Главной фигурой корейской мифологии является Тангу́н Ванго́м – легендарный персонаж, которому приписывается создание первого государства на Корейском полуострове – Кочосон, или Древний Чосон. Согласно записям «Самгук юса», Вангом основал государство в 2333 году до н. э. и установил столицу в местности Асадаль. По легендам, задолго до основания Древнего Чосона существовало другое мифическое государство – Пэдальгук, или [9]Синси (3898–2333 год до н. э.), которое основал отец Тангуна – Хванун, когда впервые спустился на землю.

Прежде чем говорить о Тангуне, стоит сказать о его предках – отце Хвануне и Небесном боге Хванине. В корейской мифологии Хванин представляется как Небесный бог-правитель и воплощение Индры – древнеиндийского Царя богов и повелителя небесного царства. Именно Индре принадлежат земли Сварги – аналога рая, где царит вечная радость и отсутствует смерть.

Однажды Хванин узнал, что один из его сыновей – Хванун – тайно помышлял о человеческом мире и «жадно стремился в человеческие пределы». Взглянув на землю, Хванин решил, что пребывание сына среди людей принесет только пользу. Вручив Хвануну три небесные «бирки-печати», Хванин отпустил его на землю во главе трехтысячной свиты. Стоит отметить, что священные объекты, которые Хванин даровал сыну, перекликаются с классическими символами правления японской мифологии (за исключением колокола – в японской мифологии вместо него упоминается яшма). Меч, колокол и зеркало[10] воплощали власть древнего правящего рода как небесных наместников в мире людей и божественных потомков.

По легенде, Хванун со свитой спустился на вершину горы Тхэбэксан, где в окружении последователей и основал государство Синси – Город Бога. С того момента Хванун получил статус [11]Хванун-чхонва-ном и стал распоряжаться тремястами шестьюдесятью делами мира людей: он отвечал за урожай, дожди и снега, распределял наказания и болезни, а также ведал добром и злом. Ему подчинялись три духа: Пхунбэк, Уса и Унса, – соответствующие трем важнейшим для земледелия богам: ветров, дождей и облаков. Считается, что, пребывая на земле, Хванун не только установил порядок и гармонию в мире людей, но и заложил основы духовной и сельскохозяйственной культур.

Рождение Тангуна связано с мифом о медведице и тигрице, которые жили в пещере и мечтали стать людьми. Узнав, что на земле властвует сын Небесного правителя, медведица и тигрица начали ежедневно возносить ему молитвы, чтобы тот даровал им человеческий облик. Однажды Хванун откликнулся на их зов и вручил стебель «чудесной полыни» и двадцать головок чеснока. «Если вы съедите это и не будете выходить на солнечный свет сто дней, то обретете человеческий облик» – такое условие поставил Хванун медведице и тигрице, а после исчез.

Последовав его наказу, медведица и тигрица съели полынь и чеснок, после чего стали воздерживаться от любого контакта с солнечным светом. Вопреки желаниям, тигрица не соблюла условие и так и не превратилась в человека. Медведица же спустя 100 дней обратилась женщиной и взяла имя Уннё. Хотя она вела праведную и благородную жизнь, ей не удавалось заключить брачный союз. Медведица постоянно приходила к священному дереву Синдансу на горе Тхэбэксан и молилась, желая зачать ребенка. Хвануна тронули ее мольбы, он спустился к ней в человеческом облике и взял в жены. Вскоре от их союза родился легендарный правитель Кочосона – Тангун. [2]

Брак Хвануна и Уннё можно интерпретировать как союз двух основополагающих стихий – неба и земли. Так как небесный культ основополагающий в Корее и был связан с солнцем и светом, 100 дней, которые Хванун наказал медведице и тигрице избегать солнечного света, можно трактовать как 100 дней воздержания. Медведь – ключевой тотем, связанный с культами плодородия и земледелия. Интересно, что медведь считался священным животным, олицетворяющим женское начало и материнство.

