Вот та часть истории, где вы, вероятно, ожидали, как я пошёл домой поговорить с Нейтом и выяснил, что он совершенно не против того, чтобы я замутил с Индиго Скай, и с тех пор мы все жили долго и счастливо.

Верно?

Ну, нет, конечно же, вы так не подумали, нет. Потому что если бы это было так, то я бы вообще не рассказывал эту историю, не так ли?

Нет, случилось вот что...

* * *

Я отпёр дверь и поднялся по лестнице в квартиру, которую мы делили с Нейтом чуть больше года. На данный момент это место было более родным, чем даже дом моих родителей. Поэтому я без церемоний вошёл внутрь. Бросил ключи на стойку и скинул ботинки у двери, готовый прыгнуть в душ и смыть с себя следы ночи в «Полуночном лотосе», зная, что воспоминания останутся на долгие годы. Пройдя в ванную, я огляделся и понял, что здесь ничего не трогали с тех пор, как я заходил сюда перед тем, как отправиться в клуб.

Нейт ушёл из «Полуночного лотоса», но домой так и не вернулся.

— Ха, — хмыкнул я, гадая, куда он делся.

Может, он отправился в дом моих родителей? Это место уже несколько лет принадлежало Нейту так же, как и мне, и я знал, что он чувствует себя там комфортно. Или, может быть, он пошёл в бар, чтобы залить обиду от отказа.

Но в любом случае, прежде чем принять душ, я схватил телефон и отправил сообщение: «Привет, просто хочу убедиться, что ты жив».

Потом принял душ и вновь погрузился в воспоминания об Индиго Скай, на этот раз намеренно подрочив на стенку душа. Блядь.

В тот момент это было унизительно, но спустя несколько часов чувство неловкости прошло. Теперь это было горячо. Самый горячий момент в моей жизни — не то чтобы мне было с чем сравнивать. Но, чёрт, это было намного лучше, чем то, что у некоторых ребят было первым интимным опытом, например, неловкий перепихон в подвале у родителей, возня на заднем сиденье машины или что-то в этом роде. Не-а, это было нечто уникальное и в некотором роде особенное, и, да, я чувствовал себя немного крутым из-за этого.

«Не понимаю, что в тебе такого», — сказала она, но этот вопрос был в обоих направлениях.

Что в ней было такого?

Я вымыл тело и волосы, вздыхая под паром и брызгами воды. Это не имело значения. Я больше не увижу её. Это была жаркая ночь, которая закончилась на горько-сладкой ноте, и на этом всё закончилось, но…

Где-то в квартире раздался хлопок. Звук был такой, словно кто-то с силой распахнул дверь. Я вздрогнул и вышел из душа, обмотав полотенце вокруг бёдер. Вода стекала по моей коже на пол, когда я поспешил из ванной в гостиную, где обнаружил Нейта, захлопнувшего за собой дверь. Моё облегчение быстро исчезло, когда я увидел ярость на его лице.

— Привет, — осторожно сказал я, наблюдая, как он бесцельно расхаживает по квартире.

Нейт бросил сигареты на стол. Скинул ботинки возле двери в спальню. Бросил ключи на журнальный столик. Каждое действие было совершено с агрессивным намерением, гнев руководил каждым его движением.

Нейт злился на меня?

Я прищурился, глядя на него, и спросил:

— Куда ты ходил?

Он остановился и посмотрел на меня.

— Какое тебе на хер дело?

— Почему ты злишься на меня? — спросил я наконец.

— Я был зол и ушёл из этого долбанного места, думая, что ты пойдёшь со мной, но ты остался там. Болтал с этой грёбаной шлюхой, позволял ей, блядь, целоваться с тобой. Где твоя чёртова преданность, а? Ты получил крошечный кусочек пизды, и что? Забываешь всё, что я для тебя сделал?

Я нахмурил брови и недоверчиво уставился на него.

— Что? Целоваться? Всё, что ты для меня сделал? Что за... подожди, подожди, подожди.

Я приложил руку ко лбу и зажмурился, пока до меня доходило то, что он сказал. Затем открыл глаз и, указав на него пальцем, спросил:

— Ты наблюдал за мной?

Нейт открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем снова закрыл его. Он отвёл взгляд и, казалось, поник. Большой, крепкий парень съёжился, и от него остался только этот... маленький человечек, который упал на диван и обхватил голову руками.

