Место действия: Земля

Время действия: 3 июля 2060 года

— Значит, вот такой рисунок стоит в качестве замка на артефакте… Я понял. — На лице мужчины играла почти ничем не затемненная детская радость, вкупе с восхищением.

— Значит, вот так мы его открываем. Делаем фотографию… — Он переключил камеру на фронтальную, начал выбирать ракурс. Но стена ему явно не понравилась, так что он развернул за плечо молодую девушку, чтобы в кадр попало все помещение, выложенное темным мрамором с преобладанием красных оттенков.

— Эй… Иди сюда. — Позвал он весело. Но силуэт, сидящий в дальнем конце помещения даже, не шелохнулся. А ментальный шепот дал ясно понять, что напарница была не в настроение.

— Ну и ладно… — Обиженно произнес он, делая несколько селфи себя и перепуганной девушки. А потом его ладонь, лежащая у женщины на плече, неуловимо дернулась, порождая вспышку силы. И прежде чем жертва успела что-либо почувствовать, ее голова оказалась взорвана. И уже мертвое тело повалилось на груду других трупов. Многие люди искали здесь укрытия от хаоса и смертей, царящих снаружи.

— Ты бы ее еще изнасиловал. — Из темного угла раздался наконец усталый и шипящий женский голос, чья обладательница явно была не в восторге от действия мужчины.

— Ну я же не настолько конченный. У меня есть понятия о чести. — В противовес ей мужчина с бородой, к чьим ногам уже подтекала лужи крови, являл собой образец какого-то детского веселья, что, кажется, раздражало женщину только больше.

— То есть насиловать пленных женщин из легиона тебе честь позволяла. А в этом мире нельзя? С иронией спросила Сандата, чертя кинжалом на мраморе сложный узор.

— Почему нельзя? Можно. — Возразил Малтрис. — Только не стоит слишком уж сильно плодить страдания среди обычных смертных. А вот те, кто встал на путь воина, должны быть готовы и к смерти, и к тому, что они окажутся слабее и будут побеждены. А тебя неприятно? — Ни сколько не смутившись возразил он.

— Вы в своей школе топоров все поехавшие. — цокнула языком Сандата. — И меня воротит не от всего этого, а от твоей избирательности. На войне нет чести. А те, кто начинают решать, кого надо убивать быстро, а кого можно помучить, лишь прячутся за иллюзиями. Да и нафига ты потратил на нее целый кристалл, но так и не спросил ничего ценного? Например, хотя бы почему на главной площади целой столицы лежит какая-то восковая кукла с частями тел? — Она ткнула кинжалом в тело на красном бархате, срезая с него лоскут чего-то непонятного, что явно не было естественной плотью.

— Лежит и лежит. И не надо издеваться над ушедшими за грань. Может это был их сильный воин, достигший просветления…

— В мире пустых? В Аттоне? — Скептически возразила идущая, ковыряя кинжалом в черепе, но не находя там мозга.

— А почему нет? Ты не слышала про сильных воинов Аттона, для которых мы как смертные? Мне рассказывал про них один из учителей.

— Это байки. — Скривилась Сандата. — Если такие и есть, то явно не в этом мире. Может, где-то и существуют миры, где люди идут тем путем, о которых рассказывали в сказках, но это очень далеко… — Перестала она издеваться над трупом.

— Эй… Ты серьезно? — Все же снова не выдержала идущая, когда Малтрис не обращая внимания на постоянную канонаду взрывов бережно вставил в уши небольшие артефакты, и также аккуратно что-то сделал с пластиной убитой недавно местной, отчего даже через все помещение она начала слышать изливающуюся из ушных затычек музыку, ревущую тысячами барабанов и странных звуков.

— А что? — Суровый воин, идущий концептом ярости, казалось, погрузился полностью в музыку, начав двигаться в такт ревущим звукам и кивать головой, исполняя нелепо какой-то танец. В чем-то Сандата ему даже завидовала. В отличие от многих других воинов Пути ярости и схожих с ними путей, Малтрис сохранил поразительную, как бы выразились наставники, гармонию с собой. Иногда ей даже казалось, что у него пробужден и третий концепт, помимо воды и ярости, например, какая-нибудь радость или спокойствие. Уж слишком он был… Таким.

