Рюрик

Сумерки раннего утра прорезали ночное небо золотыми и фиолетовыми облаками.

А принцесса так и не вернулась.

Хотя пара Брота, Коннор, вернулся. Он, и Аврил, и Зеро.

— Я не понимаю, — бормочу я, пытаясь совладать с порывами, от которых у меня дергаются пальцы. Я никогда не питал склонности к насилию, но этот момент заставляет меня усомниться во всем. Я хочу только одного — найти кого-нибудь, кого можно наказать, но человек, который вот-вот займет трон, не должен позволять себе тиранических порывов. — Объясните мне это еще раз.

— Мы не можем найти принцессу, — говорит Зеро ровным, спокойным голосом. За те несколько коротких мгновений, что я не мог осуществлять над ней полный контроль, она совершила ошибку, достойную смерти. Я бы по праву вырвал ее церебральную систему из черепа и выбросил в один из каналов. — Я вышла наружу всего на несколько солнечных минут, прежде чем вернуться, чтобы проверить их. Она, предположительно, в безопасности с Офицером Хитом, но наверняка сказать невозможно.

Я выдыхаю, и мое дыхание затуманивает стекло передо мной.

Я протираю стекло, оборачиваюсь, обрамленный окном с бархатным рассветом за спиной, мой халат сползает с плеч. Должно быть, в выражении моего лица есть что-то, что предупреждает о надвигающейся потере моего тщательно оберегаемого самообладания, потому что даже Брот теперь стоит на колене, почтительно опустив голову.

Ты сказал Ив, что она может бежать, шепчу я себе, но тут же отбрасываю эту мысль. Она бы сказала мне, если бы собиралась уйти. Вот такой человек моя пара. Она честная и добрая, даже если пытается скрыть эти черты, ведя себя как избалованный ребенок.

Я прикусываю правую сторону нижней губы, прокусывая кожу и слизывая кровь с раны, чтобы успокоиться. Я слегка расправляю крылья, и запах моих феромонов меняется с того сладкого, который я создаю для Ив. На этот раз, когда я взмахиваю крыльями, комнату покрывает пыль, от которой остальные кашляют, их волосы припудрены, а ноздри раздуваются от медного привкуса этого запаха.

— Если принцессе нужно было уйти с Офицером Хитом, я бы хотел знать почему, — рявкаю я, пересекая комнату и останавливаясь прямо перед остальными. — Если она мертва, я позабочусь о том, чтобы пытать вас, прежде чем мои родители убьют нас всех.

Я прохожу мимо них в сторону ванной.

Независимо от присутствия Ив, сегодня последний день свадьбы.

Это День Заявления Прав.

Дверь ванной запирается за мной по щелчку пальцев, и я останавливаюсь перед раковиной, опершись руками о столешницу, усики зачесаны назад по обеим сторонам головы. Я плотно прижимаю их к черепу для успокоения, глаза закрыты, зажимы подергиваются под халатом.

Когда я впервые нашел Ив, я ожидал, что попаду в ситуацию, когда наша связь никогда не будет казаться реальной, когда она продолжит отвергать меня, и поэтому было бессмысленно позволять себе по-настоящему рассматривать ее как невесту. Если я был ей не нужен, я не мог радоваться этому.

Но потом она передумала.

Шесть дней мы соблюдали свадебные традиции с любовью и состраданием.

Теперь я один.

Я стучу длинными ногтями по столешнице, и этот клацающий звук эхом отдается от стен.

В дверь стучат, что я хочу проигнорировать, но не могу удержаться.

— В чем дело? — рявкаю я, упираясь руками по обе стороны дверного косяка. Халат теперь сполз до самой талии и грозит вообще упасть. Я тянусь рукой, чтобы перехватить ткань, отказываясь показывать свой член кому-либо, кроме моей жены. Это не пустяк, чтобы другие его видели.

