Морико настороженно следила за своими преследователями. Четверо всадников неслись к ней, выпуская стрелу за стрелой. Дар позволял ей уклоняться от них без особого труда, но по мере приближения врагов это делать становилось все труднее и труднее. Она надеялась, что у них закончатся стрелы, но, рассмотрев колчаны получше, поняла, что в нее попадут задолго до того, как это случится.

Морико продолжала прыгать из стороны в сторону, и стрелы пролетали мимо, не причиняя ей вреда. Она сосредоточилась на том, чтобы успокоить дыхание и раскрыть дар еще шире. Она никогда раньше не сражалась с противниками, которые были верхом. Рю учил ее этому, но учиться чему-то и действительно проживать подобный опыт – вещи разные.

Морико подумала, что они собираются сбить ее с ног, но ошиблась. Как только всадники достигли определенной точки на расстоянии около сорока шагов, то разделились и рысью двинулись вокруг нее. Они не скакали галопом, но двигались достаточно быстро, чтобы за ними трудно было уследить. Морико потребовалось мгновение, чтобы понять, что они задумали. Они увидели ее меч и, вместо того чтобы дать ей возможность защититься, собирались стрелять в нее, пока она не упадет. Шанса на честный бой у Морико не было.

Девушка выругалась. Она могла уклоняться от стрел или отражать их мечом, но рано или поздно удача бы ее оставила. Она устанет и совершит ошибку, это был лишь вопрос времени. Под одеждой у нее были спрятаны метательные ножи, но ей нужно было приблизиться к всадникам хотя бы на десять шагов, чтобы ими воспользоваться. В цель дальше тридцати шагов она не могла попасть.

Лучники и Морико начали танцевать причудливый и смертоносный танец. Всадники скакали вокруг, стреляя почти равнодушно, а Морико уклонялась и уворачивалась от стрел. Она не вынимала меча, надеясь на возможность выхватить метательный нож. Ей удавалось почувствовать стрелы, выпущенные в нее даже сзади, но оставаться невредимой становилось все труднее.

Всадники изменили свою схему расположения, превратив круг в овал, выпускали очередную стрелу в Морико, когда были ближе всего к ней, а когда удалялись, клали на тетиву следующую. У нее оставалось все меньше времени, чтобы уклониться, и ее задело по меньшей мере дважды. Земля вокруг была усеяна стрелами, не попавшими в цель. Морико догадывалась, что всадники были разочарованы, что не могут попасть в нее, но сохраняли выдержку.

Вдруг, совершенно внезапно, Морико представилась возможность. Один из всадников, разъяренный тем, что не может достать ее, подъехал слишком близко. Морико поняла, что до него меньше двадцати шагов. Она выхватила метательный нож, прицелилась и бросила. Получилось достаточно метко. Морико хотела попасть в голову, но удар пришелся ниже и прорезал шею всадника. Он упал с лошади, на лице его застыло удивленное выражение. Его лошадь замерла на месте, не понимая, что делать дальше.

Морико подскочила к коню, лишившегося наездника. У нее было несколько вариантов. Она могла бы вскочить на лошадь и попытаться сбежать, но опыт подсказывал, что ее просто снова свалят на землю. Вместо этого она направилась к луку павшего воина. Стрелять из лука ее не учили, но девушка решила, что сможет понять, как уложить стрелу на тетиву и пустить ее в направлении врагов. Это могло бы их немного напугать. Она увернулась от двух стрел, когда те пытались настичь ее сзади.

Один всадник что-то прокричал на непонятном Морико языке. Она не поняла, что он сказал, но догадалась: мужчина понял, что она собирается сделать. Противник бросился к ней.

Морико оглянулась, когда его конь уже мчался на нее. В руке у девушки был нож, но лошадь закрывала ей обзор, и Морико не надеялась, что есть хоть какой-то шанс свалить ее метательным ножом. Морико убрала нож в ножны и отчаянно побежала к луку, который лежал всего в нескольких шагах перед ней. Дар буквально вопил о том, что она не успеет.

Инстинкт и тренировки взяли верх. Всадник попытался затоптать ее, подъехав к ней правым боком, со стороны ведущей руки. Но в последний момент Морико прыгнула влево, оказавшись по другую сторону от лошади. Она выхватила свой клинок и рубанула, пронзив и лошадь, и человека. Оба завопили и рухнули на землю одной большой кучей. Морико слышала, как ломаются кости от силы удара.

