1

Лесной схрон, который в планах «Корсаров» предназначался для «передержки» важного пленника, начинал действовать Тесаку на нервы. Он часами расхаживал вокруг маленькой избушке, срубленной из лиственницы, о чём-то размышляя и нещадно куря, словно табачная зараза перешла на него от покойного Каспера. Остальные пятеро, сумевшие вместе с командиром ускользнуть от преследования хирдманов, занимались своими делами. Хотя… какие дела могут быть в глуши, на берегу небольшого озерка? Разве что рыбу ловить, да пилить загодя кем-то заготовленный сухостой на дрова? Уже четвёртый день «корсары» ждали проводника, который должен был вывести их к побережью залива, к шхерам. Там, в строгом соответствии с планом, на рассвете и на закате их будет ждать человек с лодкой. Он должен перевезти команду Тесака на рыболовецкое судно. На всю эту операцию с возможностью неудачи отведено восемь дней. Четыре уже прошло.

Хлопнула дверь. Тесак вернулся с очередного «перекура».

— Если до обеда проводник не появится, пойдём сами, — объявил он своё решение.

Остальные вздохнули с облегчением. Для деятельных, привыкших к риску и бродячей жизни боевиков находиться в бездействии было сродни пытке. Тесак оглядел своих бойцов. Ханс, единственный чародей, который выжил в бойне, устроенной проклятым мальчишкой, Эстер, Холан, Матс, Юнас — вот и все люди, с которыми он попытается прорваться через кордоны, выставленные от Лахти до Гельсингфорса. Что случилось с Друидом, командир группы не знал. Роланд — опытный телепортатор, знает, когда уйти, когда дело жареным пахнет. Если до сих пор не нашёл Тесака… значит, уже пирует в Вальхалле.

— Но мы не знаем местности, — возразила Эстер, единственная девушка-наёмница. — Идти вслепую опасно. Армия раскинула такую сеть, что попасться в неё куда реальнее, чем дойти до залива.

— В рыболовной сети всегда найдётся дырка или ячейка покрупнее, — аллегорией ответил Тесак, присаживаясь на топчан, застланный лежалым прошлогодним лапником. — Карта у нас есть, сориентируемся. Я предлагаю обойти Лахти с северо-востока, оставив кордоны справа. Шансы, что нас обнаружат, существенно уменьшатся.

— И сколько километров топать? — спросил заросший густой бородой Матс. Он беспрерывно все эти дни разбирал и собирал своё оружие — пистолет и автомат — словно не мог найти для рук иного занятия.

— Не меньше ста тридцати километров, учитывая обходной путь, — развернув карту, прикинул Тесак. — Возможно, проводник знает более короткую дорогу, но я бы не надеялся на его помощь. Где его черти носят?

— Сто тридцать километров, — задумчиво проговорил Матс. — У нас осталось три с половиной дня. Если выйдем сегодня сразу после полудня, то километров тридцать, а то и больше, нужно пройти кровь из носу. А с завтрашнего дня придётся проходить все пятьдесят. Возможно и успеем. Нужно учитывать незнакомую местность, тяжёлый ландшафт, обходные пути, если вдруг наткнёмся на патруль… Тогда не уложимся в срок. А проводник может быть на машине. Глядишь, существенно сократим путь. Предлагаю всё-таки ждать до завтрашнего утра. Если не придёт — тогда на рассвете уходим.

— А пятьдесят километров в сутки вытянешь? — усмехнулась поджарая и лёгкая Эстер.

— Надо будет — вытяну, — в тон ей ответил Матс. — Световой день сейчас приближается к тринадцати часам, это я навскидку говорю, может — и меньше. В среднем на марш выделяем десять часов, остальное — на отдых и поесть.

— Я не лось, пятьдесят километров за день — не для моего здоровья, — буркнул чародей, всё время пытавшийся нащупать связь с Друидом. Он не верил, что опытный боевой маг погиб. Вероятно, тоже где-нибудь отсиживается или, ещё лучше, ушёл через портал. Но вот куда? Даже в астрале не появляется.

— Настрой портал — и прыгай, — хмыкнула Эстер. — Придёшь чуть раньше нас, предупредишь, чтобы ждали.

— Нельзя активировать его, — чародей посмотрел на девушку, как на неразумную. — Сейчас любая магическая активность привлечёт гвардию и егерей.

— Значит, пойдёшь как все, — Тесак положил руки на колени и задумчиво поглядел на светлое солнечное пятно, падающее из маленького оконца на земляной пол. — Когда я выйду из этой глухомани, разыщу мальчишку и выпущу ему кишки.

— Согласен, — с щелчком подняв флажок предохранителя на короткоствольном автомате, откликнулся Матс. — А ещё хорошо бы пощекотать рёбра тому берсерку. Он с десяток наших парней положил.

— «Кровавого орла» ему надо сделать, — ощерилась Эстер. — Этот викинг заслуживает подобной казни.

Холан и Юнас — единственные, кто пока не поддерживал разговор — переглянулись между собой. Эстер они хорошо знали, как её сильные, так и слабые стороны. Но больше всего их пугала невероятная мстительность девушки. Если в голове наёмницы поселялась мысль о мести, она не успокаивалась, пока не довершала дело. О чём говорить, если Эстер своими руками перерезала глотку одному из «корсаров», когда только-только завербовалась в наёмнический отряд. Парень слишком навязчиво преследовал девушку своими домогательствами, и однажды доигрался. Эстер за убийство получила тридцать ударов палкой, и полумёртвая пролежала в лазарете несколько недель. Для неё намеренно не применяли магическо-целительские процедуры, чтобы со всей серьёзностью осознала, что такое боль и расплата за свой поступок.

Но ещё больше напрягало наёмников, с каким хладнокровием она действовала во время силовых акций. Казалось, эта хрупкая девушка наслаждается видом крови своих жертв. И как-то это не вязалось с её осторожностью и рассудительностью. Хвала богам, с дисциплиной у неё стало гораздо лучше. Никого из своих Эстер уже не резала, но сломать палец очередному воздыхателю могла спокойно.

— Мы не выполнили задание, — напомнил Тесак, обведя взглядом бойцов. — Это наше упущение, удар по репутации. В следующий раз кураторы просто пошлют нас ликвидировать мальчишку бесплатно. И это будет справедливо. Или у вас есть желание вернуть деньги, да ещё с процентами?

Судя по мрачным лицам наёмников, такой вариант им не нравился.

— И где его теперь искать? — проворчал Холан.

— В Москве, — бросил Тесак. — Лучше всего брать клиента, когда он расслаблен, когда чувствует, что защищён родными стенами.

— Один раз уже пробовали, — напомнил чародей.

— Недооценка, — Торгильс поморщился. Да, там они крупно облажались.

— Тебе не позволят своевольничать, — заметил Матс. — Капитул «Корсаров» после нашего провала вообще может засунуть нас в какую-нибудь дыру, где и будем сопли на кулак наматывать.

— В капитуле три человека, — Эстер вытянулась на лежанке и закинула руки за голову. — Достаточно с двумя поговорить…

— С кем? — усмехнулся Матс. — Ивар и Эдвин точно зарубят инициативу.

— Ивара можно уломать, он более гибкий, — Эстер не сдавалась. — Омар точно согласится. Это же он курировал операцию в Москве… в тот раз.

Тесак согласно кивнул. Да, тогдашний провал плохо отозвался на репутации Омара, но именно Ивар поддержал его. Вся тройка капитула — основатели «Корсаров», сильные, серьёзные и грамотные управленцы, сами прошедшие огонь и воду обычными наёмниками. Но как они отреагируют на очередную неудачу? Там ещё и англичане — основные заказчики — могут вмешаться. Плохо! Придётся очень постараться, чтобы остатки команды и в самом деле не забросили в африканские пески отрабатывать потраченные деньги.