Брот ждет, скрестив руки на груди, опустив глаза. Остальные ушли, но в комнате все еще режет глаза от феромонов, которые я швырнул им в лица. Я зол, да, но эта демонстрация доминирования послужила своей цели. Когда мои родители неизбежно вызовут нас в тронный зал, они не смогут учуять даже намека на Фалопекса.

Если они это сделают, это будет означать долгий и ужасный конец нашей жизни. Они будут в такой ярости, что не прикончат нас быстро, как Ранета и его пару. Будут уничтожены планеты. Не только та, что нужна для дозаправки, но и многие другие.

— Ты позволил гневу управлять тобой, как это делает отец, — говорит мне Брот, и я съеживаюсь, прижимаясь лбом к руке. Он прав, и мне от этого тошно. Ив, ты жива. Это я знаю точно. Я бы почувствовал твою смерть с противоположного конца Ноктуиды. Но где ты? Почему ты сбежала? Я поднимаю голову, чтобы снова посмотреть на Брота. — И ты не позволил своим слугам закончить их рассказ: возле часовни не было никаких следов Асписа. Ив кашляла кровью, и все они были совершенно уверены, что она умрет. Если она ушла с Фалопексом, чтобы поправиться в другом месте, то мы должны найти их как можно быстрее. Они не смогут связаться с нами или вернуться сюда самостоятельно.

Он прав.

Но я пока не могу уйти. Если я приду на День Заявления Прав один — в день, когда я начну брать под контроль части «Короля» в рамках подготовки к моему восхождению на престол, — тогда мои родители не узнают об исчезновении Ив, возможно, до завтра. Это даст нам время составить план и провести расследование.

— Ты поможешь мне подготовиться ко Дню Заявления Прав и будешь присутствовать вместе со мной, чтобы доказать матери и отцу, что люди — действительно самые странные из пар. Ты понимаешь?

Брот морщится при мысли о разлуке со своей парой, но кивает. Он пойдет на эту жертву ради меня. Кроме Любима, он и впрямь может быть моим самым любимым из всех моих братьев.

— Да, Моя Имперская Принцесса, — говорит он, и я знаю, что из него выйдет надежный и заслуживающий доверия советник короны.

Он помогает мне облачиться в одежды для церемонии, а затем сопровождает меня на корабль вместо Ив.

Трон скрипит, когда мой отец наклоняется, чтобы посмотреть на меня. Он хмурится так, что мои линзы синхронизации дают сбой и открывают агрессивно распахнутые жвалы. Я вижу все его зубы, кожу на щеках, оттянутую назад так, что обнажаются десны, вытянутый язык, глубины его ужасающей глотки.

На краткий миг я рад, что Ив здесь нет.

— Эти люди способны сопротивляться связи пары? Не знаю, верить ли этому. — Он откидывается на спинку кресла и поворачивается к Матери. Ей не нравилась моя пара с самого первого мгновения. Я не знаю почему. Возможно, потому что она знает, насколько свободолюбива Ив, а королева больше всего ценит идеальное послушание. То, что ее преемница дерзила ей, никоим образом не расположило ее к Ив.

— Я не понимаю. Они в спячке? — Мать с трудом пытается осмыслить причины, которые мы с Бротом им назвали. Мы просто что-то выдумали. Мои родители ничего не знают о людях и их привычках, а в компьютере нашего корабля о них почти нет информации. Они не смогут отличить правду от лжи. — Ты привел на свадьбу брата вместо своей самки? Возможно, нам следовало убить тебя и твою пару вместо Ранета и его.

Королева скользит по полу, обвиваясь вокруг меня достаточно плотно, чтобы я засомневался, вырвусь ли я из ее когтей сегодня. Если придется, я буду бороться за свою жизнь, но я не могу рисковать, пытаясь сделать это до того, как получу контроль над какой-то частью «Короля». Я остаюсь безмятежным и неподвижным, ожидая, когда она меня отпустит.

Она отпускает, и я падаю на одно колено, пытаясь восстановить уровень кислорода в крови. Брот подходит ближе, но не смеет дотронуться до меня. Он уже слишком вовлечен в это. Если я умру, он последует за мной к Звездам. Он не хочет терять свою пару больше, чем я свою.

