Я не сомкнула глаз прошлой ночью.

Я была напугана, и страх делал этот момент еще более жутким. Он не убьет меня. Он сказал, что это не навредит. У меня даже есть шанс спасти свой народ от проклятия. Если мы не остановим эту болезнь, в какой-то момент нас станет так мало, что королевства рухнут. Это было необходимо, и все, что мне нужно сделать – просто лежать, пока он не закончит.

Но я все равно беспокоилась.

Раздался бой часов.

Дверь открылась.

А потом появился он, такой же, как и вчера вечером, без рубашки, в брюках, босой. Он закрыл за собой дверь, и она щелкнула с другой стороны.

Я сидела на кровати, глядя на вампира, неотличимого от человека. Его клыков не было видно. Только эти зрачки могли его выдать. В ту секунду, когда он оказался в комнате, мое сердцебиение стало неровным.

– Ложись.

Инстинкт кричал мне возразить, сопротивляться каждому его приказу, но это был не приказ. Это было предложение.

Я была полностью одета, за исключением обуви. Я не обувалась с тех пор, как была заперта в этой тюрьме, потому что в этом теперь просто не было необходимости.

Он подошел так близко, как тогда, когда душил меня. Теперь же я могла чувствовать его запах – запах сандалового дерева, соли и океанского воздуха… даже тумана. Его доспехи и одежда всегда были украшены, но теперь его кожа была открыта моему обонянию. Он не тронул меня.

– Тебе будет удобнее, если ты ляжешь на спину.

– Как много времени это займет?

Его взгляд заметался из стороны в сторону.

– Недолго.

Наконец я откинулась на покрывало, уронив голову на подушку. Он стоял у кровати.

– Убери волосы.

Я схватила пряди и откинула их, обнажая свою плоть вампиру, который хотел полакомиться моей кровью. Мои глаза были прикованы к потолку, потому что я не хотела видеть выражение победы на его лице. И я не хотела признавать свою судьбу. А он просто продолжал стоять там.

– Давай покончим с этим.

Он залез на кровать, и матрас тут же прогнулся под его весом. Ростом он был на несколько дюймов выше шести футов, и даже при своем худощавом теле весил фунтов двести.

Он двинулся прямо на меня, как будто собирался сделать нечто большее, чем просто укусить.

Теперь его запах стал более резким, прямо у моего носа – пахло холодным океаном. Его тело не касалось моего, прищуренными глазами он изучал мое лицо. Его сильные плечи и грудь были на уровне моих глаз и это делало момент гораздо более интимным.

Его рука скользнула в мои волосы, будто он собирался меня поцеловать.

На коже мгновенно появились мурашки. Нервы мои были натянуты, связаны в узел. Я сглотнула, хотя в горле было сухо. Каждый раз, когда я делала вдох, я задерживала дыхание, прежде чем выдохнуть.

Он повернул мою голову, заставляя посмотреть направо, а затем опустил голову вниз – и я почувствовала их.

Его клыки.

Они пронзили мою плоть, и боль была острой, будто порезалась бумагой. Это заставило меня вздрогнуть, дернуть ногами в знак протеста.

Но затем боль утихла, сменившись неописуемой эйфорией. Это было обезболивающее, которое смягчило укус, но оно правда было достаточно опьяняющим, чтобы вызвать привыкание. Мое тело обмякло, я расслабилась, и удовольствие, которое я получила, было настолько сильным, что я не хотела, чтобы оно прекращалось… как он и сказал.

Мои руки двигались сами по себе и скользнули по его мускулистой спине. Когда они обхватили его плечи сзади, мои ногти впились в его кожу, как будто я хотела пролить его кровь так же, как он пролил мою.

Мои глаза закрылись, и я откинула голову назад, еще больше открывая ему доступ к моей шее. Я была настолько подавлена, что едва могла чувствовать прилив эмоций.

Землетрясение, обрушившее горы. Сила, достаточно мощная, чтобы уничтожить мир и все, что есть в нем. Деревья, сломанные пополам. Ветры, разрушающие камень. Наводнения, разбивающие плотины, затапливающие мир.

Менее чем через десять секунд после того, как его клыки пронзили мою плоть, все было кончено.

Он оставил мое тело и поднялся на ноги. Его лицо не повернулось к моему, и выглядел он странно.

– Что случилось?

Это было со мной в первый раз, но я словно знала, что все должно было длиться намного дольше, чем десять секунд.

Кингснейк вылетел из моей спальни и оставил дверь широко распахнутой.