1

В какой-то момент мне показалось, что Арина отрабатывает схему «старшая жена» не только на Нине. Я тоже попал под её горячую руку и теперь выслушивал непривычно эмоциональную речь княжны, периодически краснея. Нина, скромно притулившаяся в уголке дивана, только хлопала ресницами, но пока благоразумно молчала.

— Это авантюра! — горячилась княжна. — Если нет чёткого представления, что делать, то самый лучший вариант — не доводить ситуацию до критической. Бегать от Мстиславских — сплошное ребячество! Они везде найдут Нину, везде!

— Даже в другой Яви? — я занял место за столом, прикрываясь монитором ЭВЦ, как будто он мог спасти меня от сверкающего взгляда Голицыной. Увы, он проникал даже сюда, как самонаводящаяся ракета на очень важную цель.

— Нет, не уверена, — качнула головой Арина. Она расхаживала по кабинету со сложенными на груди руками, нарочито громко постукивая каблуками туфель. Сердилась. — Но в ином случае даже не стоит играть в прятки!

— Папа обещал спрятать в надёжном месте, — заметила Нина. — Если бы не понимал, то и разговор об этом не затевал.

— Ребёнок Нины, рожденный до официального брака, потенциально опасен в плане репутационных потерь для Мстиславских, — уверенно заявила Арина. — Я об этом уже не первый раз говорю. Искать его будут со всем усердием. Слишком щепетильный момент!

— Можно подумать, я — наследник престола, у которого готовится родиться бастард, — усмехнувшись, я сделал полный оборот кресла. — Цесаревичу нужно лишь чёткое утверждение Целителей, что моя связь с Лидой не принесёт ей вреда.

— В этом-то вся и проблема! — воскликнула Арина. — Ты не имеешь права сказать, что антимагия совершенно не повлияет на искру Дара у Лиды, так как она сама стала Антимагом! И вынужден подстраиваться под требование Мстиславских провести медицинское обследование Нины! А раскрытие тайны может повлечь за собой ещё более жёсткое условие императора…

— Какое? — удивилась Нина, замершая, как воробышек.

— Андрея заставят «делать» антимагов с помощью уникальной перенастройки Дара! — княжна опустила руки вдоль бёдер, показывая собственное бессилие перед неразрешимой на данный момент задачей.

Ей так казалось, что неразрешимой. Я же считал иначе.

— Арина, до осени у нас полно времени. За это время я найду убежище, где Нина спокойно пересидит самый опасный период. У меня есть подозрение, что время между мирами течёт неравномерно. Там, где находится человек, оно стабильно, как и полагается, но в параллельной Яви начинает ускоряться. Если Нина окажется «там», — я выставил перед собой ладонь левой руки, — то для неё время станет объективной реальностью. А здесь, — я раскрыл ладонь правой руки, — оно полетит с опережением. Господин Ломакин придерживается такой же гипотезы. Значит, что? Перемещаю Нину в другую Явь, где она проведёт, допустим, пару месяцев, может — чуть меньше. Всё будет зависеть от ситуации в нашем мире. Возможно, Мстиславские и не успокоятся — наивно предполагать, что на дело «государственной важности» махнут рукой, но напряжённости станет меньше. Все успокоятся, придут к какому-нибудь компромиссу.

— Евгений Сидорович мне уже объяснил про парадокс времени, — проворчала Арина, покачивая головой. — И я нашла в твоём плане логическую нестыковку. Для Нины, если она спрячется в «тайной» Яви, время будет течь соразмерно её ощущениям. А здесь оно «полетит» с ускорением. Допустим, там она проживёт месяц, соответственно период беременности будет таким же, но ведь здесь пройдёт два, а то и четыре месяца. Целители сопоставят все несуразности и начнут задавать очень неприятные для неё вопросы, что будет доложено императору и Брюсу. А уж Александр Яковлевич невероятно обрадуется такому подарку. И тебе придётся выложить всё про телепорты. Получается, твоё желание спасти Нину сыграет против тебя же.

— Да, ты права, — я с досадой поморщился. Почему же не увидел очевидного в своём плане? Надо же так обмишулиться! — Чтобы найти Явь, где время опережает наше, понадобятся месяцы, а то и годы экспериментов. Я не телепортатор, увы. Но есть ещё один вариант, пусть и не самый идеальный. Я увожу Нину в другую Явь, где она проживёт недельку-другую, а то и месяц, пережидая ажиотаж в родном мире. За это время спецслужбы и чародеи-поисковики перероют всю Москву и ближайшие губернии, но не найдут её. И я возвращаю Нину обратно. Василий Романович обещал спрятать свою дочь в надёжном месте? Вот пусть и прячет. Тихонечко отвезёт Нину туда, где она и родит.

— Нет, это не выход, — покачала головой Арина. — Мстиславские не отстанут от Василия Романовича, потому что тот не выполнил условие сделки. А твоя идея идёт во вред Захарьиным. У них отберут Источник, без сомнения. На вашем месте я бы задумалась о целесообразности зачатия ребёнка. Да, вам придётся быть какое-то время вместе, чтобы Целители могли отслеживать состояние ядра Нины. Единственный выход, который удовлетворит всех: никакой беременности. Пусть даже думают, что боярышня бесплодная. Поверь, лучше так, чем бесконечные наблюдения в закрытой лаборатории. Нина с ума сойдёт…

— Я не отдам Нину на растерзание магам-эскулапам, — встопорщился я. — Как и любую из вас! Императору не следовало втягивать Захарьиных в грязную игру!

— Император не обязан никого спрашивать, как ему поступать в том или ином случае, — отрезала Арина. — Он выслушает мнение других, и сделает по-своему. Итак, пора принимать решение. Мы можем до бесконечности спорить, но объективность сильнее нас. Как я понимаю, Нина свой выбор сделала…

Она поглядела на Захарьину, которая тут же распрямила плечи, гордо вздёрнула подбородок и твёрдым голосом заявила:

— Да. Я готова к тому, что задумала. Если понесу от Андрея, то готова прятаться до того момента, когда можно будет безопасно вернуться домой. Отец поддержит нас. В ином случае не вижу причин скрываться от Целителей. Пусть изучают, проверяют. Попробую их водить за нос во время проверок, заблокировав антимагию.

— Допустим, — кивнула Арина, пройдясь по кабинету. — Андрей, а то место, о котором ты говорил… Оно надёжно?

— Думаю, там проблем не будет, — уверенно ответил я, да ещё глядя в глаза будущей супруги. — Явь современная, аналогичная нашей. Только без магии. Нет её там вообще. Парень, с которым я познакомился, сын банкира. Думаю, если объясню ситуацию, Колесниковы не откажутся помочь. Но мне нужно будет туда ещё разок «сходить». Есть ещё один вариант, самый лучший. Я бы предпочёл его… Помнишь Ярика Назарова?

— Да! — оживилась Арина и вдруг прищурилась, глядя на меня с непередаваемым выражением на лице: — Ты хочешь сказать, что Ярик — «оттуда»?

— Пришла пора открыть страшную тайну, — рассмеялся я, глядя на оторопевшую Голицыну. — Да, Ярослав — житель другой Яви, но не той, где я последний раз был, если ты вкладываешь в слово «оттуда» именно такой смысл. Именно он помог мне в Крыму, когда Алексей Куракин с дружками избил меня. И перетащил к себе через портал. Его отец — очень сильный одарённый, ты даже не представляешь насколько, Ариша. Он владелец Медицинского Магического Центра биотехнологий, уникальный артефактор. Я уверен, что Нине там будет очень комфортно.