— Нас тут, вообще-то, бросили в самоубийственную атаку и для добычи артефактов. Ну и для поддержки солдат, которые сейчас гибнут там, сгорая заживо. — Она ткнула рукой на выход из красной пирамиды, внутри которой они и обосновались, переводя дух и зализывая раны. Хотя по большей части отдых был нужен ей. Ведь это ей чуть не отрубили руку. Бездновы Моонгавцы.

— Вот именно. — Малтрис чуть нахмурился, впрочем, не переставая танцевать среди трупов.

— Нас кинули в самоубийственную атаку против всех этих бомб и големов. И против легионов Моонгава, что тоже своего не упустят. И нафига, непонятно. Ресурсы, это, конечно, ценно. Но такое ощущение, что тут есть что-то еще. Слишком резко нас переправили. Слишком странные приказы. Моонгавцы готовились месяцы. А Бессмертная словно вчера узнала об этом мире и тут же потратилась на огромные порталы. Нас, ядровиков, в городе сметали и вербовали любыми способами, как будто кого-то мур покусал. Я хоть и не шибко умен, но понимаю, будь дело только в ресурсах, нас бы отправили своим ходом топать. За пару месяцев точно бы дошли. А здесь, такое ощущение, нашими жизнями хотят захватить этот мир подчистую. И нашими, и миллионами тех, кто придет в эту мясорубку позже.

— Ну а что тут еще может быть? Ты усложняешь. — Не согласилась Сандата.

— Может. — Согласился мужчина.

— Что делать-то будем? — Женщина подняла свою руку, аккуратно сокращая мышцы. Зелье сработало неплохо, заставляя те срастись. Правда, вот шрам после такого останется ужасный.

— А что делать? Ты вроде как должны была местных людей вербовать. За это тебе три доли и пообещали, аж как мозголому. Хотя, может, ну его нафиг? — Застыл адепт школы стальных топоров, перестав двигаться в такт музыки.

— Командиры все равно же с нас три шкуры спустят за такой провал. А мы можем здесь остаться. По-любому больше кристаллов получим.

— За такие слова тебя казнят. — Прошипела женщина. — Да и вообще, ты же говорил, что у тебя семья есть.

— Ну есть и что. Не помрут, денег я им немало оставил. Да и пенсию должны за мою смерть выдать, если не зажмут. Да и надоели они мне. Жена уже стареет, а все не решается попытаться ядро создать. Сколько я в нее ресурсов влил, а она, кажется, хочет подохнуть такой или перейти только когда бабкой станет и смерть подходящую почувствует. И еще чего-то обижается на меня. Тварь неблагодарная. А здесь! Представь. Кристаллы! Ты, я. Возвышение, как в сказках!

— Заткнись. — Закатила глаза идущая, прогоняя очередной раз ци по телу. Ее путь развития давал ей ментальные способности, пускай и не самые качественные. Но слабо помогал в развитии тела. Да и раны заращивались куда медленнее чем у обычных идущих стадии ядра.

— Я в норме. — Крутанула она небольшой меч, скорее кинжал, в руке. — Можно искать жертв и пытаться выполнить тупой приказ командования. — Нелестно высказалась она про желание вышестоящих адептов в иерархии армии Баворта, что за каким-то муром желали именно захватить этот мир, а не вырезать всех направо и налево. Им даже давали приказы не убивать первых встречных воинов небесного закона, пытаясь договориться и завербовать тех. Впрочем, даже сами командиры говорили это с таким тоном, что ни на вдох не сомневалась. — Те не верили, что подчиненные будут это выполнять. Да и в том хаосе, что здесь творился, никто, похоже, о приказах и не вспоминал. Начать стоило с того, что в похоже на столицу одного из государств, их отряд встретился с легиионом Моонгава. Завязалась битва. А потом прилетели местные големы и выкосили больше половины обоих армий. И это не только звезд, но и ядровиков, используя совсем уж сильные бомбы. А потом уже на планете каждый оказался предоставлен сам себе.

