ты сможешь его победить. На его стороне опыт. Ты зря рискуешь.

Рю не мог сдерживаться:

– Но я хотя бы делаю что-то – что-то получше, чем прятаться от всего на свете!

Тенчи покачал головой.

– Ты глуп. Ты делаешь те же предположения, что Шика и Рей, даже несмотря на мои предупреждения. Мы на этом острове не прячемся и не ждем. Мы готовимся.

Замешательство Рю было очевидным. Он не пытался скрыть свое недоверие.

– Когда-нибудь я расскажу тебе, что случилось, когда Единое Королевство распалось. Мы не такие чудовища, какими нас выставляют легенды, но и винить нас есть в чем. Поддерживать порядок в Королевстве было нашей обязанностью, но мы забыли об этом. Мы позволили жажде власти затуманить наш разум. К лучшему или к худшему, но Три Королевства просуществовали без особых проблем в течение тысячи циклов. Но я чувствую, что мы вновь стали катализатором войны, особенно теперь, когда я знаю, что Ренцо причастен к вторжению. Возможно, без нас им будет лучше.

Рю задумался над словами Тенчи. Он никогда не слышал, чтобы старик так волновался.

– Тысячу циклов мы готовились. Мы учились, хранили верность старым традициям обучения и развивали их. Мы изучали историю и политику, чтобы не повторить ошибок прошлого. Ты, конечно, заметил, что даже мы с Шикой, несмотря на наши разногласия, можем работать вместе, открыто?

Рю вынужден был признать, что так оно и есть.

– Это не случайно. Мы не ждем. Мы готовимся к тому дню, когда снова понадобимся в Трех Королевствах, – если этот день когда-нибудь наступит.

– Тогда зачем вообще меня отпускать?

– Потому что, если я не отпущу тебя, это станет гораздо более серьезной проблемой. Зная твои порывы, я подозреваю, что ты попытаешься сбежать, и Шика поддержит тебя в попытке развить эту больную тему. Иногда лучше знать, когда нужно прогнуться. Я надеюсь, что Рей умерит твои порывы, и ей самой будет полезно побывать в Трех Королевствах.

Казалось, Тенчи продумал все до мелочей.

– Но зачем сегодня устраивать поединки? Шика, кажется, расстроилась из-за этого.

Тенчи улыбнулся своей знакомой озорной улыбкой.

– А мне показалось, что будет неплохо. С тех пор как ты прибыл сюда, по острову ходит много слухов. Титул «лидер» может ввести в заблуждение, но Шика уже некоторое время пытается завоевать мое место. Нами движет не только сила, но мы не настолько глупы, чтобы отвергать полезность сильного, опытного воина. Эти навыки хорошо сочетаются с понятием лидерства. Шика злится, потому что ты ее победишь. Она очень хороша, но я думаю, что ты лучше. Тогда ты сразишься со мной и проиграешь.

Рю поднял бровь.

– Вы хотите, чтобы я поддался?

Тенчи рассмеялся.

– О, нет. Я надеюсь, что ты выложишься по полной. Но я все равно одержу победу. Тебе будет позволено покинуть остров, но это утихомирит разногласия хотя бы на несколько лун – и все пойдет своим чередом.

Тенчи встал и подошел к двери.

– Я не собираюсь тебя останавливать, хотя и должен. Просто знай: тебе нужно лучше обдумывать свои решения. – С этими словами он ушел, оставив Рю в растерянности. Но он как никогда был готов к дуэли с лидером острова.

Рю был в предвкушении вечера. Он не был уверен, является ли лучшим Клинком Ночи на острове, и ему не терпелось выяснить это. Дуэль была для него чем-то понятным, чем-то, с чем он мог справиться. Это было черное и белое, жизнь и смерть. Все было просто. Ему было любопытно посмотреть, есть ли у Шики или Тенчи навыки, благодаря которым они могут победить.

