Вода в купели продолжала тихо плескаться, и только наше дыхание нарушало звенящую тишину.

– Что это было? – спросил Кайлор, и я почувствовала, как его пальцы инстинктивно сжались на моей талии, притягивая ближе.

– Не знаю, – честно ответила я, пытаясь нащупать взглядом хоть что-то в окружающей нас тьме. – Кажется, свет шёл откуда-то снизу...

Я резко потянулась к краю купели, намереваясь выбраться, но мой взгляд зацепился за брюки, брошенные на полу, и я замерла. Сердце пропустило удар. Нет. Не может быть...

Пальцы судорожно скользнули по мокрой коже, нащупывая карман. Я помнила, что положила его туда, когда мы с Дарианом вышли из переулка, помнила, как он оттягивал ткань, когда я бежала к Кайлору, а дальше я просто о нём забыла!

Паника медленно разрасталась в груди. Пальцы наконец нащупали что-то твёрдое и горячее, и я вытащила артефакт. Ванную тут же озарил яркий, золотистый свет. Он словно был живым, пульсируя в такт моему сердцу, то почти полностью погружая комнату во тьму, то озаряя ослепительным светом.

– Он... изменился, – растерянно прошептала я, внимательно разглядывая шар.

Внутри больше не было хаотичного тумана. Вместо этого в глубине артефакта кружились крошечные искры, складываясь в причудливые узоры. Паника добралась до горла, стягивая его невидимыми путами.

– Что с ним случилось? – спросил Кайлор, наклоняясь ближе.

Его лицо осветилось золотом, а я растерянно покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Я не знала… О самом ритуале создания якоря я прочла лишь урывками, потому что гораздо важнее было сначала найти сам артефакт. Нужны были сильные эмоции и предмет, который должен был стать якорем, но, чтобы передать эмоции в артефакт, нужно к нему прикоснуться… Ведь так?

– В книге говорилось, что он впитывает в себя сильные эмоции, – проглотив сомнения, медленно сказала я, пытаясь вспомнить каждое слово из потрёпанных страниц. – А затем перенаправляет их в предмет, создавая якорь.

Мои пальцы мелко затряслись. Какая же я глупая! Нужно было прочесть всю книгу внимательно! Но тогда Катарина точно бы нас опередила. Я вдруг подумала о том, как мало мы знаем об артефактах древности, о том, какие силы они таят в себе. А, что, если мы случайно сломали артефакт? Что, если я не прочла что-то важное?

Кайлор замолчал. А затем его голос прозвучал странно – хрипло, почти испуганно:

– И что… У нас получилось?

Я подняла на него растерянный взгляд и замерла. В его глазах отражалось золотое сияние шара, и в этом отражении я внезапно увидела нас – растрёпанных, мокрых, сидящих в воде и прижатых друг к другу.

Первая встреча в столовой поместья Рейвенхолт. Его рука, протянутая ко мне. Моя ненависть, сжигающая изнутри. Насмешливая улыбка Кайлора. Букет белых астр, брошенный на пол. Обрыв. Моё отчаянье и его страх, перетекающий в злость. Таверна. Пожар, и его растерянный голос: «Я спас тебя, почему ты злишься?». Тёмная комната в поместье Моргрисов. Цепи на моих запястьях. Его пальцы, врывающиеся в мой разум. Моя боль и его ненависть к себе за причинённые мне страдания. Отчаянье. Поцелуй. Вспышка магии. Пробуждение силы. Чёрные розы на туалетном столике. Наши признания в любви.

Всё это кружилось в глубине артефакта, складываясь в единый узор. Моё сердце испуганно замерло от осознания, что это мы. Вся наша история. Вся боль, вся ненависть, вся нежность.

– Кажется, да, – прошептала я, чувствуя, как артефакт начинает пульсировать всё сильнее, словно живое сердце, бьющееся в такт нашим.

– Но мы ведь не вкладывали в него воспоминания намеренно, – осторожно сказал Кайлор, и я растерянно кивнула, не зная, что на это ответить. – Мы просто…

Он замолчал, и я поняла, о чём он думает. Артефакт не отреагировал на его злость в деревне, не отреагировал на мой страх его потерять, но откликнулся на… любовь. Он впитал все наши чувства, которые мы испытывали в момент близости, и превратил во что-то осязаемое и вечное.

