Работа — последнее прибежище тех, кто больше ничего не умеет.
Оскар Уайльд
Венди Гилморт
На утро меня ждал восхитительный завтрак — омлет на скорую руку и ароматный кофе из турки. Казалось, что рецепт к продлению жизни кроется во внимании ближнего, его заботе и опеке, если ты сам разучился заботиться о себе.
Наслаждаться ослепительно ярким рассветом пришлось уже по дороге в город. Джейк, на удивление, был молчаливым и даже дёрганным. Перемену в его лице сложно было не заметить. Завтракали мы также молча, но я была слишком сонлива, чтобы что-то заметить и незамедлительно предпринять.
— Встал не с той ноги? — я попыталась заполнить тишину, но парень будто не слышал или не хотел слышать. Он только пуще прежнего вжался в мягкое кресло водителя, широко разводя колени.
Спустя несколько минут мой спасатель всё же заговорил, когда мы проезжали вывеску с количеством населения Нью-Джерси:
— Мне нужно встретиться с деловыми партнерами через пол часа, поэтому не обижайся, если я высажу тебя на ближайшей остановке. Такси я уже тебе вызвал. — он нервно докурил ментоловую сигарету. Я лишь согласно кивнула. Джейк явно был не похож на себя вчерашнего, но разве это стоило моего внимания?
— Буду признательна. Спасибо тебе за... — не дослушав заранее подготовленную помпезную речь, парень оставил меня не тротуаре, заставив кашлять пылью из-под колёс Ауди. —... вот же ж... Да к черту!
Он ничего мне не обещал, поэтому не стоит обращать внимание на излишний холод. Джейк лишь выполнил свою часть нашей небольшой договорённости об отсрочке моей смерти — мы не друзья и не враги, мы друг другу — никто. Признаюсь честно, это осознание немного удручало меня, ведь я давненько не ощущала ни с кем такой приятной близости на уважительной дистанции. Стоит перестать фантазировать себе невесть что.
— А вот и наша птичка Венди! — улыбается Лиса — пиар-менеджер и по совместительству самая милая булочка нашего отдела. — Эй, Венди! Ты как? — миниатюрная азиатка в узкой кожаной юбке подбегает ко мне, стуча шпильками.
Я поднимаю на неё усталый взор. Не хочу делиться своим состоянием ни с кем, даже с такой хорошей коллегой как Лиса Мин. Всего одного беглого взгляда на мой рабочий стол, на котором стоят коробки с личными вещами достаточно, чтобы понять, что меня уволили. С позором. За грёбанный кофе со сливками, черт бы его побрал! Как же неприятно ощущать на себе эти сочувствующие взоры, слышать жалостливые вздохи в свой адрес, шагая мимо этих вечно дрожащих от криков начальства лицемеров. В курилке они только и будут хихикать, да обсуждать, насколько я выглядела жалкой, складывая свои "трофеи" пыльной сломанной стремянки, а не удачно сложившейся карьерной лестницы. Пока я медленно кончиками пальцев дотрагивалась поверхности своего рабочего стола, в голову проникали воспоминания чёрными квадратами, бьющиеся картинки из прошлого о том, как я начинала свой путь: тысячи пролистанных вакансий, десятки проваленных собеседований и, наконец, долгожданное трудоустройство в приличную фирму. Начиная с должности обычного стажера, я упорством и высокой исполнительностью за несколько лет каторги показала, что достойна звания первого пресс-секретаря в лидирующем холдинге дизайна интерьера «STart». Я забыла о себе, о своих увлечениях, друзьях, о своем творчестве, здоровье и духовном интересе. Забыла о своей любви и возможности быть любимой. Всё ради должности померкло на фоне работы.
Это моё место, чёрт возьми! Моё место, заслуженное непосильным трудом! Или же больше не моё?
— Венди, может, не стоит так расстраиваться, а? Всё образумится, вот увидишь! — Лиса положила свои по-детски миниатюрные ладони мне на плечи, а я учтиво кивнула, пытаясь собрать в кулак последние остатки самообладания. Хотелось бы уйти гордо, без соплей и красных глаз. Нужно хотя бы до кабинки туалета добежать, а там уж разрыдаться и вдоволь покричать, что есть мочи. Лиса ласково касается кончиками острых красных нарощенных ногтей моей поясницы в попытке поддержать, а я перестаю дышать от обжигающего чувства несправедливости, сжирающей изнутри.
— Девочки! — к нам подбегает бесячий коллега из финансового отдела с пугающе счастливой физиономией. В последний раз таким радостным он был, когда у Лин порвалась юбка по шву и весь офис мог ненадолго оценить потрясающее нижнее белье от Victoria's Secret. — Там! Там... — бедный аж задыхался, — Начальник, он...он... ушёл на пенсию!
— Проклятый старый хрен ушёл на покой? — вопрошает кто-то из офисных планктонов с кружкой кофе.
В офисе мгновенно все зашумели взволнованными голосами, защелкали авторучками, зачиркали пол подошвами. Все эти звуки слились в один раздражающий фактор, который был неизменен. Мой начальник, что уволил меня — отныне мне не начальник, а такой же безработный доходяга, к тому же ещё и старый.
— Значит, у нас совсем скоро будет новый босс? — мечтательно ухмыльнулась азиатка, потирая руки. — И кто же он? Надеюсь, не такой асоциальный психопат как предыдущий...
Наш коллега загадочно ухмыльнулся:
— Поговаривают, кстати, что это его сынок и он наголову отшибленный. Так что, скорее всего перед нами... — из погружения в транс самоутешения меня прервал скрип резко открывающейся входной двери, в которую заходит миловидный парень, с которым мы всего пару часов назад целовались в его загородном домике. —... перед нами стопроцентный псих!