Судя по всему, он был не единственным любопытствующим. Когда солнце село, устроили большой ужин, а затем всех пригласили в амфитеатр – естественное углубление в виде чаши с плоским дном на северо-западной оконечности острова. Рю никогда не был там раньше, и, когда его проводили ко входу, он был удивлен, увидев столько людей в одном месте. Одно дело – знать, что на острове живет более трех тысяч Клинков, но увидеть все эти три тысячи человек вместе – совсем другое дело. Рю подумал о мощи той энергии, которая сконцентрировалась здесь, – и был поражен тем, что остров так долго хранил свою тайну.

Были организованы развлечения: люди, специализирующиеся на экзотическом оружии, несколько Клинков Дня, которые изучили особый «текучий» стиль танца. Рю наблюдал за происходящим с восторженным вниманием. Ни один из этих видов оружия не пригодился бы в реальном бою, но их красота была неоспорима. Также его заворожили танцоры, большинство из которых были женщинами. Рей наклонилась к нему и объяснила, что некоторые Клинки Дня верят, что, двигая телом по тем же схемам, которые приводят к исцелению, можно добиться чудесных результатов. Рю видел танцовщиц у мадам в Нью-Хейвене, но они танцевали, чтобы завлечь клиентов. Это было совсем другое: сила и чувственность соединялись в нечто более мощное, чем то и другое по отдельности.

Рю не увидел никаких чудес, но его впечатлил стиль. Он был плавным и изящным. На первый взгляд движения казались случайными, но чем больше Рю наблюдал, тем больше он ощущал, что в танце есть какой-то замысловатый узор, более глубокий смысл. Он осторожно раскрыл дар и был почти ослеплен красотой.

От танцоров исходила глубокая энергия, сила, которая словно текла вокруг них, обнимала, будто вторая кожа. У Рю не было слов, чтобы описать увиденное. Да он и не пытался их подобрать. Вместо этого он сидел и смотрел, впитывая танец, не пытаясь понять. Когда все закончилось, он почувствовал, что внутри будто образовалась пустота. Оглядевшись по сторонам, он пришел к выводу, что не он один испытывает такие эмоции. Рей сказала, что редко можно увидеть такое выступление Клинков Дня.

Затем Рю поднялся, и его представили толпе. Рю был уверен, что все уже знают, кто он такой, но традиции по-прежнему диктовали правила жизни на острове. Тенчи вкратце рассказал, как Рю участвовал в делах Трех Королевств. В заключение мастер поведал, что Рю следует считать членом сообщества острова, и три тысячи голов в унисон склонились в коротком поклоне. Юноша был ошеломлен, но у него не было времени осмыслить произошедшее. Пришло время дуэли.

Нервозность Рю рассеялась, как утренний туман, когда он встал напротив Шики. Политика, последствия – эти понятия ему трудно было уложить в голове. А бой был тем, что Рю понимал и в чем преуспел.

Поединок начался, и Шика бросилась на Рю как кобра: ее быстрые выпады обрушивались на него с ослепительной скоростью. Он был готов – но не к тому, что битва начнется так яростно. Рю успел отразить несколько первых ударов, но его теснили назад быстрее, чем он успевал восстанавливать равновесие. Каждый раз, когда он думал, что у него есть мгновение, чтобы собраться с духом, Шика снова набрасывалась на него.

Рю выругался про себя. Он привык к определенному стилю поединка – когда противники сначала присматриваются, наносят пробные удары, пытаясь оценить способности друг друга. Он был идиотом: Шика прекрасно знала о его способностях. Она наблюдала, как он сражается с другими, а он ни разу не видел, чтобы она доставала клинок, – даже на тренировках. Она стремилась быстро победить, пытаясь застать его врасплох, прежде чем он сможет применить всю свою силу.

Не задумываясь, Рю расслабился, сбросив с себя напряжение боя, как тяжелую ношу. Его разум опустел, а тело погрузилось в естественные ритмы мира. Он почувствовал, как поток энергии укрепляет мышцы рук и ног, обостряет ум – и вот уже Шика двигалась не так быстро, как раньше. Шика была проворной, но Рю не уступал ей в скорости.

