1

Можно сколько угодно злиться, ругать про себя взрослых дядек, раз за разом разыгрывающих тебя, как бестолкового и не учащегося на своих ошибках мальчишку. Можно было бы… Но сейчас со мной разговаривали опытные политики, учившиеся поворачивать любую ситуацию в свою пользу. Поправлюсь: не просто политики, а правители своих стран. Пусть цесаревич пока не относился к числу монархов и стоял только в очереди на престол, но тоже умел плести интриги. Конечно, предварительно обсудив все тонкости с императором.

Узнал я много чего интересного. Оказывается, Харальд сумел каким-то образом выяснить, из какой лаборатории вышли те самые «жучки», которые кто-то ловко расставил по всему дворцу. Всё, что король обсуждал со своими министрами и советниками, уплывало в кабинеты британской разведки. К сожалению, найти предателя, установившего прослушки, не удалось. Пока не удалось. Рано или поздно, как уверенно сказал Инглинг, он попадётся. Но были и хорошие новости. Скандинавская агентура сработала на «отлично» и передала важную информацию. В королевство прибыла группа наёмников-«корсаров» во главе с Тесаком. Да-да, с тем самым ублюдком, пытавшимся взорвать яхту «Северная Звезда» с моей голубоглазой Астрид. Торгильс Эйдссон собственной персоной. Он получил заказ от англичан захватить некоего молодого человека с Даром Антимага. Или ликвидировать его, если станет ясно, что первоначальный план не удастся провернуть. Опасения русского императора и короля Инглинга, что «Скандинавский экспресс» имеет все неприятные шансы подвергнуться нападению, обрели видимые контуры. Тесак вместе со своей командой появился в Мальмё и почти сразу же исчез. Где он сейчас, никто не знает. Но в этом случае спецслужбы не стали перерывать весь город в поисках диверсантов, предполагая (и не без основания), что они «всплывут» в самом поезде. Поэтому план перевезти русскую делегацию на закрытую военно-морскую базу в строжайшей секретности возник не на пустом месте.

Харальд не имел дара скринера, как у своей дочери, но, чтобы «прочитать» русского княжича, хватило жизненного опыта и знания психологии человека, особенного молодого. Как-никак, у самого четверо сыновей! Аналитики, кстати, дали тот прогноз, которого и ждал король. Мамонов, зная, что за ним ведётся охота, не станет в очередной раз подвергать опасности друзей, и захочет вернуться в Россию на «Скандинавском экспрессе». Свирепый не знал, о чём разговаривал мальчишка в своём номере с господином Матвеевым, потому что все «жучки» оттуда были убраны заранее (нехорошо подслушивать за будущим зятем!), но куратор после него чуть ли не вприпрыжку побежал звонить в посольство. Не зная, что его телефон находится на прослушке. И как только звонок пошёл на номер господина Зюзина, оператор включал запись. Нетрудно догадаться, где эта запись оказалась через несколько минут. Поэтому Харальд мгновенно оценил демарш Андрея и связался с императором Иваном. Во-первых, безопасность зятя всё же стояла на первом месте. А во-вторых, король Скандии продемонстрировал доверительные отношения с будущими союзниками, как бы признав, что, находясь в курсе событий, не стал скрывать этого.

Так и получилось, что Харальд стал инициатором разрешить мне поездку на «Скандинавском экспрессе», убедив Мстиславских не строить препоны. Многоходовую операцию прикрытия, где я становился одновременно приманкой и охотником, спланировали очень быстро. Ещё до того, как я появился в кабинете Костромского.

— Тебе бояться нечего, Андрей, — убеждал Харальд. — Когда «Экспресс» будут загружать на паром, вместе с тобой на борт «Маринеллы» взойдёт группа молодых людей и девушек, играющих роль свиты Великой княжны Лидии. Поедут они в «императорских» вагонах, чтобы всё выглядело правдоподобно.

— И кто эти попутчики? — мне стало интересно.

— Молодые хирдманы. Ты с ними имел честь встретиться на ристалище, когда канат перетягивали и мешками по головам лупили, — усмехнулся король. — Для кадетов это будет первое серьёзное задание, в котором есть риск погибнуть.

— Будут только юноши? Кто станет играть роль Великой княжны и целой группы девушек?

— Всех не обязательно, — качнул головой Харальд. — Достаточно трёх-четырёх. Но статистами обеспечим, не переживай. После формирования состава в Або они все покинут «гербовые» вагоны, кроме группы прикрытия.

— Мне их нужно защищать? — нахмурился я.

— Нет. Я не возлагаю на тебя такую ответственность, Андрей. Не забывай, ты приманка. Защищать будут тебя. Главное, вытянуть хищную рыбу на поверхность. Да, эти мальчишки не нюхали пороха, и окажутся под ударом профессионалов. Но ведь ты тоже без боевого опыта освобождал «Северную Звезду». Чем раньше молодые хирдманы побывают под пулями и магическими ударами, тем быстрее встанут в строй опытных бойцов.

Ну, не совсем уж без опыта. Факира брал, с наёмниками в Москве разобрался. Знает ли об этих эпизодах Харальд?

— Среди кадетов есть одарённые? — задал я важный вопрос.

— Большинство из них — дети аристократов, владение Даром — родовое умение, — подтвердил Харальд. — Поэтому защитить себя они смогут, как оружием, так и магией.

— А как быть с остальными пассажирами? — спросил цесаревич, внимательно слушавший короля. — Я так понимаю, нападавшие нанесут удар по «императорским» вагонам. Возможно ли обезопасить непричастных?

— Моя аналитическая служба вкупе с искусственным интеллектом выдала наиболее предпочтительный для диверсантов вариант нападения. Скорее всего, часть отряда уже будет находиться в вагонах. Как только «Скандинавский экспресс» достигнет засады мятежников, будет дан сигнал к атаке. Удар нанесут одновременно снаружи и изнутри. Наёмники проникнут в «императорские» вагоны в поисках Андрея, а то и Великой княжны (им нужна гарантия безопасности, чтобы, прикрываясь твоей дочерью, Юра, уйти невредимыми). Именно там их и встретят хирдманы.

— Я бы на их месте отцепил эти вагоны от основного состава, — голос цесаревича прозвучал глухо.

— Вероятно, так и будет, — усмехнулся Харальд. — Спецвагоны поставим в «голове» состава, сразу за вагоном моих гвардейцев и вагоном охраны коменданта Лутошина. Подыграем врагам.