Я снова опустила растерянный взгляд к шару, и перед глазами вспышками пронеслись воспоминания. Как мы смеёмся, ругаемся и целуемся, как сражаемся плечом к плечу.

– Да, это определённо сработало, – едва слышно выдохнула я. – Хоть и не так, как я думала. Но вопрос только в том, как…

Я не успела договорить. Шар в моих руках вдруг вспыхнул особенно ярко, и золотистый свет ударил во все стороны, отражаясь от каменных стен и воды. А затем артефакт дёрнулся в моей ладони и выскользнул из пальцев.

– Элейна! – испуганно вскрикнул Кайлор, пытаясь перехватить его, но шар уже летел, оставляя за собой золотистый след.

Я проследила за ним взглядом, заворожённая этим полётом. Артефакт двигался так, будто знал, куда направляется, будто у него была своя цель и воля. Он ударился в край купели, отскочил, изменил траекторию и понёсся прямо ко мне.

– Осторожно! – Кайлор рванулся вперёд, загораживая меня собой, но было поздно.

Шар врезался мне в грудь с такой силой, что я охнула, отшатнувшись назад. На секунду мне показалось, что он прожжёт кожу и войдёт внутрь, но вместо боли я почувствовала лишь тепло – мягкое, обволакивающее, которое растекалось по телу, согревая изнутри.

Я опустила взгляд и замерла.

Семейный медальон Рейвенхолтов, с которым я не расставалась, пульсировал золотистым светом. Рубин в центре мерцал, переливаясь, а по краям пробегали золотистые искры, складываясь в замысловатые узоры. Дрожащими пальцами я коснулась горячего металла, но Кайлор осторожно убрал мою руку в сторону, внимательно разглядывая медальон, и его глаза удивлённо расширились.

Вглядевшись в глубину камня, я увидела узор. Тонкий, почти невидимый, сотканный из золотистых нитей. Он напоминал мне что-то знакомое, что-то, что я видела уже много раз, но не могла понять, где именно.

– Что это? – спросила я, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

– Что-то похожее на герб, – тихо ответил Кайлор. – Но…

Он замолчал, и я поняла почему – узор в глубине рубина складывался в две фигуры – мужскую и женскую. В наши фигуры. Стоящих напротив друг друга, соединённых тонкой золотистой нитью, которая тянулась от сердца к сердцу.

– Якорь. Он создал якорь!

– Выходит, что теперь он хранит не только мои воспоминания, – хрипло выдохнул он. – Но и твои. Наши…

Я коснулась медальона, и он перестал пульсировать, словно наконец насытился. В напоминание о произошедшем осталось лишь лёгкое, едва уловимое тепло под моими пальцами.

– Да, – виновато пробормотала я, порываясь снять медальон с шеи, но Кайлор остановил мою руку, окинув удивлённым взглядом.

– Оставь у себя. Мне нравится мысль о том, что ты мой якорь, – его губы тронула мягкая, почти что робкая улыбка, и я растерянно моргнула.

– Но…

– Тебе всего лишь-то нужно всегда быть рядом со мной, – невинно пожал плечами Кайлор.

– Кто-нибудь говорил тебе о том, что ты ужасный собственник? – наигранно нахмурившись, уточнила я.

Ванную заполнил его весёлый смех.

* * *

Солнце настойчиво пробивалось сквозь плотные шторы. Я недовольно нахмурилась, пытаясь прикрыться подушкой, и перекатилась на постели, собираясь спрятаться за Кайлором. Но его половина кровати оказалась пуста. Я резко села, испуганно оглядываясь по сторонам, и схватилась за медальон, висящий на шее. Он по-прежнему был тёплым, но больше не обжигал ладонь.

События вчерашнего дня волнами доходили до сознания, заставляя мысли в панике метаться в голове. Где Кайлор? С ним всё в порядке? У нас точно всё получилось?

Я потянулась к нашей связи, ощутив уютное тепло, и только после этого смогла нормально вдохнуть. Всё в порядке. Кайлор где-то в доме. Никто на нас не нападал, и все живы. Такое спокойствие было даже подозрительным. Я слишком привыкла просыпаться с мыслью, что мне нужно куда-то торопиться.