— Если это так, то твоя авантюра не такая уж и авантюра, — хмыкнула Арина и села рядом с Ниной, ничего пока не понимающей из нашего разговора. — Только один вопрос: как вызвать Ярослава? Это же не по мобильному телефону позвонить из России в Скандию.

— Вот это и есть главная проблема, — я развёл руками. — Мысли в голове крутятся, нужно провести эксперимент.

— Значит, Ярик — телепортатор, — княжна положила руки на колени и задумчиво покусала нижнюю губу. — Неожиданно. А как он может узнать, что ты ему нужен? Учитывая, что Врата между мирами могут открывать считанное количество магов, у нас нет шансов найти таких спецов. Придётся надеяться на свои силы. Нужен какой-то триггер, чтобы Назаров смог уловить сигнал и понять, что его подаёшь именно ты…

Арина рассуждала правильно. Я же пока не хотел говорить о маячке, поставленном Яриком в одном из деревьев в парке моего особняка. Есть секреты, в которые можно посвятить девушек, но есть и секреты, которые являются стратегическими. Брюс за обладание такими не пожалеет никого, кто владеет этим знанием. Так что единственным человеком, который знает гораздо больше, чем от него ждут, буду я. И только я решу, какими порциями подавать секреты тем же Мстиславским и Брюсу.

— Буду искать выход, — мне оставалось только пожать плечами, когда увидел, что девушки ждут ответа. — Найду, не переживайте. Так, выше нос, не унывать! Предлагаю сейчас сходить к Источнику и «прокачать» ядро. Что-то вы редко стали ко мне приезжать. А я предупреждал, что большие перерывы непозволительны. Встаём-встаём!

Девчата заулыбались, протягивая мне руки. Я помог им подняться с дивана, и мы дружной компанией спустились в гостиную.

— Уже домой? — вскочил Яким, отрываясь от созерцания какого-то фильма на телевизионной панели.

— Сиди пока, — махнул я рукой. — Нина ещё на часок-другой задержится.

— Понял, — личник расслабился.

На улице стояла такая благодать, что хотелось вздохнуть полной грудью напоенный запахом распустившейся листвы и нагретой хвои воздух. Солнце только-только начало клониться к горизонту, расцвечивая верхушки сосен в желтовато-красные тона. Хорошо! Никуда отсюда не уеду! Отличное место, лес рядышком, отсутствие шума машин и вони выхлопных газов — красота!

— Здесь так здорово, — то же самое настроение ощутила Нина.

Девушки даже плащи не надели, настолько было тепло. Мы дошли до гостевого дома, возле которого высились штабеля досок и поддоны с отделочными материалами. Чтобы завезти всё это богатство, пришлось разобрать часть задней стены, выходящей на полигон, откуда и заезжали во двор машины.

— А у тебя здесь оживлённо, — улыбнулась Арина, заходя в дом первой.

Пропустив Нину, я вошёл следом и закрыл дверь.

— Хочу летом закончить ремонт первого этажа, — пояснил я, спускаясь по лестнице в подвал. — Как только всё здесь приведём в порядок, можете приезжать в гости. Нет, не можете, а обязаны!

При появлении девушек Источник взвился яркими жёлто-синими языками пламени над чашей Алтаря, словно радуясь встрече. Элементали густым роем понеслись к нам, разделились на два потока. Один из них закрутился над головой Арины, а другой облюбовал причёску Нины. Девчата рассмеялись и даже немного поиграли со «стихийными» искорками.

Для прокачки ядра я заранее принёс в подвал скамейку, чтобы не сидеть на полу или стоять всю процедуру. Так что теперь было на чём пристроиться моим гостьям. Усадив княжну и боярышню, я встал за их спинами.

— Что нам нужно делать? — поинтересовалась Арина.

— Закрывайте глаза, полностью очищайте голову от мыслей, — посоветовал я. — Всё, как в рекомендациях, которыми вы пользуетесь дома. Когда почувствуете, что ядро начинает разогреваться, ловите потоки антимагии, идущие от Источника. Не переживайте, вы их ощутите. Здесь очень сильная концентрация энергии. Не сопротивляйтесь, когда она будет вливаться в ядро.

— А чужая Стихия не станет мешать? — заволновалась Нина.

— Нет, — я уже давно понял, что с девушками нужно говорить уверенно, не показывая сомнений в своих умениях. — В случае чего буду корректировать потоки. Всё, не отвлекайтесь, начинайте медитацию.

Сам же прижал ладони к открытым шеям замерших красоток. Сейчас мне нужен тактильный контакт с обеими. В транс вошёл легко, сразу же определив по сгусткам энергетических жгутов, имевших разные цвета, кому принадлежат ауры. Теперь оставалось ждать, когда Источник начнёт распределять потоки, уже потянувшиеся к моим подопечным жёлтыми и голубыми ручейками.

Не скажу, что девушкам сразу удалось уловить принцип распределения потоков, находясь рядом с Источником. Они путались, разгоняя «топливо» ядра по резервным (читай, магическим) каналам, вместо тех, что отвечают за насыщение антимагической маной, то забирали себе «чужую» Стихию. Хвала Богам, что ошибки не влияли на общее состояние застывших в трансе Арины и Нины. Моё удивление было вызвано тем фактом, что «вода» и «воздух» сосуществовали вполне себе мирно. Например, если Арина «брала» энергию из чужого потока, то её мягко выталкивало из контура наружу. Подозреваю, всё дело в процессах, происходящих в глубине Источника. Соединив Стихии девушек, я невольно заставил артефакт перестроиться на «генетическом» уровне, и он не нашёл ничего лучшего, как сплавить в единое целое «ключи доступа». Но на глубинном уровне мог определять, кому какой принадлежит. Что делать с этой догадкой, и как её использовать в дальнейшем, я пока не знал. С другой стороны, если система работает, зачем в неё влезать? Мне достаточно того факта, что Арина и Нина спокойно контактируют с Источником. Он их принял за своих. Точка.

Пока я рассуждал, успевал отрешённо присматривать за девушками. Самое главное — не переборщить с прокачкой. Иначе загубят каналы и меридианы. И вот это будет катастрофа: ни Дара, ни антимагии. Не пойми кто.

По ощущениям пора «перекрывать» девчатам потоки. Я в свою очередь разогнал ядро с помощью перетянутой на себя свободной энергии, постепенно замедляя процесс прокачки. Через несколько минут, когда уже полностью контролировал процесс, вывел Арину и Нину из транса. Обе как-то враз глубоко вздохнули и начали подниматься.

Сначала повело Нину, потом княжну. Едва успел подхватить девушек и с силой усадил обратно.

— Куда побежали? — весело спросил я, присаживаясь перед ними на корточки и вглядываясь в их лица. Взял каждую за руку, легонько сжал их пальцы. Тёплые, и дрожат. — Нельзя так шустро вскакивать. Это в гостевом доме можно быть энергичным и подвижным. Встал и побежал. А вы находитесь в самом эпицентре излучения. Сейчас ваше ядро неплохо разогналось, но периодически я буду осматривать его энергетическую структуру у каждой из вас, и скажу, когда можно ещё раз прокачаться.

— Андрюша, а до какого уровня можно расширять ядро? — Нина захлопала ресницами, и я обратил внимание, что радужки её глаз налились синевой. Перевёл взгляд на Арину. У княжны зрачки переливались медово-янтарным цветом.

— До бесконечности, пока сама не почувствуешь: всё, достаточно! — улыбнулся я, разглядывая розовеющие щёчки девушек. — Вы в порядке? Ничего не беспокоит? Нет дискомфорта?