В этот момент тугая волна синего свечения затопила проход, и оба практика вспыхнули покровами, прежде чем чья-то атака раздробила небольшую пирамиду, погребая под собой и восковую куклу, и двух воинов мира Баворт. Впрочем, те довольно быстро выкопались из-под завала, готовые к бою. На них, что удивительно, никто так и не напал. А прилетевшая атака была лишь отголоском битвы сразу шестерых, кажется, воинов конденсации ядра, что явно были куда сильнее, чем пара из менталиста и берсерка.

— Валим. — Прошипела Сандата, ни сколько не желая помогать своим одномирянам в битве против воинов Моонгава. Да и Малтрис, с грустью посмотрев на распадающийся в пыль «смартфон» в руке, не переживший активировавшегося покрова, рывком выпрыгнул из руин, после чего оба практика поспешили скрыться с поля боя, удаляясь от огромного портала. Тот вроде как, был накрыт еще один саркофагом, которыми местными упорно и упорото пытались защитить свой мир. Впрочем, сейчас о нем напоминали лишь разбросанные по площади обломки. Для воинов второго этапа местные камень и сталь были не крепче хлипкой глиняной хижины.

Бадум! - Сзади что-то оглушительно рвануло, а пространство затопило светом.

— Вовремя мы свалили! — Обернулся Малтрис, пытаясь рассмотреть, что же осталось от двух сражающихся отрядов. Однако в ударной звуковой волне оба человека ощутили мощное смешение ци, осознавая, что такая волна, скорее всего, могла появиться только вследствие смерти сразу всех находящихся там ядровиков. Но долго удивляться им не дали.

— Бездна! — Завизжала Сандата, уплотняя покров на максимум и откатываясь в сторону. А черный камень дороги вокруг нее начал вспучиваться и плавиться. А через секунду и Малтрис ощутил на себе испепеляющий луч, отправленный от висящих в вышине небольших точек, до которых достать даже самыми лучшими техниками было нереально. Такие лучи убить их не могли. Но чуйка уже заворочалась, предвещая не самые хорошие последствия.

— В здание! — Рявкнул он, прыжком преодолевая десяток метров и влетая через стекло в какое-то богато украшенное здание. Ментатка влетела за ним, сразу же ощущая сгустки страха, рассеянные по огромному залу и прячущиеся за стенами. Но отвлекаться сейчас на них было глупо. Если небесные големы обратили на них свой взор, то последствия могли быть печальными. Она даже пожалела, что так и не обзавелась броней. А цеплять трофейные образцы от тех же легионов Моонгава, которых снабжали артефактами и обмундированием, вообще-то, куда лучше, чем отряды регулярной армии Баворта, было и того хуже. Чужие латы, без подгонки, могли скорее навредить.

Малтрис рванул дальше, проносясь через несколько комнат и не обращая внимание на кучи стеклянных полок, под которыми были разложены странные предметы. Кажется, Сандата даже вспомнила, что в столице и еще паре крупных городов и в ее мире было что-то подобное. Музеи. Места, где собирали древности. Правда, ни в одном из таких она и ни разу не побывала, хоть и хотела посмотреть на диковинки прошлого. Из тех времен, когда и в ее мире не было ци, зато было много сложных устройств. Не таких сложных, как здесь, конечно. Но может что-то подобное там и было. У нее самой последние десять лет было радио, хоть столь огромная трата на предмет роскоши и была ей неприятна.

Впрочем, небесный огонь на этот раз спадать не стал. Возможно, потому, что голем решил не уничтожать столь богатое здание ради парочки врагов. А Малтрис, подуспокоившись, и цыкнув на горстку людей, спрятавшихся в комнате, подошел к стеклянному шкафу, рассматривая какой-то явно древний халат, тоже красного цвета и стоящую рядом глефу.