— Я вернулся, чтобы спросить, не хочешь ли ты встретиться со мной в «Тако Белл».

— Почему ты просто не позвонил?

Он опустил руки и свесил их между коленями, подняв голову и встретившись со мной взглядом.

— Я буквально только что выехал с парковки. И понял, что вёл себя как долбанный мудак, поэтому повернулся и собирался поговорить с тобой, но увидел эту шалашовку...

— Ты можешь не называть её так? — сердито перебил я. — Она станцевала для тебя. Это не делает её сукой, шлюхой или кем-то ещё. Она делала свою работу...

— Ни хрена себе, Ромео. Я видел, как вы двое разговаривали на парковке. Потом вы целовались, поэтому свалил и пошёл в бар через дорогу.

Мой мозг метался между чувством жалости к парню и тревогой из-за того, что он наблюдал за мной. Я полагал, что, возможно, для некоторых людей это прозвучало бы достаточно невинно. Но Нейт вернулся, вместо того чтобы позвонить мне. У нас обоих были сотовые телефоны. Он мог просто позвонить. Почему тот не позвонил?

— Ты мог бы просто набрать, Нейт, — пробормотал я, пересекая гостиную и присаживаясь на подлокотник дивана.

— Ага, ну, у меня всё равно оставалось около двух процентов заряда.

— Хм, — хмыкнул я, кивая. Это было вполне вероятно.

Нейт хреново заряжал свой телефон. Нет смысла следить за подобным дерьмом, когда тебе почти никто не звонит. Я это знал.

— В любом случае, извини, что вёл себя как мудак. Я имею в виду, это была моя идея пойти в клуб. Не твоя вина, что она сочла тебя лёгкой добычей, — пожал плечами Нейт и откинулся на спинку дивана. — По крайней мере, ты хоть что-то от этого получил.

— Ага, — тихо пробормотал я, опустив голову.

Было больно думать, что Нейт, возможно, прав. Я не хотел верить, что был наивен или что-то в этом роде, но ведь это было возможно, не так ли? Она изводила меня всю ночь, а потом просто случайно вышла на парковку в ту секунду, когда я тоже оказался там, один? Чем больше думал об этом, тем глупее себя чувствовал.

— Ты в порядке? — спросил Нейт, и я поднял голову, чтобы увидеть выражение искренней озабоченности на его лице. — Ты ведь не трахнул её, правда? Потому что, чувак...

— Нет, — ответил я. — Она просто поцеловала меня. Мы даже не целовались по-настоящему или типа того. Наверное, я просто подумал...

— Что? Что ты ей понравился? — Нейт рассмеялся и протянул руку, чтобы хлопнуть меня по колену. — Чувак, она и должна была так себя вести. Девка хочет, чтобы ты вернулся и дал ей ещё бабла. Не тупи.

Я поступил глупо, но не собирался тратить ни секунды на размышления об этом. Потом встал и направился в свою комнату, чтобы надеть спортивные штаны и футболку. Затем вышел и спросил Нейта, не хочет ли он зайти в «Тако Белл», потому что только что понял, что изголодался по чему-то ещё, кроме красивых женщин и того манипулятивного дерьма, которое они могут вытворять с моим телом.

* * *

После этого я довольно долго не возвращался в «Полуночный лотос». Мы с Нейтом вернулись к прежней рутине, и не успел опомниться, как пролетело несколько лет.

На тот момент нам было по двадцать восемь.

Я завёл себе симпатичную девушку — Эмили. Мы познакомились в магазине, нашли общий язык и начали встречаться.

Тем временем Нейт вляпывался в какое-то дерьмо. Его арестовали за вождение в нетрезвом виде, а в другой раз — за порчу имущества после того, как тот напился до такой степени, что разбил несколько витрин магазинов на Мэйн-стрит.

Он был дебоширом, а я — болваном, который постоянно его выручал. Даже моим родителям надоело это дерьмо, несмотря на то, что они заботились о нём, как о родном человеке. Честно говоря, в тот момент было настоящим чудом, что Нейту удалось сохранить свою работу у Роя, но я думал, что это было скорее из жалости, чем из-за чего-либо ещё. Рой знал, что Нейт не сможет удержаться на другой работе, и поэтому держал его, несмотря на регулярные опоздания.