— Я уже в норме, — твёрдым голосом проговорила Арина. Её грудь под блузкой продолжала вздыматься. О, да! Сейчас уровень гормонов высокий, плюс адреналин. Как бы не сорвалась моя девочка. Она и сама поняла, что с ней творится. Взгляд стал заволакиваться, но через мгновение прояснился. — Кажется, я начала понимать, почему молодожёнов заставляют первое время ночевать в гостевом доме.

— Старшее поколение гораздо мудрее нас, — улыбнулся я, помогая девушкам подняться. Отпустил, чтобы проверить, как они держатся на ногах.

— А ты как справляешься с такой атакой? — княжна с уважением поглядела на меня.

— Ледяной душ, медитация или бегу в тренажёрный зал железо потягать, — я пожал плечами. — Так, пора на свежий воздух! Останетесь со мной поужинать?

— Почему бы и нет? — переглянувшись с Ниной, кивнула Арина. — Только надо родителей предупредить, что задержусь.

— Я распоряжусь, чтобы твоих «дядек» накормили, — успокоил я княжу, заметив, как она прикусила губу. Это верный признак, что она мысленно решает какую-то проблему. И угадал. Голицына заулыбалась, чмокнула меня в щёку. Вот какой я заботливый!

Ужин прошёл замечательно. Все много шутили, смеялись. Особенно раздухарился Петрович, рассказавший о своём нелёгком прошлом. Но девушки больше всего были очарованы историей, как он попал в Японию, где изучал «тайные боевые искусства». Для них это было сродни экзотике: Дальний Восток, Азия, ниндзя, самураи, приключения мальчика, потерявшего семью.

— У тебя замечательная команда, — призналась Арина, когда я провожал девчат. Мы ненадолго задержались у ворот, ожидая, когда подготовят машины. — Даже слугами назвать их не могу.

— Так они и не слуги. Соратники, напарники… А точнее — ближники. Вот как у тебя «дядьки», — я кивнул на невозмутимых Терентия и Вальтера, стоявших возле «Сенатора», давая нам попрощаться. — Кстати. Ты спрашивала их, останутся ли они с тобой, когда ты переедешь в мой дом?

— Спрашивала. Пока молчат, — улыбнулась Голицына. — Думаю, никуда они меня одну не отпустят. Ладно, милый, пора ехать.

Она потянулась ко мне, и я легонько коснулся мягких губ. В темноте, разбавленной светом фонарей глаза Арины блеснули медовыми переливами. С трудом сдержался, чтобы не сжать её в объятиях.

— Тебе дать сопровождение? — спросил я, усаживая девушку на заднее сиденье «Сенатора».

— Не переживай, Андрей. Мне хватит моих верных «дядек».

— Хотелось бы посмотреть, чем же они так знамениты, что Василий Ефимович спокойно доверяет им твою особу, — пробормотал я.

— Придёт время — сами расскажут, — рассмеялась Арина. — Ну всё, я поехала. Было очень приятно провести вечер с тобой. Ну а Источник — это для меня впечатление на неделю.

— Пока-пока! — аккуратно закрыв дверь, я махнул на прощание рукой «дядькам», уже сидевшим в машине.

«Сенатор» с мягким урчанием покатился по дороге. А на его место встала «Аврора». Сахаляры уже были готовы отвезти Нину домой.

— Только сразу не уезжайте, — дал я распоряжение Васе. — Постойте в сторонке, поглядите, кто к Захарьиным в гости наведается. Если что серьёзное — сразу же звоните Эду или мне.

— Есть, — коротко, по-военному, ответил Василий.

Я прижал Нину к себе гораздо энергичнее, чем Арину, а мои руки своевольно опустились на приятные округлости чуть ниже спины. Захарьина тихо рассмеялась, шаловливо постреливая глазами по сторонам, не видит ли кто моего наступательного порыва. И совершенно не противилась мужскому поползновению на девичью честь.

— Меня Источник всю взбудоражил, перевернул, — призналась девушка, жарко дыша мне куда-то в щеку. — Если бы не присутствие Арины, я бы, клянусь, утащила тебя на второй этаж.

— Теперь представляешь, каково мне постоянно находится под его влиянием? — таинственным голосом произнёс я, не отпуская Нину из своего капкана.

— Потерпи ещё немного, милый, — волнующий голос девушки поднял во мне волну желания. — Я хочу, чтобы это был праздник, а не просто факт сближения…

Она отпрянула от меня и нырнула в салон «Авроры». Помахала оттуда рукой и захлопнула дверцу.

— Езжайте, — кивнул я Якиму, уже сидевшему за рулём.

Проводив гостий, я не торопился возвращаться в дом. Сначала я постоял возле вольера, почёсывая ластящихся ко мне собачек, а потом неторопливо прогулялся по парковой дорожке, постепенно приходя в себя. Краем глаза заметил идущего параллельно мне кого-то из охраны. Лица не разглядеть, по комплекции тоже не понять. Мои телохранители почти все одинакового роста и сложения, исключая сахаляров. Те как раз худощавые, невысокие, зато гибкие и подвижные. Кто же со мной возле ворот стоял?

— Влад, это ты за мной крадёшься? — негромко спросил я.

— Положено по инструкции, — ответил тот сразу же.

Я усмехнулся и продолжил прогулку. Где же это дерево? Так, тренировочная площадка должна остаться по левую сторону. Помню, мы обходили кустарники — вот они, справа от дорожки. За ними высятся деревья. Кажется, Ярик тогда облюбовал клён. Ага, вот он.

Остановившись шагах в десяти от него, я засомневался, что же делать дальше. Подходить ближе или попробовать отсюда прощупать, пространство? Фигура Влада возвышалась за моей спиной, но личник благоразумно не приближался, понимая, что я не просто так любуюсь своим парком.

Какой способ постановки маячка использовал Ярик? Эта мысль не давала мне покоя. Если магический — то риск его уничтожения возрастает многократно. В ином случае я могу попытаться «подключиться» к нему. Глубоко вздохнув, начал погружаться в транс, чтобы достигнуть той грани, которая не даёт провалиться в глубокий астрал.

Ага, почувствовал дыхание Источника. Он «навёлся» на меня и поспешил усилить энергетическую подпитку. Всё больше и больше убеждаюсь: это не просто магический артефакт из бездны времён, а какой-то живой организм, покрытый каменным панцирем. Приняв помощь, я усилил сканирование пространства, отмечая мерцающую точку (Влада) рядом, ещё три — чуть дальше. Это собачки… Дальше не стал расширять круг поиска. Ни к чему. Мне нужен сигнал маячка. Смогу ли обнаружить его, не воздействуя на его структуру?

Не переводя антимагию в пассивное состояние, но готовясь тут же её заблокировать, я приблизился к дереву ещё на шаг и затаил дыхание. В ушах слышится только шорох веток из-за верхового ветерка. А вот реакция анти-Дара на маячок отсутствует. Получается, что аура имеет не магическую, а энергетическую структуру, как раз ту, с которой работаю я? Неплохо-неплохо. Значит, можно экспериментировать с кинжалом Стейна. Но сначала, воодушевлённый маленьким, но важным успехом, я визуализировал энергетический щуп, и очень осторожно стал водить им из стороны в сторону, продвигаясь всё дальше и дальше. Всё это время мои глаза были закрыты, всё равно я пользовался иным зрением: магическим, как его ещё называют одарённые. Вот такой парадокс. Антимаг с магическим зрением. Ха-ха.

Маячок «раскрылся» внезапно. Он вспыхнул передо мной, пульсируя так, словно подстроившись под чью-то частоту. Как будто работал в резонансе с сердцем. Только чьим? Не с моим, это точно. Моё-то билось словно сумасшедшее, совершенно не в такт маячку.