— А если сепаратисты подорвут пути? — я задумчиво почесал переносицу. План сам по себе слабоват, всё рассчитывается на примерных действиях наёмников и их помощников из числа мятежников. — Тогда весь состав окажется под прямым ударом.

— У нас есть выбор? — хмыкнул Харальд. — Любой расчёт несёт в себе ошибки. Невозможно предугадать человеческую реакцию на тот или иной момент. Я бы вообще не волновался за исход боя, потому что мои гвардейцы обучены противостоять диверсионным атакам. Но решение княжича Мамонова внесло коррективы

— То есть вы даёте добро на поездку в «Скандинавском экспрессе»?

— Со стороны короля Скандии нет препятствий, — заявил Харальд.

— Государь не видит препятствий в просьбе княжича Мамонова, — в тон ему произнёс цесаревич.

— Отлично, — я расслабился. — Когда в Стокгольм приходит «Скандинавский экспресс»?

— Послезавтра в одиннадцать часов утра, — ответил король. — Тебе надлежит вместе с хирдманами, играющими роль свиты, прибыть в порт. Билеты на паром уже забронированы. Не думаю, что за вами будет столь тщательная слежка, но на всякий случай мы подстраховались, проведя все финансовые операции открыто.

— Про моих механиков и телохранителей не забыли?

— Они поедут с тобой, как и положено слугам, — успокоил меня цесаревич. — Если появятся какие-то вопросы, обращайся к барону Арвиду Кноррингу. Он назначен командиром группы охранения.

— Когда ребят повезут на базу?

— Завтра после обеда. Ты в отеле останешься один, но позже туда заселятся кадеты.

— Будем путать карты врагу? — пошутил я. — Интересно, кому поручено играть роль Великой княжны?

— Для неё подбирали кандидатку, схожую по фактуре, — усмехнулся цесаревич. — И более-менее похожую на Лидию.

Я кивнул, пусть меня никто сейчас и не видел. Нет смысла следить за отелем, когда есть возможность проникнуть в электронную базу порта или железнодорожного департамента и проверить имена пассажиров, едущих на «Скандинавском экспрессе». Харальд поступил разумно с билетами, а может, это была идея Мстиславских.

— Какие-то вопросы, просьбы ещё есть? — спросил цесаревич.

— Столь важных — нет, — подумав, ответил я. — А если и будут, обращусь к барону Кноррингу.

— Вот и отлично, — Мстиславский постарался придать своему голосу бесстрастность, но в нём чувствовалась тревога. Хотелось бы, чтобы за меня — иначе какие мы будем родственниками? Знать, что ты в планах императорской семьи обычная пешка, пусть и с норовом, отравляет отношения. Я предпочитаю открытость и честность. — Андрей, послушай моего совета. Не геройствуй почём зря. Король Харальд отправит подготовленных и опытных бойцов, они сами справятся с задачей.

— Ваше Королевское Величество, — обратился я к Харальду, зная, что он ещё с нами, — один вопрос.

— Обращайся, Андрей.

— Если среди наёмников будет Тесак, я могу взять его жизнь?

Харальд молчал минуты две. Видимо, в его душе боролись два желания: самому снести голову Торгильсу или поручить это дело мне.

— В том случае, если Тесак окажется среди нападавших, то разрешаю тебе осуществить месть лично, — медленно проговорил он. — Захватишь его живьём — награда моя будет щедрой. Не получится — принеси голову врага. Когда будешь убивать предателя, передай ему привет от Харальда Инглинга.

— Сделаю, Ваше Величество.

— В таком случае я отключаюсь, — усмехнулся король. — Мой младший брат Юрий, до скорой встречи. Необходимо ведь обсудить будущую свадьбу наших дочерей с этим храбрым юношей.

— Об этом мы поговорим отдельно, — пообещал цесаревич. — Всего хорошего, Ваше Величество.

— До свидания, Ваше Высочество.

Раздался щелчок, после которого Юрий Иванович не стал спешить с окончанием разговора.

— Андрей, ты сам напросился ехать обратно в Россию поездом, за которым охотятся наши потенциальные враги. Мы с императором выслушали доводы короля Харальда и приняли решение принять его инициативу. Ты должен знать, что князь Мамонов не поставлен нами в известность о твоём возвращении поездом. Сугубо секретная операция направлена на ликвидацию особо опасного наёмника Торгильса Эйдссона. Это часть общей стратегии Москвы и Стокгольма по уничтожению наёмных бригад, имеющих связи с Британией. Агентурные данные утверждают, что Тесак получил от англичан задание физически устранить перспективного одарённого, возвращающегося на «Скандинавском экспрессе». Надо ли догадываться, что речь шла о тебе? Поэтому риск очень велик, будь осторожен и не лезь сломя голову в заварушку, если она начнётся. Хоть ты уже взрослый человек, имеешь боевую награду, пусть и от иностранного государства, но прежде всего думай, а потом делай.

«А от вас я что-то не дождался хоть какой-то медальки, — язвительно подумалось мне. — Некрасиво выходит, Ваше Высочество».

Он как будто меня услышал:

— Обиделся, что мы тебя стороной обошли? В кулуарах пока решено не засвечивать тебя, как специалиста по магическому противодействию. Но будь уверен, о твоих заслугах помнят.

Я немного смутился, что позволил себя покритиковать человека, который когда-нибудь займёт престол, и — на минуточку — могущего стать моим тестем. С другой стороны, почему бы чуть пораньше не намекнуть, пока Харальд не завёл речь об очередной награде? Надо признать, скандинавский король умело играет на информационном поле и использует любую возможность, чтобы показать, насколько для него ценен Антимаг. Складывается такое ощущение, что ему нравится пощипывать Мстиславских.

— Ваше Высочество, да всё я понимаю. Вам нужно удостовериться, каков княжич Мамонов в бою, желательно без бронекостюма.

— Мы объединили аналитические справки ГСБ, Магической Коллегии и специалистов императорского клана, — неожиданно признался цесаревич. — Нужно обязательно выяснить, в каком качестве ты бы мог принести пользу стране, и насколько усилил свой анти-Дар, чтобы пользоваться им без «Бастиона».

— Поделитесь секретом, Ваше Высочество? Или информация засекречена?

— Обо всём мы можем поговорить после твоего возвращения из Скандии, — усмехнулся цесаревич. — Возвращайся живым и невредимым.

— Слушаюсь! — придав голосу шутливости, откликнулся я.

— До встречи в Москве, Андрей.