Но я всегда отдавал Нейту должное за то, что он выполнял свою работу правильно. Всё, за что Нейт брался, он выполнял и делал это хорошо. Просто, к сожалению, некоторые из его поступков были немного сомнительными с точки зрения морали.

* * *

— Тебе следует обзавестись собственным жильём, — сказала Эмили однажды вечером.

Она сидела на краю моей кровати и заплетала свои длинные светлые волосы. Эмили всегда заплетала их в косу, если только мы не принимали душ или не трахались. Иногда она заплетала их в две косы, как Пеппи Длинный чулок, но они всегда, всегда были заплетены.

— Почему? Тебе здесь не нравится? — спросил я, опираясь на кучу подушек.

Она посмотрела на меня через плечо.

— А тебе нравится?

Я неловко рассмеялся.

— Ну, я здесь живу, так что...

Эмили склонила голову набок с недоверчивым видом, словно не могла понять, как это возможно, что я говорю серьёзно, и вернулась к своему занятию — заплетанию волос, как будто она была долбанной Рапунцель.

— Не знаю, как ты раньше этого не замечал, но здесь ужасно пахнет, и...

— Ну, знаешь, здесь живут двое мужчин, так что...

— Я не имею в виду, что ты не в состоянии купить освежитель воздуха или что-то в этом роде. Скорее имею в виду, что здесь пахнет отвратительно. Совершенно отвратительно. И дело не в тебе, — настаивала Эмили. — Ты пахнешь хорошо, в твоей комнате пахнет хорошо, но как только я захожу в гостиную, всё, что я чувствую, это... я даже не знаю, что это. Травка, сигареты, запах тела и... я не знаю.

Я сморщил нос.

— Что? Серьёзно?

— Ты, наверное, к этому привык. Но это ужасно.

«Она это серьёзно?»

Я снова лёг и посмотрел на потолок.

Мы с Эмили встречались всего четыре месяца или около того. Это был недолгий срок, но я не помнил, чтобы она откровенно лгала о чём-либо. И если подумать, то Эмили бывала у меня всего несколько раз, в то время как я часто бывал у неё, хотя она делила свою квартиру с сестрой и женихом сестры. Квартира была такой же площади, как и моя, в ней проживало больше людей, но мы всегда были там. Так вот почему? Из-за того, что у нас с Нейтом воняло?

— Думаю, я мог бы почаще убирать...

— Реван, дело не в тебе, — Эмили повернулась и снова посмотрела на меня, в её глазах была настойчивость, — с тобой всё в порядке.

— Ты хочешь сказать, что проблема в Нейте? Но он редко бывает здесь.

Нейта почти всегда не было дома. Мутил с женщинами. Занимался то тем, то этим. Подрабатывал случайными заработками, чтобы заработать на сигареты, травку и выпивку. Мы вместе работали, по выходным ходили к моим родителям на ужин, а иногда и вместе ужинали в будние дни, но в остальном мы были как в море корабли. И это было не так уж плохо. Я мог свободно заводить отношения без его вмешательства, а Нейт не заводился по поводу того, что я делаю. Честно говоря, это изменение в нашей жизни помогло мне осознать, что мы стали настолько зависимы друг от друга, что не позволяли себе жить отдельной жизнью. И когда подумал об этом, то понял, насколько чертовски жалкой была наша жизнь. Конечно, я догадывался, что всё началось с необходимости, но не было необходимости в том, чтобы это продолжалось так долго.

— Ага, и слава Богу, что так, — язвительно пробормотала Эмили

— Что это значит? — спросил я, выпрямляясь.

— Ничего. Забудь, что я что-то сказала. — Эмили повернулась и, наклонившись, целомудренно поцеловала меня в щёку. — Сбегаю на кухню и принесу воды. Ты что-нибудь хочешь?

— Хочешь, я принесу?

Она покачала головой и улыбнулась.

— Нет, всё в порядке. Хочешь воды?

— Угу, спасибо, — сказал я, улыбнувшись в ответ, хотя улыбка и вышла немного натянутой.

Эмили вышла из комнаты, оставив дверь приоткрытой, а я снова посмотрел на потолок.

