Я глядел на долину со смотровой башни, ожидая предвестников битвы. Эта война стояла у нашего порога. Я знал, что до наступления темноты ничего не увижу, но мне нужно было сосредоточиться на чем-то, помимо ужаса, который я чувствовал в тот момент.

Остальные подготовили пушки и укрепили ворота, ожидая появления тварей, которые могут наводнить наш город. Приказ был отдан, и теперь оставалось только ждать.

Я услышал шаги за спиной.

– Она отдыхает в твоей постели.

Я не обернулся, потому что не был готов увидеть новый цвет его глаз.

– Она поела?

– Да.

Все закончилось, но мне все равно было плохо.

– Тебе пришлось убить кого-нибудь?

– Их больше беспокоит армия, которая марширует к нашим границам. Каждый готов служить тебе в этой битве.

Я медленно выдохнул, испытывая облегчение, что никто не попытался взять больше положенной доли.

– С ней все в порядке, Кингснейк.

– Ты не понимаешь…

Он подошел ко мне и вместе со мной взглянул на крепостные валы:

– Я знаю, что тебе было трудно, но ты все равно решил поставить нужды своего народа выше собственных. Вот почему я служу тебе – не потому, что ты мой брат, а потому, что ты великий король.

* * *

Я стоял у кровати и смотрел, как она спит. Ее лицо вновь порозовело, и она обняла подушку рядом с собой, будто это был я.

Ее шея была покрыта следами от укусов, и ни один из них не был моим.

Я потянулся рукой к ее волосам и положил их на шею, чтобы скрыть следы.

От прикосновения она открыла глаза и уставилась на меня, пытаясь осознать реальность.

– Все кончено.

Она несколько раз моргнула, прежде чем сесть.

– Как ты себя чувствуешь?

– Отлично.

Ее голос был хриплым, словно она спала всю ночь, а не несколько часов.

– Ты еще хочешь есть?

– Нет…

Она провела пальцами по волосам и еще несколько раз моргнула, затем посмотрела на меня.

– Будто дурной сон.

Больше похоже на кошмар.

– Я бы позволил тебе поспать… но тебе пора идти.

– Идти?

– Пока еще светло. Когда стемнеет, тебе придется спрятаться, пока Клык не присоединится к тебе.

Сон наконец опал с ее глаз, когда она осознала ситуацию.

– Не думаю, что смогу оставить тебя…

– Сможешь.

– Что, если…

Она не могла заставить себя произнести это.

– Значит, такова моя судьба.

– Ты говоришь, что хочешь жить вечно… но ты не боишься умереть.

– Есть вещи, ради которых стоит умереть.

Она опустила наполненные печалью глаза.

– Ты будешь прятаться вместе с Клыком. Когда станет безопасно, он сопроводит тебя на восток.

– Куда это – на восток?

– Он все объяснит, если потребуется.

Я встал с кровати.

Лариса откинула одеяло, и на ней по-прежнему была форма без доспехов.

– Одевайся. Я отведу тебя к лошади.

Лариса поднялась на ноги и посмотрела на меня, словно ей нужно было многое сказать, но у нее не находилось слов.

Я не был уверен, когда это случилось. Когда мы превратились из спящих вместе врагов во…во что бы то ни было. Это было сложно. Она переживала за меня, хотя не должна была. Я переживал за нее, хотя она изначально служила лишь для определенной цели. Но вот до чего мы дошли.

Она надела доспехи и плащ, взяла меч и кинжалы и вышла со мной. Мы прошли по секретной тропе за городом, где к дереву была уже привязана оседланная лошадь, жующая траву.

– Все необходимое уже упаковано. Еды и воды немного, поэтому расходуй запасы аккуратно.

Я отвязал лошадь от дерева и поправил ей поводья.

– Иди на юго-восток, обогни самую большую гору, там увидишь водопад. Ты его не пропустишь. Жди там, пока не придет Клык. Я передам ему, где тебя найти.

Она смотрела на меня взволнованными глазами, как будто не услышала ни слова, из того, что я сказал.

Я старался сделать все идеально, но становилось только хуже.

– Я не могу оставить тебя…

– Можешь.

Я повысил голос, чтобы опровергнуть эту нелепую мысль.

– Я не смогу делать то, что должен, если буду все время беспокоиться о твоей безопасности. Если ты хочешь, чтобы я выжил, отвлекать меня нельзя.

Она глубоко вздохнула, и на ее глазах выступили капельки слез. К счастью, она была слишком горда, чтобы позволить им упасть.

