ДЖЕЙ ДЖЕЙ

О'Брайен ничего не помнит. И это к лучшему.

Я провела весь день в мыслях о том, что произошло прошлой ночью, и единственное, к чему я смогла прийти: О'Брайен был настолько пьян, что не понимал, что творит. А вот я была абсолютно трезвая.

По крайней мере, раз он не помнит, что мы делали, он не знает и о моих чувствах к нему.

Когда в дверь стучат, я вскакиваю на ноги и делаю глубокий вдох.

Сохраняй спокойствие. Это просто еще один день.

Я открываю входную дверь и отступаю в сторону, чтобы О'Брайен мог войти.

Не думай о том, как его пальцы пощипывали твой сосок, о его руке между твоих ног или о его губах, жадно пожирающих твои.

Мое тело бросает в жар, и я иду на кухню, чтобы занять себя разогреванием его ужина.

— Как прошел день?

— Долго, — бормочет он. Я слышу, как скрипит диван, и не свожу глаз с микроволновки, пока разогреваю пасту, которую приготовила со всей любовью, что испытываю к нему, желая, чтобы он хотя бы раз в день ел нормальную еду.

Достав из холодильника бутылку воды, я несу тарелку в крошечную гостиную и ставлю ее на журнальный столик.

— Сегодня без пива, — пытаюсь я пошутить.

— Спасибо, Джей Джей. Пахнет потрясающе.

Сев напротив него, я поспешно открываю ноутбук и делаю вид, что занята проверкой сообщения от шефа.

— Шеф хочет знать, безопасно ли уже носить жучок, — передаю я О'Брайену.

— Пока нет. Я еще не вошел в круг доверия.

Подняв глаза, я наблюдаю, как он заглатывает кусок за куском, словно умирает с голоду. Заметив мой взгляд, он ухмыляется: — Это правда очень вкусно.

Улыбка расплывается по моему лицу: его комплимент и то, с каким удовольствием он ест, переполняют мое сердце любовью к нему.

О'Брайен съедает все до последней крошки, затем запивает водой. Закончив, он останавливает взгляд на мне. Целую минуту мы смотрим друг на друга, и я начинаю переживать, что он что-то вспомнил, но затем он говорит: — Чувство вины накрыло меня куда сильнее, чем я думал.

Мой тон мягок и полон понимания: — Поэтому ты напился?

Он кивает, крутя пустую бутылку в пальцах. Он закрывает глаза, и я вижу, как на него наваливается чувство вины, и от того, как тяжело ему было оставить тех девушек. У меня сжимается сердце. Я даже не пытаюсь скрыть свою боль за него, когда говорю: — Ты поступил правильно.

О'Брайен сжимает зубы, на его лице читается неприкрытое чувство вины, и я уже не могу сдерживать свои эмоции. Отложив ноутбук, я подхожу к нему и обнимаю. Прижимаю его к себе изо всех сил и хриплым голосом напоминаю: — Я с тобой.

Обхватив меня руками, он утыкается лицом в мои волосы. Затем вздыхает, как будто того утешения, которое я ему дарю, действительно достаточно, чтобы избавиться от чувства вины.

— Все будет хорошо, — шепчу я, поглаживая его по затылку и спускаясь ниже, по широкой спине. — Когда все это закончится, ты поймешь, что поступил правильно. — Когда он не двигается и ничего не отвечает, я продолжаю: — В тебе столько порядочности, О'Брайен. Это одно из первых качеств, за которое я стала тебя уважать. Ты сильный. Ты со всем справишься.

Он отстраняется, его глаза ищут в моих подтверждение моим словам. Приложив ладонь к его щеке, я смотрю на него с искренней убежденностью.

— Я в тебя верю.

В его глазах разгорается страсть, и он сильнее прижимается подбородком к моей ладони.

— Скажи это еще раз. — Когда мои губы приоткрываются, он добавляет: — На этот раз назови по имени.