Цесаревич первым положил трубку. Я некоторое время посидел в кресле, прокручивая в голове разговор с двумя высшими лицами государств. Ну что, доволен? Тебе в открытую сказали, что Антимаг — это не мой личный Дар, он дан мне для оказания различных услуг в пользу государства. Дворянин, получивший столь значимый аспект, должен направлять его туда, куда укажет император. Подозреваю: не соверши я вовремя демарш, меня бы ненароком «уговорили» ехать на «Скандинавском экспрессе». Значит, нападение совершится почти со стопроцентной вероятностью. Так что правильно ребят отправляют домой морем. А я, в первую очередь, должен защитить охрану, хирдманов и пассажиров. Ну… насколько мне удастся создать антимагический купол. И постараться вернуть долг Тесаку. У меня есть одна идея: как совместить Дар Антимагии с духовными практиками с большой эффективностью. Получится или нет — скоро узнаю.

Я поставил телефон на коммутатор и вышел из комнаты. Костромской с Матвеевым сидели в креслах и попивали кофе. Ароматный запах напитка пропитал кабинет, отчего мне тоже захотелось чашечку арабики или мокко.

— Вы закончили, Андрей Георгиевич? — спросил, вставая, Кондрат Васильевич.

— Да, можно возвращаться, — пересилил я своё желание. В конце концов, в «Гранд-Отеле» кофе не хуже делают.

Обратно нас отвезли на том же самом дипломатическом «Саабе» в сопровождении хирдманов. Поднявшись в свои апартаменты, я был крайне удивлён, когда увидел сидящего на диване кузнеца Стейна. Яким и Вася присматривали за ним, а Куан с видом человека, который привык к самым неожиданным посетителям, продолжал изучать альбом об искусстве.

— У нас гости? — вопрос был риторическим, но Куан счёл нужным пояснить, оторвавшись от созерцания красочного фолианта.

— Этому господину нужен княжич Мамонов, как он сам объяснил. К сожалению, русским или корейским языком он не владеет, как и английским, я проверял. Подозреваю, в чёрном пакете лежит какой-то подарок. Если точнее, свёрток с подарком. Но что именно находится в нём, господин отказался показывать.

Кузнец при моём появлении тяжело поднялся, одёрнул замшевую куртку, которую почему-то не снял, и слегка поклонился. После чего заговорил на своём языке.

— Подождите, уважаемый, — я показал жестом, чтобы Стейн не торопился, достал телефон и позвонил нашему гость-менеджеру.

— Отто, зайдите в мои апартаменты, пожалуйста, — попросил я, как только услышал его голос.

Менеджер появился очень быстро, и пяти минут не прошло.

— К вашим услугам, княжич, — обежав взглядом гостиную, он задержал взгляд на пожилом кузнеце, возвышавшемся над остальными, как горный кряж в долине.

— У меня гость, не разговаривающий по-русски, — пояснил я ситуацию. — Я же не понимаю его. Побудете переводчиком?

— С большим удовольствием, — склонил голову Отто и сразу же деловито спросил что-то у Стейна. Какое-то время он перекидывался с ним фразами, потом кивнул и перевёл: — Господин кузнец изготовил для вас нож и хочет преподнести его вам в качестве личного подарка. Он сегодня присутствовал на стадионе и смотрел ваш бой с лучшим молодым пилотом Стокгольма. Господин Стейн впечатлён великолепными магическими техниками русского пилота.

— Передайте господину Стейну, что мне очень приятно слышать мнение великого мастера железа. Кажется, в Скандии, Эрика Берсерка знают от мала до велика.

Опять последовала короткая беседа, и Отто повернулся ко мне:

— Господин Стейн знает толк в железе. Он участвовал в создании рунной защиты бронекостюма по просьбе изготовителей. На грудных пластинах, что использованы в экзоскелете, рукою мастера собственноручно нанесены руны.

Я приложил руку к сердцу и уважительно склонил голову. Кузнец позволил себе улыбку, тут же пропавшую. Передо мной снова стоял суровый старик с сильными руками. Он взял со столика чёрный пакет, вытащил из него кожаный свёрток длиной сантиметров тридцать, на мой взгляд. Удерживая свёрток левой рукой, правой он развязал тесёмки и раскрыл его. С гордостью протянул мне ножны, из которых торчала массивная деревянная рукоять. Простая, без всяких изысков.

Тёмно-серая кожа ножен оказалась чуточку шершавой, но «благородной» на ощупь. Сами ножны были украшены лишь одной тонкой полосой воронёной стали, опоясывающей их у горловины, и аккуратным кожаным ремешком с застёжкой из настоящей кости, пожелтевшей от времени. Довольно оригинально, признался я себе. Кузнец не стал делать её из металла, а предпочёл кость.

Стейн опять заговорил, погладив пальцами рукоять. Отто перевёл:

— Рукоять выточена из единого куска полярного берёзового капа. Этот материал редкий и сложный в обработке.

Да, рукоять легла в ладонь идеально. На её поверхности проступал естественный, ничем не окрашенный рисунок, напоминавший застывшие всполохи северного сияния: золотистые, янтарные. Тёмно-коричневые прожилки переплелись в причудливом узоре. И никаких драгоценных камней, никакой позолоты. Только дерево и сталь. Гарда, как я сразу заметил, отсутствовала. В этом месте было едва заметное утолщение между рукоятью и клинком, чтобы мокрая от пота или крови рука не соскользнула на лезвие.

Мне стало очень интересно, что за нож изготовил Стейн. Магия в нём чувствовалась, но слабенькая. Хрусталь чуть-чуть звякнул на периферии слуха, и перестал реагировать. Я потянул рукоять на себя, извлёк оружие наружу. Сам клинок оказался сантиметров двадцать, и даже чуточку меньше. Прямой, с лёгким подъёмом острия и долом, проходящим почти во всей длине. Не широкий, как тесак, но и не тонкий, как стилет. В общем, мне изготовили рабочий инструмент воина. Им можно и резать, и колоть, и строгать, и вскрывать, и защищаться. Это я тоже узнал из слов Стейна. Не особо разбираюсь, как такие ножи называются, но Отто с помощью кузнеца пояснил, что это классический скандинавский «сейкс»

Заинтересовали цвет и текстура клинка. Металл не блестел, как у большинства ножей. Он имел глубокий, матовый, тёмно-серый оттенок, переходящий в черноту у рукояти. Благодаря солнцу, освещавшему гостиную, я заметил, что по нему пробегала едва уловимая синеватая рябь, словно по воде. Скорее всего, это результат ковки, которую нам недавно показывал кузнец.