«Сердце Яви», вдруг откуда-то извне пришла мысль. «Моей Яви, на которую может ориентироваться Ярослав».

И что это даёт для меня? Абсолютно ничего. Я не смогу открыть портал в нужный мир. Скорее, попытка закончится уничтожением маячка или какой-то иной гадостью. Вот если бы Ярик у себя зафиксировал второй ориентир…

Где-то в моих выводах таилась ошибка, я чувствовал это. Вот и колебался, не зная, какой шаг предпринять. Ладно, попробую приблизиться, хотя бы на пару метров. Вроде бы ничего не происходит. Маячок продолжает размеренно пульсировать. Ещё плюс два метра. Достаточно.

Нет, это не может быть «сердцем» Яви. Ярик оставил слепок своей ауры. По нему ему легче ориентироваться. Сколько он их оставил в разных мирах? Как вообще разбирается, в какое именно место ему нужно попасть?

Я вышел из транса, огорчённо вздохнул. Единственный позитивный вывод: маячок не разрушится под действием анти-Дара. И что делать? Сидеть на попе ровно, когда не исчерпаны все возможности — это не в моих правилах. Ошибусь? Что ж, такова судьба. Ничего страшного, по сути, не произойдёт. Останется запасной вариант. Попробую убедить Колесникова-старшего принять Нину и позаботиться о ней. Конечно, буду должен. Вот интересно, а какой долг Николай Петрович с меня стребует? Золото-бриллианты?

Зазвонил телефон, нарушая прелесть тихого вечера.

— Да, Ариш, слушаю.

— Я уже дома, — доложила девушка. — Доехали без приключений. Сейчас занимаюсь своим ядром.

— Поменьше энтузиазма, — улыбнулся я. — Десять-пятнадцать минут занятий достаточно, особенно после «подзарядки». И спать ложись.

— Как скажешь, милый, — покладисто ответила княжна. Но тут же проворчала: — Уснёшь тут после такой накачки!

— Постарайся, — рассмеялся я. — Во время сна структура ядра сама приведёт себя в должный порядок. Спокойной ночи, красавица.

— И тебе приятных снов, — ворчливые нотки в голосе Арины пропали. — Целую.

— Ответно.

Только хотел положить умолкнувший телефон в карман, как он снова мелодично залился. Теперь звонила Нина. Она благополучно доехала до дома. На мой вопрос, не крутится ли кто рядом с их особняком, ответила отрицательно. Неужели Лукомский оказался человеком, а не напыщенной и наглой гадиной? Ох, вряд ли. Готовит пакость, наверное. Он не ожидал столь скорой реакции на свою выходку; ему нужно время, чтобы осмыслить ситуацию. Вот тогда и сделает ход. Какой? Ну… самый банальный: оскорбить прилюдно Нину, спровоцировать меня на дуэль. Дурашка. Сам попался в расставленные сети, и любой его ход вызовет в высшем обществе осуждение. Совсем сбрасывать со счетов княжича Лукомского нельзя, но и всерьёз напрягаться совершенно не хочется. Эх, найти бы то место, где он развлекается. Лишний козырь в рукаве не помешает.

Попрощавшись с Ниной, я вернулся в дом. Спать ложиться ещё рано, поэтому возьмусь-ка за учебники. Поскорее бы уж экзамены начались. Впереди маячило столько интересных дел и проектов, что иной раз проскальзывала жалость, почему нельзя сразу заняться ими, а не терять время за партой.

2

Княжна Елизавета Оболенская скучала. Казалось бы, отчего столь общительную и энергичную девушку могла одолеть хандра? Есть любящие родители, старейшина в ней души не чает, в Роде Лиза имела невероятно высокую репутацию, что позволило ей курировать один из проектов «Экзо-Стали». Причём, без вмешательства старших родственников. Справедливости ради, без видимого вмешательства. Конечно, никто бы не позволил девушке в столь молодом возрасте взять на себя такую ответственность. Тем не менее, она вполне справлялась с поставленными задачами.

А хандра накатила с той минуты, когда Великая княжна Лидия Мстиславская на своей страничке в «болталке» похвасталась кольцом, подаренным Андреем Мамоновым. Не таким уж и шикарным, надо признать. Но то, что оно переливалось огненными всполохами, приводило в восторг всех, кто общался с Лидией. Княжич Мамонов вышел сухим из воды, с досадой подумала тогда Лиза. Не удалась провокация. Мальчишка умело защитился от её чар, а заодно убедил цесаревен, что не виноват в произошедшем на свадьбе Куракина и Наташи Турчаниновой.

«Значит, Мстиславские безоговорочно и откровенно поставили на Мамонова», решила Лиза и настроение её мгновенно упало. Даже развлечения с подругами не помогали. Она злилась… Неизвестно на что или на кого.

А собственно, к чему злость? Ведь и раньше было понятно, что «Бастион» курирует императорский клан, а поддержка со стороны якутского клана Мамоновых и вовсе сделает новый завод по производству бронекостюмов мощным конкурентом для «Экзо-Стали» и «Техноброни». Слияние двух солидных корпораций в концерн должно произойти этим летом, как раз накануне открытия «Бастиона». Оболенские и Шульгин открыто бросали вызов Мстиславским и Мамоновым. Подобный шаг просчитывался не один день, было много сомневающихся. Но когда к Оболенским присоединился князь Ржевский и открыто заявил о своём желании сотрудничать, плотина недоверия и опасений была прорвана. А Ржевские (на минуточку!) владели высокотехнологичной лабораторией по разработке интеграторов и огромными производственными корпусами, которые эти «магические сердца бронекостюмов» изготовляли!

Но самое плохое, что Лиза узнала от деда и отца — Ржевские просят её руки для княжича Юрия. Это было платой за сговор между могущественными Родами. Всё ради «Атома» — вершину техномагического оружия — в интегратор которого хотят вживить кристалл-фокусарий. Когда Оболенские и Ржевские выступят единым фронтом и надавят на Особую Комиссию, чтобы та разрешила внести изменения в магическую структуру интегратора, вот тогда даже Мстиславские останутся далеко за спиной со своим перспективным, но уж больно непонятным проектом.

Лиза совершенно не думала о замужестве, наслаждаясь свободой и мимолётными романами, не переступая, конечно, черту. Она была девушкой правильной, не допускающей добрачных связей. Зато лёгкий флирт будоражил кровь, и это состояние нравилось княжне Оболенской.

Решение Главы Рода оглушило её, дезориентировало на какое-то время. Для Лизы столь резкое изменение статуса оказалось сродни предательству со стороны старших родственников. Она не планировала выходить замуж в ближайшие два-три года, и даже отец с её доводами был согласен. Оказывается, джентльмены могут менять правила во время игры! Девушка сначала возмутилась, потом пробовала убедить отца и деда, что сейчас не время заниматься такими пустяками, а потом погрузилась в хандру. Будучи девушкой умной и рассудительной, она понимала, что выхода у неё нет. Заставят — пойдёшь под венец, как миленькая. Ибо так нужно для блага Рода. Так что беситься от безысходности дело последнее и неблагодарное. От волнения и переживаний цвет лица изменится, шутила бабуля.

Бабушка… Она честно пыталась найти компромисс с дедом, но Артемий Степанович, что называется, «рогом упёрся». Ему была нужна поддержка Ржевских и возможность манипулировать изменениями в интеграторах.