Двадцать восемь лет. Мне было двадцать восемь, и Эмили была моей первой девушкой. Она лишила меня девственности два месяца назад, и, по правде говоря, моя жизнь изменилась не так сильно, как я ожидал. Но секс был нормальным, и, по крайней мере, я думал, что мы оба счастливы. Так что, возможно, она была права. Может, мне пора обзавестись собственным жильём, а может, Эмили имела в виду, что нам стоит снять жилье вместе. Были ли мы готовы к этому? Мы были вместе всего несколько месяцев, но это не имело значения, не так ли? Мне было двадцать восемь, ей — двадцать четыре. Люди нашего возраста думали о том, чтобы остепениться, жениться, завести детей...

«Чёрт, она хочет замуж?»

«Готов ли я жениться? Хочу ли я жениться? Да, конечно, наверное, хочу, но... хочу ли я жениться на ней?»

Мой бедный разум был переполнен множеством вопросов, и сердце готово было запаниковать, когда Эмили снова появилась в дверях. Только она не несла стаканы с водой и больше не улыбалась.

Эмили распахнула дверь и захлопнула её за собой. Затем сразу же начала носиться по комнате, собирая свои штаны, обувь и всё остальное, что было разбросано по полу.

— Что ты делаешь? — спросил я, хотя было охренительно очевидно, что она уходит.

— Мне нужно убираться отсюда.

— Что? — Услышав её встревоженный голос, я вскочил с кровати и поднял с пола свои боксёры. — Что ты имеешь в виду?

Эмили в спешке натянула леггинсы и выругалась, когда зацепилась носком за край. Её руки дрожали, а в глазах стояли слёзы; я по глупости задался вопросом, действительно ли запах был таким ужасным.

Эмили судорожно вздохнула и вытерла глаза. Она сунула ноги в шлёпки и встала, взяв свою сумочку с изножья кровати.

— Ты мне нравишься, Рев. Но не думаю, что у нас что-то получится.

— Что, чёрт возьми, там произошло? — потребовал я ответа, не желая верить, что мы могли перейти от вполне приличного секса к разрыву в считанные минуты.

Всё было хорошо, а потом пошло наперекосяк; для этого должна была быть причина.

Эмили закинула сумку на плечо и поспешила к двери моей спальни, сказав:

— Можешь спросить у своего соседа по комнате.

Я последовал за Эмили из комнаты, неоднократно прося её рассказать мне, какого хрена произошло, но она не отвечала. Эмили направилась прямиком к двери, открыла её и захлопнула за собой, торопясь уйти. Я стоял в гостиной в одних трусах, ошеломлённый. И солгал бы, если бы сказал, что был совершенно потрясён внезапным разрывом. Я прекрасно понимал, что наши отношения с Эмили не продлятся долго. Но то, что они закончились так внезапно, было... мягко говоря, неприятно.

— Что за хрень? — тихо произнёс я, почёсывая затылок.

Затем дверь ванной открылась. Я обернулся и увидел, как Нейт выходит, насвистывая весёлую мелодию, которая никак не вязалась с моим замешательством.

Он взглянул на меня, затем обвёл квартиру небрежным взглядом и спросил:

— Где твоя девушка?

— Она ушла, — сухо сказал я. — Она велела мне спросить тебя почему.

Нейт резко остановился по пути в свою комнату и поковырял ногтем в передних зубах.

— Меня? Что, чёрт возьми, я сделал?

Я раздражённо фыркнул.

— О, я ни хрена не понимаю, Нейт. Почему бы тебе не рассказать мне?

Он пожал плечами с раздражающим безразличием.

— Она пришла сюда в миленькой рубашке и красивых трусиках, и я сделал ей комплимент. Не думал, что это так уж важно.

Мои брови подскочили к линии роста волос.

— Ты сделал ей комплимент? Что за хрень ты сказал?

Нейт продолжил ковырять в зубах и покачал головой.

— Без понятия. Ничего особенного. Я просто сказал что-то типа: «У тебя классная задница» или «классные сиськи» или... ну, знаешь, что-то в этом роде.

Это было грубо, да. Неуместно? Безусловно. Но чтобы Эмили так ушла из-за неуместного комментария, чтобы порвала со мной... это не сходилось.

— Это всё, что ты сказал?

Нейт помотал головой из стороны в сторону и закатил глаза к потолку.

