Бар «Мальстрёма». Уже почти родной. Здесь ты больше не чужак. Ты — «Вестник Диско», «Дэнс-машина», «Дисконутый». А для одного особо впечатлительного типа с тремя оптическими сенсорами — «Мясной-кибер-псих».
ТРЕПЕТ: Они уважают тебя. Не за силу, не за хром. Они видели, как ты усмирил хаос ритмом. Они видели в тебе нечто первобытное и непостижимое. Они боятся твоего безумия и восхищаются. Это лучше, чем просто страх.
ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ И ОБОНЯНИЕ): За гулом работающих имплантов, пьяными криками и редкими, но уже привычными звуками проверки боевого протеза о металлическую стену ты улавливаешь разговор. Воздух пахнет озоном от короткого замыкания где-то в углу, пролитым пивом и кровью. Стандартный букет.
ЛОГИКА: Лейтенант возвращает вас в реальность. Его голос, как всегда, ровный и методичный. Он пытается структурировать хаос. Это его основная функция.
— Итак, по порядку, — начинает Ким, перекрикивая очередной взрыв хохота за соседним столом. — Фиксер — это посредник между заказчиком и исполнителем. Всё верно?
— Да, чум, всё так, — отзывается Бекка, залпом осушая свой стакан. — Но тут, блядь, есть нюанс. Нужно выбирать правильного фиксера. Если у него нет яиц, то после заказа его просто нахуй пошлют. И тебя вместе с ним, если ответить не сможешь.
РИТОРИКА: Спроси о фиксерах с… достоинством. Да, именно так. Ты не просто наёмник. Ты специалист.
— Ясно, — киваешь ты. — Может, есть знакомые фиксеры с достаточно… прочными причиндалами?
— Не-а. Могу дать контакты, но это так, обсосы, — Бекка машет рукой. — У нас тут, типа, лестница фиксеров. К крутым хрен пробьёшься, если ты ноунейм. Репутация, все дела. Никто не хочет отправлять очередного дегенерата на заведомо дохлый заказ. Так что как повезёт.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Иерархия доступа. Низкоуровневые фиксеры работают с «одноразовым» персоналом — уличными бандами, новичками. Заказы мелкие, риски высокие, оплата смехотворная. Для доступа к фиксерам высшего звена требуется подтвержденная репутация, серия успешно выполненных контрактов и, зачастую, личная рекомендация.
— Но если покажете себя не полными мудилами, можно начать и с них, — продолжает она, а затем её взгляд останавливается на вас. — А вы вообще чё умеете? Ну, кроме охоты на голографических китов.
ЭМПАТИЯ: Она издевается, но в её глазах — неподдельный интерес. Вчерашнее безумие произвело на неё впечатление. Она пытается понять, случайность это или закономерность.
Ким слегка отворачивается. Ты видишь, как напряглись мышцы на его шее.
СУМРАК: Он не смущён. Он чувствует себя не в своей тарелке. Это чужой город, чужие правила. Вся его методичность и опыт здесь обнуляются. Он был голосом разума в вашем пьяном походе, но сам факт участия в нём он расценивает как провал профессиональной дистанции. И это его гложет.
ДРАМА: Твой выход, суперзвезда! Не разочаруй публику! Покажи им масштаб своей личности!
Ты гордо выпрямляешься, поднимаешь указательный палец и начинаешь загибать остальные.
— Мы расследуем, — провозглашаешь ты с достоинством. — Расследовать. Искать людей. Допрашивать. Ну и… при необходимости, реверсивно оживлять.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ: Реверсивно оживлять. Да. Идеально. Это не убийство, это творческий акт возвращения к исходному состоянию небытия. Поэзия в действии.
ЭМПАТИЯ: Лейтенант бросает на тебя взгляд. Это не недовольство. Это усталость. Выражение лица человека, который слишком много раз слышал от тебя нечто подобное и уже выработал иммунитет.
— Ха, бля… — Бекка на секунду замирает, а потом хохочет. — «Реверсивно оживлять». Надо запомнить. Ладно, навыки не то чтобы уникальные, но… если ваше «расследование» — это не просто отрезать лишние части, пока бедолага всё не расскажет, то это может быть…
Она делает неопределенный жест рукой, ища слово.