Молодая княжна подозревала, что дело не только в общем контроле над самым мощным техномагическим сектором. Оболенские вели какую-то иную игру, объединяя вокруг себя потомственные роды Рюриковичей. Оставалась надежда, что отец и дед проявят благоразумие и не втянутся в политическую борьбу против Мстиславских.

Ради интереса Лиза стала искать, кто такой Юра Ржевский. Ведь имя будущего мужа ей объявили, но дальше этого факта дело пока не шло. Значит, информацию нужно искать в Сетях. На фотографиях он выглядел вполне… привлекательно. Симпатичный, с ямочкой на подбородке, со взглядом, будто прожигающим насквозь, с тёмно-зелёной радужкой глаз. Хорошо сложен, в меру подкачан. Единственное, что портило первое впечатление — тонкая щёточка усов, превративших молодого Ржевского в этакого аристократа-пижона тридцатых годов двадцатого века. Лиза не любила усы. Их наличие под носом у мужчины сразу же зажигало в мозгу стоп-сигнал. От чего такая неприязнь, она сама не могла объяснить. Ну, не нравилась ей «метла под носом», хоть убей!

Чтобы узнать о навязанном ей избраннике побольше, Лиза прибегла к проверенному способу. Она умело изобразила интерес к Юрию в переписке со своими подругами, а потом стала задавать вопросы, кто что о нём знает. В конечном итоге вырисовался некий образ благородного человека, имеющего авторитет среди аристократической и дворянской молодёжи Тулы; любителя спортивных гонок на раритетных автомобилях; увлечённого прыжками с парашюта; умеющего романтично ухаживать за девушками. И прочее-прочее. У Лизы даже зубы свело от этой патоки, и она напрямую задала вопрос, есть ли у княжича Ржевского недостатки. Ну, кроме «метлы под носом». Про «метлу» воспитанная Лиза не упоминала, но держала в уме. Ведь не должно быть так, чтобы человек состоял сплошь из положительных качеств! Где-то таился подвох. Может, в семье? Или Юрий умело прячет скелеты в шкафу?

На этот вопрос родственники посмотрели на неё с недоумением. Если молодой человек употребляет алкоголь в неумеренных количествах, с этим можно справиться, прибегнув к помощи Целителя. Если у избранника несносный характер, но он старается измениться в лучшую сторону — будет ли это считаться обстоятельством для разрыва договора? С точки зрения дедушки и отца молодой девушки — совершеннейшая глупость.

Но у Лизы крепла уверенность, что не всем нравится молодой аристо Ржевский, который в будущем должен возглавить концерн по производству интеграторов. Должны быть обиженные им, завистники, тайные соперники за женское сердце. Так как Юрий учился в МИУ, в столице должны остаться бывшие однокашники. Вот бы их найти и выяснить, что же из себя представляет княжич Юрий Анисимович.

Тверской княжне иногда становилось смешно от собственных попыток отыскать в тёмной комнате чёрную кошку, которой, вероятно, там и не было никогда. Самый лучший способ — встретиться с Юрием на каком-нибудь светском мероприятии, до того момента, как объявят помолвку. Общение наедине, проницательный взгляд, жесты, слова — они скажут куда больше, чем всякие слухи. К тому же со своим умением очаровывать Лиза имела все шансы «вскрыть» подноготную молодого Ржевского.

В один из вечеров за ужином, больше похожем на совещание, отец неожиданно сказал, оглядывая многочисленное семейство:

— Птичка на хвосте принесла, что Мстиславские готовят объявление о помолвке Великой княжны Лидии с княжичем Андреем Мамоновым. Осенью.

— Об этом мы уже давно догадывались, — усмехнулся дед, скупым движением разламывая паровую котлету пополам. Некоторые блюда для него повар готовил отдельно. — Ничего удивительного. Меня больше интересует, когда «Бастион» начнёт выпускать свои изделия. Наши агенты утверждают, что конкуренты возводят ещё один рабочий корпус. Даже любопытно стало. Вроде бы все цеха уже укомплектованы, оборудование завезено, рабочий посёлок спешно достраивают. Что ещё придумал мальчишка?

— Там американка верховодит, а князья Елецкие ей помогают, — возразил Владимир Артемьевич. — Мне кажется, этот цех специально под какой-то суперпроект готовят.

— Это нисколько не тайна, — отмахнулся старейшина. — Наши аналитики просчитали, что у Мстиславских — давайте уж считать, что «Бастион» находится в их руках — есть только два проекта. Один направлен на доработку прототипа «Арморекса», а второй работает с образцом молодого Мамонова. Нет пока у имперских конкурентов силёнок тягаться с нами. К тому же скоро мы поглотим «Техноброню». Через два, максимум через три года необходимо выйти на европейский рынок, а до этого предоставить «Атом» Военной Приёмке в двух исполнениях. Как мы и обсуждали с тобой, Володя…

— Да, отец, всё правильно, — кивнул Владимир Артемьевич, не забывая орудовать ложкой. Грибной суп сегодня был невероятно вкусен. Да после полигонных испытаний аппетит разыгрался. — Нет смысла гадать и просчитывать шаги конкурентов. Они даже ещё не на старте.

— Тем не менее ты за «Бастионом» ревностно следишь, братец, — усмехнулся Святослав, младший из сыновей Артемия Степановича.

— Мне не терпится увидеть детище княжича Андрея, — признался Владимир Артемьевич. — Каково оно в настоящем деле? Хочу достойного противника на Военной Приёмке!

— Чем тебя приворожил этот паренёк? — рассмеялся Егор, средний из сыновей Главы Рода.

— Он после спарринга в Клину не выходил из инженерной лаборатории, все технологические карты «Атома» перелопатил, — с ревностью заметила Елена Афанасьевна, жена Владимира Артемьевича. — Даже во сне шептал «каков стервец, переиграл меня».

Все рассмеялись шутке, которую княгиня, скорее всего, придумала тут же. Владимир и в самом деле был одержим проектом «Атома», но поражение молодому княжичу воспринял со всей стойкостью, как подобает сильному человеку. И Лизе понравилось, что отец признал недочёты нового бронекостюма. «Перед своими я могу быть искренним, — сказал он дочери через несколько дней после приезда из Клина. — Мамонов меня переиграл в нескольких компонентах, не относящихся к технологическому преимуществу. Если он добавит их в свой бронекостюм, то „Бастион“ нас переплюнет».

Именно после этих слов Лиза задумала кинуть зерно раздора между Мстиславскими и Мамоновым. Увы, дерзость и нахрапистость вкупе с женскими чарами ничего не дали. Княжич Андрей оказался крепким орешком. Более того, Лиза подозревала о каком-то артефакте, способным отражать колдовское воздействие. Бабушка, выслушав её рассказ о неудаче, уверенно ответила, что у Мамонова есть амулет с очень сильной защитой. И эту защиту, скорее всего, ставил не колдун или маг высочайшего уровня, а какой-нибудь шаман. Образно говоря, взломать шифр, основанный на совершенно иных принципах кодировки, коими пользуются все «классические» чародеи, ведьмы и колдуны на планете Земля, практически невозможно.

Однако у Лизы после той встречи крепла уверенность, что понравилась Андрею. И если бы его сердце не было занято другими девушками, то кто знает, какой узор стала бы плести Макошь в их отношениях. Иногда в хорошенькой головке княжны Оболенской проскальзывала мысль, а не поторопились ли отец с дедом, решив объединиться с «Технобронёй»? Почему не сделали ставку на «Бастион»? В таком случае вырисовывался каркас такого мощного промышленного альянса, что даже европейские производители задрали бы лапки кверху. От Мстиславских шла бы поддержка на всех уровнях, от Мамоновых — ресурсы. Да и сами Оболенские могли много чего предложить своим союзникам.

