Чтение статьи и просмотр небольшого фильма навеяли мне воспоминания о воображаемом мире, в котором мы с одноклассницами существовали в младшей школе (в период с первого по четвертый классы).

Наша игра называлась «Команда детективов», а объединены мы были общей целью – расследованием мистических, как нам казалось, явлений на территории школы, где мы учились. Идея пришла в голову сама по себе. В том возрасте мы были увлечены страшными историями, призраками и всем сверхъестественным в целом. Любые следы на стенах, странные предметы на земле, скрип дверей, находящиеся в неположенных местах стулья и прочие мелочи мы находили таинственными и загадочными, поэтому придумывали теории, способные объяснить, как такое могло произойти. В один день мне в голову пришла мысль, что все наблюдения и замечания должны складываться в одну историю, которую было бы здорово раскрыть с опорой на улики. Так и появилась «Команда детективов», которую я возглавила как автор идеи.

Описание подробностей, пожалуй, начну с единственного, но принципиального различия между нашим объединением и «Перемехой» с Какореей. Дети, игравшие в «Перемеху», четко понимали, что это фантазия. Они сами утверждали, что их мир – смесь реального и того, что на самом деле не существует. Жители Какореи тоже знали, что их страна выдумана. Мы же с подругами были уверены, что наш детективный мир – часть настоящего, поэтому усердно искали доказательства, строили логические цепочки.

Однако похожих черт между нашим миром и двумя, предложенными к анализу, все-таки больше. Для ребят из «Перемехи» главным местом выступала организованная ими школа. Для нас такой же важностью обладал пустырь на заднем дворе учебного заведения, потому что большую часть улик мы обнаруживали именно там. Для лучшего понимания поясню, что «уликами» мы считали разбитые бутылки, грязный ботинок, рисунки маркером на заборе – вещи, вполне объяснимые, если речь идет о школьном пустыре, на котором часто гуляют подростки. Каждый игровой день начинался именно за школой. И начинался он не просто так, а со специального обряда: мы выстраивались в круг, вытягивали руки в центр таким образом, чтобы ладони участниц оказались друг на друге, кричали девиз объединения и после этого сбегали с горы к пустырю.

Паспортов, как в Какорее, у нас не было, но каждый имел вырезанный из бумаги пропуск. На круглом листочке изображался логотип «Команды детективов» и подписывался никнейм персонажа. Изгнать кого-либо из «Команды» запрещалось, но если девочка забывала пропуск, то ее не допускали к расследованию. Попасть в игру было сложно, потому что мы держали наш клуб в тайне. Но если кто-то все-таки узнавал о «Команде» и хотел присоединиться, решение принималось коллективно при помощи голосования, что напоминает правила Какореи.

В Какорее любая значимая вещь фиксировалась на бумаге. В «Команде детективов» также велись записи, но не в таком масштабе. В отдельные тетради попадали лишь материалы, связанные с расследованием. Список правил существовал, но лишь в устном виде, поэтому каждая участница обязана была выучить его наизусть.

Что касается сезонности, то в «Команде детективов» имела место ситуация, схожая с «Перемехой»: в теплое время года велись более обширные работы, чем в холодное, хотя состав участников почти не менялся. Это связано прежде всего с погодными условиями, ведь зимой крайне сложно искать подозрительные предметы из-за снега. Как только он таял, расследование приобретало новые краски. С ноября по март мы только иногда обнаруживали новые зацепки по школе, а записи почти приостанавливались.

Игра, которая тогда казалась нам серьезным заданием, как и в случае с Какореей, закончилась по естественным причинам. С переходом в пятый класс мы стали взрослее, а новые интересы взяли верх над старыми. Расследования приостановились, но память о них до сих пор жива, так как «Команда детективов» занимала огромную часть нашего времени.