Ханс неожиданно встрепенулся, как сторожевой пёс, и быстро сплёл пальцами какую-то магоформу, невидимую обычному глазу. Но Тесак был хорошо знаком с такими метаморфозами чародея. Поэтому тоже насторожился.

— Сигнальный периметр нарушен, — пояснил Ханс, и сразу же вся пятёрка наёмников схватилась за оружие и без суеты покинула избушку. Чародей остался на месте, пользуясь способностью отслеживать в астральном поле перемещение чужака. Тот был один, это стало ясно по одиноко пульсирующей звёздочке перед взором ушедшего в лёгкий транс мага.

Тревога оказалась напрасной. Пришёл тот самый проводник, которого и ждали наёмники. Кряжистый, но низкорослый и заросший густой бородищей, финн уселся возле костра и флегматично попыхивал зажатой в зубах глиняной трубкой. Рядом с ним лежала поросшая обильной и длинной шерстью лопарская лайка — лаппхунд. Пёс был похож на плюшевого медвежонка. Его овальные глаза глядели на незнакомцев с дружелюбием. Треугольные ушки на широкой голове то и дело подрагивали, сканируя пространство.

— Облавы повсюду, — пояснил он окружившим его наёмникам. — Два дня леса прочёсывали с собаками, магов-поисковиков по вашим следам пускали, дронами сверху отслеживали. Сюда не сунулись. Кругом болота да озёра. Буду выводить, но кружным путём.

Тесак переглянулся с Эстер и усмехнулся. Выходило по его плану. Харальд не дурак. Он уже давно понял, что личный враг ускользнул от расправы, и теперь будет ловить того по лесам, оттесняя от побережья. Правильный ход. Но сеть надо было растягивать не до Лахти, а дальше. Вот она дырка в ячейке, спасительная для рыбы.

— Пойдём далеко на северо-восток, — продолжил делиться планами проводник. — До Вехкаярви. Там посажу вас на машину. Куда надо, доедете быстро.

— У нас нет другого выхода, — сказал Ханс, когда на крохотной полянке повисла тишина. — Или мы идём пешком, но опаздываем, или рискуем, но едем на машине. Тогда есть шанс вернуться на базу.

— В таком случае собираемся, — Тесак бросил взгляд на часы. — Даю полчаса — и выходим.

— Телефоны выключайте и не вздумайте ими пользоваться, — добавил проводник. — Пока к вам шёл, дважды видел машины с антеннами. Разъезжают по лесным дорогам.

— Как далеко отсюда? — насторожился Тесак.

— В стороне, — лопарь махнул рукой, в которой дымилась трубка, куда-то на юг. — Мы туда не пойдём. Но телефоны выключите.

— Понятно.

Вышли в поход даже раньше, перед этим залив костёр и убрав все следы своего пребывания в избушке и вокруг неё. Впереди всех, весело помахивая пушистым хвостом, бежал лаппхунд. Хозяин собаки уверенно вёл наёмников по тропинке, постепенно уводящей их в густую чащобу. Тесак поставил Матса сразу следом за лопарём, потому что не доверял незнакомому человеку. А вдруг заведёт в засаду? Конечно, это уже не поможет «корсарам», но хотя бы можно покарать предателя.

Проводник шёл и шёл, не обращая внимания на идущих позади него вооружённых автоматами чужаков. Он полностью сосредоточился на тропинке, то внезапно исчезающей, то вдруг выныривающей из-под кустов или молодого ельника. Изредка между деревьями мелькали голубые чаши лесных озерец. Чего-чего, а этого добра здесь хватало. Тесак, впрочем, этому не удивлялся. Он сам провёл детство и юность в родовом поместье, окружённом густым лесом. На землях семьи Эйдссонов больших и малых озёр было с избытком.

До вечера они сделали только два коротких привала. Благодаря неутомимости проводника и физической выносливости наёмников отряд прошёл довольно далеко на северо-восток.

— Завтра к обеду будем на месте, — пояснил лопарь. — Хорошо идём.

Ханс «раскидал» по периметру стоянки магические сигналки, но Тесак всё равно распределил людей на стражу. Каждому досталось двухчасовое дежурство. А вот проводник продрых всю ночь, да и пушистая лайка тоже ни разу не гавкнула, не насторожилась на лесные звуки.

Утром продолжили движение и в полдень вышли к какому-то лесному хутору. Оказывается, они умудрились обогнуть Лахти по дуге в тридцать километров. Зато ни разу не наткнулись на егерей или мобильные группы хирдманов. Уже только это компенсировало нервные переживания. Пока наёмники отдыхали, проводник разговорился с одним из жителей — таким же коренастым и заросшим лопарём — попыхивая своей трубкой. Потом вернулся к развалившимся на травке «корсарам».

— Хозяин хочет пятьсот фунтов стерлингов мелкими купюрами, — заявил проводник, окутываясь дымком. — Говорит, рискует сильно.

— Мы все рискуем, — недовольно ответила Эстер. — Это очень большая сумма.

— Он хозяин грузовика, — бесстрастно ответил проводник, так и не назвавший своего имени. — Дорога и в самом деле опасная. Возможно, придётся проезжать через кордоны, установленные местной полицией.

— Для этого и мелочь нужна? — догадался Тесак.

— Так что ему сказать? — не подтверждая и не опровергая старшего группы, спросил лопарь.

— Чёрт с ним, получит свои деньги, — разглагольствовать на эту тему командир не собирался. И вытащил из внутреннего кармана охотничьей камуфляжной куртки пачку банкнот. Касса на непредвиденный случай у него была всегда, куда бы судьба не забрасывала. Отсчитав разными купюрами, в основном пятидесяти и двадцатифунтовыми, нужную сумму, он отдал деньги проводнику.

Ещё через полчаса хозяин подворья подогнал старенький грузовичок, в кузове которого стояло с десяток металлических фляг. Все они были аккуратно закреплены верёвками, чтобы при езде не елозили и не били борта.

— Карета, достойная королей, — съязвила Эстер.

— Всё правильно, — откликнулся Матс. — Крытый фургон привлечёт гораздо больше внимания полиции. А так мы уляжемся на дне кузова, и если свои головы поднимать не станем, может, и прорвёмся до залива.

Хозяин грузовика накидал в кузов соломы и бросил туда же брезент.

— Залезайте и закрывайтесь, — похлопал он по деревянному борту машины. — Через десять минут поедем.

Тесак удостоверился, что вся его группа устроилась с комфортом, и сел в кабину. Он боялся оставлять водителя одного во избежание у того соблазнов сдать группу. Наверное, Харальд ещё и награду обещал за поимку диверсантов. Кто откажется заработать? Если же лопарь из тех, кто поддерживает сепаратистов, тогда можно ехать спокойно.

Йак, как назвал себя водитель, ехал спокойно, объезжая посёлки и хутора, если была такая возможность. Было видно, что местность эту он хорошо знал. Несколько раз останавливался по дороге, если видел торчащую у обочины встречную машину, разговаривал с её хозяином, а потом докладывал Тесаку, что ближайшие десять километров можно проезжать спокойно. Постов и кордонов нет. Не иначе как удачей, или великолепным знанием Йаком местных реалий Тесак признал окончание путешествия. Ни разу их не остановили, ни разу они не наткнулись на военных. Лопарь высадил опасных попутчиков на междугородней трассе и, махнув рукой на прощание, поехал в сторону Котки.

А наёмники потратили ещё несколько часов, пока добирались до нужной точки. Риск наткнуться на береговую охрану оставался. Поэтому шли они очень осторожно, без излишней торопливости, с постоянно выдвинутым вперёд дозором. Им повезло. Возможно, пикеты сняли, убедившись, что остатки мятежников и диверсантов не пытались прорваться к морю, и все силы хирдманы и армия бросили на прочёсывание лесов севернее.

