Устав от бесконечных расспросов Линь (что она, узнав об Иэне, слегка разбавила ругательствами), я шмыгнула в старую спальню Bá в углу дома. Если уж терять голову от паники, то в тишине и покое.

Дверь скрипнула, будто ее уже давно не открывали, хотя этого не могло быть, судя по царящему внутри идеальному порядку. Здесь не было ни пылинки, и даже рамки фотографий на комоде начищены до блеска. Наверняка тетя Сара постаралась, – Линь никогда не обращала внимания на пыль или волосы на полу. Я сомневалась, что она вообще знала, где у них дома метла. Зато кухню она драила как помешанная.

Со смерти Bá прошел почти год, но в этой комнате ничего не изменилось, начиная с зеленого с перламутровым оттенком кардигана, брошенного в изножье кровати, и заканчивая серо-белыми тапочками со звездами у письменного стола. И в воздухе до сих пор стоял насыщенный запах зеленого масла.

Мои внутренности тут же перестали завязываться узлами, я расслабилась как от массажа с медицинским маслом и впервые с нашего возвращения в Остин ощутила себя дома. Что было странно, ведь в спальне не хватало самого главного человека. Возможно, из-за знакомства с бабушкой Райана, но сейчас я бы все отдала, лишь бы обнять свою Bá.

Я села на ее кровать и огляделась, будто ждала, что она в любой момент зайдет в комнату и включит какой-нибудь фильм со своим обожаемым Сильвестром Сталлоне. Вдруг дверь на самом деле скрипнула, и я обернулась.

Но на пороге стояла не Bá, а мама и удивленно смотрела на меня.

– Мне показалось, что здесь кто-то есть, но я думала, что это твоя тетя убирается. Почему ты тут прячешься?

Так я была права, что это тетя Сара здесь прибиралась.

– Мне хотелось подумать в одиночестве.

– О чем?

Я дернула плечами.

– О жизни?

– Как-то чересчур размыто. – Мама подошла, села рядом и расправила несуществующую складку на теплом покрывале. – Тебе тоже немного странно здесь находиться?

– В смысле, в этой комнате?

– В этом доме. Не знаю, как объяснить. Вроде бы здесь все как прежде. Твоя тетя – человек привычки, так что даже солонка и перечница стоят на том же месте, где их ставила твоя Bá. Но при этом с домом что-то не то.

Я не верила своим ушам. Как она… Я бы заподозрила, что она прочла мой дневник, только я перестала вести его, когда мне было восемь. И я никому, даже Линь, не говорила о своих чувствах, и уж точно у меня и в мыслях не было, что мама могла их разделять.

– Может, дело не в доме, – осторожно начала я, решившись высказать мысль, что не давала мне покоя последнюю неделю. – Может, это ты стала другой.

Она отклонилась, опершись на руки, и засмеялась.

– Скорее всего. За эти два года столько всего произошло, и как бы нам ни хотелось, назад уже ничего не вернуть. Хотя я бы не отказалась избавиться от пары морщин. Эти хваленые корейские маски плохо на мне работают.

Мама явно ожидала, что я засмеюсь ее шутке, но я мысленно застряла на ее словах о том, что назад уже ничего не вернуть. Мое недолгое облегчение, возникшее в минуту единения с мамой, растаяло как дым. Весь этот год я мечтала повернуть все назад, как было до папы. Это было моей основной движущей силой, и от внезапного осознания, что это невозможно, меня парализовало от ужаса.

Мама помолчала – то ли задумалась о чем-то, то ли давала мне возможность разобраться в своих мыслях. Но я лишь сильнее запуталась.

В памяти всплыло сочинение с флешки. Интересно, кто его написал, Райан или Иэн? Логичнее предположить, что Райан, из-за брелока. Но какая-то часть меня была уверена, что его автором был Иэн.

– У тебя есть планы на завтра? – спросила я, чтобы заполнить пустоту, хотя заранее знала ответ. Мама с папой постоянно где-то пропадали, и я не сомневалась, что они снова пойдут куда-нибудь вдвоем.

Но, к моему удивлению, она помотала головой.

– Нет. Папе нужно разобрать бумаги, это надолго. Я думала погулять по торговому центру. Ты что-то хотела? Пойдем со мной? Пообедаем где-нибудь.