Двое оставшихся всадников прекратили наступление, видимо решив, что с них хватит потерь. Они поскакали прочь, пока не оказались в шестидесяти шагах от Морико. Девушка слышала, как они обсуждают сложившуюся ситуацию, но, не зная языка, не понимала, о чем они говорят. Она ждала, терпеливо и настороженно. С такого расстояния они никак не могли причинить ей вреда.

Но они, похоже, были другого мнения. Морико увидела, как они берут по стреле и макают в небольшие мешочки, висящие на боках лошадей. Девушка подумала, не собираются ли они использовать ее в качестве тренировочной мишени. Это казалось пустой тратой хороших стрел: всадники должны были понимать, что у них нет шансов попасть по ней с того места, где они стояли. Каждый натянул тетиву. Морико слишком поздно поняла, что они собираются сделать.

Она лишь беспомощно наблюдала, как оба стрелка поднимают луки и пускают стрелы в воздух. Девушка бросила последний тоскливый взгляд на уцелевшую лошадь наездника, которого убила метательным ножом. Она хотела побежать и спасти ее, но времени не было. Стрелы вонзились животному в бока, и оно рухнуло на землю. Морико решила, что всадники обмакнули стрелы в какой-то яд. Сделав свой последний выстрел, мужчины развернулись и поскакали прочь, оставив ее одну в бескрайней степи.

Морико окружали три мертвых лошади и два трупа. Она выругалась. Девушка не представляла, как сможет выжить без лошади. Она была далеко от Трех Королевств и, учитывая, сколь ничтожное количество дичи ей удалось убить по дороге, не была уверена, что сможет добыть достаточно пищи, чтобы вернуться назад.

У нее оставался лишь один вариант, и Морико он не нравился. Она должна была продолжать двигаться на юг, надеясь найти азарийцев до того, как закончатся припасы. Либо так, либо умереть в этих бесконечных степях.

Морико начала отчаиваться. Она шла на юг уже почти пол-луны, но не видела и не чувствовала ничего, кроме случайных патрулей. Всякий раз, когда она ощущала их приближение, садилась в высокую траву и скрывала свою ауру. Она подозревала, что слухи о ее битве с азарийцами распространились далеко, и у нее не было желания снова уворачиваться от стрел, пока враги используют ее в качестве живой мишени.

Морико ничего не понимала. Азарийцы были людьми, но она не могла их найти. Как можно не найти целый народ? Единственным признаком того, что здесь вообще жили люди, были следы и тропы, пересекавшие землю. Если бы не это и не попадавшиеся ей разведчики, Морико была бы уверена, что вся страна принадлежит ей одной.

Частично это объяснялось размерами этого государства. Азария должна была быть гораздо больше Южного королевства. Возможно, даже больше, чем все три королевства вместе взятые. Морико никогда не встречала столь обширных и нетронутых земель.

Было уже позднее утро, когда перед Морико возник мираж. На первый взгляд это был город или его подобие. Уставшим глазам девушки почудилось, что из земли поднимаются небольшие курганы, но они были слишком упорядоченными, чтобы иметь естественное происхождение. Она остановилась и прислушалась к своим ощущениям, но ничего не почувствовала. Морико знала, что находится очень далеко, но если бы это был город, то он должен был излучать достаточно энергии, чтобы она сумела ее ощутить. Отсутствие энергии, исходящей от курганов, убеждало ее в том, что это всего лишь мираж. Она с подозрением посмотрела на солнце. Оно находилось под подходящим углом, чтобы вызвать его.

Тем не менее курганы были ей по пути. Утро постепенно перетекало в день, а Морико продолжала приближаться к ним. Она неотрывно наблюдала за ними, и когда солнце достигло середины неба, курганы перестали мерцать и обрели форму.

Морико запаниковала и нырнула в высокую траву. Если это был город, то бо́льшую часть сегодняшнего утра ее оттуда было прекрасно видно. Стражники уже давно знали о ее присутствии. Девушка сидела неподвижно и пыталась сосредоточиться, но по-прежнему не чувствовала в этом городе ничего.

Морико испугалась. Она видела два возможных объяснения. Либо каждый человек в городе знал, как подавлять свою ауру, либо город был пуст. Морико не хотела, чтобы хоть один из этих вариантов был реален. Она подняла голову над травой в поисках признаков жизни и движения. Набравшись смелости, девушка села, но, сколько ни смотрела, глаза не смогли уловить никакого движения.

Морико вынула меч из ножен и двинулась вперед. Казалось, это был пустой город, но в этом не было смысла. Возможно, это была ловушка, чтобы заманивать разведчиков вроде нее.