Женщина – родоначальница корейского государства превратилась в духа Земли и вечно обитает на священной горе.

Значение образа Тангуна в истории и мифологии Кореи подтверждают многочисленные исследования. Интересно, что в 1997 году в Южной Корее ряд специалистов, изучающих миф о Тангуне, официально заявили о создании научного общества «тангуноведения» – «Тангунхакхве». В 2011 году общество объединилось с исследователями Древнего Чосона, благодаря чему появилось «Научное общество по изучению Древнего Чосона и Тангуна». [12]

Изучение мифа о Тангуне позволяет исследователям развиваться не только в рамках изучения древней археологии и истории, но и в философии и фольклористике. С исторической точки зрения миф о Тангуне ставит важные вопросы: существовал ли в реальности Древний Чосон? И если да, то где и когда? С этнографической и философской точек зрения миф о Тангуне помогает взглянуть на идеологические аспекты, чтобы лучше понять специфические черты культуры корейского народа. Уже на этом этапе рассуждений ясно, что миф о Тангуне представляет особую ценность для представителей не только гуманитарных наук, но и социальных: через изучение популярности мифа в определенный этап истории ученые анализировали политические движения корейских государств.

В 1990 году правительство КНДР объявило о находке древнего захоронения. Могильник располагается в районе Пхеньяна, где когда-то, судя по мифу, находилась столица Кочосона. По заявлениям правительства КНДР, могильник принадлежит легендарному Тангуну, однако подлинность этих заявлений не подтверждена, так как независимые специалисты не провели экспертизу.

Согласно «Самгук юса», Тангун основал Кочосон на 50-м году правления великого китайского Императора Яо. Поначалу Тангун перенес столицу в город Пхёнъянсон, затем – в Асадаль. Его правление растягивается, судя по древним записям, на 1500 лет, после чего Тангун скрылся в горах и стал духом – на тот момент его возраст составлял 1908 лет.[13]

С уходом Тангуна заканчиваются и сюжеты с его участием, однако в народных верованиях сохранились поверья, что его дух продолжает присутствовать в небе, ветре, традиционных ритуалах и на горных вершинах. По некоторым легендам, дух Тангуна стал покровителем земли или горным духом, охраняющим корейский народ от напастей.

Трактовка имени Тангуна также вызывает споры среди исследователей мифа. Его имя связывают с деревом Тан (пакталь) – «черная береза», но буддийская традиция предполагает, что имя происходит от сандалового дерева – тогда оно переводится как «хозяин/правитель дерева Тан»; «Самгук юса» же трактует имя как «правитель алтаря».

В корейской традиции множество мифологических представлений, связанных с древними деревьями. В народе верили, что они становились обиталищами духов, которые помогали людям бороться с болезнями и приносили процветание. Подобные деревья становились духами – покровителями местности: к ним привязывали колокольчики и барабан – так место рядом с деревом обретало статус алтаря для жертвоприношений. Благодаря этому в начале XI века расцвела традиция поклонения духам местности – сонан.

Современные исследователи мифа о Тангуне трактуют его имя как «шаманский царь», так как дух Тангуна особо почитали корейские шаманы. Отсюда возникло предположение, что Тангун – общее древнее название верховного жреца-шамана, а Вангом – вождя племени. Эта теория объясняет время правления Тангуна – несколько человеческих жизней. В его образе объединились черты мифического персонажа, культурного героя и духа – защитника племени, тотемом которого, очевидно, являлся медведь. [7]

Мифы о медведе-прародителе также известны у народов Сибири: тунгусов, палеоазиатов, ойратов и бурят. У корейского племени, откуда происходила мать Тангуна, видимо, тотемным животным также являлся медведь. Интересно, что целый ряд названий северокорейских племен восходит к слову «медведь»: пуё, емэк и когурё, – что говорит о распространенности популяций животного в древние времена на территории Корейского полуострова. [14]