Поднявшись с кровати, я натянула чистую рубашку и кожаные брюки, которые Кайлор предусмотрительно оставил для меня на спинке кресла. Шкаф был приоткрыт, и, вспомнив его вчерашние слова, я не смогла побороть любопытства. Заглянув внутрь, я на секунду застыла, а затем губы сами по себе растянулись в глупой улыбке. Он действительно перенёс все мои вещи...

Я вышла в коридор и, нащупав внутри связь, пошла на её зов. Ноги принесли меня к столовой. Из-за двери доносились приглушённые голоса. Кайлор что-то тихо говорил, а Сара отвечала ему с привычным сарказмом.

– ...не злюсь, я всё понимаю. Но от твоих мыслей у меня в голове полный бардак! Мог бы и предупредить, что у тебя сегодня такое хорошее настроение! Я бы осталась у себя…

Я толкнула дверь и вошла. Сара тут же вскинула на меня острый взгляд. Её огненно-рыжие волосы были привычно стянуты в длинную косу, а на лице застыло наигранное недовольство. Рядом с ней, откинувшись на спинку стула, сидел Кайлор. Увидев меня, он едва заметно улыбнулся, и в его глазах промелькнула нежность, от которой у меня всё внутри перевернулось.

– Доброе утро, – я устроилась на свободном стуле напротив, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд Сары, блуждающей по моей шее.

Чёрт… Я впервые пожалела о том, что в моём гардеробе нет платьев с высоким воротником, способным скрыть следы вчерашней ночи.

– Доброе утро, – ответил Кайлор, и его голос был таким мягким, что я едва не рассмеялась от неожиданности.

Что ж, кажется, пора к этому привыкнуть.

Сара демонстративно закатила глаза и потянулась к вазе с фруктами.

– Вы двое просто невыносимы! – пробурчала она, откусывая кусок яблока. – Я, конечно, очень за вас рада, но могла бы и не знать, насколько вы счастливы.

Кайлор усмехнулся:

– У меня не получается контролировать свои эмоции, когда...

– Когда что? – Сара выгнула бровь. – Когда Элейна заходит в комнату и ты только и думаешь о том, как разложить её на этом столе?

Я поперхнулась воздухом, возмущённо уставившись на Сару. О таком вообще-то не принято говорить вслух. Даже, если ты читаешь чужие мысли!

– Прости, – без тени сожаления сказал Кайлор. – Постараюсь думать о чём-нибудь менее... вдохновляющем.

– Да уж, постарайся, – фыркнула Сара, но в её голосе уже не было прежнего раздражения. Она перевела взгляд на меня, и уголки её губ дрогнули в подобии улыбки. – Вы оба... Как бы это сказать... Хорошо, что вы нашли друг друга. Даже если от ваших мыслей у меня уши краснеют.

– Спасибо? – неуверенно выдавила я, и её улыбка стала шире.

Кажется, ей просто нравилось ставить меня в неудобное положение и смущать.

– Немного, – невозмутимо призналась Сара, словно читать мои мысли уже было в порядке вещей, и принялась за яичницу у себя на тарелке. – Кайлор с детства привык подавлять свои эмоции рядом со мной, мысли Дариана чаще всего можно прочесть просто по лицу, а с тобой всё намного интереснее.

Я удивлённо приподняла бровь, но промолчала. Поначалу её способности напрягали, но постепенно я начала к ним привыкать. Это просто стало своеобразной особенностью, которая, как ни странно, очень ей подходила. Внешне Сара всегда оставалась собранной, прячась за маской язвительности, но на деле она искренне переживала за Кайлора и Дариана, желая быть в курсе всего происходящего. И с учётом полного отсутствия инстинкта самосохранения у последних двоих, пожалуй, только благодаря ей, они всё ещё были живы.

– Осторожно, – не скрывая улыбки, довольно хмыкнула Сара. – А то подумаю, что ты и впрямь меня понимаешь.

Мы с Кайлором тоже принялись за еду, то и дело кидая друг на друга странные взгляды. Какое-то время тишину нарушал лишь звон приборов и редкие язвительные комментарии Сары, как вдруг дверь с грохотом распахнулась, и в столовую ввалился Дариан.