Я не смог бы с этим справиться.

– Я боюсь…

– Бояться нечего.

– Ты бы не отослал меня, если бы не боялся худшего.

Она была слишком умна, что было ей на пользу.

– Я осторожен, вот и все.

– Ты врешь.

Я изо всех сил старался отгородиться от своих мыслей, но она каким-то образом прорвалась в них вновь.

– Не забывай, кто я. Король вампиров и повелитель тьмы. Ты сама сказала, что хотела бы, чтобы мы стали пылью на ветру.

Ее глаза наполнились слезами, как будто я дал ей пощечину.

– Сказала, что ненавидишь меня. Ненавидишь наш вид и всегда будешь ненавидеть.

Она тяжело дышала.

– Возможно, твое желание исполнится. – Я обошел лошадь и приготовился помочь Ларисе подняться. – Пора идти.

Она осталась стоять, не глядя на меня.

– Лариса.

Наконец, она повернулась и посмотрела на меня.

Я протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

Ее глаза были прикованы к моим:

– Пожалуйста, не умирай.

Жгучий жар разлился по всему моему телу, когда я увидел, как искренне вспыхнули ее глаза, когда она произнесла эти слова. Я не мог читать мысли, но прямо сейчас я мог прочесть ее сердце.

Она подошла ко мне и обняла, прижавшись щекой к моей груди.

Я держал руки по бокам, а она схватилась за меня, пока я пытался, насколько было возможно, облегчить расставание.

Но она осталась стоять.

Она стояла, пока я не заключил ее в свои объятия и не прижал к себе, наклонив голову к ее лбу. Мои пальцы впились в ее волосы, и я почувствовал, как ее маленькая грудь поднимается и опускается от волнения.

Теперь мне не хотелось ее отпускать.

Никогда.

Наконец она отодвинулась и без моей помощи влезла в седло. Не глядя на меня, она схватила поводья, пнула лошадь и поскакала. Как я и наказал, она направилась на юго-восток, не оборачиваясь.

Оставался час до сумерек.

Мы были максимально подготовлены к предстоящей атаке. Ближе всего к месту действия располагались те, кто пил кровь Ларисы. Пушки были заряжены. Жаровни горели.

Я стоял рядом с Вайпером, и мы оба молчали.

Король Кобра согласился прийти вам на помощь. Он со своей армией отправляется сейчас же.

Ему понадобится слишком много времени, чтобы добраться до нас.

Он с-с-с-казал, что у него есть секретный проход через горы. Если они не будут останавливаться, то прибудут в полночь.

Спасибо, Клык.

Я уже в пути.

Лариса ждет возле водопада на юго-востоке. Встреть ее там.

Я хочу сражаться вместе с тобой.

Я знаю. Но мне нужно, чтобы ты защитил Ларису вместо меня.

Хорошо.

Клык?

Да-а-а?

Прости… за то, что было.

Я не видел его несколько дней и теперь боялся, что никогда больше не увижу. В последний раз, когда мы были вместе в одной комнате, я видел, как он уходил, склонив голову от стыда.

Я сожалею о том, как мы расстались.

Между нами ничего не изменитс-с-с-я. Никогда.

Я дослушал его, прежде чем повернуться к Вайперу.

– Кобра будет здесь в полночь.

– Как ему это удастся?

– У него есть секретный ход.

– Которым он с нами не поделился?

– Ты знаешь, он старается не раскрывать своих карт…

Вайпер посмотрел прямо перед собой:

– Мне пора отправляться в туннели.

Он вздохнул, прежде чем развернуться и посмотреть мне в глаза:

– Думаю, это прощание… до поры до времени.

Я кивнул:

– До поры до времени.

Его глаза сказали все, чего не сказали его губы. Это может быть наш последний момент вместе. И после смерти воссоединения не будет… потому что наши души были принесены в жертву давным-давно. Слова не могли передать невысказанную любовь между братьями. Они не могли передать силу преданности, глубоко укоренившуюся в наших костях.

Вместо того, чтобы сказать больше, он повернулся и пошел прочь, его плащ развевался на ветру позади него.

Ночь сгущалась. Жаровни освещали ее танцующим сиянием. Вокруг было тихо, пока не начали сотрясаться горы. Это было далеко, но как только проход был взорван, количества обломков, упавших вниз, оказалось достаточно, чтобы потрясти весь мир.

– Удачи, Вайпер.

Я стоял на насыпи у западных ворот, зная, что именно здесь откроется вторая линия атаки.