– Давай. Я свободна.

– Договорились! – Просияв, мама наклонилась и осмотрела мои ногти. – Может, удастся записаться на маникюр. Давненько мы уже не проводили время вместе, только ты и я.

Верно. Давно это было.

Как странно: я лишь сейчас поняла, как по ней соскучилась. Хотя мы постоянно были вместе, но не так, как раньше. С появлением в нашей жизни папы я будто отошла для нее на второй план. Конечно, я не хотела, чтобы вся ее жизнь вращалась вокруг меня, я не настолько эгоистична, но приятно было хотя бы иногда чувствовать, что я тоже для нее важна.

Пусть назад уже ничего не вернуть, но можно ненадолго притвориться, что все снова как раньше. Как замазать тональником прыщ – ты знаешь, что он никуда не делся, но делаешь вид, будто его нет.

Пока мама составляла планы, в моем кармане завибрировал телефон. Достав его, я увидела сообщение с незнакомого номера.

Это Иэн. Если хочешь дать мне причину, встретимся завтра в 7 вечера в «Клеверной веранде».

Мне на голову будто опрокинули ведро ледяной воды, и от моего хорошего настроения не осталось и следа.

Закусив губу, я прикинула свои варианты. Мне не особо хотелось снова встречаться с Иэном, тем более наедине. Вот Райан – другое дело, как и его родные. Я не лгала, когда говорила, что они мне понравились.

Ну почему Райан и Иэн близнецы? И как я могла их перепутать? Их имена не так уж и похожи. То есть похожи, но не настолько, чтобы совсем не заподозрить подвоха.

Но все равно, что они окажутся близнецами? Какова вероятность?!

– Что с тобой, солнышко? – Мама коснулась пальцем моего нахмуренного лба. – У тебя сейчас морщин еще больше, чем у меня.

– Н-ничего.

Она смахнула с моего лица челку, и мне будто снова стало пять.

– Точно? Просто, в последний раз у тебя было такое выражение лица, когда вдруг закончился сериал с Пак Погомом.

– Потому что я потратила на него три месяца своей жизни, а они закончили его клиффхэнгером[15]! Его поезд сошел с рельсов, прежде чем он успел поговорить с Сьюзи! – Я с драматичным вздохом повалилась на спину и устроилась затылком на деревянном изголовье, обрадованная смене темы. – Он все-таки твой будущий зять, неужели ты не хочешь, чтобы его сериалы хорошо заканчивались?

– Конечно, я желаю ему успешной карьеры, иначе как еще ты купишь мне в старости шато в Сингапуре? Хотя, уверена, ты прекрасно справишься и своими силами. – Она сморщила нос. – Вот только ты до сих пор не определилась, чем хочешь заниматься в будущем, верно?

Я убито обмякла и неловко кашлянула.

– У меня еще есть время. И потом, вдруг я выиграю в лотерею?

– Если Bá за тридцать лет ничего не выиграла в своих еженедельных лотереях, то тебе точно ничего не светит. А теперь признавайся, что тебя беспокоит, или так и будешь менять тему?

Блин. Вот вам и оборотная сторона близких отношений с мамой – ее практически невозможно обмануть. Хотя я никогда особо и не пыталась, потому что мне это было не нужно. Она всегда была классной.

Мне так хотелось обо всем ей рассказать, как раньше. Она давала отличные советы и наверняка бы подсказала, как мне выпутаться из ситуации с Иэном и Райаном. Куда проще послушать ее, чем разбираться самой.

Но пропасть, возникшая между нами за последние полтора года, меня остановила. Она права: как бы мне ни хотелось, назад уже ничего не вернуть, и один разговор по душам этого не изменит.

Я улыбнулась и привалилась к ее плечу.

– Предлагаю снова сменить тему. Что ты хочешь завтра перед маникюром, пиццу или что-то корейское?

В чем мама еще была молодец, так это что она никогда не допытывалась, если я не желала о чем-то говорить.

– У нас будет целый день, можно поесть и то и другое. Как тебе такая идея?

Она принялась перебирать мои пальцы и нажала на подушечку безымянного, как всегда делала, сколько я себя помнила.

– Почему бы и нет? – согласилась я.