Я кладу вторую руку ему на шею и, не в силах сдерживаться, говорю со всем сердцем: — Ты самый сильный мужчина из всех, кого я знаю. Ты справишься. Я верю в тебя, Дэниел.

Его лицо захлестывают эмоции, словно я только что преподнесла ему величайший дар.

— Моя спасительная нить.

По моему лицу расплывается дрожащая улыбка.

— Всегда.

Он снова притягивает меня к своей груди, и мы долго-долго просто обнимаем друг друга.

— Я с тобой до конца, Дэниел. Просто скажи, чем я могу помочь.

— Спасибо, Джули.

Мои глаза сами собой закрываются от того, насколько потрясающе звучит мое имя, впервые сорвавшееся с его губ.

Когда мы наконец отстраняемся друг от друга, я спрашиваю: — Есть что-нибудь, о чем я должна доложить за вчера и сегодня?

— Точно. — Он издает какой-то пустой смешок. — Вчера я не докладывал. — Сделав глубокий вдох, О'Брайен медленно выдыхает. — На следующем испытании мне придется кого-то убить.

Хоть мы и знали, что это случится, все равно было неожиданно услышать от него такие слова. Молча кивнув, я встаю и возвращаюсь к ноутбуку и телефону.

Набирая номер, я жду ответа Эрика: — Да, Джей Джей?

— Соедини меня с шефом.

— Соединяю.

— Джей Джей? — раздается в трубке голос шефа.

— Нам нужно разрешение. — Я с трудом сглатываю. — Следующим испытанием будет убийство.

Шеф Арчер тяжело вздыхает.

— Включи громкую связь.

Я нажимаю кнопку и говорю: — Готово, сэр.

— О'Брайен?

— Да?

— Есть хоть какие-то догадки, кто будет целью? — спрашивает шеф.

— Джозеф сказал только, что это будет тот, кто заслуживает своей участи.

Становится ли от этого хоть каплю легче?

— Нам нужно, чтобы ты подобрался к Брегу, — бормочет шеф. — Какова вероятность, что цель невиновна?

О'Брайен закусывает нижнюю губу.

Боже правый, не делай так, когда я пытаюсь сосредоточиться на работе.

— Если он связан с синдикатом и чем-то их разозлил, то нулевая.

— Вряд ли они просто позволят тебе отказаться и уйти, — бормочу я.

— Верно, — соглашается со мной шеф. — Разрешение получено.

— Спасибо, шеф, — говорю я и завершаю вызов.

Взгляд О'Брайена скользит по моему лицу.

— Если второе испытание — убийство, то каким будет третье?

Покачав головой, я откидываюсь на спинку дивана.

— Контрабанда наркотиков или девушек?

Он сжимает челюсти, опирается предплечьями о бедра и сцепляет пальцы в замок.

— А если что-то похуже?

— Например?

Когда О'Брайен поднимает на меня глаза, я впервые с начала нашей совместной работы вижу в них страх.

— Похищение невинного человека…

Боже.

Я тут же начинаю качать головой.

— Нет.

С каменным выражением лица он цедит сквозь зубы: — А если это и будет третьим испытанием, Джей Джей? Что мне, блядь, тогда делать?

Не раздумывая ни секунды, я отвечаю: — Тогда ты похитишь меня.

Он вскакивает на ноги, мгновенно выходя из себя.

— Какого черта, Джефферсон! Нет. Ни за что.

— Если у тебя не будет выбора, я логичная цель, — спорю я.

Он пригвождает меня к месту взглядом, не терпящим возражений.

— Я сказал «нет».

— Тогда придется тебя вытаскивать, — говорю я, потому что других вариантов нет. Нет. Просто нет. — Ничто не стоит того, чтобы приносить в жертву то, кто ты есть.

— А Бреги продолжат убивать, накачивать наркотиками и насиловать по всей Америке, — рычит О'Брайен; на его лице написано отчаяние, пока он пытается найти ответ.

— Мы можем попытаться выследить Зефа Раму. Он наверняка выведет нас прямо на братьев Брегу.

Он снова качает головой.