На клинке с одной стороны у самой рукояти я увидел клеймо мастера. Это был тот же дракон Дрейк, что украшал вход в кузницу Стейна. С другой же — тончайшей гравировкой, почти незаметной на тёмном фоне, выведена вязь из трёх рун. Старик подсказал с помощью Отто, что это «Альгиз» — защита, связь с богами, «Уруз» — сила, выносливость и «Иса» — лёд, остановка, концентрация.

— Руны — не заклинание, — тихо проговорил менеджер, слушая кузнеца. — Они не светятся и не активируются магически. Это пожелание, застывшее в стали. «Будь защищён, будь силён, будь холоден в бою».

Я с удовольствием оглядел клинок, приноравливаясь к нему. Баланс был идеальным. Нож, как и положено в идеале, оказался продолжением руки. Он не тянул вниз, но не казался лёгким. Мне показалось, что я даже знаю, куда пойдёт острие в момент удара. Берёзовый кап быстро принял тепло моей ладони и стал как будто живым. Клинок неожиданно завибрировал, вливая в руку потоки странной, ни на что не похожей энергии. По всей его длине вдруг проявились алые руны, смотрящиеся на тёмно-серой поверхности особенно эффектно. Они, словно быстрый ручей, перетекли от рукояти к острию ножа и исчезли, как будто поддразнивая и играя со мной.

— Господин Стейн, подарок великолепен, — я не скрывал эмоций, хотя всегда был равнодушен к холодному оружию. Нет, мне нравились ножи, но использовать их в бою, убивая врагов, даже не думал. — Это настоящий шедевр, подтверждающий ваше мастерство!

Стейн выслушал меня и в своей необычной манере ответил:

— Ты умеешь чувствовать пустоту и гасить магию. Но ты живёшь в мире, где сталь, дерево, кость и кожа стали твоими союзниками. И всегда помни: мой нож не требует от тебя быть магом. Он требует быть человеком прежде всего — с тёплыми руками, острым взглядом и тишиной внутри.

Интересно, откуда Стейну известно о моём умении противодействовать магии? Кузнец, конечно, человек оригинальный и загадочный, с рунами на «ты». Может, они подсказали ему что-то такое, до чего остальные доходят с помощью науки, аналитики и прочих исследований? И что кузнец имел в виду, говоря о пустоте?

Я вложил нож в ножны и поклонился человеку, настоящему мастеру железа и магии рун. И не чувствовал ничего зазорного в этом жесте. Даже Куан одобрительно посмотрел на меня. Стейн снова улыбнулся и теперь сам приложил руку к сердцу.

— На свадьбу, молодой княжич, я сделаю индивидуальный подарок для каждой из твоих жён, — перевёл Отто и с нескрываемым удивлением поглядел на меня. Хорошо, челюсть не отвалилась.

Подмигнув мне, старик тяжёлой походкой вышел из апартаментов.

— Спасибо, Отто, вы мне очень помогли, — поблагодарил я менеджера.

— О кузнеце Стейне ходят легенды, — благоговейно произнёс Отто. — Он куёт оружие только по собственному желанию. Не всякий аристократ может похвастаться наличием в своей коллекции клинка, сделанного в кузнице Берлунда. Даже не представляю, чем вы приветили Стейна, что он согласился изготовить такой великолепный нож.

Я не стал ему говорить, что это была просьба принцессы Астрид, а напомнил про начало разговора, где старик одобрительно отозвался обо мне, как о пилоте экзоскелета. Кажется, такой ответ удовлетворил Отто. Он попрощался с нами и вышел из номера с чувством выполненного долга.

— Андрей Георгиевич, можно посмотреть нож? — сахаляры подошли ко мне с горящими глазами.

— Только осторожно, парни, — я отдал ножны Василию. — А вдруг он завязан только на хозяина? Ох, забыл спросить, нужна ли ножу моя кровь?

— Нужна, — сказал Куан, отложив альбом в сторону. — Чтобы сильнее привязать рунное оружие, кровь обязательна. Но я бы посоветовал тебе, господин, провести сближение с железом возле родового Источника. А вы поосторожнее, пальцы не обрежьте. Видите, какой остроты лезвие?

— Отличный нож, — цокнул языком Яким. — И цвет необычный.

Я про себя перевёл дух. Клинок не вредничал, никому пальцы не отсёк. А вот что будет после привязки, никто не знает. Может, включится некая защита, руны начнут «правильно» работать, и тогда неизвестно, что произойдёт с человеком, вздумавшим полюбоваться таким подарком.

Яким аккуратно вложил нож в ножны и отдал мне.

— Ладно, парни, — я застегнул ремешок, отметив прочность сцепляющих элементов, пусть и костяных, а не железных. — Зовите всех наших, проведём экстренное совещание. Гену с механиками не забудьте. У меня есть срочная новость.

2

Вечером ко мне заглянули Арина и Вероника. В гости, как они пояснили, улыбаясь. Несмотря на бурный день, который княжна Голицына уделила нашим общим делам, девушка выглядела свежо, будто окунулась в водоём с живой водой. Судя по блеску глаз, у неё всё было отлично.

Пока гостьи устраивались возле камина, я попросил Куана сделать нам кофе с лёгким угощением. Благо, не нужно было куда-то звонить, вызывать официантов. В моих апартаментах присутствовала кофемашина, чтобы постоялец всегда мог сделать себе бодрящий напиток. Нашлось и печенье в виде разнообразных зверюшек. Мои телохранители его охотно поедали килограммами, благо, далеко бегать не надо в поисках угощений. Кондитерская со своей пекарней рядом с отелем, можно сказать, «за углом».

— Как всё прошло? — когда Куан наполнил чашки ароматным кофе и тихо исчез, поинтересовался я.

— Ой, всё чудесно! — оживилась Арина. — Отец прислал целую команду адвокатов, словно у меня намечалась сделка века. Но, как ни странно, именно такой подход помог в подписании контракта с «Эхом Валькирий». Были некоторые моменты, которые пришлось прорабатывать более подробно, но в остальном ребят всё устроило. Так что скоро у них начнётся бурная музыкальная жизнь. Я настоятельно попросила Стена и Маттиаса написать десяток новых песен. Но их мы сразу не будем пускать в оборот. Сначала всё же оценим их с коммерческой точки зрения. Дадим Веронике послушать, пусть своё мнение выскажет.

— Тоже скажешь, Арина, — улыбнулась Ника и приложила чашку к губам, делая маленький глоток кофе. — У меня нет музыкального слуха, я песни воспринимаю сердцем.

