Многие воспоминания из моего детства связаны с Дилижаном: ведь там я проводила почти каждые летние каникулы. Что мне запомнилось больше всего – игры, и, конечно, без фантазийных не обходилось. Мне кажется, что большую часть, если не сказать все время, мы проводили во дворе с ребятами. Чего только не делали: пространство огромное, интересных мест уйма, запретов почти нет.

Мне никогда не казалось, что я как-то отличаюсь от местных, я была своей, поэтому про все игры была в курсе и в них принимала непосредственное участие. Тем не менее каждый раз, когда я вновь приезжала летом, узнавала, что у знакомой мне игры появились новые правила или, наоборот, какие-то правила уже не действуют.

Когда мне было 8 лет, у нас была игра, которая, если бы мы снимали кино, я бы сказала, была снята по мотивам сериала «Зачарованные». Сам по себе сериал был про трех ведьм, которые боролись против сил зла. Кстати, мне даже показалось, что в «Перемехе» есть некий отпечаток «Гарри Поттера» (силы зла; ритуалы; испытания; тайная библиотека, в которой хранятся книги про запретную магию). Конечно, нужна модель, чтобы дети могли на нее наложить что-то свое, истоки – это какие-то книги, фильмы, игры или что-то из обыденной жизни (как, например, урок паркура), а дальше – дело фантазии.

Итак, возвращаюсь к зачарованным. Три сестры, книга волшебства и злые маги. Первая вспышка – это, когда мы с подругой потерялись в лесу. Так получилось, что наши дома располагались прямо рядом с лесом, поэтому зайти туда и не выйти – было не очень-то и трудно. Мы тогда неслись от черного мага, который пытался нас с помощью своих сил превратить в пепел. Благо мой дедушка возвращался домой после того, как он пас коров, а то бы мы добрели до волков. Ну, по крайней мере, так нас пугал мой двоюродный брат, да и вообще после его рассказов мне даже как-то показалось, что я слышала, как ночью воют волки. В общем-то говоря, я всегда ощущала чувство страха при появлении мага, как будто он был настоящий, никаких сомнений, потому-то мы неслись от него со всех ног.

Думаю, что ключевой момент фантазийной игры заключается в том, что, когда ты туда погружаешься, ты забываешь, что есть еще реальность, ты как бы оторван от реальности. У каждого из нас (а было нас где-то 5–6 человек) была своя роль, и ролями мы не менялись.

Нам были нужны камни, листья, бабушкин горшок и ветки деревьев. В горшочке мы «варили» зелья из камней, воды, иногда туда добавляли цветы или какие-то ягоды, которые были под рукой, а ветками все это счастье перемешивали. Была у нас и отдельная территория, а именно – соседский дом с ограждением (мы лишь иногда выходили со своей территории), в котором никто не жил, поэтому мы там все это и делали. Помню до сих пор ворота: они были закрытые, бледно-бирюзового цвета, с узором посередине и всегда одна дверца была полуоткрытой. Перед домом была небольшая открытая площадка.

Я помню, что родители всегда нас звали играть у себя, а нам совсем не хотелось. Отдельная составляющая игры – ее место, оно должно быть подальше от глаз, только для своих. Правила тоже были, но помню я их плохо, хотя мы их даже у кого-то в блокноте записали. Главным было то, что нельзя было рассказывать про зачарованных, а то они потеряют все свои способности и вернутся в обычный мир. Еще нельзя было приходить на общую территорию просто так, одному или с кем-то не из своих.

Вместо книги, в которой хранились заклинания, у нас был чей-то, кажется, мой, блокнотик с замком, чтобы никто не смог открыть и прочитать, какие у нас там записаны заклинания. Был от замка и ключ – маленький. Носили ключ мы, то есть сестры, на шее, по очереди. Однако ключ оказался совсем непрочный: как-то, когда мы второпях пытались открыть замок, чтобы прочитать заклинание, он сломался. Тогда нам пришлось заменить замок, который мы сломали плоскогубцами дедушки, на простую резинку для волос.

Основной задачей черных магов было украсть книгу заклинаний и уничтожить нас, а нашей – держать оборону. Как-то к одной из участниц игры приехала двоюродная сестра, которую она не могла оставить дома, поэтому взяла с собой, а мы все так обиделись, что даже хотели общим голосованием исключить ее из игры, но решили (прямо по ходу дела), что один раз прощается.

Что касается нашей деятельности, то по большей части мы бегали, прыгали, пытались придумать свой язык даже. Моя тетя и ее подруги знали так называемый птичий язык (это когда в обычное слово через каждые несколько букв вставляются буквосочетания «тг» или «мг»), вот я и подумала, что нам свой язык нужен. Получалось, правда, очень плохо у всех нас, поэтому мы решили, что только некоторые слова будем произносить на птичьем языке, а еще заклинания писали на нем же.

Мне повезло, что все ребята знали русский, потому что писать и читать на армянском я не умела, могла только говорить. Кстати, заклинания мы пытались писать стихами, например: «Сила трех, нас спаси! И от всех отгороди!». Мы играли в «Зачарованных» до тех пор, пока однажды летом я не уехала. Мне было 10. А когда через лето приехала, мне было уже 11, я узнала, что больше в эту игру никто не играет. Видимо, без кого-то одного (в данном случае – меня) все распалось.