Хэтти

Отчаянно нуждаясь в сахаре и углеводах, я сворачиваю в проход между рядами с выпечкой и замечаю знакомого.

Кажется, его звали Маркус. Майкл? Мы встретились в баре и вскоре отправились в его гостиничный номер. С ним было очень весело, и мы расстались по-дружески, он не приставал ко мне с расспросами и не вел себя так, будто я разбила ему сердце. Самый лучший тип траха. Не думала, что он местный, но, может быть, я ошибалась?

Я подхожу к тому месту, где он выбирает буханку хлеба, но я так занята, разглядывая его, что не замечаю женщину, стоящую по другую сторону от него. Только когда он отступает на шаг и поворачивается ко мне лицом, я замечаю ее. Женщина держит его за руку. Женщина, опирающаяся другой рукой на детскую коляску.

Его глаза встречаются с моими, и я прикрываю рот, чтобы меня не вырвало прямо на булки. Слишком поздно поворачиваться, он уже увидел меня, и его лицо становится таким же бледным, как и мое, когда он понимает, кто я. Нужно идти дальше, но между ними, коляской и тележкой они занимают большую часть прохода. Приходится просто неловко стоять и ждать, пока они отойдут. Мой взгляд падает на буханку хлеба в его руке, и вот оно. Блестящее кольцо у него на пальце.

Вот ублюдок.

У него есть жена и ребенок. Очень маленький ребенок. Но ребенок определенно не слишком мал, чтобы еще не быть зачатым в то время, когда он был по самые яйца во мне. Мое сердце начинает бешено колотиться, когда его прекрасная жена извиняется за то, что встала у меня на пути.

Вот скотина.

— Не проблема. Какая великолепная малышка, — говорю я, заглядывая в коляску, где вижу их маленькую дочку. В этом нельзя ошибиться, поскольку она с головы до ног одета в розовое, а на ее мягких светлых волосах повязан бантик.

— Большое вам спасибо, — говорит его жена.

— А сколько ей?

— Сегодня двадцать недель, — сияет она, как будто я должна знать, что это значит. Произвожу подсчеты.

— То есть, около 4 месяцев?

— Да, она так быстро растет. Такое чувство, что она только вчера родилась.

Мудачье.

Я поднимаю на него взгляд, и он умоляюще смотрит мне в глаза. Едва заметное покачивание головой говорит: «Пожалуйста, не надо». Он знает, что я могу разрушить его жизнь, прямо здесь, в центре «Теско», субботним днем.

Но это не в моем стиле, и с чего бы мне вообще беспокоиться? Я от этого ничего не выиграю, и не получу никакого преимущества. Она — обманутая женщина, даже если об этом и не подозревает. А я — женщина, которая спала с ее мужем, пока она носила его ребенка. Кому будет выгодно это признание или ссора?

Нет, выигрывает только мужчина, который может трахаться со всеми подряд, и ему это сходит с рук. Эти мужчины, у которых красивые жены и идеальные дети, и которые, все еще недовольны и делают из меня шлюху своими секретами и ложью. Я бы никогда, ни за что на свете не стала сознательно спать с женатым мужчиной, а если бы я еще и знала, что они ждут ребенка, я бы так врезала им по яйцам, чтобы они больше никогда не смогли бы завести еще одного. Ненавижу его, а теперь ненавижу и себя.

— Что ж, поздравляю вас, она просто ангел.

— Какая милая леди, — слышу я ее слова, когда ухожу от них. Меня сейчас стошнит. Я переспала с мужем беременной женщины и понятия об этом не имела. И он живет здесь, так что, вероятно, я теперь буду видеть их везде, куда бы ни пошла. Я бросаю свою корзину в конце прохода и выхожу, смаргивая слезы.

Диван — мой спаситель. Когда Меган этим вечером возвращается домой, Кара приходит с ней, и они находят меня, свернувшуюся калачиком под одеялом, на пятом эпизоде «Ремонтной мастерской». По крайней мере, могу притвориться, что плачу из-за того, что какой-то старик воссоединился со своим детским поездом, а не из-за правды, в которой с трудом могу признаться даже самой себе, не говоря уже о ком-то еще. Они бросают сумки в коридоре и спешат ко мне.

— Сейчас же ставь на паузу и расскажи нам все, — говорит Меган. Я делаю, как она велела, и она забирается под одеяло на другом конце дивана, а Кара устраивается рядом со мной. Я хочу им все объяснить, но когда открываю рот, чтобы заговорить, из меня вырывается только всхлип.

— Ох, милая, что случилось? — спрашивает Кара, обнимая меня за плечи. — Он причинил тебе боль? Клянусь, если он что-то тебе сделал, я убью его.

Я качаю головой и непроизвольно шмыгаю носом. Меган достает коробку с салфетками.