— Он чертовски хорош в своем деле. Это невозможно.

Наконец, он смотрит на меня.

— Каким будет третье испытание, решает Рама. Я буду так близок.

Сократив расстояние между нами, я хватаю его за руку и смотрю умоляющим взглядом.

— Тогда ты заберешь меня. Я тренирована, О'Брайен. Я справлюсь лучше, чем невинная девушка.

На середине моей фразы он уже качает головой.

— Я не стану тобой рисковать. Этого я не переживу.

— А похитить с улицы невинную девушку переживешь?

Долгое мгновение он просто смотрит на меня.

— Я не стану рисковать тобой, — повторяет он.

Значит, я тебя вытащу, если до этого дойдет. Даже если ты возненавидишь меня за срыв операции.

Потому что я тобой тоже рисковать не стану.

О'БРАЙЕН

Следуя за Джозефом в его дом, я слышу детский смех, а потом к нам бегут две девочки. Джозеф наклоняется, чтобы поймать их, и я вижу, как он обнимает своих дочерей.

Из кухни выходит женщина с приветливой улыбкой на лице.

— Наконец-то мы познакомимся, Дэнни.

Протянув руку, я пожимаю ее ладонь.

— Спасибо, что пригласили на ужин.

— Любому другу Джозефа здесь всегда рады, — говорит она, целуя мужа. — Мойте руки. Ужин почти готов.

Я иду за Джозефом вглубь дома под звонкий смех девочек позади нас.

— Как их зовут?

— Старшая — Нора, а младшая — Дори.

Вымыв руки, мы все садимся за обеденный стол. Когда Адриэль выносит поистине королевское угощение, а Джозеф терпеливо режет мясо для младшей дочери на крошечные кусочки, я не могу сдержать улыбку.

Видя Джозефа с семьей, в моих глазах он становится больше человеком и меньше — преступником, как бы я ни пытался напоминать себе, что он пойдет ко дну вместе с остальными. Но это становится все сложнее, потому что этот чертов мужик мне и вправду нравится.

— Спасибо, любовь моя. Еда выглядит восхитительно, — хвалит он жену и целует тыльную сторону ее ладони.

Господи, когда смотришь на них, все кажется таким нормальным. Знает ли Адриэль, чем Джозеф зарабатывает на жизнь, или она в неведении?

— Дэнни, Джозеф сказал, ты холост.

— Ему не нужно, чтобы ты устраивала ему свидания вслепую, — смеется Джозеф. — Он положил глаз на свою соседку.

— О. — Адриэль приподнимает бровь. — Вы встречаетесь?

Я качаю головой.

— Она закрытый человек, так что к ней трудно подступиться.

— Зато ты неплохо познакомился с ее полом, когда рухнул там пьяный в дерь… — он вовремя осекается, чтобы не выругаться при детях.

— Папочка, а что такое пьяный? — спрашивает Дори.

— Это когда кружишься на одном месте, пока не потеряешь равновесие, — объясняет Нора сестре, с гордостью оттого, что смогла ответить на вопрос.

Так мило.

Адриэль направляет вилку на мужа.

— Дэнни, не позволяй ему привить тебе все свои дурные привычки.

Усмехнувшись, я киваю.

— Не позволю. Мне и одного раза хватило.

— Одного раза? — переспрашивает Джозеф.

— Я помешан на контроле, — объясняю я.

— Точно. — Он ухмыляется жене. — А еще он помешан на чистоте. Поэтому машина всегда блестит.

— Не дай бог тебе самому придется мыть машину, — поддразнивает она его.

Благодаря этим шуткам атмосфера становится приятной, и, наслаждаясь компанией, я впервые с начала работы под прикрытием ослабляю бдительность.

После ужина мы с Джозефом выходим на задний двор покурить. Ночи становятся все холоднее, зима не за горами.

— Ты понравился Адриэль, — отмечает Джозеф, выпуская облако дыма.

— Она хорошая женщина. Тебе повезло, — делаю я комплимент.

