Ибо вокруг них была не лаборатория, а огромный конусообразный зал, показавшийся ошарашенному Рэндаллу невообразимых размеров. Его тускло поблёскивающие металлические стены уходили вверх на тысячу футов над их головами, а через круглое отверстие в самом верху и через огромные двери в стенах проникал яркий солнечный свет. В центре круглого пола большого зала располагались две кубические камеры, в одной находились они трое, а вокругкамер были сгруппированы массы незнакомого на вид оборудования.

На непрофессиональный взгляд Рэндалла это были электрические приборы очень странной конструкции, но ни он, ни Милтон, ни Ланьё в тот первый момент не обратили на них ни малейшего внимания, потому что у них перехватило дыхание. Они, охваченные ужасом, смотрели на десятки существ, безмолвно стоявших среди аппаратуры. Эти существа были прямоходящими и примерно похожими на людей, но это были не люди. Это были люди – крокодилы – пронеслась мысль в мозгу Рэндалла в этот полный ужаса момент.

Люди-крокодилы – только так он мог думать о них в тот момент. Ведь они очень напоминали огромных крокодилов, научившихся держать себя прямо, опираясь на задние конечности. Их тела были покрыты не кожей, а зелёными костяными пластинами. Конечности, толстые и когтистые на концах лап, казались больше по размеру и сильнее: две верхние – руки, две нижние – ноги. Но больше всего крокодилов напоминала плоская голова на туловище без шеи, с большими клыкастыми челюстями, выступающими вперёд, и с тёмными немигающими глазами, вставленными в костяные глазницы.

Каждое из этих существ носило на туловище сверкающее одеяние, похожее на плащ из металлической чешуи, с металлическими поясами, кое у кого на поясах висели блестящие трубки. Они стояли группами вокруг механизмов, ближайшая группа находилась у странной большой панели переключателей в нескольких футах от землян. Милтон, Ланьё и Рэндалл в напряжённом молчании ответили немигающим взглядом на взгляды окружавших их чудовищных существ.

– Марсиане! – восклицание Ланьё, наполненное ужасом, в следующее мгновение повторил Рэндалл.

– Марсиане! Боже, Милтон! Они не похожи ни на один известных нам видов – они рептилоиды!

Рука Милтона сжала его плечо.

– Спокойно, Рэндалл, – пробормотал он. – Они достаточно ужасны, бог свидетель, но помни, что мы должны казаться им такими же.

Звук их голосов, казалось, нарушил тишину большого зала, и они увидели, как крокодилообразные марсиане перед ними повернулись и быстро заговорили друг с другом на низком шипящем языке – звуки были совершенно неразборчивы для троих землян. Затем из ближайшей к ним небольшой группы один вышел вперёд, оказавшись прямо перед камерой, где они находились.

Рэндалл смутно ощутил всю серьёзность момента, когда существа Земли и Марса впервые в истории Солнечной системы встретились друг с другом. Существо перед ними раскрыло огромные челюсти и медленно произнесло ряд звуков, на мгновение их озадачивших настолько они отличались от шипящей речи остальных, хотя и имели тот же свистящий тон. Существо снова повторило звуки, и Милтон воскликнул:

– Он говорит с нами, пытаясь изъясняться на английском, ведь я научил их во время нашего общения, я уловил слово – слушайте…

По мере того, как существо повторяло звуки, Рэндалл и Ланьё начали различать в этом шипящем голосе знакомые слова:

– Вы – Милтон и другие с Земли?

Милтон очень чётко и медленно обратился к существу:

– Да, мы с Земли. А вы – марсиане, с кем мы общались?

– Да, мы те самые марсиане, – медленно произнёс шипящий голос инопланетянина. – Они, – он махнул когтистой лапой в сторону тех, кто стоял позади него, – отвечают за передатчик и приёмник материи. Я член Совета нашего правителя.

– Правителя? – повторил Милтон. – Правителя всего Марса?

– Всего Марса, – подтвердил марсианин. – По-вашему – Марсианского Владыки. Я отведу вас к нему.

Милтон повернулся к двум коллегам с лицом, озарённым волнением.

– У марсиан есть верховный правитель, именуемый Марсианским Владыкой, – быстро сказал он, – и мы должны идти к нему. Как первые гости с Земли мы имеем здесь огромное значение.

Пока он говорил, марсианский чиновник, стоявший перед ними, издал шипящий клич, и в ответ на него нечто длинное из блестящего металла вбежало в огромный зал и остановилось рядом с ними. Оно походило на металлическую сороконожку длиной пятьдесят футов, десятки её коротких опорных ног приводились в действие каким-то механизмом внутри цилиндрического тела. В передней части корпуса находилась рубка управления с прозрачными стенами, а в ней за пультом сидел марсианин. Он открыл дверь, и из неё автоматически выдвинулась металлическая лестница.