— …пофиг. В общем, убивать тут каждый второй умеет. Так что если вы и впрямь профи в розыске — а что-то мне подсказывает, что это так, — то работу найти будет проще. Поиск людей, особенно пропавших, в Найт-Сити — это, блядь, вечный бизнес.
ЛОГИКА: Она права. Ваша ниша — не насилие, а информация. В городе, где каждый может быть машиной для убийства, способность находить то, что потеряно, ценится гораздо выше. Это ваш ключ.
СИЛА ВОЛИ: Это правильный путь, детектив. Путь созидания, а не разрушения. Держись его.
— Отлично, — говоришь ты, чувствуя, как внутри что-то становится на свои места. — Я бы предпочёл заниматься поиском пропавших и расследованиями, нежели становиться наёмным убийцей.
ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Ску-у-ука. А где же взрывы? Где погони? Где славное низвержение в неоновую бездну? Ты выбираешь рутину, детектив. Ру-ти-ну.
---
— Ща скину контакты… — Бекка лезет в свой агент, но тут же осекается. — А, бля. У вас же нет чипсета.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Чипсет — стандартный порт для подключения к нейроинтерфейсу, обычно расположенный за ухом или на затылке. Позволяет мгновенно обмениваться данными, загружать навыки или получать информацию напрямую в мозг.
— Ща скину контакты… — Бекка лезет в свой агент, но тут же осекается. — А, бля. У вас же нет чипсета. Вытащите свои «агенты» и нажмите «подтвердить», когда придет запрос. И да… — она обводит вас критическим взглядом, — вот это ваше отсутствие хрома — это гигантский минус. Вам бы найти риппера, который подберёт железо под ваши… хм… задачи. Или хотя бы нетраннера. Если получится найти толкового, будет просто охеренно. Для поисковых заказов они делают почти всю работу: взлом камер, отслеживание маячков, поиск инфы о человеке… вся эта херня на них. Можно, конечно, и самим, но этому подучиться надо.
ЛОГИКА: Её оценка верна. Отсутствие кибернетических имплантов, в частности нейропорта, лишает вас прямого доступа к Сети. Это делает невозможным самостоятельный сбор цифровой информации, взлом систем и получение тактических данных в реальном времени. Ваша оперативная эффективность в данной среде критически снижена. Вам необходим специалист-нетраннер.
Ты смотришь на Кима. Вопрос без слов: Может возьмем её в команду?
Лейтенант на мгновение задумывается. Затем он коротко, почти незаметно кивает.
ЭМПАТИЯ: Это не согласие с её стилем жизни. Это холодная, профессиональная оценка. Он видит в ней непредсказуемый, хаотичный, но крайне ценный актив. Она — ключ к навигации в этой враждебной среде.
ДРАМА: [Средне: Успех] Ты видишь момент. Зелёный свет! Лейтенант дал добро! Команда! Братство! Ты, он и эта маленькая валькирия с дробовиком! Втроем вы свернете горы… или хотя бы не умрете в первой же подворотне. Это идеальный состав.
— А что скажешь, если присоединишься к нам?
ЭМПАТИЯ: Ты застал ее врасплох. Под слоем цинизма и бравады — искреннее удивление. И что-то еще… лесть. Ей приятно, что ее видят не просто как проводника, а как равного партнера.
— Черт, не пойми неправильно, я пиздец как… — она на секунду замолкает, подбирая слова — Блядские слова… Я польщена, — наконец выдает она, расслабленно откидываясь на спинку стула. — Так вот, я пиздец как польщена, но у меня уже есть команда. Мой брат, еще пара чудил, Мейн и его боевая баба. Я бы вас к нам пригласила, перетёрла бы с Мейном, но… у нас команда ликвидаторов. Мы берём заказы на убийство.
СИЛА ВОЛИ: Это не твой путь. Ты ищешь, а не уничтожаешь. По крайней мере, ты пытаешься себя в этом убедить.
— Понимаю, — киваешь ты. — Так, вроде бы подтвердил. Покажи, как здесь набрать фиксера.
— Не, чел. Так это не работает, — она качает головой. — К этим ребятам нужно идти лично. Давайте вместе сгоняем. Заодно прикрою ваши жопы, чтобы не наебали при первой же встрече.
— Это будет весьма кстати. Спасибо, — в голосе Кима слышится искренняя благодарность.
— Да без б, — ухмыляется Бекка.
Полчаса спустя. Вы в вагоне метро, который несется над городом.