— Вот и воспримешь, а потом выскажешь своё мнение, — усмехнулась Голицына. — С датой приезда мы определились. Ждём ребят семнадцатого апреля. К этому времени нужно найти им жильё и студию для работы. Инструменты у них будут свои, но в некоторых случаях придётся подтягивать наших музыкантов. Мне кажется, некоторые песни только выиграют в звучании.

— Давай «Валькирий» со «Скоморохами» познакомим, — предложил я.

— Об этом я уже думала, — одобрительно кивнула Арина. — Будет интересно. Но в целом я хочу, чтобы проект был индивидуальным.

— Так и будет, — я попробовал кофе и удовлетворённо кивнул. Куан наловчился варить отличный мокко. Сам подсел на него, и других приучил! — Насчёт жилья… У меня же ещё квартира есть на Хорошёвском шоссе! Хотел продать её, но закрутился и совершенно забыл о таком активе. Илюша, голова садовая, мне и не напоминает о ней! Может, уже втихую продал, а денежки себе в карман положил?

Я, конечно, шутил, озвучивая с серьёзным лицом гипотетическую версию. Девчата фыркнули, раскусив мою игру. Арина оживилась.

— Слушай, а это здорово! Нам нужно обязательно туда съездить, всё осмотреть!

— Давай, — согласился я. — Как вернёмся в Москву, так сразу и организуем поездку. Вероника, есть желание посмотреть мою берлогу?

— Есть, — сразу же откликнулась Елецкая. — Оказывается, у княжича Мамонова в Москве не одна недвижимость за пазухой, а он и забыл! Счастливый человек!

Я с улыбкой развёл руками и поглядел на Арину:

— А что по контракту с Фолькунгами?

— Документы в порядке, проверили на пять рядов. Первую партию перчаток отгрузят в июне. Якоб пояснил, что необходимо просчитать логистику с наименьшими финансовыми потерями, да и нет сейчас потребности в таком количестве товара. Завод-то ещё не запущен. Ну, поступят они и осядут на складах до осени, — пояснила Голицына. — Я взяла на себя смелость согласиться со сроками поставки. Мне Вероника подсказала, что «Бастион» находится в стадии окончательного запуска, но раньше осени ждать начала производства нет смысла.

— С какой периодичностью будут поставляться перчатки?

— Раз в три месяца. Первая партия в количестве пятисот пар прибудет в июне, как я и сказала. Следующая — в сентябре.

— Неплохо, — одобрил я действия Арины. — Из первой партии мы вначале сможем использовать от силы сто-двести пар. Пока не запустим полный цикл, будем пополнять склад. Ещё неизвестно, какая выпускная мощность будет у «Бастиона».

— Я о том же подумала, — подтвердила девушка. — Тебе принести подписанные документы?

— Пусть у тебя останется, — отмахнулся я. — В Москве отдашь… Когда выезжаете?

— Кондрат Васильевич предупредил, чтобы к одиннадцати утра все были готовы к отъезду. Ещё сказал, чтобы соблюдали информационное молчание, куда и зачем едем. Звонить родителям или друзьям в Россию тоже запрещено до особого распоряжения… Подожди, а почему ты сказал «выезжаете»?

Я пожал плечами. Арина переглянулась с Вероникой. Обе нахмурились и чуть ли не синхронно воскликнули:

— Ты не поедешь!

— Нет, — ответил я с небольшой заминкой. — Я вернусь в Москву на «Скандинавском экспрессе». Так надо.

— Опять тебя Мстиславские на что-то подбивают? — вздохнула Арина.

— Осторожнее с выводами, милая, — предупредил я. — Дело не только в распоряжении государя. Просто… поступила важная информация об одном человеке, который поедет в этом же поезде. Именно он был напрямую причастен к нападению на «Северную Звезду». Король Харальд очень хочет с ним поговорить…

— Так у Харальда хватает опытных бойцов, чтобы того человека доставили к нему для беседы, — Арина нахмурила брови. — Твоя поездка на «Экспрессе» связана с твоим Даром?

— Да. Но я согласился не из-за этого. Наёмник, за которым охотится король Харальд, отметился не только на «Северной Звезде». Его люди стоят за покушением на меня в Москве. А такие вещи нельзя прощать.

Княжна Голицына кивнула, словно получила необходимое разъяснение, и успокоилась.

— То есть вместо нас в поезде поедут военные? — до Вероники, кажется, дошёл масштаб готовящегося мероприятия. — Ты не один будешь ловить этого… наёмника?

— Кто бы меня одного пустил? — я улыбнулся, чувствуя, как за меня беспокоятся обе девушки. Пусть даже одна из них считается всего лишь близким другом. — Всё одобрено на высшем уровне. Так что завтра я вас провожу, помашу ручкой на прощание и стану собираться в путь.

— Не забудь Лиду предупредить, а то будет фыркать огнём всю дорогу, — подсказала Арина. — Как-то не горю желанием находится рядом с бушующим вулканом. Астрид, кстати, знает?

— Думаю, отец ей всё рассказал. У нас будет время попрощаться.

Допив кофе, девушки засобирались. Им ещё надо было подготовиться к отъезду, поэтому я не стал их задерживать. Поцеловал на прощание как Арину, так и Веронику, подставившую мне щёчку. Проводил до дверей, за которыми их ждали Вальтер с Терентием.

Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, позвонил Илье. Мой адвокат ответил сразу же. Значит, работает человек, положив телефон рядом.

— Привет, Илья, — поздоровался я. — Чем занят?

— Здравствуйте, Андрей Георгиевич! — обрадовался парень. — Так мне Арина Васильевна перекинула по почте контракт со скандийской «Полимерией». Вот, сижу и изучаю. Вас можно поздравить с такой находкой?

— Поздравляй, — я усмехнулся. — Вот что, Илья… У меня к тебе будет два распоряжения. Постарайся в ближайшее время, а лучше завтра, связаться с князьями Елецкими и показать им подписанный контракт на поставку комплектующих. Пусть сразу начинают готовить складские помещения, чтобы потом не бегать поисках свободных мест под продукцию.

— Ясно. Будет сделано.

— И второе. Ты же помнишь, что у меня есть недвижимость на Хорошёвском шоссе?

— Да-да, — оживился Илья. — Нужно продавать?

— Угомонись. Мне она ещё понадобится. Вернее, людям, которые там будут жить. Четверо молодых людей, музыканты. Две девушки и два парня. Пока лишь проверь, всё ли в порядке с квартирой. А то уже сколько времени я там не появлялся.

