Элита американского общества с самого его основания была достаточно четко очерчена. Истинными американцами, теми, для кого создавалась эта страна, были WASP – эта аббревиатура с английского переводится как «оса» и расшифровывается как White Anglo Saxon Protestant (белый протестант англосаксонец). Вплоть до 1960-х годов они безусловно доминировали над всеми сферами американской жизни. Хотя их железная хватка ослабла, они и сейчас продолжают составлять большую часть элиты США. Конечно, за эти несколько веков приоритеты менялись, смягчались и требования. Теперь, чтобы считаться «своим», уже не обязательно было быть англосаксонцем – главное просто быть белым. Не обязательно быть протестантом – главное быть христианином. В 1961 году президентский офис занял (о ужас!) 43-летний католик Джон Фицджеральд Кеннеди. А теперь уже не обязательно быть истово набожным – главное исполнять свою роль и в нужный момент акцентировать на этом внимание и апеллировать к религии. А в 2009 году президентом был избран афроамериканец Барак Обама. Уже в целом можно быть и не белым, главное быть богатым. Несмотря на все эти пертурбации, ядро «старой элиты» остается неизменным.

Реакцией на такой наплыв «чужаков» стал очередной всплеск нативистских настроений. В 1844 году была основана партия Know Nothing (Ничего не знающих), которые также называли себя «Партией коренных американцев». Конечно, несмотря на современное значение этих слов, в их цели не входила борьба за права индейцев, коренными американцами они называли себя – белых протестантов англосаксонского происхождения. Они заявляли, что новоприбывшие католики по сути своей не могут разделять республиканские ценности юной американской нации, ведь они – верные подданные папы римского. В их прибытии многие «коренные американцы» видели римско-католический заговор, целью которого было разрушение американского общества. За два десятилетия нативисты дошли от создания небольших тайных объединений до общенациональной Американской партии, претендующей на роль политического лидера. Не последнюю роль играли и расовые «опасения» – евреи, славяне, итальянцы – все эти новые иммигранты представлялись угрозой, которая могла привести к вырождению «нордической расы» англосаксонской Америки.

Многие протестанты были убеждены в том, что католики – не истинные христиане. До сих пор среди евангельских христиан находятся те, кто придерживаются этого мнения, а если ввести в поисковик фразу «Are Catholics Christian?» («Католики – христиане?») можно найти множество американских статей, видео и постов на форумах и в социальных сетях. Даже если отойти от проблемы существования института папства, различий множество. Католические сложные помпезные службы разительно отличались от привычных большинству американцев церковных встреч и проповедей. Случайно попавшая на рождественскую службу в католический храм в 1842 году Элайза Адамс в письме своему дяде назвала мессу «великим представлением». Она писала: «…эти маневры, все то вставали, то садились, то кланялись, то вставали на колени, то крестились, – глаза мои болели еще неделю, но мне стало интересно еще раз сходить».

Благодаря усилиям сторонников сокращения иммиграции (которые существовали не только в партии «незнаек») в первой половине 1920-х годов были введены суровые ограничения для желающих приехать в Соединенные Штаты Америки. Согласно федеральному закону 1921 года были установлены квоты по этническим группам – 3 % от их численности в США по переписи 1910 года. Через три года эти квоты были снижены до 2 % от переписи 1890 года, а иммиграция из стран Восточной Азии была полностью запрещена. Цель этих законов заключалась в «сохранении идеальной однородности Соединенных Штатов».

При этом ограничения не затрагивали жителей Западного полушария. В первой четверти девятнадцатого века с упразднением Новой Испании, США чувствовали себя главной силой на континенте, единоличным лидером, чьей миссией была защита территорий Западного полушария от европейской угрозы и освоение новых земель североамериканского континента. Южная Америка должна была стать для Штатов ресурсом для потенциального основания колоний – аналогом Азии и Африки для Европы. Эта концепция американской внешней политики, названная в честь возглавлявшего тогда страну Джеймса Монро (1817–1825) «доктриной Монро», была сформулирована в 1823 году государственным секретарем Джоном Куинси Адамсом, который станет следующим, шестым президентом США (1825–1829). Доктрина Монро была основана на совместном невмешательстве европейских держав и стран Западного полушария во внутренние дела друг друга.