Но — увы. История пошла по другому пути, а значит, нужно работать не покладая рук. Работать, а не подвенечное платье примерять!

— Ржевские изъявили желание приехать в Тверь, посмотреть на наше производство, оценить перспективы «Атома», — объявил Артемий Степанович. — Сам Ярослав с сыном и внуком. Так что, Лизонька, готовься к смотринам.

— Так они меня хотят посмотреть или завод? — неожиданно для себя съязвила Лиза.

— Одно другому не мешает, — дед мазнул по ней недовольным взглядом. Взбрыкивания внучки ему давно не нравились. Этак и выгоду от сделки потерять можно. — Вижу, ты не изменила своего отношения к предстоящему браку. Ты огорчаешь меня, Елизавета.

Елизавета… Значит, степень недовольства у деда усилилась.

— Дедуля, я уже обозначила свою позицию, — стараясь говорить мягко, без агрессии, девушка упрямо вздёрнула подбородок. — Мне нужно минимум два года…

— Для чего? — рыкнул Артемий Степанович. — Что два года свободы изменят в твоей жизни? А нам уже сейчас нужны технологические инвестиции, которые позволят усилить наше влияние на рынке экзоскелетов! Без структурных изменений в интеграторе, которые могут обеспечить только Ржевские, нам не удастся первыми предоставить императору качественно новый продукт! Через полгода будет поздно! «Бастион» начнёт свою деятельность, и на кого государь кинет благосклонный взгляд?

— В самом деле, дочка, — вздохнул Владимир Артемьевич, — не стоит так упорствовать. Свадьбу можно сыграть и через год, но нам сейчас важно закрепить договор с Ржевскими, чтобы те продавили разрешение на внедрение в интегратор кристалла-фокусария.

— Почему вы обсуждали вопрос с моим замужеством без меня? — Лиза положила столовые приборы рядом с тарелкой. — Неужели такая тайна? Или за княжичем Юрием тянется какая-то неприятная история, что было решено не афишировать предстоящую помолвку? Домострой давно закончился, папа! Я тоже имею право решать, какой будет моя личная жизнь, кто станет моим мужем!

— Ты представляешь Род Оболенских, Елизавета, — тяжело обронил дед, сдерживаясь, чтобы не грохнуть кулаком по столу. — Который держит Тверь в своих руках уже триста лет — как думаешь, за счёт чего?

За столом повисло молчание. Перебивать старейшину никто не посмел.

— За счёт грамотных решений и правильной стратегии в создании родственных связей с другими семьями. Если бы каждая сопля собственноручно решала, на ком жениться или за кого замуж выходить, Оболенские давно бы по миру пошли!

Кулак всё-таки опустился вниз, но даже слабого удара хватило, чтобы посуда подпрыгнула на месте.

— Сопля, значит? — глаза Лизы потемнели и набухли от влаги.

— Не принимай на свой счёт, внученька, — поспешила на помощь бабушка. — Я своего Артёмку только на смотринах первый раз увидела. А тоже брыкалась, возмущалась, почему не могу сама себе выбрать жениха. Как видишь, ничего страшного не произошло.

— Извини, Лизонька, я не хотел тебя обидеть, — проворчал Артемий Степанович, успокаиваясь. — Ты же неглупая девочка, всё прекрасно понимаешь. Для Оболенских свадьба — это инструмент для укрепления Рода.

— От этого Ржевские больше выиграют, чем мы, — неожиданно поддержала Елизавету Елена Афанасьевна.

— Поясни, — нахмурился Владимир Артемьевич.

— Ярослав никогда не пойдёт против Мстиславских, — ничуть не стушевавшись, ответила супруга. — А союз Оболенских и Ржевских замышляется как раз в пику императорскому клану. Пусть только в экономическом противостоянии, но тем не менее… это опасная игра. Получив доступ к нашим ресурсам через Юрия и Лизу, Ржевские могут диктовать нам правила на своих условиях. Производство интеграторов по-прежнему будет находиться в руках туляков, и где гарантия, что император однажды не придёт к ним и не «перебьёт» сделку, от которой мы можем многое потерять?

— Лена, слишком расплывчато, — поморщился Владимир Артемьевич. — Что нам может диктовать Ярослав? Как строить бронекостюмы? Какое вооружение на них ставить? Да, интегратор — очень специфичный продукт, с его помощью можно давить на покупателей, выбивать из них выгодные для себя контракты. Но мы сможем переварить Ржевских, не сомневайся. Рано или поздно все их активы окажутся в наших руках.

— Я — женщина, и моё слово не решает ровным счётом ничего, — улыбнулась Елена Афанасьевна. — Но союз с Мстиславскими дал бы нам доступ к ресурсам Ржевских без всякого напряжения.

— Союз через кого? — нахмурил брови Артемий Степанович, внимательно слушавший невестку. — Из старших детей у нас Лиза да Егоркин Иван. Остальные ещё… сопляки.

«Сопляки» благоразумно молчали на дальнем конце стола, не вмешиваясь в разговор взрослых.

— Одна из цесаревен, например, Василиса, могла бы стать партией для Ивана, — рассудила Елена Афанасьевна. — Хотя бы можно было попробовать.

— Спасибо, Лена, — улыбнулся Егор Артемьевич, польщённый тем, что невестка таким образом решила позаботиться о будущем его сына.

Иван густо покраснел и показал здоровенный кулак ухмыляющимся братьям и сёстрам. Он и сам не ожидал такого поворота. Правда, про себя отметил, что цесаревна в статусе жены гляделась бы неплохо. Василиса очень красивая девушка.

— Только не говори мне, что княжич Мамонов мог стать партией для Лизы, — поморщился старейшина, уловил странный блеск в глазах Елены. — Он, по сути, никто. Всего лишь ядро, каркас, вокруг которого нарастает мясо. Владеть заводом и получать прибыль — это одно, а знать всю технологию, от мельчайшего винтика до принципа работы интегратора — другое. Это бесперспективный вариант. Согласен, Андрей — пилот от бога, опытный боец в свои восемнадцать лет. И всё же… Не понимаю, чем он так заинтересовал клан Мстиславских. Вот убей, не понимаю…

Старейшина отпил из бокала простой водички с такой задумчивостью, что Лизе стало немного стыдно за своё взбрыкивание. Действительно, что такого ценного в Мамонове? Почему в него вцепились не только Мстиславские и скандинавский король, но даже Голицыны? Арина от Андрея ни на шаг не отходит. Какая тайна скрывается за всеми последними событиями, связанными с этим молодым человеком?

— Ты, внучка, думаешь, мы не просчитывали вариант с княжичем Мамоновым? — вздохнул Артемий Степанович. — До хрипоты спорили, но решили, что предложение Ржевских наиболее выгодное.

— Давайте сосредоточимся на кристалле-фокусарии, — Лиза посмотрела на отца и заметила его одобрительный кивок. — У нас есть время до сентября, когда «Бастион» выпустит первые образцы техники. Нужно показать «Атом» во всей красе, отбить у новичков потенциальных покупателей и перенаправить к нам. Сейчас это куда важнее, чем обсуждение моего замужества.

Она хотела добавить, что если мужчины считают союз с Ржевскими реально выгодным для «Экзо-Стали», то она выйдет замуж за княжича Юрия, пусть и не по любви. Но благоразумно промолчала. У неё ещё есть время найти решение, как сорвать помолвку. К примеру, почему бы не воспользоваться помощью Мамонова? Показной с ним флирт или роман может вызвать раздражение у Ржевских, а там, глядишь, Юрий сам откажется. Только сначала нужно обратиться к невестам Андрея, чтобы те не разорвали Лизу на мелкие клочья от ревности и злости.