— Тогда нужно навести порядок… Я поговорю с Казаковым, пусть наймёт в клининговой компании рабочих.

— Не отвлекайся, работай по документам. Сам позвоню управляющему.

— Как скажете, Андрей Георгиевич. Вы когда приедете?

— Скоро. Денька через три, — неопределённо ответил я.

— Понятно. Ждём с нетерпением.

Я попрощался с Ильёй, и чтобы не откладывать разговор с Казаковым, сразу и позвонил ему. Виктор Олегович выслушал мою просьбу по наведению порядка в квартире на Хорошёвском шоссе и обещал в кратчайшие сроки решить проблему. Заодно рассказал, что в усадьбе всё спокойно, никто не живёт в режиме осаждённой крепости. Казаков тот ещё шутник, хотя по нему не скажешь. Петрович гоняет охрану, не даёт ей расслабляться. В общем, все ждут моего возвращения.

Ну вот, теперь я окончательно успокоился и решил сходить в гости к Лиде. Действительно, нужно предупредить свою огненную (во всех смыслах) невесту, что возвращаться в Россию буду один.

— Я уже всё знаю, — заявила Великая княжна, когда я преодолел заслон из охраны группы Баюна и вошёл в её апартаменты. Она тоже собиралась к переезду на секретную базу. — Мне отец намекнул, что ты вернёшься в Москву самостоятельно… Елена, вон те платья, что на «плечиках» висят, положи в розовый чемодан!

Женщина, к которой обратилась Лида, приехала вместе с ней в качестве личной служанки. Она всё время оставалась настолько незаметной, что случись ей потеряться в Стокгольме, никто бы и не вспомнил про такую. Но, с другой стороны, это было ценнейшее профессиональное качество, которое не могло освоить большинство прислуживающих аристократам слугам: быть невидимым для гостей, но в то же время постоянно находиться рядом с хозяином.

— Да, госпожа, — кивнула Елена, получив задание.

Лида потянула меня в малую гостиную, усадила в кресло, а сама плюхнулась на диван, сдувая со щеки прядку волос. Дескать, видишь, как я устала? Мечусь трудолюбивой пчёлкой по апартаментам, оцени! Я лишь улыбнулся. Великая княжна после того, как я надел на её палец колечко с элементалями, стала невероятно оживлённой и раскованной. Мне показалось, что этот момент с признанием сбросил с её души тяжёлую ношу ожидания. Мстиславская, несмотря на свой взрывной характер и горячий темперамент, всё же осознавала, что в схеме с избранницами княжича Мамонова она является самым слабым звеном. Именно из-за своих периодических вспышек. Поэтому и нервничала.

— Отец сказал? — продолжил я разговор, начатый пару минут назад.

— Да, позвонил и предупредил меня, что ты с нами не поедешь. И напомнил, чтобы я ни в коем случае не закатывала концерт.

— А смогла бы? — не выдержал и улыбнулся я.

— Глупости! — фыркнула Лида. — Понятно же, что у тебя какое-то государственное задание. Иначе бы папа не стал звонить по таким пустякам. Знаешь, Андрюша, я не такая уж и вредная, как тебе кажется. И меня не нужно держать в ежовых рукавицах. Просто… когда я стану зарываться, обними меня и поцелуй крепко. И тогда я превращусь в ласковую кошечку… О, нет! У тебя уже есть одна кошка… Снежная.

— Тигрица, — подначил я Лидию.

— Р-ррр! — в тон мне рыкнула Великая княжна, отчего я мгновенно ощутил опасное томление. Сейчас мы находились одни в комнате, и малейшая искра возбуждения могла взорвать хрупкое равновесие.

— Так, ближе к делу, Лидия Юрьевна, — мой голос мгновенно налился силой, даже лязгнул железом. Девушка захлопала бровками и даже ущипнула себя за мочку уха. Хм, забавный способ вернуть самообладание. — Помнишь наш разговор, в котором я хотел услышать от тебя важный ответ, который должен расставить всё по своим местам? По-хорошему, я должен был задать вопрос до того момента, как предложил тебе стать моей женой. Но… раз так получилось.

— Я умная девушка, и прекрасно поняла, о чём ты хотел спросить, — Лида сбросила туфли и поджала под себя ноги, превращаясь в милую прирученную «тигрицу» в домашнем платьице. — Это по поводу перенастройки Дара, да?

— Да, — не стал я ходить кругами. — Это касается изменения твоего Дара. Мой Источник скоро станет Источником рода Мамоновых-Волховских, и вы, как мои жёны, должны привязаться к нему. Понимаешь ли ты, что для прокачки семейного Дара нужно отринуть все родовые «настройки» Мстиславских?

— Об этом знают все женщины, уходящие в чужую семью, — кивнула Лида. — Я всё время размышляю, что мне делать. Твой Дар — он очень специфичный и, возможно, опасный. Но Арина меня убедила в обратном. Ведь ты поставил ей антимагию?

— Да. Теперь Арина владеет антимагическим щитом, но в то же время может пестовать свой родовой Дар — Стихию Воздуха. Но совсем не так, как ты себе представляешь. Мой Алтарь сейчас наполнен элементалями всех Стихий и может спокойно обеспечить прокачку Дара любой из моих будущих жён. Я сейчас говорю про энергию и силу Стихий.

— Понятно, — кивнула Лида. — Но как быть с ядром? Что ты с ним сделаешь?

— Сначала я погашу его. Потом аккуратно наполню антимагией. Есть один нюанс, который позволит тебе ощущать Силу Огня. Твоё ядро будет иметь два уровня. Первый, самый важный — антимагический. Никакая магическая атака не принесёт тебе вреда. Ты можешь спокойно щёлкать семечки, отражая разные магоформы и техники. Но когда понадобится сжечь врага, используешь Огонь. Один момент нужно учесть. Антимагию в этот момент придётся «отключить». И ты станешь уязвимой.

— Мне этот вариант нравится, — оживилась Лида, нисколько не испугавшись моего предупреждения. — Я же понимала, что Арина не просто так согласилась на перенастройку. Ведь с ней ничего не случилось, верно?

— Как видишь, цветёт и пахнет! — не выдержав, улыбнулся я. — Почти вечная молодость тебе обеспечена.

— Кстати! — оживилась Великая княжна. — Ведь точно! А я до сих пор голову ломала, что с Ариной не так! У неё кожа стала такая нежная, бархатистая… Это из-за антимагии?

— Не уверен, что именно из-за неё, но влияние ядра, работающего теперь на иных принципах, могло повлиять на организм. Антимагия — она как поток, идущий в противоположном от магии направлении. Есть у меня такая версия, но нужны факты, чтобы убедиться. А их как раз не хватает.