— А если я так оденусь, может нас не будут с неба бить? — Задумчиво произнес он. Впрочем, сейчас, как поняла Сандата, он шутил. Шутил же?

— И сильно оно похоже на то, во что одеты эти? — Она кивнула на сгрудившихся людей, половина из которых потеряла сознание а вторые блевали и задыхались, от одной лишь волны ци, мимолетом выпущенной ее напарником. Простые смертные плохо переносили давление даже звезд, не говоря уже о втором этапе. Хотя тут несколько людей и являлись воинами небесного закона. Впрочем, лишь формально. У них было по одной, или около того звезде. Но таких подчинять ментально Сандате было куда легче. Вернее наконец, возможно, в отличие от пустых. Обычные смертные хоть и поддавались ментальному контролю, но вот незадача, умирали почти мгновенно от тех объемов энергии, что были нужны для внушения мыслей.

Ей, родившейся и выросшей в мире, где любые парни и девушки, чтобы начать считаться совершеннолетними, должны были открыть хотя бы одну звезду, хотя бы с алхимией или даже помощью знахарей, видеть подобное нежелание развиваться было дико. Тем более, когда каждый из местных мог легко добыть кристаллов. Невероятно ценный ресурс.

Сзади раздался звон стекла, и спустя мучительно длительные мгновения Сандата все же развернулась, чтобы рассмотреть несущегося на них молодого парня, что все же нашел в себе смелости достать из стеклянного шкафа одну из старых глеф, решая умереть в бою. Она уже готова была прекратить жизнь глупца. Но первым сделал шаг вперед Малтрис, ударяя своим топором невероятно медленно. А потом еще и еще раз. Девушка даже закатила глаза. Не в силах смотреть на этот фарс. Орущего местного, махающего глефой изо всех сил, и воина второго этапа, что намеренно тратил все силы, чтобы двигаться максимально медленно и не выпускать наружу ауру.

Так продолжалось вздохов десять, пока глефа с треском не переломилась в трухлявом месте. А ученик школы топора почесал цельновыпавленным топором по голове, словно бы не ожидая, что веселье закончится так скоро.

— Не повезло тебе… — Произнес он парню, хотя тот и не мог понять слов, не обладая даже знанием языка Неттона. А тот лишь подхватил огрызок лезвия, в бешенстве бросаясь в самоубийственную атаку. И тут же отлетая от пинка ноги, своим телом вышибая окно и вываливаясь на улицу. После чего Малтрис как ни в чем не бывало снова уставился на стеклянные шкафы.

— И нафига? — Скорее по привычке спросила менталистка, понимая, что даже этот пинок, от которого смертный чуть не умер, был актом невероятного сдерживания. Обычный пинок того бы порвал на части и выжег внутренности энергией. А так адепт пути ярости по сути, отпустил его, пускай и с переломанными ребрами.

— Он хотя бы сражался. — Высокопарно произнес напарник, и она не стала дальше пытаться понять его извращенную честь. Ей нужно было делать свою работу.

— Спокойно. Мы просто поговорим. — Произнесла Сандата, подходя к людям и выбирая взглядом тех, кого можно будет попытаться «завербовать». Хотя вербовка звучала слишком круто. По сути, ей приказали просто обрабатывать население, вселяя им симпатию к миру Баворт. Преданную, искреннюю, такую, чтобы в случае чего они могли встать на их сторону, когда придет время. А до того момента не особо афишировать свои взгляды, просто продолжая напитываться теплыми чувствами к иному миру. Миру, что может взять эту Землю в вассалы, защитив ее от других угроз и предотвратив тотальный геноцид. Естественно, это все было ложью. Вернее полуправдой, ведь мир действительно мог стать вассалом, как и мир Темных трав и другие. Но полуправда была неотъемлемой частью пути Сандаты.

На обработку этой группы, да и всех других, которых они нашли в других комнатах огромного музея, ушло не так уж и много времени. Плечо все еще ныло. Но непреодолимое желание наживы жгло их обоих изнутри. Ведь только с тех нескольких убитых в самом начале защитников им выпало немало всего ценного. Они уже думали покинуть огромное помещение, когда прямо на их глазах, в просторном зале вдруг не вспыхнул новый золотой шар, выросший из точки.