— Ну, я мог бы спросить, не захочет ли она присоединиться ко мне в моей комнате, раз уж она уже одета по такому случаю. Она, похоже, была не в восторге от этого, поэтому я сказал, что мы могли бы пригласить тебя, если она действительно этого хочет. Это тоже не привело её в восторг, и я спросил, могу ли хотя бы посмотреть...

— Ты всё это ей сказал? — Я уставился на него, не в силах поверить, что он может быть таким... таким... таким грёбаным… Боже, какое, чёрт возьми, слово я ищу?

Неуважительным.

Вот и всё.

Этот парень был неотёсанным, нецивилизованным и, возможно, самым неуравновешенным человеком, которого я когда-либо знал. Но я никогда бы не подумал, что Нейт скажет что-то подобное моей долбанной девушке.

И всё, что он мог сделать, это пожать плечами.

— Я не думал, что это так важно. Простого «нет» было бы достаточно.

— Похоже, она действительно сказала «нет», а ты не завалил ебало.

— Ага, ну, когда ты поговоришь с ней позже...

— Никакого «позже» не будет, мудила. Она порвала со мной.

Он, видимо, нашёл это очень забавным.

— Серьёзно? — Нейт рассмеялся, закатывая глаза. — Господи, тебе же лучше, чувак. Если она не может понять грёбаную шутку или невинный вопросик...

— Ты предложил ей заняться сексом!

— Предложил? — передразнил Нейт, скорчив неприятную гримасу. — Посмотри на себя и на свои громкие грёбаные слова. В любом случае, ты можешь найти кого-нибудь получше, чем Маленькая Мисс Тугая Задница, ясно? Забудь о ней и живи дальше. Она всё равно была сукой. Я тебя почти не видел с тех пор, как ты начал с ней встречаться.

Говорят, иногда требуется время, чтобы открыть глаза, когда ты находишься в токсичных отношениях, верно? Потому что ты ослеплён собственной зависимостью от этого человека или ты... не знаю... слишком застрял в привычке знать его, иметь его в своей жизни, чтобы полностью осознать, насколько он плох для тебя. Мне потребовалось почти два десятилетия, чтобы понять, что я нуждаюсь в дистанции с Нейтаном Мэннингом.

И дело не в том, что он был мне безразличен. Дело не в том, что тот перестал быть моим лучшим другом. Просто я знал, что если и дальше буду жить параллельно с ним, то Нейт меня погубит. Даже больше, чем он уже сделал.

Но в одном он был прав. Мне было лучше без Эмили. Или, может быть, ей было лучше без меня.

Я ничего не сказал и повернулся, чтобы вернуться в свою комнату. Мне нужно было одеться. Нужно было выбраться отсюда на некоторое время. Мне нужно было проветрить свою грёбаную голову, прежде чем я скажу или сделаю что-то, о чём потом пожалею.

Поэтому я накинул на себя одежду и вышел, не сказав Нейту, что ухожу. Потом сбежал по лестнице на парковку и там столкнулся с Джо Уэстоном. Моим старым лучшим другом с детского сада.

— Ни хрена себе, Реван? — спросил он, глядя на меня так, будто эта случайная встреча была лучшим, что случилось с ним за весь год.

— Вау. Ага. Привет, Джо, — поздоровался я, доставая ключи из кармана. — Как дела?

Он кивнул, и его улыбка с каждой секундой становилась всё шире.

— Хорошо, хорошо. Не могу пожаловаться, знаешь ли. Это безумие — наткнуться на тебя. На самом деле, мне было интересно, что с тобой случилось. Они планируют десятилетнюю встречу выпускников на следующий год, и я подумал, как это было дико, что ты просто бросил учёбу и исчез.

Мой смех прозвучал невесело, и я опустил взгляд на тротуар.

— Не-а. Всё ещё здесь.

— Ну, да, очевидно, — рассмеялся Джо, покачав головой. — Знаешь, нам нужно встретиться. Поболтать или типа того.

Я сделал глубокий вдох и медленно кивнул. Потому что, может быть, это было бы не так уж ужасно — провести время с кем-то другим. Может быть, было бы не так уж плохо завести ещё одного друга.

— Да, звучит неплохо. Когда ты свободен?

Джо пожал плечами и оглядел парковку.