– Надеюсь, я не опоздал к завтраку? – жизнерадостно спросил он.

Я удивлённо замерла с вилкой в руках. Первая мысль была, что на нас напали, но весёлый вид Дариана никак не вязался с этой новостью. Его светлые волосы были растрёпаны, рубашка небрежно заправлена в брюки, а на лице сияла широкая улыбка. Он неспешно приблизился к нам, и его настроение не смогло испортить даже недовольное бормотание Сары:

– Ты всегда опаздываешь.

– Я задерживаюсь! – парировал Дариан, усаживаясь за стол и тут же накладывая себе еды, словно не ел несколько суток.

Хотя вчера нам действительно было не до еды… Я привыкла к такому, часто не замечая голода из-за адреналина, а вот Дариан, видимо, нет.

– Разницы никакой, – невозмутимо фыркнула Сара, но я видела, как она выпрямилась, стоило ему войти в столовую.

Вопрос навязчиво вертелся на языке, но я всё ещё боялась задавать его Саре. Даже мысленно. Её красноречивые, испепеляющие взгляды хоть и не убивали на месте, но всё равно обещали скорую расплату.

– Ну, не дуйся, огонёк, – с очаровательной улыбкой выдохнул Дариан, накрывая ладонь Сары своей, и та мгновенно залилась краской. – Я всю ночь занимался очень важными делами, подчищая следы за нашим хмурым лордом.

Я попыталась спрятать ошарашенный взгляд в тарелке, разглядывая остатки яичницы. Не знаю, что меня удивило больше: забавное прозвище «огонёк» или то, как Сара покраснела. Это, конечно, абсолютно не моё дело, но чёрт! В отличии от Сары я не умею читать мысли, а моё любопытство никуда не делось…

– Да ты настоящий герой, – беззлобно усмехнулся Кайлор, и Дариан наигранно важно закивал.

– О да, я такой!

На этот раз я не сдержала удивления, уставившись на Кайлора, и он понимающе улыбнулся. Дариан вёл себя, как ни в чём нн бывало, хотя вчера наговорил лишнего и был готов наброситься на него с голыми руками. Но Кайлор даже не злился и…

– А ты чего притихла, Элейна? – кажется, очередь добралась и до меня. – Судя, по твоему удивлённому взгляду, ты не ожидала меня сегодня увидеть. Не переживай, мы с Кайлором иногда ссоримся, но этого всё ещё недостаточно, чтобы он избавился от моей прелестной компании.

– Вы ещё и успели поссориться вчера? – вернув себе невозмутимый вид, недовольно хмыкнула Сара.

– Представляешь, она угрожала мне кинжалом, – наигранно оскорблённо пожаловался Дариан, кивнув в мою сторону, а я и слова не успевала вставить. – Но за это тоже не переживай, Элейна, я вовсе не злюсь.

– В следующий раз не угрожай, а сразу бей, договорились? – подмигнула мне Сара, и Дариан подавился возмущённым смешком.

– Желательно, куда-нибудь ниже паха, – с улыбкой поддержал Кайлор. – Это его самая ценная часть.

– От тебя я этого не ожидал, друг! – картинно схватившись за сердце, воскликнул Дариан, и я, не выдержав, засмеялась.

Они дурачились, как малые дети, но вместе с тем их поведение разливало в сердце странное тепло и нежность. Несмотря на трудности и вспыльчивые характеры, они продолжали держаться вместе. И это было чем-то большим, чем простая дружба.

– Вы такие шумные, – с улыбкой выдавила я, не зная, что ещё сказать.

– Привыкай, – невозмутимо пожав плечами, усмехнулась Сара. – Добро пожаловать в семью.

Я вскинула на неё ошарашенный взгляд, но она лишь улыбнулась. Сердце знакомо сжалось в маленький комок, а на глаза навернулись слёзы. Я до боли прикусила щёку, чтобы не разрыдаться. Глупые чувства! Но такие приятные…

Сара была права. Это была не просто дружба. Это была семья.

Мы продолжили завтрак, шутливо переругиваясь, когда Дариан вдруг принял серьёзный вид и внимательно посмотрел на меня.

– Когда мы будем проводить ритуал по созданию твоего этого… якоря?

Я замерла и растерянно коснулась медальона на груди.