— Запомни это, Рюрик. Ты важен только до тех пор, пока ты важен. Если еще один из твоих братьев прибудет со своей парой, ты будешь отстранен от престола.

Я заставляю себя подняться на ноги и отвешиваю королеве поклон.

Но вы также не хотите убивать меня, потому что боитесь, что никогда не вырветесь из того ада, которым является трон.

С огромным усилием я вспоминаю свое самое счастливое детское воспоминание и молю Звезды, чтобы улыбка на моем лице выглядела достаточно искренней, чтобы угодить им обоим.

— Можем ли мы начать церемонию? — спрашиваю я, подходя к стене. Не дожидаясь ответа, я доказываю свою преданность, доказываю, что не собираюсь от них бежать. Я прокусываю зубами язык, наполняю рот кровью, а затем прижимаю ладони к стене. Мой язык размазывает кроваво-красное кружево по поверхности, но я проталкиваюсь глубже, прямо в сердце «Короля».

Этот корабль был создан моим предком, эта странная и неестественная смесь металла и костного мозга, органической материи и искусственного интеллекта. Ведь мой отец лишь частично контролирует свои действия. Корабль диктует другие самостоятельно.

Вы хотите, чтобы я занял ваш трон? — спрашиваю я через кружево, так же, как общаюсь со своей парой. Мне тошно разговаривать с кем-то еще таким образом, но это единственный способ взять контроль.

Здравствуй, Рюрик, — отвечает теплый голос, — я наблюдал за тобой, и я в восторге от того, что ты станешь следующим королем.

Корабль цепляется за кровавое кружево на моем языке и вытягивает из меня столько, сколько может размотать, заставляя меня осесть на пол, по подбородку течет кровь. Я поднимаю глаза и вижу, что потолок тронного зала свободен от мускулистых сплетений сухожилий и плоти. Вместо них висит элегантный кружевной балдахин.

— Хороший мальчик, Рюрик, — говорит мой отец со стоном, разрывая нити кровавого кружева, которые десятилетиями привязывали его тело к трону. Всего несколько нитей, недостаточно, чтобы он мог покинуть комнату впервые за шестьдесят земных лет, но достаточно, чтобы он мог встать. Он потягивается, поднимая руки над головой со стоном удовольствия и голодом в глазах, который он обращает на меня. — Приведи свою невесту завтра и продолжи восхождение. Мы с твоей матерью правили достаточно долго.

Я в равной степени в восторге от его предложения и в ужасе от него.

Потому что я должен занять трон, но сначала мне нужно найти Ив.

Одного дня недостаточно, чтобы сделать это.

— Да, Ваши Императорские Величества, — бормочу я, пока Брот помогает мне подняться на ноги. Я отвешиваю поклон, прежде чем выйти из зала быстрыми шагами, которые переносят меня через весь корабль, к платформам, обратно в замок.

Я не позволяю себе расслабиться, пока мы не оказываемся в безопасности в моих покоях.

— Теперь мы будем работать над нашей историей и молиться, чтобы пережить завтрашний день, — говорю я, пока Коннор и Брот обнимаются рядом со мной, а я ничего не могу сделать, кроме как наблюдать за тем, как облегчение от того, что они снова нашли друг друга, наполняет их лица.

Я завидую.

Я близок к очередному приступу ярости.

— Мы скажем, что ее похитили, — говорю я Аврил и Зеро, пока последняя помогает мне стоять. — Вы скажете им, что это случилось, когда вы отвели ее помолиться в часовню во время моей встречи с герцогом. Я не знал, что вы собираетесь это сделать, иначе я бы положил конец столь безрассудной затее.

— Вы собираетесь подставить нас? — выдавливает Аврил, тяжело опускаясь на один из стульев. — Ваше Высочество, пожалуйста. Они казнят нас на месте.

