Когда я увидела это задание – оно сразу меня привлекло. Я придумываю миры и игры столько, сколько себя помню. Вначале это было способом уйти от действительности, которая меня пугала. Конечно, в таком масштабе, как в фильме про «Перемеху», или как Республика Шкид, упоминаемая в статье, или Какорея, в моей жизни игр не было, но на несколько часов или дней игры меня увлекали.

В детском саду мне прочитали книги «Маугли» и «Бемби». У меня не очень складывались отношения с детьми в детском саду, но я доверила свою тайну бабушке, и мы несколько месяцев играли в мир Леса. Вся квартира была поделена на зоны – тайное убежище, поляна, горы и так далее. Честно сказать, я плохо помню эту игру: помню, что нужно было особым образом пить воду и как-то особенно передвигаться, чтобы не попасться на глаза человеку (например, часть пути нужно было обязательно пройти по дивану, чтобы не оставлять следов на полу).

В.В. В начальной школе мы с подругой придумали игру про вампиров. Мы были уверены, что в нашем районе завелись вампиры. Мы называли эту игру «В.В.». Обсуждать ее мы старались вне школы, чтобы никто нас не подслушал. Я точно помню, что одна наша общая подруга хотела выяснить, что это значит, но я так и не помню, открыли ли мы ей нашу тайну. Понятное дело, что никто из взрослых не знал о наших поисках. И вообще, не догадывался, что рядом с ними живут вампиры. Уликами мы считали следы когтей – причем у нас была целая система, как отличать отпечатки когтей вампира от кошачьих или собачьих, например. Я не помню точно, но это было как-то связано с количеством когтей и с особенностями борозд на земле. Мы думали, что вампиры оставляют следы, когда перевоплощаются в летучих мышей и улетают, – и по следам мы старались вычислить их перемещения. Второй уликой были кости – однажды в кустах во дворе мы нашли здоровую кость, и с тех пор мы поняли, что здесь у вампира лежбище и нам нужно избегать этого места. Рядом с этими костями была дверь – в некоторых девятиэтажках есть то ли запасной выход, то ли просто какая-то дверь в подсобку, – мы были уверены, что за этой дверью есть портал в мир вампиров, и что вампир живет именно здесь. Однажды мы рассказали об этом маленьким детям на площадке, и некоторое время весь двор опасался двери. Но всех подробностей, конечно, мы не рассказывали никому.

Однажды с нами случилась очень страшная история – мы сидели на горке, и вдруг в гаражах поодаль завыла собака. Мы ужасно испугались и спрятались у подруги в подъезде: мы решили, что вампир выследил нас и мстит нам за то, как много мы знаем. Я точно помню, как мы закончили играть в эту игру: однажды я всю ночь боялась спать, потому что мне казалось, что за занавеской стоит вампир. Родителям я ничего не сказала, но предложила подруге на следующий день, чтобы мы закончили играть, так как становится очень страшно.

Так же, как и ребята из школы «Перемеха», мы понимали, что это наша фантазия. Если бы кто-то спросил нас всерьез, есть ли вампир, то мы бы, конечно, сказали, что нет. Но когда мы играли – это была наша настоящая реальность.