Из-за неторопливого продвижения «корсары» опоздали к назначенному времени, поэтому разбивали лагерь в густом подлеске уже в кромешной темноте, не разжигая костра. Поужинали сухпайком и легли спать. Тесак назначил в первое дежурство Матса, а сам завернулся в спальный мешок и сразу же уснул.

Моторка пришла в предрассветных сумерках. Отдохнувшие наёмники уже ждали перевозчика на берегу, и через некоторое время поднялись на борт рыболовецкого сейнера под датским флагом. Шкипер приказал одному из матросов отвести людей в трюм, а Тесака, весьма заинтригованного, проводил в свою каюту.

— Не ожидал вас встретить здесь, мистер Дуглас, — не скрывая удивления, проговорил «корсар», увидев сидящего за столом знакомого ему человека. — Вас рыбаки в море выловили?

— Не забывайте, Торгильс, что я много чего могу, — усмехнулся Реджинальд. — У меня хорошая подготовка и склонность к авантюрам. Присаживайтесь, я не займу много времени на расспросы. Вижу, на ходу спите.

— Мы провалили задание, — устало опустившись на застеленную кровать шкипера, сразу ответил Тесак. А чего тянуть?

— Я знаю, — спокойно ответил Дуглас. — В поезде не было русской делегации.

— Да мы и так это поняли, когда полностью «гербовый» вагон усыпили, — хмыкнул «корсар». — Заглядывали в купе, чтобы удостовериться, крепко ли спят. Девушки и парни были явно из королевского выводка. Кадеты-хирдманы. Я сразу и заподозрил, что дело неладное. А вдруг в поезде вообще нет русской делегации? В любом случае, необходимо было удостовериться, на месте ли клиент. В следующем вагоне он нас и встретил. Хорошо встретил, надо признать. Когда мои маги не смогли воспользоваться своими возможностями, я спрыгнул с поезда с несколькими бойцами. Буквально через несколько секунд тамбур вагона смяло, как листок бумаги. Силищи у паренька, скажу честно, немеряно.

— Поэтому так важно было взять его…

— Не получится, Реджи, — качнул головой Тесак. — Его надо зачищать. Только зачищать, никак иначе. И то издалека. В ближней схватке его не взять. У русского императора появился очень сильный маг. Для нас это серьёзный сигнал. Если парня кинут против «Корсаров», мы недорого заплатим за свою жизнь.

— Значит, ликвидация? Без вариантов? — Дуглас встал и прошёлся по каюте, заложив руки за спину.

— Да. Только не знаю, как теперь к нему подобраться.

— Это не так сложно, Торгильс, — англичанин вернулся за стол, облокотился на него и внимательно поглядел на «корсара». — Один удачный выстрел из снайперской винтовки — и можно пить коньяк.

— Он же маг, постоянно с защитой ходит… наверное.

— Он не маг, Торгильс, — вздохнув, ответил Реджинальд.

— А? — кажется, впервые в жизни Тесак почувствовал, что у него банально отвисла челюсть. — Это шутка такая, Реджи?

— Какая, к дьяволу, шутка? — Дуглас поморщился, не зная, как скрыть истину от наёмника. — Княжич Мамонов владеет какой-то странной и до конца не понятой нами техникой ментального воздействия. Поэтому сближение с мальчишкой категорически недопустимо. А вот выстрел с пяти тысяч футов решит проблему кардинально.

— Что же ты мне мозги крутил всё это время? — зарычал Тесак. — Если бы мы знали о такой технике, давно бы избавились от проблемы! Я потерял одного мага, второй вообще куда-то исчез! Большая часть отряда погибла!

— Заткнись, Торгильс! — Дугласа не так-то легко было взять горлом. — У нас тоже нет полной информации о способностях мальчишки. Агентура сама заблуждалась в исходных данных, а от этого и вся цепочка сведений оказалась неверной.

Тесак чувствовал, что Реджинальд не договаривает. Тот знал гораздо больше, но не хотел раскрывать подробности.

— Ну и что ты предлагаешь? — спросил «корсар» со злой усмешкой. — Не зря же меня ждал на этом корыте! Как будто знал, что я вернусь!

— Предлагаю тебе отомстить за твоих людей и заодно исправить ошибку.

— Чью? Вашу?

— Ну и нашу тоже, — не стал отрицать прокол спецслужб господин Дуглас. — Ты же хотел получить тройной бонус? Вот и отработай его.

— Каков план? — кажется, желание Тесака переплеталось с заданием Реджинальда.

— Едешь в Москву и ликвидируешь мальчишку. Однако есть одно уточнение. Сначала ты заглянешь на Балканы, в Крапину, где находится ваша база подготовки. А уже оттуда по крысиным тропам проникнешь в Россию. Адреса, пароли, имена людей, которые тебе будут помогать, я дам позже. Пока отдыхай.

— Зачем мне ехать в Крапину? Что я там забыл? Нет других вариантов?

— Есть. Но все они, скажем так, «легальные». То есть через таможню. А из Крапины натоптана безопасная тропка одним нашим агентом. По ней и проберёшься в Россию. Да, это будет долгий путь, но безопасный.

— Когда нужно быть на базе?

— Пока отдохните, наберитесь сил. Проработайте план московской операции. Вам нужно будет до отъезда в Крапину хорошенько пошуметь в одном местечке, чтобы отвлечь внимание королевских спецслужб Норвегии и Скандии. В августе ты должен прибыть в Крапину.

— В Москву мне одному ехать?

— Нет, возьми хорошего стрелка и мага, который умеет ставить «скрыт». Сделаете дело — также уходите по «балканскому» каналу. Я тебя найду через месяц-другой и тогда мы досконально проработаем план.

— Ну, это уже что-то, — расслабился Тесак. — Признаюсь, бегать за русским уникумом порядком надоело. Если один хороший выстрел решит все проблемы — я готов рискнуть ещё раз сунуть голову в берлогу к медведю.

2

Встал я сегодня рано, памятуя о предстоящем визите Лиды и её «перенастройке». Это ответственный момент для девушки, да и для меня тоже, чего скрывать. Поэтому совесть не дала разлёживаться. Выскочил из-под одеяла, провёл энергичную разминку, особо не напрягая организм, ещё спящий, и встал под контрастный душ.

Спустился в гостиную, поздоровался с Якимом и Василием, пока не сдавшим ночное дежурство. Выслушал доклад, что всё в порядке, ни один злодей не проник в дом. Вообще-то, для пресечения подобных безобразий есть внешняя охрана, но за неё отвечает комендант Савелов Артём Петрович с позывным «Сыч».

Я заглянул на кухню, чтобы «отметиться» перед Оксаной. Кухарка не ждала моего раннего пробуждения и пообещала приготовить завтрак через полчаса. А я по служебному коридору перешёл из особняка во флигель, зашёл в операторскую.

— Доброе утро, Андрей Георгиевич, — поздоровался со мной Тимур, боец из «второго» набора. Петрович переквалифицировал его в операторы, чему парень, неравнодушный к электронике, был рад.

— Здорово, Тимур, — я присел на свободный стул и кивнул на большой монитор с десятком мелких экранов, показывающих разные сектора усадьбы. — Нарушений нет?

— Нет, только на полигоне собачья стая бегала, — парень защёлкал клавиатурой, выводя из архива запись, сделанную в четыре часа утра. На полигон недавно вывели камеру с очень хорошим разрешением, и она показала чёткую картинку, на которой с десяток бродячих собак забежала на участок, перерытый вдоль и поперёк, словно там гигантский крот порезвился. На самом же деле рабочие сооружали что-то вроде котлована с насыпными валами. По проектному плану этот котлован преобразуют в огромную площадку, где я могу заниматься всем, чем угодно. Почему именно такой вариант предложил Брюс? Обычно магические полигоны обносят защитными валами по периметру и ставят на них специальные «поглотители» — широкие экраны из кварца. Они вбирают в себя энергию магических плетений и конструктов, чтобы ни одно из них не оказалось снаружи. Во избежание проблем, так сказать… Главный чародей указал мне, что я — Антимаг, и защитные панели для моего полигона в принципе не нужны. Я же настоял на том, чтобы они были, но расположить их нужно у самого края участка, который примыкает к дороге. Ведь мне и моим будущим жёнам всё равно нужно тренироваться на отражение магических атак, так что панели обязательно должны присутствовать. Брюс согласился.