— Я этого не допущу, — говорю я им, отстраняясь от помощи Зеро, переводя взгляд на Коннора и Брота. — Если я хочу, чтобы мне поверили, я не могу быть виновным. Это понятно? — Это занимает какое-то время, но один за другим они соглашаются. Если мои родители узнают, что это я отправил Ив в часовню, и зачем я вообще ее туда отправил, мы проиграем.

Я ослаб от того, что использовал так много кружева без пары, которой мог бы питаться, ошеломлен множеством факторов, находящихся в игре. И все же я не могу остановиться. Мне нужно искать Ив.

— Вам удалось связаться с Офицером Хитом? — спрашиваю я, но Зеро качает головой. Я не особо хочу связываться с ним, так как мои родители сразу же узнают об этом и начнут что-то подозревать, но у нас мало надежных путей, по которым мы могли бы ее найти. — С Капитаном Киддом?

— Мне жаль, мой Имперский Принц. — Зеро делает еще один поклон, белые волосы рассыпаются по полу рядом с ее босыми ногами. — Нам не удалось связаться ни с одним из них, но мы получили сообщения, что Капитан Кидд был замечен совершающим звездный прыжок. Похоже, «Король» обратил внимание на его местоположение и начал отслеживать его.

Это нехорошо. Совсем нехорошо. Я хмурюсь и качаю головой, подходя к столу, чтобы посмотреть на россыпь радужного печенья, оставленного здесь для принцессы, которая сбежала с планеты. Я отодвигаю тарелку и наливаю себе стакан воды. Весталис нуждаются в ней, как и любой другой вид. Мы не так уж сильно отличаемся, как кажется на первый взгляд.

Возможно, местоположение Кидда имеет значение. Возможно, он уже передал самца Асписа Офицеру Хиту. Я не знаю, но буду следить.

— Найдите мне информацию о семье Офицера Хита, — говорю я им, уже планируя свой следующий шаг. Если я не смогу найти их сына, я спрошу его родителей. Его семью. Его друзей. Я найду его, и если с Ив что-нибудь случилось, я убью его, независимо от его отношений с начальником полиции.

— Да, Имперский Принц, — отзываются остальные, пока я сажусь и устраиваюсь поудобнее.

Никто из нас не будет спать этой ночью.

— Где Имперская Принцесса? — Мой отец отрывает полосу собственного кровавого кружева от стен, взмахивая ею в направлении фрейлины Ив. Аврил сворачивается в клубок, обхватив колени, ожидая конца. Ее голова была бы чисто снесена с плеч, если бы я не вмешался.

Мое собственное кровавое кружево спустилось с потолка, останавливая короля на месте.

Взгляд, который он обращает на меня, полон безумия, отчаяния, ярости. Он не хочет оставаться в этом месте ни на мгновение дольше. Он хочет, чтобы я взял контроль над кораблем, а затем он и моя мать сбегут отсюда так далеко, как только смогут.

— Ты пойдешь войной на собственных родителей из-за рабыни? — стрекочет моя мать, ее перламутровое тело изгибается на спинке трона, тысячи острых ножек впиваются в сиденье ее пары. Мой отец больше не сидит там, его атрофированные ноги закованы в кровавое кружево, чтобы он мог стоять. Но он не может сдвинуться со своего текущего места. Стоять — это его единственная роскошь.

— Принцесса очень бережно относится к своим слугам, — выдыхаю я, опуская щит, который создал для Аврил.

Когда мой отец пытается нанести еще один удар, я делаю шаг вперед, пресекая его вторую попытку отнять жизнь. На этот раз он целится в Зеро, и так оно и продолжается. Он наносит удары, а я их отражаю, пока с меня не начинает капать пот, и я не оказываюсь отброшенным на одно колено на пол.

— Да, трудно поспевать, когда твоей пары нет рядом, — говорит мой отец со вздохом, наконец садясь обратно на трон своей тюрьмы. — Ты устал, не так ли, Рюрик?