В темноте я увидел, как разведчик бежит между жаровнями с бешенной скоростью. Их должно было быть двое, но, похоже, вернулся только один.

– Откройте ворота.

Солдаты повернули рукоять и приоткрыли ворота, чтобы наш разведчик смог пройти. Оказавшись за воротами, он упал на колени, задыхаясь. Кто-то принес ему воды, и он выпил ее так, будто ничего не пил уже несколько недель.

Я спустился вниз и подошел к нему.

– Что случилось?

Он приподнялся на лодыжки.

– У них Филкон…

– У кого «у них»?

– У их армии. Она и на лигу не отстала от меня.

Значит, есть вторая армия.

Словно по команде я услышал звук барабанов.

Они разделили силы на две части, а это означало, что нам придется сражаться на два фронта. Заваленные проходы убьют некоторых и причинят неудобства остальным. Но в конце концов они дойдут до Грейсона – надеюсь, после прибытия Кобры.

Вероятность, что мы этого не переживем, была высока.

Но я не показывал этого своим солдатам. Все смотрели на меня, ожидая приказа, ругательства или крика.

Я сохранял самообладание.

– Готовьте лучников. Уничтожьте как можно больше. Остальные будут сражаться за воротами. Идемте.

Солдаты снова открыли ворота, и я вышел первым. Остальные последовали за мной, готовые умереть от вражеского меча. Впереди, в небольшом проходе между горами, виднелись их факелы. Они нашли способ подняться на западную сторону и застать нас врасплох. Мы не ожидали, что армия зажмет нас в ограниченном пространстве, но в этом-то и заключался их план.

Эфириалы знали, что я никогда не приму их предложение, поэтому их истинная цель заключалась в том, чтобы осмотреть территорию и выявить наши слабости. Мы уже были в меньшинстве, поэтому разделить нас было разумным шагом. Прижать нас к западным воротам, где мы вожмемся во внешние стены, было еще разумнее.

Их факелы стали ярче, барабаны громче, а затем появились и они сами, массивные существа с открытыми ртами, выпускающие свое рычание в ночь, делая все возможное, чтобы запугать нас. После того, как я завоевал эти земли, они стали нашими подданными, но теперь они решили восстать.

Если мы это переживем, я убью их всех.

Пощады не будет.

Я повернулся к солдатам позади меня.

– Твердо держите позиции. В противном случае вас прижмут к воротам с копьем в животе. Они слабо защищены возле шеи и подмышек. Позвольте им ударить вас пару раз, а когда они остановятся, нанесите удар в подмышку.

У каждого из них было мужественное выражение лица, будто они ни капельки не боялись, но я знал, что в глубине скрывались совсем другие чувства. Когда люди умирали, их души отправлялись в загробную жизнь, где они обретали новое начало. Для нас же это был просто конец, просто темнота. Это была жертва, которую мы принесли, чтобы прожить вечную ночь.

Их армия остановилась перед нами. Копья их были воткнуты в землю, а барабаны затихли.

Я ждал их требований.

Кахан, вождь орков, вышел вперед. Белая краска была размазана по его темному лицу, и он сжимал черное копье огромными пальцами.

Он медленно подошел ко мне. Его темные глаза горели на устрашающем лице. Он остановился в нескольких футах от меня.

– Отдайте нам девушку – и ваш народ будет цел.

– Как я могу доверять тебе? После нашей войны я простил ваш народ и позволил вам свободно поселиться на моих землях. Ты предал эту милость, и ради чего? Ради шанса жить вечно? Конечно, вы должны понимать, что это было ложное обещание. Их вид никогда не допустит зверей в свое вечное царство.

Кахан обнажил зубы, из его рта вырвалось тихое рычание.

– Отдайте нам девушку…

– Нет. Выведите свою армию из моих земель, и я прощу вас еще раз. Или продолжайте свою войну, а, когда вы проиграете, я убью вас, ваших женщин и детей в пещерах.

– Мы оба знаем, что ты в меньшинстве, король вампиров.

– Или только ты так думаешь.

Кровь Ларисы дала мне беспрецедентную скорость, поэтому я вонзил клинок ему в шею быстрее, чем он успел предсказать мою атаку. Одним надрезом я отделил его голову от плеч. Прошла секунда, а он продолжал стоять, будто его тело не получило сообщения о том, что мозг исчез. Затем он рухнул на землю.

Я посмотрел на армию позади него и покрутил меч запястьем.

– Давайте сделаем это.

Их гневное рычание ворвалось в ночь и эхом разнеслось по горам. Они подхватили копья и бросились в атаку.