Волчье Царство. В средней школе до того, как мы прочитали Толкиена, с другой моей подругой у нас была игра в Волчье Царство. Каждый вечер мы созванивались и договаривались встретиться в Царстве. В Волчье Царство мы попадали во сне, но там мы жили настоящую жизнь. Вся наша жизнь делилась на две части – одну часть жизни мы жили в виде людей, а вторую – в виде волков. На переменах мы рисовали карту Волчьего Царства – ее центром была гора Клык. Вдохновение мы черпали в мультфильме «Король Лев» – там тоже есть скала Прайда. Мы по очереди были вожаками стаи – вначале я, потом моя подруга. Моего волка звали Тармо, у него были легендарные способности, он обладал взглядом, который мог заставить любого волка или жертву оцепенеть. Мою подругу в этой игре звали Дик. Она была самым быстрым волком и непревзойденным охотником. На перемене в школе мы обсуждали, как будет охотиться стая, какие распоряжения дадим нашим волкам, а также придумывали сюжет. У нас были какие-то правила – но мы никогда их не обсуждали четко. Любой человек утром мог начать свой рассказ – и негласное правило было, что нельзя его критиковать, а нужно принимать как реальность и развивать его идею. Мы сражались с черными волками, охраняли свою территорию, добывали пищу, защищали волчат. В эту игру мы играли очень долго, пока не прочитали Толкиена. Конечно, у нас не было такой детальной проработки игры, как, скажем, описано в «Какорее», где были «Книги об истории Какореи», «Конституция» и т. д. Максимум, на что нас хватило, – это на то, чтобы рисовать комикс по мотивам наших приключений. У нас была толстая тетрадь, в которой мы рисовали комикс. Мы обменивались ею, а потом возникло несколько отдельных тетрадей – у каждой своя, но, к сожалению, ничего из этого у меня не сохранилось, как, впрочем, и отмечено в статье: вместе со школьными дневниками и тетрадями это было все выброшено когда-то давно. И еще была примерная карта нашей территории. Но и она куда-то пропала. У меня осталась только тетрадь с некоторыми рассказами. Фото тетради я приложу к работе (см. илл. 21 и 22).

Средиземье. Ближе к старшим классам выяснилось, что несколько человек в классе читали Толкиена. Это, конечно, была самая длительная и масштабная наша игра. У нас были представители всех рас, и мы условно поделили наш район на зоны – где чья территория. Я, например, была назгулом, моя подруга – эльфом, наш одноклассник – гномом, его друг – человеком. Мы вчетвером уходили в лес, фехтовали на палках, придумывали сюжет игры, устанавливали отношения между нашими королевствами – торговля и т. д. У нас были правила изготовления мечей, которые определяли, какой длины должны были быть палки, какую изоленту нужно брать, когда можно сделать гарду на меч. Мы считали лучшей древесиной орешник, так как он был самым ровным. Все завели себе перочинные ножи, которыми можно было строгать палки, чтобы делать из них мечи. У каждой расы были мечи своего цвета – например, у меня должен был быть черный и синий. Обычно клинок выдерживал 2–3 схватки, потом ломался. Если меч выдерживал 4 и более боев – мы считали его Зачарованным. В качестве плащей мы повязывали на шею банные полотенца разных цветов. У нас был особый кодекс поведения – он сохранился, я приложу фотку к работе.

Мне очень повезло, так как одна из моих подруг, участвующая в игре, вместе со мной занималась в конноспортивной школе, и на лето мы уезжали в деревню, где одна из тренеров держала лошадей. Там мы ухаживали за лошадьми и могли уезжать на них в поля хоть на целый день. Мы устраивали конные бои на мечах, скачки на скорость, придумывали альтернативный сюжет.

В конноспортивной школе мы придумали, что наша тренер – Саурон (ну раз мы назгулы, то это логично…). У нас была традиция, что назгулы должны сопровождать Саурона. Но это можно было сделать только в то время, когда мы занимались на улице. От конюшни до плаца нужно было достаточно далеко идти. Тогда у нас было правило, что мы не можем поехать, если Саурон стоит. Тренер об этом, разумеется, ничего не знала, и нельзя было ей говорить. Но мы каждый раз придумывали причины, почему мы ждем ее.

Затем мы выстраивались сзади: мы договаривались, кто будет справа – это самое почетное место, кто – слева, кто – сзади. Однажды тренер спросила, зачем мы ее окружаем. Мы, конечно, ничего не сказали.

В деревне мы еще тренировались сбегать из плена. Кто-то один, например, связывал другим за спиной руки, закрывал пленников в пустом деннике, закрывал дверь в конюшню на засов и устраивал кучу препятствий на пути к выходу. А двое других должны были выбраться. Нужно было сделать это максимально тихо. Мы считали, что это поможет нам выбраться из плена, если нас захватят эльфы.