Моя мать выползает вперед, осматривая меня, прежде чем повернуться к Броту.

— Мало кто мог бы приземлиться на эту планету, не говоря уже о том, чтобы покинуть ее без нашего ведома. — Королева поворачивается и бросается на Аврил, ожидая, я полагаю, захватить голову девушки своими жвалами. Я вскидываю руку между ними, стискивая зубы от боли, когда моя кость хрустит между сильными челюстями матери.

Мой разум пустеет от силы агонии, но Врач — талантливый медик. Он исцелит меня, и я буду в полном порядке, если не считать воспоминаний.

— Объясни, — добавляет королева, а затем разворачивается и пытается схватить Коннора своими кольцами. Поскольку Брот и Коннор не являются размножающейся парой, мои родители могли бы быть готовы убить их, чтобы преподать мне урок. Я не допускаю этого, запрыгивая внутрь ее тугих колец и вынуждая ее либо раздавить меня вместе с Коннором, либо отпустить нас обоих. Она откидывается назад, отступая к трону, пока ждет, что я скажу дальше.

Я стою, тяжело дыша, с меня капает кровь, обломки кости торчат из моей искалеченной руки. Позади меня стена мониторов мерцает помехами, отбрасывая на моих родителей серые тени нестабильной технологии.

— Мы полагаем, что в этом замешан Коллекционер, — шепчу я, не испытывая угрызений совести из-за того, что впутываю самца Весталис, который невиновен в этом преступлении. Он виновен во многих других, и я все равно собирался наказать его, как только займу трон. Но если сегодня его день, то так тому и быть.

— Коллекционер? — Королева озадачена, но не неверует. Она щелкает жвалами, напоминая мне о моей боли, и я делаю шаг назад. Ее внимание переключается на Зеро, но когда она пытается сорвать голову андроида с плеч, я беру контроль на себя и отклоняю ее удар. Поскольку я контролирую действия картианской девушки, ее нельзя винить за них.

Я не сопротивляюсь, сжимаясь в комок и позволяя матери повредить внешний корпус модели вместо ее головы. Мы можем отремонтировать тело, но мы не сможем спасти органическую ткань, в которой обитает дух Райны, одной из немногих картианских самок во всей Ноктуиде.

Моя мать в последний раз уступает, растягиваясь на спинке кресла моего отца, пока я освобождаю Зеро от своего контроля и борюсь с собственной слабостью. Без моей пары я не могу черпать кровь. Мои ресурсы и энергия не бесконечны, и я уже на исходе.

— Мы доставим его сюда, — говорит мать, но отец уже качает головой. Моя мать склонна к эгоизму, в то время как мой отец всегда находится во власти «Короля» и лучшего образа действий для нашего вида в целом.

— Мы не можем позволить, чтобы кто-то узнал об исчезновении принцессы, иначе вся вселенная бросится на поиски. Пусть Фалопексы арестуют Коллекционера и экстрадируют его на Яо.

— Да, Ваше Величество. — Я делаю глубокий поклон. Я надеялся, что сегодняшняя встреча примет именно такой оборот.

— Найди ее, Рюрик. Мы дадим тебе короткий промежуток времени для работы, а затем мы с твоей матерью сами возобновим поиски. — Он наклоняется ко мне и прижимает свой огромный рот к моему уху. Я опускаю усики вниз и в стороны в притворном почтении. — Если мы найдем ее первыми, тебе не понравится смотреть, что мы с ней сделаем.

— Да, Ваше Величество, — соглашаюсь я, гнев и обида горячими и тяжелыми камнями лежат в моей груди.

— Уходи, — рявкает на меня отец, а затем своими собственными жвалами, теми самыми, которые я больше не вижу из-за своих линз, откусывает один из моих усиков у самого черепа, заливая мои волосы кровью.

К концу дня усик отрастает заново, мою руку чинят в медблоке, и я становлюсь еще на шаг ближе к тому, чтобы найти Ив.

Я подготавливаю транспорт, а затем направляюсь к Звездам.