ВОСПРИЯТИЕ (ОБОНЯНИЕ И СЛУХ): Запах озона, пота и влажной одежды. Дешевый парфюм смешивается с ароматом пролитого синтетического напитка. Монотонный гул вагона прерывается скрипом металла на поворотах и чужими разговорами на смеси языков, которые твой мозг отказывается распознавать.
БОЛЕВОЙ ПОРОГ: [Провал] Острая боль пронзает ступню. Кто-то массивный, с металлическими вставками в ботинках, только что использовал твою ногу как ступеньку.
ГРУБАЯ СИЛА: Сломать ему нос! Выбить зубы! Показать, кто здесь главный! Пусть знает, что наступил на ногу не простому человеку, а АПОСТОЛУ ДИСКО!
СИЛА ВОЛИ: [Средне: Успех] Успокойся. Это не Мартинезе. Здесь за такое стреляют. Ты здесь никто. Просто мясо без хрома. Стерпи.
АВТОРИТЕТ: Слабость. Ты показал слабость, позволив наступить на себя. Буквально. На глазах у лейтенанта и этой девчонки. За себя постоять не можешь? Не будь тряпкой, детектив.
Ты не двигаешься. Ты медленно, подчёркнуто медленно, переводишь взгляд с его ботинка на его лицо. Перед тобой — громила из банды «Животные», чьи мышцы бугрятся под тонкой тканью майки. Он смотрит на тебя сверху вниз, ожидая, что ты отскочишь или пробормочешь извинения.
Он ухмыляется.
— Проблемы, мясо?
РИТОРИКА: [Сложно: Успех] Твой голос звучит спокойно, но в нём звенит сталь. Это не голос жертвы. Это голос человека, который устанавливает правила.
— Вы наступили на ногу офицеру РКМ, — произносишь ты, глядя ему прямо в глаза. — На территории Мартинеза это приравнивается к нападению на представителя власти. Я бы посоветовал убрать вашу ногу, пока это не стало федеральным преступлением.
Громила застывает. Ухмылка медленно сползает с его лица.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Он не знает, что такое «РКМ» или «Мартинез». Для него это просто набор бессмысленных звуков. Но слово «федеральный» и твой тон он понимает отлично. Это язык власти. Язык проблем, которые ему не нужны.
Он бросает взгляд на Кима, который стоит с непроницаемым лицом, словно статуя. Это сбивает с толку ещё больше. Затем его взгляд падает на Бекку. Она не прячет дробовик. Она широко, хищно улыбается, явно предвкушая развитие событий.
ЛОГИКА: Комбинация факторов — твоя необъяснимая уверенность, молчаливая поддержка лейтенанта и очевидная угроза со стороны Ребекки — создаёт когнитивный диссонанс. Его система «бей или беги» даёт сбой.
Громила что-то недовольно ворчит себе под нос и, наконец, убирает ногу. Он не извиняется. Но он уступает.
АВТОРИТЕТ: Вот так. Ты не применил силу. Ты утвердил статус. Он запомнит твоё лицо.
Вы выходите из метро. Солнце Найт-Сити — тусклый диск в небе, что покрыто смогом. У выхода вас провожает взглядом группа подростков из «Тигриных когтей» с катанами за спинами.
ВИЗУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ: Они оценивают вас. Твой помятый вид. Невозмутимость лейтенанта. И маленькую, но смертельно опасную деталь в виде Ребекки.
Бекка замечает их взгляды, ухмыляется и лениво машет им дробовиком, как старым знакомым. Один из парней скалится в ответ и кивает. Это не угроза. Это обмен любезностями на местном языке.
ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ): Где-то впереди — визг тормозов и сухой треск автоматического огня. По улице проносится изрешеченная пулями машина, преследуемая двумя другими.
САМООБЛАДАНИЕ: Это просто фоновый шум. Звуковая дорожка этого города. Не имеет к вам никакого отношения. Вы просто проходите мимо.
Пока вы идёте к бару фиксера, ты замечаешь в переулке двух человек. Они сидят на грязном матрасе, на головах — громоздкие шлемы, провода от которых тянутся к портативному устройству. Их тела мелко подергиваются.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Брейн-данс. Цифровая симуляция чужих переживаний, ощущений, эмоций. Часто — последних минут жизни. Пилар упоминал, что это дешёвый способ сбежать от реальности. Судя по их состоянию, они уже далеко.
