– Стани! Вот так сюрприз! Я уж и не знаю, рада ли я видеть вас, – произнесла Жеребцова после того, как они с Костюшко представились и Тадеуш оставил их одних. – То вы пропадаете и не объявляетесь, несмотря на обещания, то вдруг заявляетесь без предупреждения, да еще с приглашениями, которые я передала государыне.

– Ольга, простите меня, ради бога. Я все вам объясню. Надо улучить момент и остаться наедине, поскольку я для вас нежелательный собеседник.

– Час от часу не легче! Говорите сейчас или никогда!

– Ольга Александровна! Вы, как всегда, прекрасны, – как из-под земли вынырнул граф Лопухин. – Позвольте выразить вам свое восхищение.

– Ах, Пётр Васильевич! Вашими молитвами! Как вы находите мой скромный прием?

– Он бесподобен, как и всегда, впрочем. Вы познакомите меня с вашим собеседником?

– Это польский шляхтич Станислав Булат.

– Я уже где-то слышал это имя. Минутку, это не тот ли самый, что недавно так отличился на карусели у государыни? Добрый день, молодой человек! Граф Лопухин к вашим услугам.

Стас кивнул графу в приветствии. Ситуацию спас английский посланник.

– Ольга, my dear! Я вас разыскиваю. Граф, вы позволите? – Чарльз Уитворт посмотрел на Лопухина, даже не удостоив Стаса взглядом, и взял Жеребцову под руку.

– Конечно, мистер Уитворт. Я пока развлеку гостя Ольги Александровны.

Ольга и английский посланник удалились.

– Что же вы, Станислав? Не успели появиться, как сразу же в Жеребцову вцепились. Право, вы неисправимы! С кем вы пришли, кстати? Судя по внешним чертам, это и есть тот самый генералиссимус Тадеуш Бонавентура Костюшко?

– Да, но здесь он инкогнито.

– Государыня вздумала проверить его на умение вести себя в высшем свете? Понимаю. Он неплохо справляется, однако. Пускай бы и вас кое-чему научил. Почему вы опоздали?

– Какое-то время решался вопрос с моим выездом.

– Тоже понятно. Ваш список врагов продолжает неуклонно расти. Но вернемся к делу. Сейчас мы с вами прогуляемся. Вместе. Одного я вас не отпущу. Дров наломаете. Видите у выхода в сад невысокого генерала с брюшком? Я вам не буду называть даже его имени. Скоро он пройдет в сад. Там накрыты несколько столов. Комары да мошки всех загнали в дом. Нам это на руку. У вас будет минут десять задать свои вопросы. На большее не рассчитывайте. Делайте вид, что вежливо слушаете брюзгливое нытье старого вояки про его боевые подвиги. Я вам подыграю. Идемте!

В саду было довольно тихо. Шум голосов едва доносился из открытой двери в гостиную.

– Дорогой генерал! Позволите составить вам компанию? – вежливо осведомился Лопухин.

– Почту за честь, Пётр Васильевич! – громко ответил генерал. – Спрашивайте, любезный, – добавил он уже в полтона, не глядя на Стаса.

– Что случилось в Варшаве во время так называемой «заутрени» два года назад? И где был Николай Зубов?

– Накануне Пасхи наш гарнизон отправился на богослужение. Боеспособного охранения в городе осталось совсем немного. Повстанцы захватили арсенал и раздали оружие всем желающим. В городе началась резня. Поляки били всех без разбору: и наших военных, и своих же, кто поддержал Тарговицкую конфедерацию. Командующий нашими войсками генерал-аншеф Игельстром заперся в своем особняке в центре города. С ним было несколько сотен солдат и офицеров. Игельстром впал в панику и потерял контроль над войском. Он держал осаду двое суток, пока не подошли к концу боеприпасы. После самому генералу и нескольким высшим офицерам удалось бежать. Им пришлось переодеться в дамские платья. Однако, молодой человек, это тайна, которая может стоить нам всем головы! Зубову также удалось скрыться. Итог: из десятитысячного гарнизона треть погибла.

– Кто именно из офицеров рядился в дам? – уточнил Стас.

– Граф говорил, что вас интересует Шатенфельд. Так вот он был одним из них. Имен остальных называть не буду. Сами понимаете…

– А Зубов?

– Не знаю! Лично не видел, возводить напраслину не стану.

– Николай Зубов и Шатенфельд были знакомы?

– Да.

– Зубов принимал участие в штурме Праги?

– Достоверно неизвестно.

– А что вы скажете про Дмитрия Зубова?

– Немного. Женат на дочери покойного генерал-прокурора Александра Алексеевича Вяземского. Странный союз сына одного из бесчестнейших чиновников – я имею в виду отца Зубова – и дочери человека с репутацией неподкупного сановника. Живет в Москве. Благодаря связям занимается казенными подрядами и винными откупами в Москве и Петербурге. Дела ведет крайне неумело. Вскорости и богатое приданое дражайшей супруги такими темпами промотает. Судится много. Раньше отец его из дрязг вытаскивал, а после недавней смерти папеньки уж и не знаю, кто ему покровительствует. От остальных братьев держится особняком.

В этот момент в саду послышался громкий смех. Из дома высыпала толпа веселых гостей.

– Рад был пообщаться, Пётр Васильевич! – резко осекся генерал. – Позвольте и хозяйке дома свое почтение выразить. – Он удалился.

– Мне тоже, пан Станислав, следует другим гостям время уделить, – громко откланялся Лопухин. – Рад был нашему знакомству!