А как быть, если пойдут дожди? Они же зальют полигон! На этот вопрос уже ответили инженеры. Раз я не хочу заливать бетоном всю площадку, то решено было создать дренажную подушку и засеять её травой. Один из чародеев, имевших «земную» направленность, усмехнулся, выслушав мои опасения. И предложил простое решение. Если я так переживаю из-за дождей, проще вызвать кого-то из его коллег-ландшафтников. Каждый из них может справиться с проблемой за несколько минут. Мне оставалось только хлопнуть себя по лбу. Ландшафтная магия — идеальный выход. Но от травяного покрова не отказался. Я же бетон раздолбаю за несколько тренировок! Зачем мне постоянные проблемы с каменным мусором? Да и обычный — листья, хвоя, трава — тоже не услада для глаз. А не завести ли мне персонального, «природного» мага? Кстати, Вероника-то с «землёй» ладит. Хм, надо подумать.

— Ничего, когда полигон приведут в надлежащий вид, возведём забор по периметру, даже ёжики не пролезут, — я посмотрел, как стая покрутилась вокруг котлована и убежала обратно в лес. — Ладно, бди.

— Есть, Андрей Георгиевич, — улыбнулся Тимур и уже профессиональным расфокусированным взглядом уставился в монитор.

За завтраком, как обычно, я выслушивал доклады своих заместителей. Обычно первым всегда брал слово управляющий. Но Казаков на выходных уезжал к семье и возвращался в понедельник рано утром. Петрович отчитался по защитным мероприятиям и напомнил о покупке ещё одного внедорожника.

— Этот вопрос решай с Казаковым, — отмахнулся я. — У него все финансы. Ты выбрал машину?

— Да. Ездил специально в Капотню. Там база спецтехники, — Петрович оживился, даже ложкой стал помахивать, как дирижёр. — Есть подходящий внедорожник, с бронированными дверями и пуленепробиваемыми стёклами. Как раз для сопровождения и перевозки особо важных персон.

— Ладно, с этим вопросом решили. Что по Лукомскому скажешь?

— Княжич, дай ещё пару деньков. Досье не полное, а халтурить не хочу, — честно признался комендант.

— Во вторник предоставишь информацию, — кивнул я и внимательно поглядел на Петровича. Тот постучал ложечкой по варёному яйцу, очистил его и разрезал пополам. Каждую половинку круто посолил. — Теперь надо решить вопрос с защитой Нины. Сможешь выделить пару толковых ребят из «новиков», чтобы они присмотрели за ней?

— Думаю, смогу, — кивнул Сыч. — Присмотр постоянный или только на случай каких-то дальних выездов?

— Наверное, нужно организовать постоянный пост, — подумав, я изменил своё первоначальное решение. — У нас есть «Аврора». Машину мало задействуют, пусть бойцы её и возьмут. Сопровождение из дома до лицея и обратно, постоянное дежурство до десяти часов вечера.

— Тогда нужно четверых людей, чтобы менялись, — предложил Эд. — Я по себе знаю, какое это муторное дело с утра до вечера, да ещё каждый день, присматривать за охраняемым лицом.

— Эдик, а ты почему себе людей не просишь? — ехидно спросил Петрович. — Охрана и сопровождение полностью лежит на твоей службе. Скоро в этом доме появится четыре обворожительные барышни, и для каждой нужны, как минимум, двое телохранителей. Хватит у тебя сил обеспечить охрану господской семьи?

— Приказа от хозяина не было, — не дрогнув ни единым мускулом на лице, ответил Эд. — А так — да, думал. Штат придётся расширять.

— Молодой хозяин ещё только входит в большую жизнь, — Куан поставил недопитую чашку с чаем на стол, — поэтому вы рядом с ним, чтобы поддерживать, а где надо — подсказывать. Мудрость приходит с опытом, которого у княжича пока не хватает.

— Телохранитель — товар штучный, — кивнул Петрович, словно соглашался с моим наставником. — Пока их найдёшь, пока обучишь — времени много пройдёт. Давай-ка, Эд, сядем с тобой и покумекаем, какое количество людей нужно.

— Пока Андрей Георгиевич не женился, вполне хватит пять-шесть человек, — тут же ответил старший личник. — А там видно будет. Дам объявление в компании по найму телохранителей.

— Займись, — кивнул я. — А по охране боярышни Захарьиной сделаем так: двоих выделит Петрович, двоих — можно из числа личников. Предлагаю Васю и Якима. Они из охотничьих семей, умеют терпеливо ждать зверя.

Все рассмеялись. Эд не возражал. Для моего сопровождения четвёрки личников вполне достаточно. Да и Петрович всегда выделяет боевое охранение, если я выбираюсь за пределы Сокольников.

— Да, кстати, к Гене тоже нужно приставить охрану, — я посмотрел на скромно молчащего Берга. — Работа по запуску завода входит в завершающую стадию, и я опасаюсь, что наши конкуренты могут преподнести неприятный сюрприз.

— Андрей Георгиевич, вы думаете, меня попытаются «выключить» из игры? — Берг поправил очки левой рукой, при этом держа в правой калачик, обсыпанный сахарной пудрой.

— Конечно, — ответ мой был уверенным, что сразу же опечалило инженера. — Это конкуренция, Гена. Наш совместный проект обязательно попытаются «слить» в канализацию. А как это лучше всего сделать? Ударить по самому чувствительному сегменту — инженерному составу.

— Но ведь «Бастион» курируют сами Мстиславские. Неужели конкурентам хватит наглости сделать это?

— Поверь, дружище, хватит, — Петрович доел яйцо, вытер пальцы салфеткой. — Если княжичу хватило наглости попугать «Техноброню» пулемётами, то и враг может воспользоваться таким же приёмом. Вот какие, к чёрту, пять-шесть человек, Эд? Давай сразу заявку на десять.

— Лишь бы не переборщить с ограничениями по боевому крылу, — покачал головой старший личник.

— Телохранители идут отдельной строкой, — показал знание специфических законов Империи Петрович. — Боевое крыло — это вооружённое частное формирование, и его численность регулируется особым указом, не спорю. Вот когда Андрей Георгиевич по праву станет называться князем с собственным гербом, тогда мы сможем воспользоваться одним хитрым пунктиком.

— Это каким? — заинтересовался я.

— Новообразованный Род во главе с князем, состоящем в полигамном браке с тремя и более супругами, имеет право на создание боевого крыла в количестве, предусмотренном императорским повелением, — хитро прищурился Петрович. — А это, княжич, очень серьёзное количество, до которого тебе в обычном порядке пришлось бы идти лет десять-пятнадцать.

— Человек двести? — скептически спросил я, потому что уже узнавал насчёт увеличения боевого крыла у дядьёв Гусаровых.

— Ага, двести… — хмыкнул Сыч, делая глоток кофе из большой кружки. — Пятьсот не хочешь? Через пять лет, если вдруг не попадёшь в опалу, можешь увеличить отряд до тысячи. Но только после особого прошения императору. Это серьёзная сила даже для Москвы, Андрей Георгиевич. Сейчас только Булгаковы имеют около двух тысяч штыков, если не ошибаюсь. Намного меньше — Куракины и Корибут-Воронецкие.