Он больше ощущал, чем видел, как заинтересованы зрители. Было приятно смотреть, как два воина с такими способностями сражаются друг с другом. Рю догадывался, что Шика умелый боец, но до этого вечера не представлял насколько.

При равной скорости поединок свелся к мастерству и технике. Рю полагал, что будет превосходить ее, но уже не был в этом уверен.

Вдруг – один удар, одно движение – и Шика слегка потеряла равновесие. Рю быстро переместился внутрь ее защиты – это была первая возможность, которую она ему предоставила. Шика попыталась отступить, но Рю преследовал ее с неумолимой решимостью, теснил назад. Он переломил ход поединка в свою пользу. Шика блокировала его удары, но отставала все больше. Оба понимали, что победа Рю – лишь вопрос времени.

Шика предприняла последнее усилие – сильный удар сверху, который проломил бы Рю голову или плечо, но она была слишком медлительна. Рю почувствовал приближение удара и переместился. А затем ударил ее в грудь своим деревянным клинком, прежде чем она успела закрыться. Если бы у него в руках было настоящее оружие, он бы пронзил Шику.

А так удар лишь сбил ее с ног, и она покатилась по траве. Мир вернулся в нормальное состояние, и Рю подошел к Шике, чтобы помочь. Она медленно поднималась на ноги, вымотанная, но без явных повреждений. Тенчи позвал Клинка Дня, но Шика лишь отмахнулась.

– Я в порядке. Пострадала только моя гордость, – сказала она, но с благодарностью приняла руку Рю.

Когда она встала, по амфитеатру разнеслись аплодисменты. Рю никогда раньше не слышал такого звука. Он слышал стук копыт и гортанные возгласы мужчин в бою, но никогда не слышал таких вежливых аплодисментов – такого масштаба. Ему было интересно, что думают собравшиеся Клинки Ночи о представлении, свидетелями которого они только что стали.

Времени на раздумья у него не было. Как только аплодисменты утихли, вокруг воцарилась напряженная тишина. Рю изучал Тенчи. Тот ожидал, что Рю победит Шику, но все равно был уверен, что без труда одолеет Рю. Ему стало интересно, какие уловки старик припас для него. Похоже, он был не из тех, кто хвастается просто так.

Весь остров словно затаил дыхание. Рю не стал повторять ошибку с Шикой. Как только объявили о начале поединка, он тут же опустошил разум и погрузился в поток энергии мира.

Тенчи, казалось, не собирался нападать первым. Они постепенно приближались друг к другу, пока их не стала разделять всего лишь пара шагов. Но ни один не пытался атаковать, оба были начеку. Тенчи держался неподвижно, словно камень. В реальном бою Рю мог бы еще выждать, но это была дуэль на деревянных мечах. Его терпение лопнуло, и он бросился вперед.

Первый раз он ударил снизу, рубанул вверх и поперек. Тенчи легко отразил атаку, а затем битва стала серьезной. Рю не удивился, что Тенчи был невероятно быстр. Старик не уступал Рю в скорости. Рю пробовал разные техники, но его замахи были лишь на мгновение быстрее контрударов Тенчи.

Они сходились вновь и вновь, а Рю ждал, когда Тенчи воспользуется какой-нибудь своей уловкой. Он держал глухую оборону, не давая Тенчи ни единой возможности атаковать. Но, несмотря на все его усилия, Тенчи теснил его, и Рю пришлось отступать – или мастер победил бы его. Оба продолжали держать дистанцию, ища брешь в обороне соперника.

То, что произошло дальше, Рю не мог объяснить. Тенчи атаковал, но так, словно был везде и сразу. Дар предупреждал Рю, и тот ощущал все удары, наносимые мастером, но другая часть его сознания вопила, что это физически невозможно. Никто не может сделать восемь замахов за раз – так не бывает.

