«Да когда же я смогу толком хоть с кем-то поговорить? – разозлился Стас. – Все урывками, все увертками! Ну и дознание!»

– Станислав, вы чем-то расстроены? – к нему обращался Костюшко. – На подобных приемах следует улыбаться и не терять присутствия духа ни при каких обстоятельствах.

– Надоело мне все, Тадеуш. Устал я прятаться и бегать. Скажите, а Осмоловский в резне русского гарнизона в Варшаве в апреле девяносто четвертого принимал участие?

– Варшавское восстание возглавил полковник Ян Килинский. Это один из моих ближайших соратников. Денис Осмоловский служил под его началом. Потому, надо полагать, он там был. Что-то новое выведали?

– Не особо. То там удается урвать часть сведений, то в ином месте. Как в кучу все обрывки складываю, общей картинки не видно. Слишком много кусочков в мозаике недостает. Я их и так, и эдак верчу, а все попусту. Надо снова в Польшу ехать, копаться в деталях всех битв Осмоловского последних двух лет. Поможете?

– Возможно, Станислав, мы уже вместе в Польшу поедем. Навсегда.

– Нет, Тадеуш! Я останусь в России. Навсегда.

– Станислав! Я понимаю, вы присягнули на верность русской императрице. Мне думается, я смогу убедить ее освободить вас от данного ей слова. Вы сослужите огромную пользу интересам России, помогая мне возрождать Польшу.

– Вы не поняли, Тадеуш. Я остаюсь по своей воле.

– Я не понимаю вас. По своей воле?

– Да.

– Но вы же под арестом! Я предлагаю вам свободу!

– Абсолютно свободным человек может стать только внутри самого себя.

– Вы возвращаете мне мои же слова. Но подумайте, что с вами будет. Ваш Репнин не успокоится, пока не сгноит вас в тюрьме. Неужели я не смог убедить вас вернуться?

– Тадеуш, я благодарен вам за наши беседы. Я вынес из них главное: действовать подобает так, как говорит сердце. А мое сердце сейчас здесь. Нами руководит Господь или дъябл. Других мотивов не существует…

– Станислав, вот вы где! – послышался голос Ольги.

– Я оставлю вас на время, Тадеуш, – извинился Стас.

– Я вас ищу.

– Я к вашим услугам, Ольга.

– Итак, объясните наконец, что происходит и кто вы такой на самом деле?

– Ольга, дорогая, я не в силах раскрыть вам всего. Это слишком опасно. Поверьте, в Петербурге я занят весьма важными делами, кои скоро завершу, а после смогу вам все рассказать и буду волен распоряжаться собой целиком.

– Вы имели аудиенцию у государыни, Стани?

– Да, Ольга. Но это не то, о чем вы могли подумать. Ольга! Я… Я…

– Станисла́в! – послышался женский голос. – Станисла́в Волков! Глазам своим не верю.

Стас обернулся. К ним направлялась молодая княжна Мария Гагарина.

«Ты-то здесь что позабыла? – подумал Стас. – Принесла же нелегкая, да еще так некстати!»

– Мария! – Ольга повернулась к Гагариной. – Вы знакомы со Стани́славом?

– Конечно! Только, милая Ольга Александровна, почему вы называете его так странно, на польский манер?

– Он поляк, Мария. Польский шляхтич Стани́слав Булат.

– Да нет же, Ольга Александровна! Это Станисла́в Волков. Он в Москве моему братцу уроки фехтования давал.

– Ничего не понимаю! – опешила Жеребцова. – Да кто же вы такой, пан Стани́слав?

Ответить Стасу не довелось. К ним подошли двое гвардейцев.

– Стани́слав Булат?

– Чем обязан, господа?

– У нас приказ доставить вас в крепость. Извольте следовать за нами.

– Чей приказ, позвольте осведомиться?

– Ее Императорского Величества государыни Екатерины Алексеевны!