Теплая улыбка трогает его губы.

— Да, мне очень повезло. — Он бросает на меня взгляд. — Она думает, что я всего лишь владелец закусочной.

— Понятно.

Мы делаем пару затяжек, затем Джозеф спрашивает: — С соседкой пока не везет?

Я качаю головой.

— Но мне нравятся трудности.

Взмахнув рукой, он выглядит почти оскорбленным.

— В чем проблема? Ты же завидный жених.

— Она замкнутая. Потребуется время, чтобы сломить ее сопротивление.

— Как, говоришь, ее зовут?

— Дженна. — Не желая проколоться в будущем, я добавляю: — Я зову ее Джей Джей.

— А-а… уже придумал для нее прозвище. Думаю, все серьезнее, чем ты пытаешься показать.

— Только с моей стороны, — усмехаюсь я. Учитывая растущую дружбу между мной и Джозефом, я признаюсь: — Я бы все отдал, чтобы она стала моей.

— Так и будет. Добивайся того, чего хочешь. Я в тебя верю, мой друг. — Он тушит сигарету в пепельнице и хлопает меня по плечу. — Я повысил тебе зарплату. Купи девушке что-нибудь приятное.

Попрощавшись и поблагодарив Адриэль за ужин, я направляюсь обратно в квартиру. Когда я стучу в дверь, а Джей Джей не отвечает, я хмурюсь. Оглядевшись, чтобы убедиться, что за мной никто не следит, я достаю связку ключей, нахожу ее ключ, быстро отпираю дверь и захожу. Не обнаружив ее в квартире, я чувствую, как тревога вскипает в венах, словно от дерьмовой дозы кокса. Захлопнув за собой дверь, я сбегаю по лестнице и выскакиваю из здания. Окинув взглядом улицу в обоих направлениях, я иду в сторону магазина на углу.

Я прохожу половину пути, когда мне навстречу выходит Джей Джей с пакетом в руках. В ту же секунду, как она замечает меня, она ускоряет шаг.

— Что-то случилось?

— Тебя не было в квартире, — говорю я; мой голос все еще напряжен от недавней тревоги.

— Мне захотелось перекусить, а тебя не было.

Она приподнимает пакет, чтобы я мог посмотреть. Я забираю его у нее и, оглядываясь по сторонам, обнимаю ее за плечи.

— Мне не нравится, когда ты ходишь вот так, на виду.

— Все в порядке, — бормочет она.

Вернув ее в безопасность квартиры, я произношу: — Заказывай доставку из магазина, Джей Джей. Я не хочу, чтобы ты выходила на улицу.

— Со мной ничего не случится, если я прогуляюсь до магазина. Тут и километра не будет.

Я пригвождаю ее непреклонным взглядом.

— Не выходи из квартиры.

Беспокойство мелькает на ее красивом лице.

— Что-то случилось?

— Нет, но мы на их территории. Не высовывайся.

— Хорошо. — Джей Джей мило мне улыбается. — Но тогда тебе придется покупать мне вкусняшки, когда мне чего-то захочется.

Уголок моих губ ползет вверх.

— До тех пор, пока ты сидишь в квартире, я достану тебе все, что пожелаешь.

Вскинув брови, она игриво шутит: — М-м-м… я воспользуюсь этим. — Достав из пакета крендельки, она спрашивает: — Как прошел день? Есть о чем доложить?

Я качаю головой.

— Сегодня был на удивление хороший день. Я познакомился с семьей Джозефа. Они не знают, что он работает на синдикат.

— И какая у него семья? — Джей Джей садится на диван, открывает пачку и закидывает кренделек в рот.

— Милая. Нормальная. Мне правда понравился ужин. — Я беру пару крендельков у Джей Джей и падаю на диван рядом с ней. — Сегодняшний день стал настоящим глотком свежего воздуха.

Джей Джей встает и достает из одного из ящиков на кухне колоду карт.

— Давай так и оставим этот день хорошим. Никаких разговоров о работе. Покер на крендельки.