— Так Булгаковы — особая история. Они большую часть бойцов используют в охране спецгрузов, товарных поездов со стратегическим грузом и пассажирских поездов, ходящих за границу, — Эд, кажется, впечатлился рассказом Петровича, но на лице явно читалось сомнение.

— Это всё лирика, — отмахнулся комендант. — Ты невнимательно слушаешь. Я говорю, что через пять лет Андрей Георгиевич может спокойно набрать тысячу бойцов в свой Род. Есть ещё одна хитрость: вассальные роды. Каждая семья может предоставить от пяти до десяти гридей. Они не будут входить в число официально разрешённого количества бойцов. Вот тебе простая арифметика. Десять вассальных родов дополнительно дают до ста человек хорошо обученных воинов.

— Неплохо, — Эд расплылся в улыбке.

— Ты где откопал такой закон? — поинтересовался я, допив чай. — Про особое разрешение?

— Довелось общаться с умными людьми, — Петрович снова прищурился. — Много чего интересного узнал. Потом специально проверял, есть ли такие законы. Да, есть. Просто о них уже стали подзабывать, а ума или смелости отменить не хватило. Или нарочно не отменяют… на всякий случай. А всё почему? Полигамный брак в России становится очень редким. Он не запрещён, но князья теперь стараются обзаводиться одной женой, а на стороне иметь любовниц. Зато необременительно.

— И бастардов куча, — проворчал я, вспомнив про отдел «К», курировавший меня с приютских лет.

— Это уже другая история. Я ведь говорю о том, что твоя, княжич, женитьба на четырёх барышнях, две из которых из очень и очень знатных Семей — случай довольно редкий в последние годы. Ты, таким образом, становишься связующим звеном между королевским и императорским Домами. А вот этот момент и вовсе редчайший, я даже не припомню такового, — теперь Петрович улыбался, как будто одобряя моё желание построить большую семью. — А уж то, что две супруги — из очень и очень знатных Семей, ты под это дело можешь себе ещё каких-нибудь преференций выбить. Я даже не сомневаюсь, что с принцессой Астрид приедут служить двадцать-тридцать викингов. И наш государь разрешит тебе в порядке исключения увеличить квоту боевого крыла. Ну и ради своей внучки тоже закроет глаза на нарушение некоторых запретов или ограничений. Главное, не борзеть…

— К войне готовишься? — улыбнулся я.

— А жизнь такая, что всегда приходится о плохом думать, — вздохнул Петрович.

— В таком случае готовь себе заместителей, — я поднялся из-за стола. — В одиночку тысячу человек не потянешь.

— Не-не! — замахал руками мой комендант. — Конечно не потяну! Это ж цельная армия получается, у меня такого опыта нет!

Я рассмеялся, и, заглянув на кухню, поблагодарил Оксану и Маринку за вкусный завтрак, и направился в свой кабинет. До приезда Лиды нужно с отцом переговорить, обещал же.

Князь Мамонов как будто ждал, когда я свяжусь с ним по видеоконференции. В данный момент он находился в кабинете ленского особняка. Узнал по характерному книжному шкафу за его спиной.

— Здравствуй, папа.

— Привет, сын, — улыбнулся Георгий Яковлевич. — Давненько не виделись. Как съездил?

— Отлично! — я показал большой палец. — Можешь поздравить. Харальд согласился отдать Астрид за меня.

— Я и не сомневался, — отец откинулся назад, удобно приложив затылок к подголовнику кресла. — Харальду нужны внуки с кровью Антимага. Он очень прагматичный человек, Андрей, поэтому будь с ним осторожен, не попади под его влияние. Но, с другой стороны, можешь требовать от него всё, что пожелаешь. А так… поздравляю. Рад за тебя. Что Мстиславские?

— Вчера был у них, хорошо посидели. Получили благословение.

— Когда помолвка? — улыбнулся князь.

— В сентябре. Дату пока не определили, цесаревич сам с тобой свяжется. А вот ты и мама мне будете нужны для организации помолвки.

— Обязательно приедем, это даже не обсуждается. Может, кого из братьев возьмём.

— Да пусть все приезжают, хотя бы на два-три дня. Проведём помолвку, да и вернутся назад.

— Поглядим, — не стал заранее соглашаться отец. — Ты лучше расскажи, что там за история со «Скандинавским экспрессом». На вас было нападение?

— Было. Отбились, — попытался кратко ответить я, но не получилось.

— Давай-ка поподробнее, сын, — строго взглянул на меня отец и даже пальцем по столу постучал. — Матери не расскажу, незачем ей переживать. В новостях очень неохотно этот случай осветили. А если официальные СМИ не проявляют энтузиазма и не захлёбываются в припадке радости от освещения события — значит, не всё в порядке.

— Астрид называет это «паттернами», — я рассмеялся. — Умеешь ты по косвенным признакам определять проблему.

— Я, сынка, жизнь прожил такую, что эти фокусы для меня — детская забава. Никто из делегации не пострадал?

— Делегация вернулась в Россию по морю. Харальд отправил Великую княжну и свиту на военном корабле. Я со своими людьми поехал на «Экспрессе». Под охраной королевских гвардейцев.

— Опять Мстиславские какую-то хитрость с тобой затеяли? — нахмурился отец. Значит, цесаревич ему ничего не рассказал после всего произошедшего. Почему — не знаю. Я был согласен с позицией императора и цесаревича, что нельзя допустить ни малейшей утечки информации о готовящейся операции. Но теперь, когда «Корсарам» нанесли чувствительную оплеуху, можно и раскрыть детали. Ох, чувствую, подобная скрытность доверия между отцом и наследником не прибавит.

Мне никто не запрещал общаться с отцом на эту тему, поэтому, тяжело вздохнув, кратко рассказал, что именно замыслили Харальд и наш император. Но добавил, что изначально идея возвращаться на поезде принадлежала мне. А уж потом оба правителя быстренько подкорректировали план операции. Когда я закончил говорить, князь Мамонов опасно долго молчал, налившись злостью. Но вдруг лицо его дрогнуло, расслабилось.

— Наверное, они правы, — сделал неожиданный для меня вывод отец и добавил: — Как правители государств, борющихся со всякой нечистью. Но как будущие родственники поступили некрасиво, не предупредив человека, который является твоим родителем. Не переживай, сын. Я не стану предъявлять им претензии. Мне интересно, хватит ли им смелости признаться в своих подковёрных играх, где ты выступаешь в качестве разменной монеты.

— Насчёт «разменной монеты» ты не прав, — усмехнулся я. — Скорее, таран. Тяжёлый такой, выбивающий любые двери. Они поверили в мои сверхспособности гораздо раньше меня самого, вот и стараются наперегонки использовать в любой заварушке.

— Я и говорю, что надо держать ушки на макушке, — ещё раз предупредил отец. — Когда каждая из твоих жён подарит тебе по парочке детишек, услуги первого Антимага могут обесцениться.

— Думаешь, они всерьёз рассчитывают на закрепление анти-Дара в моих детях?

— У меня давно мысль в голове крутится, — признался князь Мамонов. — А если не сами дети, а их кровь? Если она попадёт в тайные лаборатории Харальда или Мстиславских, с ней могут делать, что угодно: создавать некую сыворотку, которую потом можно вводить в кровь подопытных бойцов, или ещё страшнее — на её основе создавать генетических двойников…

— Стоп-стоп! — рассмеялся я, поражаясь фантазии отца. — Ты же прагматичный человек. Сам-то веришь в то, что говоришь? Ничего у них не получится, не переживай. Анти-Дар не имеет никакого отношения к крови. Он отдельно, кровь — отдельно. Я не исключаю того момента, что кровь моих детей может попасть в магические лаборатории. Ведь у каждого одарённого младенца её берут для генетической маркировки, чтобы потом результаты занести в особый реестр. Мне никак не проследить дальнейший путь пробирок.

— Ты настолько уверен в «непроницаемости» Дара?

— Что ты имеешь в виду под «непроницаемостью»?