Марсианский чиновник жестом рептилоидной руки показал на лестницу, и Милтон, Ланьё и Рэндалл осторожно вышли из куба-камеры и направились к ней, причём каждый их шаг был коротким скачком вперёд из-за меньшей гравитации маленькой планеты. Они поднялись в рубку управления машиной-многоножкой, их проводник последовал за ними, и, когда дверь захлопнулась, её оператор потянул и повернул рычаг, а длинная машина понеслась вперёд с удивительной плавностью и скоростью.

Через мгновение машина выскочила из здания на широкую металлическую дорогу, залитую слабым солнечным светом. Перед землянами лежал марсианский город, впервые увиденный их жаждущими глазами. Это был город, чьи сооружения представляли собой гигантские металлические конусы, подобные тому, откуда они только что выехали, хотя ни один из них не был таким огромным. Толпы отвратительных крокодилообразных марсиан деловито сновали туда-сюда по улицам, а среди них двигались и мелькали многоногие машины.

Когда их странное транспортное средство мчалось по дороге, Рэндалл увидел, что конусообразные сооружения в большинстве своём разделены на множество уровней, кое-где внутри виднелись ряды огромных механизмов и обслуживающих их марсиан. Справа от них над огромным лесом конусов города, сиял маленький солнечный диск, и он разглядел в том направлении возвышенность, покрытую огромным клубком ярко-малиновых джунглей, уходившую вверх вдоль огромного, наполовину скрытого от глаз, водного пути.

Марсианин рядом с ними заметил направление его взгляда и наклонился к нему.

– Марсиане там не живут, – медленно прошипел он. – Марсиане живут только в городах, там, где есть каналы.

– Значит, в этих багровых джунглях жизни нет? – спросил Рэндалл, медленно повторив вопрос.

– Там нет марсиан, но есть живые существа, – ответил их проводник, подыскивая слова. – Но не разумные, как марсиане и вы.

Он повернулся, чтобы посмотреть вперёд, затем показал пальцем.

– Конус Марсианского Владыки, – прошипел он.

Все трое увидели, что в конце широкой металлической дороги, где мчался их автомобиль, возвышается ещё одна титаническая конусообразная конструкция, по размерам не уступающая той, где они оказались впервые. Когда многоногая машина подкатила к огромному дверному проёму и остановилась, они спустились на металлическую мостовую, а затем последовали за своим проводником в проём.

Они оказались в большой комнате с множеством марсиан. В её конце стоял ряд охранников, державших в руках сияющие трубки, подобные тем, что они уже видели. Когдапроводник произнёс шипящий приказ, они уступили дорогу, а затем двинулись по более короткому коридору, где в конце тоже стояли охранники. Стражи отошли в сторону, и огромная дверь из массивного металла, плавно поднялась вверх, открывая взгляду величественный круглый зал.

– Зал Марсианского Владыки, – обратился к ним крокодилообразный проводник.

Они прошли за ним внутрь. Громадный зал уходил вверх до вершины гигантского конуса, тонкий луч света струился из отверстия на вершине. По тусклому металлу его высоких стен бежали фризы[1] из более светлого металла со смутно узнаваемыми изображениями чудовищных рептилий. Вдоль стен стояли шеренги стражников.

В центре зала находился низкий помост, а полукругом вокруг него и за ним расположились полсотни огромных крокодильих фигур. Рэндалл догадался, что это и есть Совет, чьим членом был их проводник. Но, подобно Милтону и Ланьё, в тот первый момент он смотрел только на сам помост, ведь там сидел Марсианский Владыка.

Рэндалл услышал, как Милтон и Ланьё задохнулись от ужаса, да и его сердце содрогнулось при взгляде на Владыку. На помосте сидела не просто огромная крокодилья фигура. Это была чудовищная фигура, образованная соединением трёх исполинских рептилий! Три отдельных крокодилоподобных тела, сидевших близко друг к другу на металлическом сиденье, имели одну большую голову – чудовищную крокодилью голову, покоившуюся на трёх толстых коротких шеях, поднимавшихся от тройного тела! И эта голова, это трёхтелое существо, было живым и немигающими глазами смотрело на трёх людей!

Марсианский Владыка! Рэндалл почувствовал, как мысли его спутались, когда он взглянул на это поражающее сознание существо. Марсианский Владыка – исполинская голова с тремя телами? Разум подсказывал Рэндаллу, и он пытался сохранить рассудок, что это вполне логично, что даже на Земле биологи формировали многоголовых существ хирургическим путём, и что марсиане сделали это, чтобы объединить в одной большой голове, одном большом мозге, мозги трёх тел. Разум подсказывал ему, что огромный тройной мозг внутри этой выпуклой головы, нуждающийся в питании кровью всех трёх тел, должен обладать действительно гигантским интеллектом, пригодным для того, чтобы стать верховным марсианским хозяином. Но разум не мог преодолеть ужаса, душившего при взгляде на повелителя Марса.