3

Все последующие дни, вплоть до приближающейся субботы, я посвятил учёбе, всерьёз взявшись за учебники, и с бешеной скоростью навёрстывал упущенное. Если бы не медитативные техники, то не смог бы освоить тот массив информации, что давался на уроках. Забросил эксперименты с Источником, не интересовался, как там обстоят дела с «Бастионом». Арабелла вполне справлялась с поставленными задачами, да и князья Елецкие держали ситуацию в крепких руках. В общем, я мог не волноваться.

Казаков — мой управляющий — наконец, набрал штат горничных и помощниц для Оксаны. Я познакомился со всеми новенькими служанками, отметив, что Виктор Олегович очень мудро подошёл к их выбору. Все женщины были не моложе тридцати пяти лет, с большим опытом работы. Полагаю, Казаков исходил из той мысли, что молоденькие горничные станут для меня раздражающим фактором в отсутствии женщин в доме. А для невест — поводом для скандалов. Не знаю-не знаю… зрелая женщина имеет даже больше шансов соблазнить молодого, неженатого и весьма симпатичного хозяина дома! Кстати, не помешало бы заранее приобрести любовный опыт, перед тем, как сблизиться с Ниной. Кхе-кхе! Подобные мысли стали приходить в голову до безобразия часто!

Но помимо меня в особняке проживало большое количество мужчин! Придётся дать указание Петровичу и Эду, чтобы провели разъяснительную беседу с личным составом во избежание неприятных ситуаций, связанных с женским полом.

Итак, теперь в моём доме было три горничные, а на кухне обрадованная Оксана вводила в курс дела двух помощниц. Думаю, теперь они и без Маринки справятся, если той вдруг приспичит замуж выйти и оставить работу. Впрочем, девушка не раз уверяла меня, что останется здесь.

Лукомский… Как-то подозрительно затих княжич. Он ещё дважды приезжал к особняку Захарьиных, а потом как отрезало. Или рукой махнул на бесперспективность своего плана, или же моё предупреждение возымело действие. Тем не менее, охрану я не снимал. Парни так и дежурили с утро до ночи, меняя друг друга.

Не нравилось мне такое затишье. Княжич Виктор имеет своеобразную репутацию в столице. Те, кто с ним был хорошо знаком, указывали на очень плохую черту в характере Лукомского. Тот был мстителен. Обиды не забывал, и мог нанести удар в самый неподходящий для человека момент.

Рахимбек и Куан устроили за ним ежедневную слежку, пытаясь выяснить, где же находится «Нирвана» — так в шутку называлась «штаб-квартира», где дружки-мажоры вместе с Лукомским развлекались по полной программе. Но, как я уже сказал, Виктор затаился, и даже нюх Хитрого Лиса не мог дать результат. Вроде бы вся информация на руках, а воспользоваться ею не получается. Не хватает завершающего штриха.

В четверг я как обычно возвращался домой, по дороге мысленно набрасывая план очередного эксперимента, который планировал провести на выходных, но только после визита к Голицыным. В общем… я хотел попробовать пробить портал в Явь Назаровых с помощью маячка Ярика. Кое-какие идеи у меня уже были набросаны в блокноте. Оставались нерешёнными две фундаментальные проблемы: с помощью каких инструментов провести сопряжение двух миров и как «закрыться» от чуткой аппаратуры операторов Магической Коллегии.

— К нам гости, — отвлёк меня от раздумий голос Влада.

— Хм, номера армейские, — добавил Никанор, аккуратно объезжая чёрный «Хорс», застывший неподалёку от ворот усадьбы.

Затонированные окна не давали возможности разглядеть, кто находится в машине. Однако, если брать во внимание солидную тачку, в которой приехал явно не захудалый гарнизонный офицер, то меня ожидает сюрприз. Может, ещё одну медаль вручат?

Никанор направил «Фаэтон» в открывшиеся ворота, коротко просигналил, приветствуя охранников, и довёз меня до крыльца, где переминался с ноги на ногу Эд. Он подскочил к машине, распахнул дверцу.

— Андрей Георгиевич, к вам посыльный из Генерального штаба, — вполголоса проговорил старший личник. — Ожидает в гостиной.

У меня от удивления брови поползли вверх, чуть ли не на лоб.

— О, как! Ну пойдём, посмотрим, что за зверь такой.

«Зверем» оказался моложавый офицер в тёмно-зелёном пехотном мундире и с полковничьими звёздочками на погонах. При моём появлении он поднялся с кресла, прищёлкнул каблуками начищенных до блеска туфель. Последовал энергичный кивок:

— Полковник Рубцов, статс-адъютант Его Императорского Высочества государя-наследника Юрия Ивановича. Честь имею, Светлый княжич!

— Здравствуйте, господин полковник, — я слегка растерялся, не зная, как себя вести с офицером такого ранга. Честно говоря, что вообще представляет из себя звание статс-адъютанта, я тоже не знал. Пожимать ему руку или не стоит?

Тем не менее, решился и протянул ему свою длань. Полковник, не чинясь, пожал её.

— Чем обязан вашему визиту?

— Велено доставить вас в императорскую резиденцию к семнадцати часам ровно.

— А с чем связана такая срочность?

— Не могу знать, Андрей Георгиевич.

— В таком случае мне нужно переодеться, — я кинул взгляд на циферблат напольных часов. Времени достаточно. — Есть какие-нибудь рекомендации по одежде?

— Выходной костюм, думаю, вполне уместен, — ответил офицер.

— Мне понадобится двадцать минут.

— Хорошо, — кивнул офицер и сел в кресло.

Я не стал терять время и поднялся к себе. Надо признаться, был очень озадачен. Зачем я понадобился императору, да ещё с вызовом в рабочую резиденцию? То, что за мной прислали военного, вносило ещё большую сумятицу в мысли. Снял с себя лицейскую форму, повесил её на «плечики» и задумался. В чём ехать на встречу с государем? Причина не указана, полковник никаких дополнительных условий не сказал. Тогда, пожалуй, белая рубашка, галстук и серый костюм строгого покроя подойдут. Если что не так — я не виноват. А вдруг прямо из резиденции меня опять куда-нибудь пошлют супостатов бить?

Я усмехнулся, поглядел на себя в зеркало, и решительным шагом покинул апартаменты.

— Мне на своей машине ехать? — предусмотрительно поинтересовался я у полковника, когда мы шли по дорожке к воротам.

— Приказано как доставить до места назначения, так и обратно, — ответил статс-адъютант. — По поводу машины сопровождения указаний не было.

Ну уж нет, пусть за нами едет. Я ещё помню, как меня с моими людьми бросили на аэродроме, когда мы прилетели домой после освобождения «Северной Звезды». Мстиславские иногда становятся слишком рассеянными. А я зря что ли содержу штат охраны? Да и по статусу положено, не говоря уже о личной безопасности. Когда вышли за ворота, про себя похвалил Эда. Рядом с «Хорсом» стоял внедорожник сопровождения, за рулём которого находился Дима Лель. Ещё трое вооружённых бойцов — Ваня Грищук, Андрей Нечаев и Корней Худовеков — стояли в ожидании приказа. Я махнул им рукой и они шустро заскочили в машину.

Я с полковником занял мягкий диван «Хорса». Помимо нас и водителя, на пассажирском кресле, едва в нём помещаясь, сидел охранник в «гражданском» костюме. Солидный автомобиль мягко покатился по дороге, следом пристроился внедорожник.