— То самое… — буркнул отец. — Что твой Дар зафиксируется в потомстве каким-то иным способом, и тебе в постель уже невозможно будет подложить какую-нибудь девицу со стороны, чтоб антимагия ушла на сторону?

Я рассмеялся и похлопал в ладоши, изображая аплодисменты. Отец смотрел непонимающе, и даже чуточку раздражённо.

— Это работает не так, поверь, — успокоил я его. — Есть иной способ, который подвластен только мне. Если вариант с постелью в качестве получения анти-Дара высокородная аристократия хочет рассматривать как самый главный и единственный, то я не буду никого разочаровывать. Пусть так и думают. Но с такой защитой, какую я обрету, ни одна «левая» девица не ляжет со мной. Жёны всем соперницам глаза выцарапают.

— А если «государственная необходимость»? И тебя просто «продавят», чтобы «в исключительном случае» к тебе в постель легла какая-нибудь молодая аристократка?

— Мне кажется, тогда император и Харальд должны одновременно быть «за». Нет, они очень недоверчивые люди, и обязательно будут бдеть друг за другом.

— Какая уверенность… Значит, ты что-то нашёл, — отец улыбнулся. — Нашёл нечто такое, что позволит тебе держать за кадык всю эту братию. Однако я хочу тебя предупредить, сынок. Когда (а это произойдёт рано или поздно) аристо узнают про твой секрет, они начнут на тебя давить, независимо от императорского контроля. В ход пойдут все гнусные способы, придуманные человеком. Твоих девочек или детей будут пытаться похитить, на тебя начнут искать компромат, чтобы оболгать перед императором… Да найдут рычаг, даже не сомневайся. Защитить свою семью можешь только ты. И защита должна быть с кулаками. Бить нужно так, чтобы у врага кровавая юшка из носа брызгала. Иначе сочтут слабаком.

— Что, даже и ты, и Мстиславские, и Харальд не помогут? — хмыкнул я. Ответ мне был известен, но просто любопытно, что думает отец по этому поводу.

— Очень избирательно. Им важно увидеть, как ты сам реагируешь на внешние раздражители. Сильным становятся в драке.

— Угу, если не прибьют.

— А ты не позволяй, чтобы прибили, — князь Мамонов оскалился. Наверное, вспомнил свою молодость. Кстати, мы ни разу с того момента, как обрели друг друга, не поговорили по душам. Каким был отец, когда Главой Рода был дед? Как шёл к своей цели? Кто ему мешал, кто помогал? Как он решал проблемы? Кровью недругов, переговорами, взаимными уступками?

— Хорошо, приму к сведению, — я свёл всё к шутке. Ведь и так ясно, что когда бьют — надо лупить в ответ. И желательно больно. Опыт имеется. Жаль, не до конца с Алексеем Куракиным разобрался. Убрали болвана подальше из столицы. Живёт сейчас с Наташей в Смоленске, лелеет свою безнаказанность.

— Сам ты как себя чувствуешь?

— Проблема с откатами, а так — всё в порядке, — я пожал плечами.

— Ты не понял, Андрей… Я спрашиваю, как ты себя чувствуешь после нескольких дней отсутствия? — князь наклонился вперёд, я даже услышал скрип кресла. — Что с тобой произошло в Алтарном зале? Что за эксперимент ты устроил?

«Значит, Ломакин доложил», подумал я, ничуть не удивлённый таким поступком мага. Он ведь служит отцу, не мне. Испугался, запаниковал.

— Пробовал кое-какие наработки, — туманно отвечаю, а сам лихорадочно придумываю «главную» причину.

— Телепортация?

— Нет… нашёл в одной книге описание одной техники. Как уйти в «скрыт». Вот и скрылся.

— На три дня?

— Я же не знал, что время в этот момент смещается, — развожу я руками. — В книге о таком феномене не говорилось.

— Мутишь, Андрюха, ох, мутишь, — отец снова постучал пальцем по столу, в голосе скрежетнула сталь. — Просто подумай об одной вещи: ты единственный в своём роде человек с анти-Даром во всей Империи. Если попадёшь в поганую историю с экспериментами, никто тебя уже не спасёт. Думай, прежде чем оголтело проверять всякие дурацкие теории. Если нет чёткого подтверждения о безопасности того или иного шага — не лезь. Или оставляй кого-то на контроле возле Источника.

— А как мне иначе стать сильным, батя? — задал я тот коварный вопрос, на который нет точного ответа. У каждого взрослого свои доводы, которые он считает единственно правильными и применяет их для воспитания собственных детей. — Не попробуешь, не узнаешь. Я буду рисковать, потому что это неизбежный шаг в неизвестности. Мне не к кому обратиться. Даже Брюс ничего путного не говорит, отправляет в архивы заниматься самостоятельно. Я наощупь бреду. Ошибки неизбежны. Но я обязательно буду подстраховываться. Понимаю цену…

— Надеюсь, — кивнул отец, очень внимательно глядя на меня с экрана. — Ладно, давай прощаться. Спасибо, что поговорил со мной. Я скажу маме, чтобы начала списки гостей со стороны Мамоновых составлять. Если возникнут какие-то вопросы, обращайся к тёте Гале.

Это он про мою тётку — жену дяди Сергея. Хорошая, добродушная и общительная женщина. Правда, дядьку в ежовых рукавицах держит уверенно.

— Обязательно, — пообещал я. — Пока, пап.

— Пока, сын, — кивнул князь и отключил камеру.

Я встал и потянулся с тихим рыком и хрустом в позвонках. Самое главное выяснил: отец не полезет в бутылку, предъявляя Мстиславским за возню, происходящую за его спиной. Действительно, цесаревич мог бы позвонить моему родителю и всё рассказать о случившемся в «Скандинавском экспрессе». Может, ещё позвонит? Не хочу становиться посредником в их взаимоотношениях, чтобы потом не выглядеть виноватым. В конце концов, я преследовал свои цели в этой охоте на «Корсаров» и убедился, что стал сильнее.

3

Лида, к моему удивлению и удовольствию, подъехала ровно в десять на чёрном «Хорсе» с солидным сопровождением. Выскочивший наружу охранник в гражданском костюме распахнул заднюю дверь и замер, мазнув по мне взглядом. Я к тому времени уже стоял возле машины, и как только из салона показалась рука в тонкой перчатке, аккуратно взял её, помогая Лиде выйти наружу.

Сегодня Великая княжна была в элегантном приталенном пальто и в шляпке-клош бежевого цвета. Из-под неё на плечи струились русые волны густых волос. Умелый макияж, в котором чувствовалась рука мастера, позволил создать «весенний» образ молодой девушки, романтичной и желанной.

Губы Лиды дрогнули в улыбке, заметив мой ступор.

— Мы так и будем стоять? — посверкивая глазами, спросила она.

— О, прости! — я склонился над рукой, не касаясь губами тонкой кожаной перчатки. Мог бы и поцеловать в щёчку, но молчаливая охрана, рассредоточившаяся вдоль улицы, сдерживала мой порыв. — Ты великолепно выглядишь! Кажется, на меня напал столбняк.

Лида негромко рассмеялась и уверенно взяла мой локоть в цепкий капкан.

— Узнаю Андрея Мамонова! Если шутит, значит — всё у него в порядке!

— Теперь — да, теперь всё прекрасно, Лидия Юрьевна! — я неторопливо повёл девушку через распахнутые ворота. — Ты приехала и жизнь заиграла всеми красками!

Мстиславская зарделась, на миг прижалась ко мне, а потом задержала шаг и обернулась.

— Оставайтесь на месте, — приказала она, глядя на охранника, ехавшего с ней в «Хорсе». — Андрей Георгиевич любезно предоставил мне свою защиту.

— Как скажете, Ваше Высочество, — покладисто склонил голову телохранитель.