Шипящий голос, раздавшийся перед ним, дал ему понять, что говорит Марсианский Владыка.

– Вы – те земляне, с кем мы общались и кому мы поручили построить на Земле передатчик и приёмник материи? – спросил медленный голос. – Вы благополучно прибыли на Марс с помощью этой станции?

– Да, мы благополучно добрались, – ответил Милтон дрожащим голосом, не в силах найти других слов.

– Хорошо. Мы давно хотели, чтобы на Земле была построена такая станция, поскольку с её помощью легко перемещаться туда и обратно между двумя мирами. Значит, вы пришли, чтобы узнать об этом мире и передать то, что сможете о нём узнать, своему народу?

– Именно поэтому мы и прилетели, – ответил более уверенно Милтон. – Мы хотим пробыть здесь всего несколько часов, а затем вернуться на Землю, так же, как и прилетели.

Ужасные глаза Владыки рассматривали их.

– Когда вы собираетесь вернуться? – спросил он тонким голосом. – Если на вашей земной станции в нужный момент не сработает приёмник, вы просто будете бесконечно вспыхивать как радиоволны – и будете уничтожены.

Милтон нашёл в себе мужество улыбнуться.

– Мы стартовали с Земли ровно в полночь, и ровно в полночь, двадцать четыре земных часа спустя, мы должны вернуться назад. Приёмник нас будет ждать.

Когда он это сказал, наступила тишина, внезапно показавшаяся измученному сознанию Рэндалла зловещей. Огромное трёхтелое существо перед ними продолжало их рассматривать, переводя взгляд с одного на другого, и когда оно снова заговорило, шипящие слова прозвучали очень медленно.

– Двадцать четыре земных часа, – сказало оно, – а затем вас будет ждать ваш приёмник на Земле. Это время мы можем измерить с точностью до минуты, и это хорошо, потому что не вы, трое земных существ, вернётесь на Землю, когда наступит это время, а мы, первые из марсиан, веками ждавших этого момента, начнём завоевание Земли! Да, земляне, наш великий план наконец-то подходит к концу. Наконец-то! Век за веком, находясь в заточении на этой умирающей, засушливой планете, мы желали захватить Землю, что по праву сильного должна стать нашей. Мы веками пытались общаться с её существами, и наконец-то вы нас услышали, вы прислушались к нам и построили на Земле станцию передачи и приёма материи, единственную вещь, необходимую для выполнения нашего плана. И когда приёмник материи этой станции включится в двадцать четыре ваших часа и будет готов принимать вспышки материи отсюда, это будет первая из наших миллионов вспышек, что наконец придут на Землю! Это говорю вам я, Марсианский Владыка! Те, кто пойдут первыми, захватят приёмник материи на Земле, а потом построят другие, более крупные приборы, и через них в течение нескольких дней все наши марсианские полчища окажутся на Земле. Я навалюсь на неё и изрежу нашим оружием слабые расы земных существ, и те не смогут устоять перед нами, и чей мир вы наконец-то отдадите в наши руки.

Когда шипящий голос огромного чудовища затих, Милтон, Рэндалл и Ланьё смотрели на него, словно окаменев, ився эта неземная сцена кружилась вокруг них. И тут, сквозь густую тишину, раздался тонкий голос Милтона:

– Мы собственными руками предоставим марсианам наш мир – нашу Землю! Боже, нет!

С этим последним криком мучительного понимания и ужаса Милтон сделал то, чего, конечно, никто в большом зале не ожидал, – вскочил на помост и одним пружинистым прыжком устремился к Марсианскому Владыке! Рэндалл услышал сотни диких шипящих криков, раздавшихся вокруг него, увидел крокодильи туши охранников и Совета, устремившихся вперёд, когда они с Ланьё бросились за Милтоном, а затем увидел направленные на них сверкающие трубки, плюющиеся ослепительно-багровым светом.

Для Рэндалла то, что случилось потом, было лишь вспышкой и вихрем действия. Когда его земные мускулы вместе с Ланьё и Милтоном понесли его вперёд в огромном прыжке к помосту, он осознал, что позади него, вплотную к нему пролетают блестящие красные лучи, и только огромная сила его прыжка пронесла его мимо них. В следующее мгновение он понял, чего ему удалось избежать, потому что поспешно выпущенные лучи ударили прямо в группу из трёх или четырёх марсианских охранников, спешивших к помосту с противоположной стороны, и они исчезли из виду с резким взрывом, как бы выщелкнутые из бытия.

Рэндаллу не суждено было узнать, что красные лучи аннигилируют материю, нейтрализуя или гася её колебания в эфире, но он знал, что больше лучи не выпускались, потому что к тому времени он, Милтон и Ланьё находились уже на помосте и вели бешеную схватку с охранниками, бросившимися между ними и Марсианским Владыкой.