— Вообще-то моя жена сегодня гуляет с подругами, а дети с мамой. Я просто заехал в хозяйственный магазин купить пару вещей, но если ты хочешь выпить пива или ещё чего-нибудь, я не против.

Жена? Дети? Внезапно я почувствовал, что провёл последние десять лет, ни хрена не делая в своей жизни, в то время как другие люди моего возраста добивались чего-то. Чувство неполноценности разлилось по моим венам и разъедало меня изнутри, но я всё равно кивнул.

— Ага, я не против.

* * *

«Какой охренительно странный день», — думал я, пока мы с Джо шли от парковки к бару через дорогу.

Если бы Нейт не вернулся домой, я бы до сих пор был с Эмили.

Если бы Джо не столкнулся со мной на парковке, я бы уже ехал к родителям.

Всё шло не по плану, но был ли у меня когда-нибудь план? Был ли вообще? Я не мог припомнить случая, когда что-то имело смысл, кроме того, что я бросил школу и стал механиком, но это никогда не было моим планом. Это был план Нейта, и я его поддержал. Это звучало достаточно заманчиво, и я согласился. И был хорош в этом деле, но любил ли я его? Любил ли я вообще что-нибудь?

Дерьмо, у меня был кризис четверти жизни. Это всё, на что я мог списать. Может, всё-таки проблема была не в Нейте? То есть, конечно, он был проблемой, но разве не может быть так, что настоящая проблема, лежащая в основе всего этого, была во мне?

— Эй, ты в порядке? — спросил Джо, когда мы вошли в бар и направились к столику с высокой столешницей.

— Э-э... — Я вытер ладонью выступивший на лбу пот. — Честно говоря, ты застал меня в странное время. Я только что расстался со своей девушкой, и… не знаю.

Джо медленно кивнул, опускаясь на своё место.

— Сожалею, братан.

Я занял место напротив него.

— Да нет, всё в порядке. Мы были вместе всего несколько месяцев, так что...

— Вы жили вместе? — спросил он, наморщив нос. — Потому что тогда всё было бы очень неловко.

Я рассмеялся над иронией, вспомнив наш разговор с Эмили. Если бы я не жил с Нейтом, то всё ещё был бы с ней.

— Не-а, я живу со своим соседом по комнате. Вообще-то, моя квартира вон там, — я указал на окно, — прямо над китайским ресторанчиком.

— О, — протянул он. — Как раз там, где я с тобой столкнулся.

— Ага.

— О, мило. Странно, что я не столкнулся с тобой раньше. Мы с Бек всегда берём там китайскую еду.

Я наклонил голову.

— Бек?

Внезапно Джо почувствовал себя неуютно. Он заёрзал на стуле, когда официантка принесла подставки и спросила, что бы мы хотели выпить. Мы сделали соответствующие заказы, и, когда она ушла, он сказал:

— Да, ты помнишь Бекки?

Я кивнул. Как я мог забыть свою первую настоящую влюблённость?

— Ну, мы с ней начали встречаться в выпускном классе школы и с тех пор вместе.

«Жена. Дети».

— Вау. Значит, вы настоящие школьные возлюбленные.

В его улыбке был намёк на гордость, когда Джо ответил:

— Да. Это безумие, но... это здорово, понимаешь? Я не хотел ничего говорить, потому что знаю, что она тебе понравилась, но…

— Джо, — перебил я его, криво улыбнувшись, — это было больше десяти лет назад.

Даже когда я это сказал, не мог поверить, что с тех пор прошло так много времени. Столько времени, и что, чёрт возьми, я мог показать?

— Не, я знаю. — Джо вздохнул и расслабился. — В любом случае, как обстоят дела в остальном?

Мы немного поболтали, рассказывая друг другу разные интересные подробности из своей жизни. У Джо были две маленькие дочери. Он и Бекки работали учителями в начальной школе, в которую мы ходили. Они только что купили дом неподалёку от места, где жили мои родители. Всю то фигню, которую я вкладывал в разговор, казалась, не имела смысла, хотя Джо, судя по его улыбкам, вопросам и энтузиазму, так не считал. Джо вёл себя так, словно был искренне рад быть со мной, несмотря на различия в наших жизнях, и было странно вспоминать, что этот парень когда-то смеялся надо мной из-за того, что я потерял свой грёбаный глаз.