Еще одним секретным нашим занятием был вызов духов ночью – это было испытанием на смелость: мы вызывали пиковую даму, Дракулу и разных страшных призраков – и нельзя было убежать или уйти спать (см. илл. 23 и 24).

Тин Арвал. Однажды мы с подругой придумали себе духов-хранителей. У моей подруги был пегас с огненной гривой и хвостом, а у меня – дракон. Нам казалось, что мы связаны с ними и можем читать их мысли и иногда видеть, как они живут. Мы придумали мир, который населен такими же необычными существами – единорогами, драконами, пегасами и т. д. Этот мир назывался Тин Арвал – что в переводе с древнего наречия означало «Мир, наделенный волей». Это значило, что среди тысячи мертвых миров этот единственный мир был живой. Мы придумывали историю этого мира, точнее, не придумывали, а как Рерихи записывали рассказы своих духов-хранителей о том, что в нем происходило.

Эта игра совершенно случайно достаточно хорошо сохранилась. Уже значительно позднее, будучи взрослыми и учась в институте, мы решили восстановить нашу историю и сделать летопись Тин Арвала. Летопись мы частично перенесли в общий Живой Журнал, который создали специально для этого. К сожалению, еще огромная часть записей пропала, потому что нам не хотелось печатать, мы писали историю от руки и не все перепечатывали. А еще совершенно случайно у меня сохранились рисунки, которые я делала к этой игре, в которой драконы сражаются с пегасами.

Ролевые игры. В итоге все это вылилось в создание ролевых игр для детей. Я переехала в детский поселок Орион, где нужно было организовать какой-то летний досуг для детей. Мы решили делать ролевые игры. У меня была группа старших ребят – мастеров, с которыми мы разрабатывали вселенную и сюжет. Обычно мы брали за основу или какую-то компьютерную игру, или какую-то книгу. Мы играли в «Звездный путь», «Айвенго», «Шаолинь», «Древний Рим», «Мир Антиутопии» и т. д. Игроками были дети более младшие или те, кто не живет в поселке постоянно. Обычно мы смотрели фильм, потом придумывали роли и сюжет. У какорейцев была газета, а у нас были выпуски новостей – например, однажды мы играли в мир киноиндустрии и выпускали «Жареные новости» со слоганом «Мы поджарим любой факт!». Создателями и вдохновителями игры были молодые взрослые, увлекающиеся игровым сюжетом не хуже приезжающих детей. Для себя мы тоже придумывали персонажей, сюжетные линии, магические действия и так далее. Надо сказать, приезжие дети очень увлекались этой игрой! В принципе, что-то подобное я уже описывала в задании про игры, но я приложу видео с большой и масштабной игры: мне нравятся там кадры, как дети отыгрывают магию. Хотя это была игра не совсем та, которая описана в статье про Какорею или в «Перемехе», так как там тайна – это обязательное условие, и игра запускается самими детьми, а здесь инициаторами игры были взрослые, а дети просто соглашались в ней участвовать, потому что им было интересно.

Малый совет. Эту игру я уже наблюдала со стороны. В поселке, где я жила, в какой-то момент дети организовали «Малый совет» по аналогии с «Взрослым советом». Они выбирали членов «Малого совета», мы, взрослые, помогали организовать выборы. У них был свой суд, своя валюта, свои мероприятия – например, гонки на машинках на радиоуправлении или турнир по пинг-понгу. Представители «Малого совета» договаривались со взрослыми, чтобы сделать магазин – чтобы взрослые купили то, что хотят купить дети на свою игровую валюту. В какой-то момент дети даже разобрали разные работы по поселку – ходили на ферму, убирали школу, дежурили в столовой и т. д. – все ради того, чтобы заработать валюту, которую можно было бы вложить потом в свой проект. Можно было открыть ресторан, спа-салон и т. д.