— Ты когда-нибудь видела рождение портала? — Тихо спросил Малтрис, завороженный зрелищем.

— Только синего, как и ты. Жёлтого никогда. — Ответила девушка, тоже завороженная этим явлением. Синие порталы порождались артефактами Неба. Чудовищно редкими и дорогими. Но именно через такие порталы их и переправили сюда, почти вплотную к новому миру. А вот рождение золотых сфер могли наблюдать лишь самые отчаянные искатели, путешествующие вглубь по паутине миров.

Портал был матовым, не пропуская свет. А значит, через такой сюда должны были прибывать защитники мира. И это было отлично. Все другие порталы призыва защитников были где-то далеко. А единственный, виденный ими ранее, где они вместе с другими воинами пытались устроить ловушку на прибывших, превратился потом в кровавую баню и оказался взорван с воздуха. Впрочем, им тогда тоже повезло. И они свалили заранее, когда на портал стали претендовать и легионы Моонгава. Именно тогда Сандата и получила ранение.

Сейчас же портал открылся прямо внутри здания. Значит, скорее всего, големы о нем не узнают. И они смогут собрать здесь невероятную добычу. Пускай кристаллы первого этапа и считались менее эффективными для развития на стадии ядра. Но для таких нищих адептов, поднявшихся с самых низов и привыкших довольствоваться лишь силой Неба и дешевой алхимией, даже такие были настоящим сокровищем, не говоря уже про все прочие артефакты и вещи, которые можно было получить с осененных благодатью Неба.

Ждать пришлось недолго. Уже через десяток вздохов из пелены портала вышел первый враг, тут же открывая огонь из своего артефакта по Малтрису. Но тот убил противника лишь взмахом топора, скривившись в гримасе.

— Голем… — Проследил он взглядом, как валится на пол металлическая машина. Две руки, две ноги, довольно быстрые движения для стадии звезд. Сандата даже сказала бы крайне быстрые. Что вкупе с автоматами делало големов весьма шустрыми врагами. Вот только их покровы были дерьмового качества. Так что убивать жестянок можно было с одного удара. А награды с них не падали. Да и артефактов они с собой не носили.

— Этому миру легче создавать големов вместо того, чтобы обучать людей. Безумие… — Высказался Малтрис, когда убил уже с десяток стальных воинов, на которых было лишь два живых адепта. И вот с них вот награды были весьма и весьма интересными. Но тут из портала полезло что-то огромное, парящее, но тоже несомненно голем. Его покров был уже куда прочнее. А когда Малтрис все же прорубил его, машина взорвалась с оглушительным треском, чуть не обрушив стены величественного здания. Зато потом начали прибывать и живые адепты, первого этапа, которых они нейтрализовывали крайне быстро, беря себе богатую добычу. И наконец, наступил этот момент. Из золотой сферы появилась новая фигура, тут же вспыхнувшая покровом и ощущением силы совершенно иного порядка. Человек достигший ядра и фонтанирующий аурой пожирания.

Малтрис тут же стал серьезным, мгновенно создавая свою лучшую технику. Раскол. А Сандата вложила все силы в один ментальный удар, проходящий сквозь покров. Сама по себе она была не очень сильной. Но вот в паре с воином грубого пути, работая в поддержке, она оказывалась просто незаменимой.

От врага во все стороны полетели протуберанцы силы, насыщенные грубым пожиранием, что слизали стены, превращая все вещи в пыль. И Сандата даже успела испугаться. Впрочем, когда через несколько вздохов тяжело дышащий Малтрис застал над трупом врага, проявляя награды, ее наоборот, затопило веселье.

— А знаешь… — Воин обвел взглядом россыпь даров, среди которых вислело даже редкое умение.

— Ты как хочешь, а я остаюсь здесь. Попытаюсь найти свой путь или умереть.