— Что случилось? Почему ты такая грустная?

— Помнишь, как мы чуть не переспали в ночь твоей свадьбы? — я киваю в сторону Кары.

— Что? — вскрикивает она. Упс. Я и забыла, что ее не было на том выпуске новостей. Меган прижимает кончики пальцев к губам, она явно тоже забыла.

— Эм, ага, помнишь, ты дала мне свой ключ от номера для новобрачных?

— Да? — говорит она, широко раскрыв глаза и впиваясь пальцами в мое предплечье.

— Не думаю, что ты знала об этом, но Люк отдал свой ключ Робу. В общем, он появился вскоре после меня, а я была в отвратительном настроении и изрядно пьяна, поэтому позволила ему лишнего, но, к счастью, позвонила Меган, потому что у меня были ее ключи от дома. Я поймала такси и оставила его там.

— Ой, ой, ой. Я должна кое в чем признаться, — говорит она с гримасой. — Мы сделали это нарочно.

— Вы нас подставили? — сажусь прямо и подтягиваю колени к груди.

— Прости, мы с Люком подумали, что это неизбежно и что вам обоим не помешал бы небольшой толчок.

Я не могу поверить в то, что слышу.

— И это ты отчитывала меня за то, что я вмешиваюсь в твою личную жизнь?

Не так давно мы с Меган помогли Люку придумать план, как завоевать расположение Кары, воссоздав свидание по мотивам ее любимой книги, но для всех нас было очевидно, что ее нужно лишь немного подтолкнуть, и посмотрите, к чему это привело. Они поженились, и теперь счастливы.

— Извини, мы же были изрядно пьяны. Мне это показалось хорошей идеей. Но, похоже, из этого ничего не вышло? Так что же произошло прошлой ночью?

О Боже, так позорно это объяснять. Я решаюсь снять пластырь и быстро срываю его.

— На прошлой неделе он сорвал свидание, на которое я была приглашена, и поэтому я пришла к нему домой и заявила, что он должен мне оргазм.

— Что, прости? — Меган ахает.

— О, Господи, это так круто, — говорит Кара. — Как раз то, что нужно для того, чтобы враги превратились в любовников.

Конечно, она будет смотреть на беспорядок в моей жизни через призму любовного романа.

— Тише, ты. Я просто разозлилась на него, не думала, что что-то случится. Но потом он согласился и сказал, что устроит нам совместную ночь. Вчера вечером он заехал за мной и отвез обратно в отель, чтобы мы могли «закончить то, что начали». Он забронировал тот же номер и все в этом духе.

— Извини-ка. Ты хочешь сказать, что Роб забронировал номер для новобрачных ради вашего романа на одну ночь?

Я киваю.

— И это было ужасно, потому что я нервничала, а он был таким терпеливым и ободряющим. Он принял со мной душ и сделал мне массаж, а потом, ну вы знаете, — я даже не могу произнести это вслух. — И вы точно уж меня знаете, я никогда не остаюсь на ночь, поэтому попыталась уйти, но он каким-то образом завладел моим сознанием и убедил остаться. А сегодня утром он отлизывал мне, пока я пила кофе. Поэтому, я теперь думаю, что у меня зависимость от его пениса, и в то же время, каждый раз, когда я думаю об этом, мне хочется плакать.

— Он отлизывал тебе, пока ты пила кофе? — Кара уставилась на меня, широко раскрыв рот.

— Ага, — я то ли всхлипываю, то ли смеюсь.

— Вот ты везучая, — говорит Меган.

— Не везучая. А проклятая. Думаю, он испортил меня для других мужчин.

Ну серьезно, как я теперь могу встречаться с каким-то случайным Беном, Ричем или Мэтти, зная, что у меня была такая ночь? Меня глубоко удручает мысль о том, что я могла бы переспать с еще тысячей мужчин, и ни с одним из них мне не было бы так хорошо, как с ним.

— Вы думаете, я ужасный человек, раз так много сплю с кем попало? — спрашиваю я, снова забираясь под одеяло.

— Ни в коем случае, — говорит Меган. — Хотела бы я иметь хоть каплю твоей уверенности в себе.

Кара соглашается.

— Я думаю, что ты потрясающая, Хэтти. Мне всегда нравилось, что ты такая независимая и все делаешь по-своему.

— А как долго я смогу продолжать в том же духе, ну правда? Вас, должно быть, уже тошнит от моего дерьма.

Кара заключает меня в объятия, а Меган гладит по спине. Они пытаются успокоить меня добрыми словами, но ничто не может рассеять мрак, который я нагнетаю в своей голове.