Вы останавливаетесь перед неприметной дверью без вывески.
— Ну что, чумбы, — говорит Бекка, перезаряжая дробовик с громким, сочным щелчком. — Готовы к собеседованию?
Бар "Электро Овца" (или как там звалась эта дыра).
Дверь открывается автоматически, но ты умудряешься испортить даже это.
СУМРАК [Провал]: Ты должен войти в дверь, показав, кто ты есть. Встречают по первому впечатлению — выбей её! Ты должен показать, что в тебе нет страха. А вот в них он должен быть.
ЭКВИЛИБРИСТИКА [Провал]: Гравитация — бессердечная сука — вновь подвела тебя, эта продажная тварь сговорилась с автоматическими дверями. Твоё тело описывает сложную дугу, пока твоя нога пролетает между, автоматически распахнувшимися дверьми. Ты не падаешь лицом в пол. Нет, это было бы слишком просто. Ты исполняешь странный пируэт и замираешь в центре зала в позе журавля: одна нога поджата, руки раскинуты, лицо выражает крайнюю степень сосредоточенности.
ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ): Десятки глаз. Красные огоньки оптических имплантов, зеркальные визоры. Все смотрят на тебя. Тишина такая плотная, что её можно резать ножом.
Бекка, идущая следом, закрывает лицо рукой. Слышен тихий, полный боли вздох Кима.
САМООБЛАДАНИЕ [Успех]: Ты выпрямляешься, отряхивая невидимую пыль с пиджака. Твой взгляд показывает, что у тебя всё под контролем. Ты задумывал это эпатажное появление.
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ: О, маэстро кринжа, это был…
— Это был пиздец, — продолжает речь твоего верного голоса Бекка, подталкивая тебя в спину. — Шевелись, "балерина". Вон тот столик.
В углу, в тени, сидит человек-гора.
ВИЗУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ: Это Вакако?
ЛОГИКА: Является ли этот амбал той, кого зовут Вакако… Хм. Вакако — японское женское имя. Перед тобой — гора мышц с челюстью, которой можно колоть орехи. Думаю, нет. Полагаю, это её посредник.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Местный "решала". Промежуточное звено между фиксером и клиентами. Фильтрует мусор, чтобы до босса доходили только стоящие предложения.
Он смотрит на твоё выступление с выражением лица человека, который только что увидел, как собака нагадила на ковёр.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ [Провал]: Учитывая местный антураж — как робо-собака нагадила на робо-ковёр.
— Вы кто такие? — голос решалы похож на скрежет металла. — И что это был за нелепый, как уже отметила Бекка, пиздец?
— Мы по делу, — вступает Ким, пытаясь спасти остатки достоинства группы. — Нам нужен доступ к заказам.
Решала хмыкает, разглядывая вас.
— Доступ… Ребекка, ты кого притащила? Один выглядит как коп, второй — как… Буду откровенен: мой словарный запас не настолько широк, чтобы описать то, что я перед собой вижу.
СУМРАК: Он вас не уважает. Ему нужны доказательства компетентности. Прямо сейчас.
— Хотите работать? Ну и какой у этих двоих профиль?
— Поиск людей и прочая подобная срань. — ответила ему Бекка.
— Ладно. — он наклоняется вперёд. — Вот вам проверка. В этом баре сидит человек по имени Эмануэль. Найдите его. Прямо сейчас. Не спрашивая у меня, кто он, и не проверяя документы у каждого встречного. Не найдёте — выметайтесь.
Ким хмурится, сканируя зал взглядом. Слишком много людей. Слишком мало данных. Никто не будет с вами делиться информацией, а вот свинцом — или чем у них тут в ходу — поделиться могут.
ДРАМА [Легко: Успех]: О, лейтенант будет искать улики. Банально и уныло. Подумай сам: если мы не можем добиться информации открыто, что если использовать их подсознание? Тебе нужна провокация. Тебе нужно встряхнуть этот улей. Устрой шоу, детектив!
Ты поворачиваешься к залу. Ты видишь сцену — пустой ящик из-под оборудования.
ДРАМА: Нет-нет-нет, это твой пьедестал.
Ты взбираешься на пьедестал.