— Пойдём сразу к Источнику, или зайдём домой, чайку попьём?

— Чай потом, — Лида прижалась ко мне, постукивая каблучками сапожек по дорожке. — Меня, если честно, всю трясёт. Хочу побыстрее всё это дело провести.

— Спешка тоже вредна, — предупредил я. — Не переживай, процедура не занимает много времени.

— Ой, а собачки какие большие стали! — воскликнула Лида и потянула меня к вольеру, где носилась троица будущих сторожей. Увидев девушку, они запрыгали, упираясь передними лапами в сетку, басовито загавкали. — А что с их глазами?

— А что не так? — сделав вид, что перепугался, я присел рядом с княжной и протянул руку, которую тут же взялась облизывать шершавым языком Алиса.

— Цвет! Ярко выраженный голубой цвет радужки! — пояснила Лида, почёсывая за ухом Джоя. — Если бы он был человеком, я бы сказала, что передо мной одарённый.

— Возможно, сказывается их проживание рядом с Источником, — приоткрыл я завесу тайны. — Элементали, хоть и привязаны к Алтарю, но могут свободно «путешествовать» на определённое расстояние. Наверное, посетили щенков, воздействовали на них…

— Ты серьёзно? — Лида выпрямилась и пристально поглядела на меня, пытаясь понять, шучу ли я. — Да ну, не может такого быть!

— Конечно не может, — я рассмеялся и настойчиво повёл девушку к гостевому дому. Такими темпами до Источника долго добираться будем.

— А ты не подаришь мне щеночка, у которого красная радужка? — тон Лиды стал просящим, как у ребёнка. — Он явно к «огневикам» тяготеет.

— Вообще-то щенков дрессируют для охраны усадьбы, — я хитро улыбнулся. — Но если хочешь заботиться о понравившемся тебе питомце, переезжай ко мне и хоть обо всех заботься.

— Какой ты коварный! — рассмеялась княжна. — Я подумаю над твоим предложением!

Провернув в замке ключ, я распахнул дверь и дал войти Лиде в прихожую.

— Нужно будет снять пальто, — предупредил я. — Давай, я тебе помогу.

Лида не возражала. Она с любопытством вертела головой по сторонам, разглядывая интерьер, тёмные панели на стенах, лестницу, ведущую на второй этаж, пока я снимал с неё пальто и шляпку.

— Как-то всё старомодно, — заметила девушка.

— Ремонт провели только на втором этаже, завезли мебель, — пояснил я, нисколько не обижаясь на эти слова. — Как станет теплее, работы продолжатся. К следующему году здесь уже ничего не будет напоминать об Ушатых… Эх, забыл я тебя предупредить, чтобы ты какую-нибудь кофточку надела. В подвале не жарко.

Лида была в джинсах и тёмно-синей блузке, и я всерьёз беспокоился, как бы княжна не простудилась.

— А для чего крепкие мужские объятия, в которых девушка может согреться? — поинтересовалась Лида, глядясь в зеркало. Заметив, что я подошёл ближе, обернулась.

И попала в мои руки. Мы целовались упоённо и долго, не замечая ничего вокруг, хотя присутствие чего-то постороннего ощущалось. Элементали и отрезвили меня, сначала взъерошив мои волосы, а затем игриво запутались в густой гриве моей избранницы.

Лида ойкнула и отпрянула от меня, озираясь по сторонам. Я рассмеялся. Настолько милой и забавной выглядела раскрасневшаяся княжна.

— Это стражи Источника, — таинственно прошептал я и взял Лиду за руку. — Говорю же, они любят своевольничать. Но ты не бойся. Они тебя признали. Думаешь, зря твои волосы Источнику подарил?

— Ни за что бы не поверила, что так можно, — поёжилась Лида, спускаясь по лестнице в подвал, и крепко держась за мою руку. — Ты уверен, что Источник меня примет? Мне что-то жутковато, Андрюш…

— Примет, — уверенно ответил я, открывая тяжёлую дверь. — Ты просто будь рядом, чтобы я видел тебя. Не беги впереди, но и за спиной не прячься. Мне так легче контролировать ситуацию. Когда подойдём к Алтарю, скажу, что делать дальше.

И всё же Мстиславская очень боялась. Разговоры о своенравности Источников стали притчей во языцех. Хотелось бы своими глазами увидеть, как они расправляются с чужаками. Выпивают их энергию? Прошивают насквозь магическими молниями? Понятно, что шутить с такими вещами никто не станет. Да и я готов в любой момент прикрыть Лиду, если мой Источник начнёт показывать норов.

Мы остановились в двух метрах от чаши Алтаря. Для перенастройки Дара требуется расстояние гораздо меньшее, но я не торопился и очень внимательно приглядывался и «прислушивался» к Источнику.

Отсюда было видно, как в глубине чаши лениво колышутся языки магического пламени. Источник, казалось, «спал», не реагируя на появление нового действующего лица. По потолку то и дело пробегали разноцветные всполохи и медленно гасли в тёмных углах подвала.

— Ещё шаг, — тихо сказал я, и Лида одновременно со мной приблизилась к Источнику на этот самый шаг. — Стоим.

Воздух завибрировал, больно давя на уши, но через несколько секунд неприятное ощущение исчезло. Из Алтаря полыхнуло алым, растеклось по граниту жидким огнём, превращаясь в нечто, похожее на руку. Которая потянулась к нам.

— Ой, — пискнула Лида, сжимаясь в комок.

— Стой на месте, — предупредил я. — У него свои причуды. Нина видела одно, Арина — другое. Тебя Источник, скорее всего, «прощупывает» иным способом.

— Какая-то жуткая рука.

— Кстати, твоя Стихия, — заметил я. — Цвет заметила?

«Рука» заметно оживилась и ускорила движение. Перед нами возникло жаркое марево, за которым проглядывались деформированные стены и забавно искажённая чаша. Я терпеливо ждал. Источник не собирался нападать. Он словно перебирал какие-то многочисленные комбинации ключей доступа, как «мозг» ЭВЦ, выбирая нужный. Пламенеющая длань коснулась волос Лиды, ещё больше сжавшейся от страха, медленно проскользнула по вьющимся кудряшкам, распрямляя их. Мне послышался облегчённый вздох чего-то мощного, неудержимого в своей природной сути. Так до конца и не понятый механизм Источника изучал девушку очень тщательно, словно ожидал какого-то подвоха. Мне стало интересно, почему «знакомство» артефакта с Лидой затягивается гораздо дольше, чем с Ариной или Ниной. В чём причина? В родословной Мстиславской? Почувствовал древнюю кровь, но боится ошибиться? «Боится» в отношении магического артефакта звучало довольно смешно, только мне показалось именно так.

Кстати, Ушатые могли получить благословение Мстиславских, когда давали тем вассальную присягу. Я читал, что многим Родам за преданность новой власти давали небольшой фрагмент «общего» Источника, принадлежавшего Семье, чей представитель сел на престол. Легенда, миф или быль? Существует официальная версия, и в ней нет даже намёка на подобную историю. Но, если предположить, что Источник Ушатых — «родственник» того самого, что сейчас находится в Зарядье, то понятно поведение «моего» Алтаря. Он чувствует некую близость с Лидой, поэтому и не бушует так рьяно, не наполняя помещение энергетическими вибрациями.

— Что происходит? — едва шевеля губами, спросила Лида.

Я услышал её шёпот и ответил так же:

— Потом расскажу. А сейчас давай подождём ещё немного.

Должен быть знак от Источника, что он принял Лиду. Где эти шалуны-элементали? Носятся по коридору? Ага, появились!

Из чаши, в которой красивым огненным цветком раскрылось пламя Источника, вверх взлетели оранжево-красные искры, словно кто-то в глубине головёшки потревожил, и метнулись в нашу сторону. Они закрутились над нашими головами, выписывая сложнейшие пируэты в виде спиралей, завихрений, переплетая тончайшие нити в замысловатые фигуры. Лида не удержалась и вытянула руку с раскрытой ладонью. Элементали тут же облепили её, как мотыльки.