Сначала Дэвид присоединяется в работе к моему любимому клиенту, а я до сих пор не могу понять, как он из-за глупой случайности разрушил карьеру, ради которой я так упорно трудилась. Теперь я встретила еще одного женатого мужчину, а это значит, что число чужих мужей, с которыми я была в постели, увеличилось до двух. И это только те, о которых я знаю. Ужасная мысль, но я понимаю, что их, вероятно, больше, и все потому, что мне нравится быстрый перепихон ради оргазма?

Несправедливо. Бьюсь об заклад, эти мужчины не сидят субботним вечером дома и не чувствуют себя дерьмово, хотя у них на карту поставлено гораздо большее, чем у меня. Такое поведение еще могло бы показаться милым в мои двадцать с небольшим, несколько скандальных историй, которыми можно поделиться в пабе, но я становлюсь старше. Не успею оглянуться, как мне исполнится сорок, и что тогда?

Однажды все закончится, и я стану старой сморщенной каргой, у которой не будет ничего и никого. Не такой жизни я для себя хочу. Я хочу… ну, я, нахрен, не знаю. Откуда мне знать? Как выглядит хорошая жизнь, когда ты всегда все делаешь по своему?

Единственное, в чем я сейчас уверена, — так это в том, что я хочу получить повышение на работе, и я собираюсь трудиться не покладая рук ради этого. Это большой шаг вперед. В профессиональном плане я готова, но в личном, думаю, мне нужно привести себя в порядок. Это означает, больше никаких отвлечений, никакого спуска энергии, и абсолютно никаких размышлений о восхитительном члене Роба, мысли о котором продолжают безрезультатно крутиться у меня в голове. Воспоминания о его весе в моей руке, о том, как я сидела на нем верхом, о невероятном ощущении, когда я чувствовала себя такой охуенно наполненной.

Прекрати, мозг.

— Тебе лучше? — спрашиваю я Меган. — Мне стоило остаться с тобой, прости.

— С Максом все кончено, — тихо говорит она. — По-настоящему кончено.

О Боже, я этого не ожидала. То есть, ожидала, и, конечно, все кончено. Все было кончено еще в тот момент, когда он уехал, чтобы вернуться к своей жене, с которой, по его словам, он разошелся, но Меган не виновата, что не смогла разглядеть его измены. Она всегда хочет видеть в каждом только лучшее.

— Детка, мне так жаль, — я обнимаю ее. — Может, мне заказать билет на самолет до Австралии и надрать ему задницу? Сделаю это прямо сейчас. Мне нужно избавиться от злости.

— Не устроить ли нам злостную уборку? — смеется она, и это звучит как идеальное средство от нашей хандры.

Кара уходит, а мы с Мэгс приступаем к уборке под громкие звуки панк-рока. Остаток вечера я провожу, перестраивая свою жизнь. Я убираюсь в своей спальне, выбрасываю кучу старой косметики и средств по уходу за кожей, возвращаю все свои книги в книжный шкаф, вытираю пыль, пылесошу и меняю постельное белье.

Я принимаю душ и наношу на кожу увлажняющий крем, стараясь не думать о том, как Роб массировал меня прошлой ночью. Пьянящее сочетание нежных ласк и жестких поглаживаний. Как запускал пальцы в мои волосы, чтобы снять напряжение в затылке. Творил какое-то волшебство, от которого затрепетал каждый нерв в моем теле.

Забравшись на свежую простыню, я удаляю все свои приложения для знакомств, от которых в последнее время все равно мало толку. Следующим идет инстаграм. Больше не буду следить за Лоуренсом, но потом вспоминаю, что он нужен мне для работы, поэтому снова скачиваю его, но устанавливаю ограничение, чтобы не пользоваться им после десяти вечера.

Я включаю медитацию и надеваю маску на глаза, готовясь к лучшему сну в своей жизни, но как только откидываюсь на свежевзбитые подушки, мой телефон издает звуковой сигнал.

Клоп: Я рад, что мы выбросили друг друга из наших голов. Ты хороший друг, Хэтти.

Он, блядь, шутит? Вот ебучий ублюдок. Он так глубоко проник во все мои органы, что мне кажется, будто я ношу его кожу и дышу его воздухом.

Друзья? Он рехнулся?

Я не смогу с ним дружить. Даже не думаю, что смогу находиться с ним в одной комнате, зная, как сильно жажду его прикосновений.

Ненавижу его. Ненавижу за то, что он такой горячий, умелый и был так добр ко мне. Я никогда и ни с кем не была так уверена в себе. Никто никогда не был таким внимательным, ободряющим и заботящимся о моем удовольствии. Если бы секс был таким каждый раз, я бы никогда не выходила из дома, а единственный способ, чтобы так было каждый раз, — это…

Нет, нет, нет.

Это плохая идея.

Снова натягиваю маску на глаза, отказываясь даже закончить свою мысль.

Это никогда не сработает, и я возненавижу себя, даже если все получится.