— Скоро у тебя будет достаточно помощниц, чтобы убедиться в своей версии, — Лида кончиком языка провела по верхней губе, словно дразня, но на самом деле она взволновалась от перспективы получить «вечную молодость». Пусть одарённые имели «отсрочку» от старения, но оно всегда берёт своё, не откупишься. Опять же, я не знаю, как отразится столь интересный факт, замеченный мною и Лидой, в будущем для Арины. Вот и выходит, что мне нужно заниматься своеобразной наукой, а не лезть с головой в драку со всяким отребьем. В Российской Империи есть армия, ГСБ, разведка, контрразведка, спецподразделения различного направления, диверсанты… А император выбирает княжича Мамонова.

— Так что ты решила? — я очнулся от своих раздумий. — Готова пройти перенастройку ядра? Арина и Нина уже стали антимагами, и теперь усиленно развивают свои новые способности. В ином случае тебе придётся жить в окружении людей, владеющих способностью гасить магию. Как это отразится на тебе самой, я не знаю.

— Не пугай меня, Андрюша, — Лида упрямо вскинула подбородок, сразу став похожей на своего деда-императора. — Мстиславские не боятся трудностей и риска. Если уж Захарьина не струсила, то я и подавно не побоюсь погасить ядро.

— Всё будет в порядке, милая, — улыбнулся я. — Антимагия требует некоторых усилий, но я научу вас всех владеть ею правильно и эффективно. Тем более, родовой Дар никуда не денется.

— А наши дети… — Великая княжна покрылась румянцем, — они родятся антимагами?

— Нам это предстоит узнать позже, — я покачал головой, сохраняя спокойствие. — Но Род Мамоновых-Волховских будет первым Родом с антимагическим Даром. Ты даже не представляешь, Лида, какие возможности открываются с ним!

— Аж мурашки по коже, — девушка поёжилась и с задумчивостью спросила: — А в остальном все процедуры у Источника остаются прежними?

— Да, об этом не беспокойся. Он тоже даёт Силу, но иного порядка.

— Хорошо, я согласна, — Лида встала с дивана и подошла ко мне. — Когда?

Я поднялся навстречу ей и обхватил за талию, притягивая к себе. Зарылся в густые распущенные волосы, вдыхая едва уловимый запах духов.

— После помолвки, — прошептал я. — У твоего отца уже не будет времени для манёвра. Но до того момента тебе ведь придётся находится возле своего Источника, поэтому не стоит рисковать.

— Я в этом году уже провела неделю у Источника, — прерывистым от волнения голосом прошептала в ответ Лида. — Можешь провести перенастройку моего Дара сразу, как только мы вернёмся в Москву. В любом случае я уже не вернусь к Алтарю Мстиславских. Чего время-то терять?

— Это твой выбор, — не стал я отговаривать невесту. — Но есть одно условие. Никаких подробностей ни одному человеку, даже своим родителям. До свадьбы тебе лучше вообще молчать. Я дам несколько советов, как держать в неведении клановых магов. Арина ими пользуется, и вполне успешно.

— Хорошо, милый, — Лида вдруг хихикнула смущённо. — Как необычно произносить это слово… А ты в самом деле меня любишь, или это всё ради альянса Мстиславских и Мамоновых? Я ведь не идеальная девушка, к тому же вредная и избалованная.

Я не хотел говорить банальность вроде «конечно, люблю». Это было бы воспринято Великой княжной как моё подтверждение, что да — «всё ради альянса». Глядя прямо в глазе Лиде, медленно и нежно поцеловал её в губы, и не дав нам увлечься, отстранился и спросил:

— Такой ответ тебе подойдёт?

— Думаю, он очень правильный, — улыбнулась моя избранница.

— А ещё ты великолепный пилот, с которым я всегда готов выступать в паре, — убеждающим голосом сказал я, борясь с желанием крепко сжать тонкую талию и притянуть к себе гибкое молодое тело княжны. — А насчёт недостатков… я уверен, что ты их успешно исправишь.

— Куда же я денусь? Придётся, — усмехнулась Лида, делая шаг назад, прочитав в моих глазах это самое желание. — Иначе проиграю семейную битву. Не терплю поражений.

В это время в дверь постучали.

— Госпожа, я все ваши вещи сложила в чемоданы! Нужно ли ещё что-то Вашему Высочеству? — раздался громкий голос Елены. Вот образец грамотной прислуги. Женщина сообразила, что нужно как-то обозначить своё присутствие и не дать нам переступить опасную черту. А вещи… всего лишь предлог.

— Нет, ступай к себе! — крикнула в ответ Лида, и мы оба облегчённо рассмеялись. Сладостный морок, витавший над нашими головами, с разочарованием исчез. Девушка сразу стала серьёзной. — Андрей, обещай мне, что ни в какую авантюру не влезешь. Пусть воюют другие, а ты думай о нас, кто будет за тебя переживать.

«Думай о нас». Услышать такое от Лиды Мстиславской — это дорогого стоит. Наверное, в этот момент магнитные полюса поменялись местами, а магические потоки, раскинувшиеся на необъятных просторах планеты Земля, вдруг замерли, прекратив своё движение.

— Тебе пора идти, — Лида провела ладонью по моей щеке. — Не нужно давать поводов для досужих разговоров. Утром проводишь нас?

— Конечно, — я перехватил её руку и поцеловал пальцы, задержавшись чуть больше положенного. — Спасибо тебе, что решилась на трудный, но необходимый шаг. Вот увидишь, дальше будет очень интересно. Потом тебя не оттащишь от Источника.

— Даже страшно подумать, какими возможностями обладает антимагический Алтарь, — слабо улыбнулась Лида.

— А ты думай только о хорошем, — я сделал усилие и разорвал дистанцию.

Великая княжна проводила меня до двери и попрощалась нейтральным голосом, будто до этого момента не было эмоциональной вспышки. Я в сопровождении сахаляров отправился в свои апартаменты. Завтра вся делегация уедет на какую-то военную базу, а оттуда их на военном корабле перевезут в Усть-Лугу. А меня впереди ждёт неизвестность.

3

Вереница машин и автобусов отъехала от «Гранд-Отеля» в половине двенадцатого. Подняв руку в прощальном жесте, я помахал ею и направился в кафе вместе с Эдом и Куаном. Заказав по чашечке ароматного «капучино», мы некоторое время болтали о чём угодно, только не о предстоящем мероприятии. Самое основное было сказано ещё вчера, поэтому вся моя команда готовилась к поездке в «Скандинавском экспрессе», не дожидаясь указаний.