– Эм…

– Мы уже его создали, – пришёл на выручку Кайлор.

На секунду в столовой воцарилась гнетущая тишина, а затем Сара вдруг порывисто подалась вперёд:

– Покажи!

Я сняла медальон и протянула ей. Она взяла его в руки, нахмурилась, всматриваясь в глубину рубина, и вдруг её глаза удивлённо распахнулись.

– Это... вы? – тихо спросила она. – Я словно чувствую ваше присутствие, но не могу разобрать мыслей.

– Мы, – коротко кивнул Кайлор.

Дариан вытянул шею, пытаясь разглядеть, но Сара уже вернула медальон мне.

– Что там? Что там? – кажется, он даже начал нетерпеливо постукивать ногой, пока Сара не кинула на него красноречивый взгляд.

– Тебе то что? Ты всё равно ничего не почувствуешь.

– Ауч, огонёк, – обиженно фыркнул Дариан.

Я надела медальон обратно, чувствуя, как в груди разливается приятное тепло.

– Но есть одна проблема, – продолжила я, и все трое уставились на меня. – Якорь хранит наши общие воспоминания. И я не уверена, что этого достаточно…

– В каком смысле? – нахмурился Кайлор.

– Мы сделали всё не так как написано в книге, – осторожно выдохнула я, не вдаваясь в подробности. – Пока этого будет достаточно, но для перестраховки нам нужен ещё один якорь. Который будет хранить только твои воспоминания. О твоей семье, о детстве, о том, кем ты был до всего этого.

За столом воцарилась тишина. Сара задумчиво теребила косу, Дариан уставился в тарелку, а Кайлор... Кайлор спокойно смотрел на меня так, будто был готов доверить мне свою жизнь.

– Если так тебе будет спокойнее, – наконец сказал он с расслабленной улыбкой. – Создадим ещё один якорь только с моими воспоминаниями. По правилам.

– По правилам, – эхом повторила я.

Дариан непонимающе нахмурился, а Сара гневно выдохнула:

– Прекратите думать! Прекратите думать!

Мы с Кайлором одновременно рассмеялись, пока Дариан продолжал переводить растерянный взгляд с одного на другого. Не выдержав, Сара рассмеялась вместе с нами. А бедняга Дариан так и остался в неведении. Когда веселье стихло, я отставила пустую тарелку подальше от себя и внимательно посмотрела на Кайлора.

– Что теперь? – тихо спросила я.

И он понял, о чём я. Медленно поднявшись из-за стола, Кайлор подошёл к окну, разглядывая голубое, безоблачное небо. Всё казалось спокойным, но мы все знали, что это лишь затишье перед бурей. Высший Круг не оставит нас в покое, а, если не мы, то кто-то другой обязательно снова попадёт в их капкан.

– Теперь, – сосредоточенно сказал Кайлор. – Пришло время созвать сторонников.

Он обернулся, и в его глазах загорелся холодный, решительный огонь.

– Теперь, когда у меня есть надежда сохранить рассудок, я не намерен больше прятаться. Мы соберём тех, кого я успел убедить в том, что Высший круг не тот, кем кажется, и расскажем им правду. О бессмертии, о магии крови, о том, кто на самом деле разжигает эту войну.

Он перевёл взгляд на меня.

– Ты готова?

– Готова, – решительно кивнула я. – Они заплатят за то, что сделали.

Дариан усмехнулся, поднимаясь из-за стола.

– Ну наконец-то. А то я уже заскучал без приключений.

– Война ещё не началась, – тихо сказал Кайлор, не отреагировав на шутку друга. – Но она неизбежна. Вопрос лишь в том, какую цену нам придётся за это заплатить…

– Тогда сделаем всё возможное, чтобы она оказалась не слишком высокой, – отстранённо хмыкнула Сара.

Я поднялась из-за стола и подошла к Кайлору. Он обнял меня за плечи, притягивая ближе. И я вдруг поняла, что впервые за долгое время абсолютно не чувствую холода. Одиночество отступило, сдаваясь под натиском чужого тепла.

– Всё будет хорошо, – прошептал он мне в волосы.

– Знаю, – доверчиво кивнула я.

Потому что, когда тебе по-настоящему есть за что сражаться – ты не можешь проиграть.