РИТОРИКА [Успех]: Вдохни. Набери в лёгкие этот спёртый воздух, пахнущий дешёвым пивом и машинным маслом. Сейчас ты будешь говорить. Не как коп. Ты будешь тем, кем тебя считают слепые глупцы — шутом. Ты покажешь им, почему шуты нередко были советниками королей. А истории они рассказывали получше всяких бардов.
— Леди, джентльмены и киборги! И те, кто ещё не определился! — твой голос гремит над залом. — Я тут совсем не давно, но мне уже рассказали одну охренительную историю! Историю о любви, смерти, роботах и адских приключениях одной легенды!
Музыка стихает. Гангстеры поворачивают головы. Кто-то уже тянется к кобуре, но любопытство сильнее.
ДРАМА [Успех]: Ты чувствуешь их голод. Они хотят хлеба и зрелищ. Дай им зрелище и они сожрут его с руки.
— Это было три года назад, — ты понижаешь голос, заставляя их наклониться ближе. — Ночь. Дождь. Конвой "Милитеха" везёт что-то настолько секретное, что даже водители не знают, что в грузовике. Шесть бронированных машин. Двадцать вооружённых до зубов солдат. И один человек, который решил, что всё это — его…
--
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ: Посмотри на них. Ты — костёр, а они — мотыльки. Даже бармен перестал протирать стаканы, что само по себе невероятно.
Прошло десять минут. Ты стоишь на ящике, весь в поту, размахивая руками. Вокруг — толпа. Кто-то присел на корточки. Кто-то забыл про своё пиво, и оно нагрелось. Ким смотрит на тебя слегка скучающе — он знает, чем всё это закончится. А Ребекка, приоткрыв рот, попивает пиво, которое, кажется, принадлежало, тому громиле со сломанной челюстью.
— …и вот он висит на одной руке! — ты хватаешься за воображаемый трос и виртуозно показываешь, как он держался из последних сил. — Под ним — триста метров! Дрон "Арасаки" целится ему прямо в лицо! В другой руке — чемодан с данными, которые стоят больше, чем весь этот район! И тут — ТРОС РВЁТСЯ!
Коллективный вздох. Кто-то роняет стакан.
РИТОРИКА [Успех]: Пауза. Держи паузу. Пусть задохнутся от ожидания.
Ты замолкаешь. Обводишь зал взглядом. Тишина такая, что слышно, как гудят неоновые лампы.
— И знаете что? — ты наклоняешься вперёд, почти шёпотом. — Он выжил. Он, мать его, ВЫЖИЛ. И знаете, откуда я это знаю?
Десятки лиц тянутся к тебе. Глаза горят. Рты приоткрыты. Ты проводишь языком по пересохшим губам.
— Потому что эта легенда… — ты выдерживаешь последнюю паузу, — …сидит прямо сейчас в этом баре. И только ОН может рассказать вам, чем всё закончилось.
ВОСПРИЯТИЕ [Успех]: Смотри. Сейчас.
— Эмануэль, — произносишь ты и улыбаешься.
Как по команде — десятки голов поворачиваются в одну сторону. К барной стойке. К неприметному человеку в сером плаще, который вжимается в свой стакан так, будто хочет в нём утонуть.
Человек в сером поднимает голову. В его глазах — непонимание.
— Чё? — начинает он.
— Спасибо, вы чудесная публика! — ты спрыгиваешь с ящика и поворачиваешься к решале с самой невинной улыбкой. — Вон тот. В сером. Это Эмануэль.
Решала медленно поворачивает голову. Смотрит на парня. Парень, заметив внимание, дёргается и роняет стакан.
АВТОРИТЕТ: Победа. Ты взял эту комнату за горло и заставил её выплюнуть правду.
Решала переводит взгляд на тебя. В его глазах — удивление пополам с уважением.
— А ты не так прост, — бурчит он. — Методы у тебя… ебанутые, я ожидал, что ты их просканируешь или тапа того, ну да похер, сработало и ладно.
— Это называется "социальная инженерия через публичные выступления", — поясняет Ким, поправляя очки. — Мой коллега в этом… виртуоз.
— Вижу. Ладно. Вы приняты. Садитесь. Будем говорить о делах. А ты… — он смотрит на тебя, — …больше так не выпадай на входе. Репутацию испортишь.
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ: Где-то в глубине твоего сознания маленький шут грустно снимает звенящие бубенцы. Но сегодня был его звёздный час. Он рассказал свою историю.