— Осталось только одно дело, — вздохнул я, глядя из кафе на Королевский дворец, — и можно сказать, программа выполнена.

— Речь идёт о принцессе Астрид? — уточнил Эд.

— Пойду просить у Харальда руки его дочери. А то когда ещё удастся побывать в Стокгольме?

— Промедление в бою равнозначно поражению, — изрёк Куан, нисколько не стараясь показаться заумным. Возможно, вспомнил к месту какую-то корейскую мудрость. — Королей нельзя заставлять ждать. А девушек — тем более.

— Ещё бы знать, как попасть во дворец, — хмыкнул я. — Прихожу такой с букетом цветов к воротам, а меня не пускают. Та ещё картина…

— Так позвоните невесте, Андрей Георгиевич, — хитро прищурился Эд. — Намекните, что желаете поговорить с венценосным родителем. Она всё сразу поймёт.

Конечно же, я шутил. На самом деле у меня была мысль пригласить Астрид на прогулку по городу, вдвоём, без излишней помпезности и целой кучи телохранителей. А потом, как бы невзначай, зайти в гости на чашечку чая. Ну и со всем подобающим случаю ритуалом произнести нужные слова, которые больше всего ждёт Харальд Свирепый.

— Ладно, пошли в номер, — я поднялся и кивнул Куану, чтобы тот расплатился с официантом.

Поднявшись в апартаменты, первым делом я прокрутил в голове, не забыто ли чего, чтобы ночью или завтра утром заполошно не бегать с выпученными глазами. Нет, вроде бы всё. Договор с Фолькунгами подписан, бой с Эриком Берсерком проведён на высшем уровне, нож от кузнеца Стейна уже лежит в чемодане, как и небольшие презенты из Стокгольма для родственников, одноклассников, моих компаньонов и слуг. Да, теперь можно и звонить.

Только протянул руку, телефон мелодично залился входящим сигналом. Вот и не верь после этого в связь на тончайшем энергетическом уровне.

— Привет, Снежная Кошка, — улыбнулся я, заходя в спальню и плотно закрывая за собой дверь.

— Здравствуй, Андрюша, — серебристо прозвенел голос принцессы. — Вот, захотела узнать, не заскучал ли ты в одиночестве…

— Даже не представляешь, насколько, — не покривил я душой. — Рядом никого, кто бы мог развеять мою скуку.

— В таком случае приглашаю тебя покататься на яхте, — предложила Астрид. — Как смотришь на ужин в охотничьем домике?

— Положительно, — улыбнулся я. — Уже предвкушаю вечер при свечах.

— Нет, свечи будут в другой раз, — рассмеялась принцесса. — Там, куда я хочу тебя пригласить, всё цивилизованно.

— Как одеваться?

— Ну… скажем, как будто ты к родителям заглянул на огонёк, без всякого повода.

Хм, какой интересный намёк. Вот только как совместить прогулку, которая точно затянется надолго, с визитом во дворец? Эх, если не получится, то это не моя вина, так и знайте, Ваше Величество!

— Хорошо, так и поступлю, — не затягивая с ответом, бросил я в трубку. — Когда быть готовым?

— Через час к причалу подойдёт яхта «Сванхильд». Я буду ждать тебя там.

— По поводу охраны. Сколько человек могу взять на борт?

— За безопасность важного гостя отвечают хозяева. А если этот гость — ещё и мой жених, то можешь не беспокоиться. Твоя невеста сможет защитить тебя не хуже полусотни хирдманов, — засмеялась Астрид. — Хм, пожалуй, возьми с собой импозантного слугу Куана. Отчего-то мне кажется, что у него помимо основных служебных функций есть масса других достоинств.

— Да, замечал, — не разглашая истинную роль Куана в своей жизни, с улыбкой ответил я. — Так мы его и зовём: Хитрый Лис.

— Прекрасно! — восхитилась Астрид. — Тогда с нетерпением жду встречи!

Закончив разговор, я покачал головой и положил телефон на тумбочку. Предстоящее путешествие с любимой девушкой на борту яхты — чудесный способ отвлечься от грядущей схватки с врагом. И что-то мне подсказывает: это неспроста. Тем не менее, отбросив сомнения и попытки просчитать изящные ходы Инглингов, я стал собираться. Предупредил Куана, что он едет со мной, а Эд с телохранителями остаются помогать Гене Бергу и механикам, ну и заодно приглядеть за ними, чтобы никто не вздумал покидать отель.

Особо ничего лишнего одевать не стал. Мамин вязаный свитер, джинсы, туфли, тёплая куртка. Погода непонятная. То светит солнце, то откуда-то набегают серые тучи и закрывают яркий диск на небе. Водная гладь канала сразу же становится свинцовой, неприятной. Но от этого настроение не испортилось.

Элегантную яхту с чёрными лакированными боками и белоснежным верхом я заметил сразу. Она не отличалась большими размерами, к тому же была без мачты, и скорее, относилась к классу речных судов. Как раз чтобы спокойно проходить под мостами, коих в Стокгольме неисчислимое множество.

Мы с Куаном вышли из отеля и направились к свободному причалу, куда направлялась «Сванхильд». Порывистый ветер взъерошил мою неприкрытую голову и помчался дальше, унося с собой мелкие пылевые завихрения.

Астрид я заметил сразу. Она была в длинном плаще светло-серого цвета, из-под которого виднелись сапожки; открытые волосы собраны в нарочито небрежный пучок; глаза прикрыты солнцезащитными очками. Девушка радостно помахала нам рукой и что-то крикнула в рубку. Яхта ловко подвалила к причалу и замедлила ход. Урчание мотора в недрах судна стало глуше, но не затихло совсем. Нам хватило пары минут, чтобы оказаться на борту. Я даже умудрился не помять букет цветов, предназначавшийся в подарок девушке. Которому она обрадовалась ничуть не меньше, чем мне самому. Конечно, не обошлось без целомудренного поцелуя в прохладную щёчку Снежной Кошки.

Куан в чёрном «служебном» костюме словно не замечал прохладного ветра. Он низко поклонился Астрид и встал позади меня, ожидая дальнейших указаний.

— Улоф! Можно отплывать! — звонко крикнула девушка широкоплечему мужчине в рубке, и тот кивнув, ловко сманеврировал, чтобы выйти на открытое пространство канала.

Хм, интересно, а где же хирдманы?