Словно прочитав мои мысли, Джо взглянул на меня, отхлёбывая пиво из своей бутылки. Затем поставил её на стол и сказал:

— Я вёл себя с тобой как настоящий кусок дерьма, когда мы были детьми.

— Что? Да нет, всё нормально. Мы были детьми, старик. Дети говорят всякую хрень.

Джо закрыл глаза и покачал головой.

— Нет. Я был твоим другом и относился к тебе как к дерьму, когда ты нуждался во мне.

Я не мог этого отрицать, поэтому промолчал.

— Мне жаль, что я так поступил с тобой, — добавил он, глядя в открытое горлышко своей бутылки.

— Я не держу на тебя зла, Джо.

Он кивнул.

— Ты всё ещё общаешься с Нейтаном?

Я издал короткий смешок.

— Вообще-то, это тот сосед, о котором я говорил.

Добродушная улыбка исчезла с лица Джо, когда он поставил пустую бутылку на стол.

— А, ладно. Я просто удивлён.

— Почему? — спросил я, немного защищаясь. Может, я и злился на Нейта, но он всё ещё был моим другом.

— Ну, я знал, что вы, ребята, были близки, и, э-э... — Джо пожал плечами и перевёл взгляд. — К чёрту всё, я просто скажу это. Я не испытываю любви к этому парню. Он был настоящим куском дерьма по отношению к Бек...

— Ты про то, что случилось на танцах? — спросил я, когда всё это нахлынуло на меня потоком разрозненных воспоминаний. Она набросилась на Нейта. Обвинила его во лжи.

Джо выглядел абсолютно взбешённым.

— Ну, это было частью этого. Он превратил жизнь Бек в ад на несколько недель в старших классах.

Недели? Это прозвучало как-то неправильно.

— О чём ты говоришь?

— Не знаю, — сказал Джо, теперь, похоже, жалея, что вообще что-то сказал. — Бек сказала мне, что он преследует её повсюду. Говорил гадости за её спиной. И всё в таком духе.

— И это было до или после танцев? — спросил я, как будто это имело какое-то значение.

Джо скривил губы и стал ковырять этикетку на своей пивной бутылке.

— Честно говоря, я не уверен. Знаю только, что он был... не самым приятным парнем для неё. Но он никогда не был самым хорошим парнем, так что...

— У него было всё хреново дома, — предложил я в качестве слабого утешительного приза. — Его мать была просто ужасна, и её парень был ненамного лучше.

Джо кивнул.

— Ага, я так и думал, что что-то происходит. Он долгое время рос без отца — я это точно знал — и это тяжело. Но… не знаю, Реван. Разве отстойное детство даёт кому-то право быть хреновым человеком?

* * *

После этого мы с Джо час или два болтали без умолку. Как оказалось, у нас оказалось гораздо больше общего, чем я мог себе представить (ну, знаете, он был женат, у него были дети и всё такое), и мы решили, что было бы неплохо снова встретиться в ближайшее время. Мы обменялись номерами телефонов и разошлись в разные стороны, и я чувствовал себя лучше, чем раньше.

Я понял, что был прав, проводя время с кем-то ещё, с кем-то другим. Это было освежающе, но в то же время и немного познавательно.

Джо считал Нейта хреновым человеком, и хотя мне, наверное, следовало бы с ним согласиться, я этого не сделал.

Нейт пострадал за годы жестокого обращения. Ему было больно. Он не знал, как, чёрт возьми, заботиться о ком-то, и не знал, как показать кому-то, что он это делает. Но Нейт не был дерьмовым человеком из-за этого. Он был просто... сломлен. И может быть, это означало, что он слишком далеко зашёл, чтобы его можно было исправить... не знаю... но, возможно, именно это и привлекло его в авторемонт в первую очередь. Может быть, это была идея взять что-то побитое, грязное, уродливое, пришедшее в негодность и сделать его лучше, заставить работать. Сделать его похожим на то, чем он мог бы стать, если бы за ним ухаживали.

Итак, я пришёл домой и обнаружил Нейта спящим на диване. Он проснулся, сказал, что оставил для меня в холодильнике пиццу, и отправился спать. И я простил его — снова — потому что знал, что Нейт, по-своему, заботился обо мне, и кто-то на этой долбанной планете должен был позаботиться о нём.