По мере приближения город все увеличивался. Он состоял из десятков и десятков одноэтажных зданий. Некоторые из них были довольно большими, но и сам город был огромен. Морико понимала, что может бродить по нему не один день и не сможет осмотреть все строения.

Морико раскинула нити дара так широко, как только могла, но не смогла почувствовать ни единой живой души. Когда она наконец добралась до первых зданий, то была уверена, что город полностью заброшен. Она остановилась, чтобы осмотреть постройки. Они были сделаны из длинных стеблей травянистого растения с равнин, сплетенных так, что образовывали особый узор, который она и не надеялась повторить. Девушка проверила стены. Они были прочными и могли бы выдержать удары меча. Крыши были изготовлены по той же технологии. Такой домик мог стать надежным укрытием. Не было причин отказываться от него.

Она шагнула внутрь первого здания, готовая выхватить меч из ножен. Там было пусто. Чисто. Безупречно.

И там были признаки жизни: круг костра с остывшими углями. Нельзя было сказать, чтобы тут кто-то недавно побывал, но и сказать, что обитатели спешно покинули жилище, – тоже. Пол был подметен, нигде не стояло ни кастрюли, ни сковородки, ни какой-нибудь другой утвари.

С нарастающим чувством тревоги Морико осмотрела несколько других строений. Все они были одинаково безжизненны. Некоторые дома были больше других и, похоже, должны были служить общественными постройками, но и они были тщательно убраны.

Морико бесцельно бродила по городу, но все равно держала курс на юг. Здания располагались равномерно, но планировка города отличалась от той, что была традиционной для Трех Королевств: там предпочитали располагать дома по квадратам. Тут не было ни одной главной улицы, только несколько небольших тропинок, которые петляли между зданиями. Морико подумала, что армии легче обогнуть такой город, чем пройти по нему.

В середине пути через город Морико начала сомневаться в своем рассудке. Возможно, она слишком долго пробыла в степи. Может, это какой-то сон, от которого она не может проснуться? Пол-луны скитаний по пустым равнинам, за которыми следует пустой город? Ее разум не мог понять, что происходит, и она начала бояться того, чего не знала. Морико надеялась, что сможет найти припасы, но все дома, которые она обшарила, оказывались пусты. Ее запасы были на исходе, и девушка опасалась, что умрет в этом пустынном море травы.

Когда Морико добралась до конца города, в голове у нее была каша. Никого. Город был так же пуст, как и степь, окружавшая его. Она без труда нашла дорогу, ведущую на юг, но никак не решалась двинуться по ней. Она с тоской посмотрела на север.

Морико скучала по Южному королевству. Она тосковала по объятиям Рю и его постоянному вниманию. Ей хотелось вернуться в старый лес, нежиться в тени деревьев, по сравнению с которыми человеческая жизнь казалась ничтожно короткой, окунуть ноги в прохладный ручей, протекавший рядом с хижиной. Но она не могла повернуть назад, не сейчас. Единственный путь – вперед. С огромным усилием она повернулась на юг и посмотрела вперед.

Она не стала разбивать лагерь в городе. Морико побрела дальше и шла, пока за спиной не забрезжил закат. Только тогда она почувствовала себя увереннее и легла спать.

На следующее утро Морико проснулась оттого, что почувствовала легкое давление чьего-то присутствия на свой дар. Прикосновение к ее чувству было столь нежным, что, впервые ощутив его, девушка засомневалась. Прошло так много времени с тех пор, как она ощущала другого человека, что Морико почти не доверяла своему дару. Но чувство было, и его источник постепенно приближался.

Первой реакцией Морико было желание снова заснуть. Она лежала в высокой траве, и никто не мог ее обнаружить. Чтобы ее заметить, нужно было проехать или пройти в пяти шагах от нее, и даже тогда ее можно было обнаружить, только если случайно посмотреть вниз. Было много ужасных вещей, которые можно было бы сказать о степи, но в ней было легко спрятаться.

Но тут Морико почувствовала нечто такое, с чем не сталкивалась с того самого дня, как покинула Рю. Она почувствовала, как от человека расходятся нити дара. Здесь, в Азарии, это могло означать только одно: там Охотник.

От этого осознания Морико тут же очнулась. Она сосредоточила свой дар и просканировала все вокруг. Насколько она могла судить, Охотник был один. Это было одновременно и облегчением, и кошмаром. Если бы не Рю, последний Охотник, с которым она столкнулась, убил бы ее. Такой человек и в одиночку был достаточно опасен. Морико подавила свою ауру, готовясь устроить засаду. Охотник все еще находился в десятках шагах от Морико, и она была уверена, что он пока не нашел ее.

