Прошёл месяц. Я втянулся в инструкторскую жизнь. Подъём, занятия, обед, занятия, отбой. Пацаны пообвыклись, уже не те салаги, что в первый день. Кто-то даже начал понимать, зачем я их гоняю.

Цыганков ходил за мной хвостом. Впитывал всё, что я говорил, запоминал, повторял. Я показывал ему приёмы, которых не было в программе. Те, что помнил из ГРУ. Он смотрел и мотал на ус.

Остальные тоже подтянулись. Уже не шарахались от меня, как от зверя. Здоровались, спрашивали совета. Некоторые даже шутить начали.

– Громов, а ты сам-то откуда? – спросил как-то один, по фамилии Лаптев, из колхозников.

– Издалека, – ответил я.

– Из Сибири, что ли?

– Типа того.

Он не поверил, но отстал.