Рю не знал, как поступить: он не мог блокировать все удары. И он сделал то, что пришло ему в голову первым: подпрыгнул так высоко, как только мог. Оказавшись выше замахов Тенчи, он обрушил на него свой меч. Мастер легко увернулся, и битва возобновилась.

Рю ощущал волнение, исходившее от собравшихся Клинков Ночи. Они видели и чувствовали все, что только что произошло. Мысли Рю метались, его разум пытался осознать атаку, которая была не под силу человеку. И, похоже, он был не единственным: по толпе пронесся негромкий ропот.

Они разошлись и сошлись вновь – и Тенчи повторил ту же атаку. Рю пытался сосредоточиться, постичь происходящее, но не мог. В отчаянии он бросился вправо, перекатился и едва увернулся от ударов.

Как? Как один человек мог бить в восемь разных мест одновременно? Всему всегда можно было найти объяснение, Рю просто еще не успел этого сделать. Должно быть, это был какой-то трюк, призванный обмануть дар. Но Рю не мог отключать свое чувство – его бы вмиг уничтожили. Он сосредоточился, успокаивая разум и концентрируясь на движениях Тенчи.

Мастер ударил снова – та же невозможная атака, призванная уничтожить Рю. Но на этот раз юноша не стал уклоняться, а сфокусировался, ища любую информацию, которую он мог бы использовать, чтобы отразить удар. Человек может бить только в одно место за раз. Могла существовать лишь одна настоящая атака – ее нужно было лишь найти.

В последний момент Рю что-то ощутил. Один замах, немного отличающийся от остальных. Более реальный. Рю воспользовался шансом и заблокировал именно этот удар. Его движение было не слишком быстрым, но он попал в деревянный меч Тенчи. Толпа ахнула. Рю почувствовал прилив гордости. Он сможет разгадать трюки Тенчи и победить его.

Но потом он увидел улыбку мастера и понял, что ошибся. Тенчи начал выполнять серии замахов, каждый из которых распадался на несколько других. Мысли Рю разбежались, он не мог сосредоточиться. Некоторые удары двоились, некоторые разделялись на четыре. Рю уклонялся и блокировал, но так же часто, как и настоящие атаки Тенчи, он блокировал пустоту.

Меч Тенчи мелькал все быстрее, и Рю осознал, что проиграл. Он потерял равновесие, Тенчи нанес серию ударов, которые сбили его с ног, и Рю упал на траву. Он попытался пошевелиться, но деревянный клинок Тенчи уперся ему в шею. Смертельный удар, несомненно.

Рю выругался, а потом рассмеялся. Сейчас его тело было сильнее, чем когда-либо, но ему еще многому нужно было научиться. Услышав его смех, Тенчи расслабился. Рю перевернулся на спину и с радостью принял протянутую руку мастера. Встав, Рю отряхнулся и покачал головой.

– Никогда не видел ничего подобного.

Тенчи собирался ответить, но его прервали аплодисменты, разнесшиеся по амфитеатру. Рю удивленно поднял голову. В пылу схватки он забыл, что за ним наблюдают тысячи людей. Еще немного, и он бы покраснел.

Рю никогда не видел на лице Тенчи более широкой улыбки. Тот подождал, когда аплодисменты немного стихнут, а затем наклонился к Рю.

– Я и забыл, каким веселым может быть настоящий бой. Ты сильнее, чем я ожидал. Это был хороший поединок.

– Когда-нибудь вы должны показать мне эту технику. Думаю, она не слишком хороша против тех, у кого нет дара.

– Это так. Если ты сражаешься с кем-то, не обладающим чувством, она тебе не понадобится. Я научу тебя, когда ты вернешься.

Рю поймал взгляд Тенчи. Он был невероятным человеком – в этом не было никаких сомнений. Он был силен и тверд, как сталь, но при этом умел прогнуться, когда давление было слишком велико. Рю восхищался его честностью. Он не знал, куда его заведет судьба, но был уверен, что хочет вернуться на остров. Здесь было его место.