К моему очередному удивлению мы из Сокольников поехали не в центр, а свернули налево и по широкой автостраде помчались по направлению к Останкино.

— Разве у Его Величества есть ещё какая-то резиденция помимо Зарядья? — поинтересовался я.

— Есть, — позволил себе лёгкую улыбку полковник Рубцов. — Здесь недалеко, не переживайте.

Да я особо и не переживал. Не на своих ногах передвигаюсь. Привезут и отвезут. Лишь бы опять не случилось какого-нибудь форс-мажора в нашей необъятной Империи, а то и за её границами. Вот и получится, «выручай, княжич, без антимага никак!»

Спрашивать полковника было не о чём, а на интересующие меня вопросы он отвечать не станет, поэтому всю оставшуюся дорогу хранил молчание, с интересом гадая, в какое секретное место направляемся. Несколько раз свернули, пока справа не потянулся парк, похожий на Тимирязевский. Да, он и есть. Хм, становится интересно, что же за резиденция такая?

Постепенно парк остался позади нас, а «Хорс» пропетлял по каким-то улочкам и вдруг выехал к серьёзно укреплённому КПП, состоящему из кирпичной двухэтажной сторожки с антеннами на крыше и какими-то странными металлическими тарелками, в серёдке которых торчали штыри; солидный двухметровый забор уходил далеко вправо и влево, опоясывая огромную территорию незнакомого мне парка. Или даже леса, только ухоженного. По обе стороны от закрытых ворот замерли бронеавтомобили с пулемётными турелями. А вот это неожиданно! Я разглядел возле одного из них трёх пилотов в ППД.

Наш «Хорс» пропустили на территорию парка, а вот мои парни были вынуждены остаться возле КПП. Как там говорила Астрид? Приглашающая сторона полностью отвечает за безопасность своих гостей? Скромнее надо быть, Андрюша! Не ради тебя такая охрана.

Неширокая асфальтированная дорога услужливо привела нас к двухэтажному длинному зданию, построенному из силикатного кирпича. На вид — обычное учреждение, больше похожее на типовой армейский штаб какого-нибудь N-ского полка. Случайно на него посмотришь, так и подумаешь. Ну не складывалась картинка в голове! Это резиденция императора? Да не может такого быть! Но вот большое количество автомобилей солидного класса, да ещё с гербами, наводило на определённые мысли. Десяток машин с гербом Мстиславских и БТР, направивший ствол автоматической пушки вдоль дороги, дали нужный ответ.

Я вместе со своим сопровождающим вышел из автомобиля и направился ко входу, охраняемому аж четырьмя бойцами в полном обвесе. Статс-адъютанта после предъявления им какого-то документа пропустили, а вот меня ловко обыскали быстрыми профессиональными движениями.

— Можете проходить, — кивнул боец, обхлопавший меня с головы до ног.

И никаких извинений за вынужденную проверку! Понимаю, всё-таки сейчас здесь находится сам император или цесаревич, а то и оба сразу, с детьми можно не церемониться. Ладно, разворчался. Всё-таки меня гложет интерес, а не обида. Зачем я нужен армии?

Мы вошли в вестибюль, заполненный офицерами в тёмно-зелёным кителях, преимущественно капитаны и майоры. Они расхаживали по длинному коридору, о чём-то переговариваясь, но на второй этаж никто из них даже не пытался подняться. Лестницу охраняли суровые бойцы в камуфляжном обмундировании, полностью экипированные и к тому же все в бронежилетах.

К моему удивлению, полковник Рубцов повёл меня не наверх. Путь наш лежал по коридору, находящемуся справа от лестницы. Вообще, интересное здание. Предполагаю (хотя и не успел толком рассмотреть его на улице), что оно построено квадратом, замыкая периметр. А внутри него находится главный штаб. Куда, собственном меня и ведут.

Но действительность оказалась гораздо интереснее. Коридор с многочисленными дверями закончился тупиком. Вернее, лифтом! И куда же без охраны с оружием! Один из бойцов нажал на кнопку, и стальные двери разъехались по сторонам, впуская нас в кабину лифта. Мы вошли внутрь, Рубцов нажал на кнопку с цифрой «-2». Створки с приятным шелестом закрылись — и мой вестибулярный аппарат отреагировал на стремительный спуск. Ого! Минус второй этаж! Что же случилось, что меня срочно привезли в какое-то секретное место, спрятанное под толщей бетона, и где сейчас я встречусь с кем-то из Мстиславских?

Лифт мягко остановился, и через несколько секунд мы вышли в длинный коридор, ярко освещённый многочисленными плафонами. Было забавно, что бетонный пол был покрыт тёмно-серым ковролином. Непрактично же. Но он хотя бы немного разбавлял казённую обстановку бункера.

— Идём, — подбодрил меня статс-адъютант и даже по-приятельски притронулся к плечу.

Охрана молча проводила нас взглядами, но препятствовать передвижению не стала. Пройдя несколько метров, Рубцов остановился перед широкой дверью с обязательной парой охранников.

— Заходи, не бойся, — усмехнулся он, увидев моё замешательство.

Широкоплечий боец в шлеме потянул на себя дверь и едва заметно мотнул головой. Дескать, не мни булки, заходи. И я шагнул в помещение, подсознательно ожидая увидеть огромный центр с длинными столами, мониторами ЭВЦ, большущий визор на всю стену… Но оказался в просторном кабинете с выкрашенными в светло-зелёные цвета стенами и длинным столом, поставленным буквой «Т». А на дальней стене висело не полотно визора, а большущая телевизионная панель, как раз напротив стола.

Первыми, кого мой взгляд вычленил из двух десятков высокопоставленных офицеров, были сам император и цесаревич. По правую сторону от государя сидел какой-то незнакомый мне сухощавый мужчина в «цивильном» костюме, с лицом аскета и цепким взглядом матёрого хищника. Он изучающе окинул меня взглядом и сделал вид, что потерял ко мне интерес. А, может, и в самом деле потерял. Кто я для него?

Увидел я и воеводу Иртеньева, только слева от Юрия Ивановича. Отметил про себя, что никого из гражданских министерств здесь не было. В основном, крепкие, бывалые, прошедшие не один военный конфликт, мужчины. Таких людей я уже научился различать с первого раза.

— Ваше Императорское Величество! По вашему приказанию княжич Мамонов доставлен! — отрапортовал Рубцов, вытягиваясь в струнку.

— Спасибо, господин полковник! — кивнул государь. — Можете присесть.

— Слушаюсь! — статс-адъютант чётко развернулся и пошёл не к столу, а ближний от императора угол, где и примостился на стул. Мало ли, вдруг опять понадобится какое-то поручение выполнить.

— Андрей Георгиевич, а ты что стесняешься? — император усмехнулся и показал рукой на свободный стул, как раз рядом с воеводой Иртеньевым. — Словно неродной.

Офицеры добродушно посмеялись, оценивающе поглядывая на меня. А мои ноги, как назло, вдруг налились тяжестью. Сам не понимаю, почему. Как-то всё подозрительно.

— Ну что, господа? Начнём, пожалуй? — Иван Андреевич оглядел собрание. — Предлагаю такую повестку. Сначала обсудим предстоящую операцию по уничтожению наёмнических баз, а потом — небольшое мероприятие с сюрпризом. Возражения есть?

Ответом было молчание. А я про себя воскликнул: «бинго!» Крепко в голове сидела мысль о моём возможном участии в ликвидации «Корсаров». Так что морально был готов, только не знал, когда меня привлекут к акции. Хм, а что за сюрприз?