Затем девушка переосмыслила свою стратегию. Она была посреди дикой степи. Уже несколько дней не видела ни одной живой души, хотя и прошла через город. Еда была на исходе, и она понятия не имела, в каком направлении следует двигаться. Если бы ей удалось попасть в плен, это бы решило многие ее проблемы. В подобной стратегии была изрядная доля риска. Не было никакой гарантии, что Охотник не убьет ее. Но она все больше убеждалась, что не сможет выжить в этих землях без посторонней помощи.

Морико улеглась в траву так, чтобы можно было в случае чего достать меч, и притворилась спящей. Пока Охотник продолжал приближаться, Морико постепенно открывала свою ауру. После нескольких циклов практики подавлять свою энергию стало для нее почти так же естественно, как дышать. Отпустить дар было все равно что сбросить плащ на пронизывающем ветру. Она почувствовала себя голой и незащищенной.

Как она и ожидала, Охотник повернулся на ее энергию. Морико поборола желание напрячь мышцы, приготовившись к бою. Он должен думать, что она спит.

Каждая секунда текла мучительно медленно. Охотник отличался завидным терпением и наверняка заподозрил ловушку. Он подошел к ней на расстояние нескольких шагов и замер, выжидая. Морико ощутила, как его дар раскрывается вокруг них: мужчина искал, что он мог упустить. Морико заставила свое тело лежать неподвижно, оставаясь глубоко внутри себя. Охотник выхватил меч, и Морико почти потеряла контроль над собой. Она хотела вскочить, хотела бороться. Но продолжала лежать, открытая для нападения. Ее мысли бегали по кругу. Девушка раздумывала, нанесет ли он смертельный удар сразу или попытается схватить ее. Его поза ни о чем не говорила, и Морико подозревала, что Охотник рассматривает те же варианты. Она заставила себя дышать нормально, прикидывая, хватит ли ей скорости, если он решит нанести удар.

Он наконец сделал движение, оно было плавным и выверенным. Морико открыла глаза, почувствовав прикосновение стали к своей шее. Она подавила желание рассмеяться. Охотник заглотил наживку. Она будет жить – сразиться с ним еще успеет. Девушка встала, подняв руки в знак капитуляции. Охотник забрал у нее клинок, и от этого Морико почувствовала себя еще более голой, чем прежде, но ничего поделать не могла. Он отступил, и она смогла его разглядеть.

Это был высокий мужчина, гораздо более тощий, чем те двое, которые напали на нее и Рю у их хижины. У него были мускулы, свидетельствующие о немалой силе, но ни унции жира. Волосы темные, длинные и растрепанные – как и его одежда. Но у Морико не было привычки обращать внимание на такие детали. Она увидела только две особенности: у него не было правой руки, а в левой он держал меч, идентичный тому, который чуть не лишил ее жизни две луны назад.

Охотник продолжил обыскивать ее и обнаружил метательные ножи, которые она носила на предплечьях. Порылся в ее мешке, но не нашел ничего интересного. Морико была благодарна судьбе, что обыск не был слишком тщательным: к внутренней стороне бедер у нее было пристегнуто несколько ножей. Довольный, Охотник отступил назад и посмотрел на нее.

– Ты – моя пленница.

Что-то было не так. Что-то привлекло ее внимание, но Морико никак не могла понять что. Когда до нее дошло, она почувствовала себя глупо из-за того, что не распознала этого раньше.

– Ты говоришь на моем языке.

– Мы все говорим.

В голове Морико все перевернулось. Возможно, во всех Трех Королевствах было всего несколько человек, которые говорили на азарийском. Как так вышло, что азарийцы говорили на языке Трех Королевств? Она пыталась найти ответы, но Охотник продолжал:

– Ты – моя пленница.

Морико кивнула.

– Да.

– Обещаешь, что не попытаешься сбежать? Даешь свое слово?

Морико нахмурилась. Вопрос показался ей странным. Но она пообещала, что не будет пытаться сбежать. Ее мысли на мгновение вернулись к Рю. Зная его, можно предположить, что он бы выполнил обещание. Но это были всего лишь слова. Она будет следовать им до тех пор, пока ей это будет выгодно.

– Хорошо. Пойдем.

Что касается самого пленения, то, по мнению Морико, все могло быть гораздо хуже. Охотник не попытался связать ей руки или ноги. Он просто поманил ее за собой и ждал, что она последует за ним. Морико пожала плечами и пошла – пленница в стране, что была так далеко от дома.