— Здорово! — восхищённо проговорила Лида и посмотрела на меня с улыбкой.

— Пора, — решился я. — Источник признал тебя.

— Точно? — нерешительно спросила девушка.

— Конечно. Теперь можно подойти к Алтарю ближе, вот так… Стой!

Сделав шаг, Лида замерла, не сразу сообразив, что оказалась лицом к лицу с полыхающим холодным огнём наедине. Я привычно занял позицию за её спиной, обхватил руками за талию, создав тесный контакт с княжной. Ладони пошли чуть-чуть вверх, замерли на приятном месте. С усилием выбросил из головы лишние мысли и эмоции. Хотя было очень трудно, держа в объятиях такую красотку. Почти мою…

— Ого! — изумлённо воскликнула Лида, почувствовав руки на своём животе. — Это так надо, сударь?

— Надо, — подтвердил я. — Но лучше всего контактировать с кожей. Что ты смеёшься? Всё вам хихоньки да хахоньки! Вот станешь моей женой, я тебе покажу разницу между таким способом контакта и тактильным… Теперь стой смирно, не шевелись! Я войду в транс и начну воздействовать на твоё ядро. Что бы ты ни чувствовала, не смей сопротивляться. Доверься мне. Просто доверься. Можешь даже закрыть глаза и думать о приятном.

— А если я хочу о чём-то более интересном пофантазировать? — шаловливо спросила Мстиславская. — Например, о нас с тобой. И о тактильном контакте тоже…

— Не возражаю, — усмехнулся я, смежив веки. — Всё, молчи. Я ухожу в транс.

Мне понадобилось буквально несколько секунд, чтобы ощутить лёгкость в теле и темноту, в которой я парил, аки невесомая пушинка. Ядро стало разогреваться, создавая жар в солнечном сплетении. Когда расплавленное золото потекло по каналам и меридианам, я вошёл в контакт с ядром Лиды. Как интересно! Я «увидел» алое зёрнышко-ядро, то самое семя, которое рождает магию, и внутри него — золотистую искорку Дара. До этого мне не удавалось воочию увидеть пресловутую искру, гася её через плотную структуру ядра. Что это значит? Полное доверие ко мне? Резонанс, в который мы нечаянно вошли оба? Причём, довольно быстро.

Я с большой осторожностью стал воздействовать на искру антимагией, постепенно гася её импульсами. Мои ладони чувствовали жар тела через тонкую блузку, возбуждённое дыхание Лиды, но старательно отгонял от себя волнующие картины. Это будет всё потом… хотя, уже очень трудно воздерживаться.

Искра из ярко-алой превратилась в едва тлеющую, и я мгновенно создал «пустоту», разделившую семя на две половины. Одна из них, самая крохотная, сохранит магию, вторая будет «убита» и наполнена антимагией. Моё сознание превратилось в острый скальпель, которым я орудовал, словно заправский хирург. Мне требовалось постоянно держать «пустоту», которая стремилась затянуться с невероятной скоростью. Рассекал смыкающие края, заливал «семечко» антимагией, снова рассекал, пока не осознал, что искра стабилизировалась и не создаёт конфликт между своими половинками. Тогда я направил золотистый поток своей энергии в ядро, щедро заливая его. Мне стало понятно, что для каждого человека (я говорю исключительно об одарённых) процедура «перепрограммирования» происходит по-разному. От чего это зависит, я точно не знаю, но кое-какие догадки в голове вертелись. Но — прочь! Сейчас не до иных мыслей, пока не закончу свою работу.

Перевёл дух я только тогда, когда золотистые потоки антимагии начали заполнять энергоканалы и меридианы. Но парочку каналов я «зарезервировал» для магии Лиды, чтобы она могла пользоваться ею. В будущем научу княжну, как создавать полноценную «сетку» этим самых каналов. Методика профессора Чжан Юна мудрёная, но не сложная. Я уже в ней разобрался, у Лиды тоже получится.

В конце процедуры мне пришлось снизить потенциал разогнанного ядра до минимума, чтобы девушка, вернувшись домой, сгоряча и по неопытности не принесла своим родным проблем. Переместив руки на плечи княжны, я осторожно поцеловал её в шею, постепенно выводя из состояния транса.

— Всё, — сказал я тихо, почувствовав глубокий вздох Мстиславской. — Поздравляю, теперь ты тоже стала обладательницей антимагического Дара. Но ещё несколько дней придётся приноравливаться к своим новым ощущениям.

— Ой, ноги не держат! — хихикнула Лида и покачнулась.

Я вовремя поддержал её и подвёл вплотную к Алтарю.

— Теперь положи руку на чашу, — распорядился я и не выпускал тёплую ладошку девушки до тех пор, пока магическое пламя облизывало её пальцы с тихим гудением, от которого у неподготовленного человека могла запросто разболеться голова.

— Как щенок ластится, — заметила Лида, завороженно глядя на процедуру «принятия в Род».

— Ты себя хорошо чувствуешь? Я не о физических ощущениях…

— Поняла-поняла… Есть какой-то дискомфорт, словно из сложной конструкции удалили важную деталь, — по-простому объяснила княжна. — А вместо неё поставили что-то новое, зыбкое и ненадёжное.

— Это пройдёт, — убеждённо ответил я. — Неделя, максимум — десять дней. Я научу, как вести себя в этот период. Главное, строго придерживайся рекомендаций, никаких экспериментов. Ну, всё… достаточно. Теперь можешь посещать мой Источник и развивать ядро анти-Дара.

— Наш Источник, — поправила меня Лида. — У меня больше нет возможности находиться возле Алтаря Мстиславских, этот путь завершён. Ой…

Девушку опять повело в сторону, и я подхватил её на руки. Оказывается, не такая уж она и лёгкая! Ну так и я не слабак! Потаскай-ка на себе сотню килограммов железа! Коварство молодой Мстиславской я ощутил сразу же. Она обхватила меня за шею и умиротворённо задышала в ухо, довольная тем, что оказалась в моих объятиях. Я усмехнулся. Теперь нужно быть очень осмотрительным. Лида — барышня горячая, импульсивная, а с учётом того факта, что родители дали благословение, она может совершить ошибку. Не фатальную, конечно же… и тем не менее, неуместную до помолвки (хотя бы).

— Ты говорил, что на втором этаже провели ремонт, — промурлыкала «тигрица». — Покажешь мне?

Ну, вот, уже началось. Знаю я эти экскурсии!

— Нет, милая, — я засмеялся и поставил на ноги дорогую ношу. Подниматься по лестнице с ней было крайне неудобно. — Тебе нужно отлежаться в спокойной обстановке, прийти в себя. А ещё лучше — поспать. Идём домой, попьём чайку с вареньем и плюшками, и я дам тебе несколько советов, чтобы родители не почуяли перемену. Юрий Иванович человек опытный, от его взгляда ни одна деталь, выбивающаяся из системы, не ускользнёт.

— Я поняла, — посерьёзнела Лида, когда мы остановились перед дверью.

Я выпустил девушку наружу, погасил свет в подвале и вышел сам. Закрыл металлическую створку, поднялся в коридор и помог девушке надеть пальто. Шляпку она пристраивала на голову уже возле зеркала.

Когда мы оказались на улице, мне показалось странным, что в нескольких метрах от гостевого дома расхаживает Никанор. Он сразу же быстрым шагом приблизился к нам.

— Что случилось? — встретил я его вопросом. — Нападение или какие-то иные неприятности?

— Андрей Георгиевич, Брюс пожаловал, — огорошил меня личник. — Хочет вас видеть.

Да ё-моё! Ну почему именно сейчас? Лучше бы на особняк напали!