Что-то обжигающе тёплое коснулось щеки. Я резко выпрямилась, нырнула рукой под подушку и распахнула глаза, готовясь к удару, но комната оказалась абсолютно пуста. В лицо издевательски светило солнце. Растерянно моргнув, я уставилась на кинжал, зажатый в руке, и отбросила его на одеяло.

Дожили… Собираюсь драться с солнцем. Не припомню, когда в последний раз просыпалась вот так – глубоко за полдень, оттого, что мне в лицо нагло лезут солнечные лучи. В поместье Рейвенхолт свет не пропускали многовековые деревья, окружавшие дом плотным кольцом, в казармах – отсутствие окон, а во дворце Высшего Круга я просто никогда не открывала штор. Сюда же, в дом Моргриса, солнце ломилось с каким-то особым остервенением, словно намереваясь развеять скопившуюся по углам мрачную пустоту.

Щёлкнув пальцами, я зашторила окна и пригладила растрепавшиеся ото сна волосы, но даже так свет пробивался через плотную ткань. Забавный парадокс: я ненавидела темноту, но не выносила солнца. Во-первых, моя бледная кожа постоянно обгорала, а во-вторых, оно казалось мне слишком ярким, слишком светлым и просто… слишком. Для моей реальности, в которой не было места свету. Потому что, когда над полем боя всходило солнце, освещая сотни, если не тысячи трупов, хотелось навсегда потушить его, лишь бы не видеть того, что оно освещает.

На плечи навалились воспоминания прошедшего дня. Смерть Арии, её холодное тело на моих руках и тёмный лес у подножия скалы, где я навсегда распрощалась со своей «семьёй». Когда я только попала сюда, меня посещали навязчивые мысли разыскать родителей, но сейчас… Сейчас я была не уверена, что готова к этой встрече. Иногда родственникам лучше оставаться простым упоминанием в летописи.

Я больше не хотела думать ни о Рейвенхолтах, ни о лжи Катарины. Тупая, ноющая боль в сердце была слишком привычной, чтобы я заостряла на ней внимание. Поднявшись с кровати, я направилась к туалетному столику, но замерла – перед зеркалом стояла ваза с пышным букетом чёрных роз. Рядом лежала записка: «Надеюсь, розы понравятся тебе больше астр».

В груди разлилось мерзкое тепло. Наверное, Моргрис опять веселился со своей «остроумной» шутки. Я скомкала в руках записку и гневно отбросила в сторону, надеясь, что мои эмоции тоже докатятся до него волной. Пальцы сами по себе потянулись к цветам, поглаживая бархатные лепестки. И всё же чёрные розы были куда лучше белых астр. Они куда честнее отражали нашу с ним суть.

«Я хочу, чтобы ты разделила со мной постель».

Пальцы сильнее сжались на лепестке, и он остался у меня в руках. Я отдёрнула ладонь от цветов, чтобы не навредить им своим гневом, и отвернулась, не в силах больше выносить их вида.

– Мерзавец! – я зажмурилась, чувствуя, как по спине пробежал холод от недавней раны, которую он залечил своей магией.

Какую игру Моргрис затеял на этот раз? Очередной способ сломать меня? Или он действительно решил позабавиться со мной ради прихоти? Я знала, что он придумает что-то мерзкое и невыполнимое, но даже представить себе не могла, что он опуститься до такого.

«Ты правда сделаешь всё, что угодно? Эту сделку отменить уже будет нельзя» – его слова эхом раздались в голове, и я представила, как захожу в его комнату – интересно, она выполнена в светлых или тёмных тонах? – в одной сорочке, как сажусь к нему на кровать, как он смотрит на меня своим тёмным, изучающим взглядом, как…

В дверь вдруг коротко постучали. Я вздрогнула и качнула головой, прогоняя мерзкие образы. Щёки почему-то пылали. От возмущения, разумеется. Взяв себя в руки, я сосредоточилась. Кто это мог быть? Кайлор никогда не стучал. Он просто заходил и делал, что ему вздумается.

– Войдите, – сказала я и, притянув с кровати кинжал, спрятала его за спиной.

На пороге появилась невысокая молодая девушка в изумрудном приталенном платье. Её лицо нельзя было назвать ни красивым, ни примечательным, если бы не густая копна огненно-рыжих волос, стянутых в тугую косу, и россыпь веснушек на бледной коже. В ней не было ни вызывающей грации, ни мягкой миловидности, но во всём её облике сквозило нечто самобытное, заставляющее задержать взгляд. Мои пальцы инстинктивно сжались на рукояти кинжала.

– Доброе утро, – равнодушно кивнула незнакомка и, взглянув за окно, криво усмехнулась. – Точнее, день. Моргрис думал, ты проснёшься к завтраку. Что ж, спасибо, что хотя бы к обеду.

Я удивлённо вскинула бровь, уставившись на девушку. Это что сейчас было?.. Камень в мой огород?

– Ты кто? – не размениваясь на приветствия, настороженно спросила я.

– И впрямь никаких манер, – покачав головой, хмыкнула незнакомка и нехотя продолжила. – Я Сара, заведую этим домом.

Она окинула меня оценивающим взглядом и снова усмехнулась. А я вдруг поняла, что её усмешка напоминает мне… Моргриса.

– Может, оденешься уже наконец? В наших краях непринято встречать гостей в одной сорочке, – как ни в чём не бывало продолжила Сара и, закрыв за собой дверь, по-хозяйски устроилась в кресле у камина.

Я едва поборола желание метнуть в неё кинжал, чтобы она наконец перестала командовать, но Сара вдруг впилась в меня настороженным взглядом и кивнула мне за спину.

– И выбрось ножичек. Иначе достану свои, – расслабленно откинувшись на спинку, она чуть приподняла подол платья, демонстрируя закреплённое на лодыжке оружие.

– Что тебе от меня нужно? – с раздражённым вздохом я положила кинжал на туалетный столик и уставилась на незваную гостью.

Убивать кого-то в первую неделю пребывания в доме Моргриса было бы не очень красиво, но Сара делала всё возможное, чтобы я на это решилась. Пришла как к себе домой, решила научить меня манерам, да ещё и угрожает. Да кто она, чёрт подери, такая?

– Чтобы ты оделась и спустилась со мной на обед, – сцепив пальцы в замок, равнодушно ответила она. – И, предвещая твой следующий вопрос – нет, я не отстану, пока ты этого не сделаешь.

– Думаешь, что можешь меня заставить? – оскалилась я, позволяя своей магии волной прокатиться по комнате, но Сара даже бровью не повела.

– Не думаю, – холодно хмыкнула она. – Я знаю.

Наши взгляды пересеклись. Я не чувствовала в ней ни капли магии, но она явно была не похожа на простого человека. Хотя бы потому, что я никогда в жизни не встречала столь дерзких людей. Но, если она и правда маг, к тому же ещё и такой сильный, чтобы полностью скрыть свой магический след, почему она просто управляет домом?

– Так что? Мы идём обедать или мне здесь весь день торчать?

Я демонстративно закатила глаза и шагнула к шкафу, выуживая оттуда рубашку и брюки. Сара довольно хмыкнула за моей спиной. Мне понадобилась вся моя выдержка, чтобы промолчать и не послать её к чёрту. Вместе с Моргрисом в придачу.

Ничуть не стесняясь своей наготы, я скинула с себя сорочку и быстро переоделась. Когда я обернулась, Сара по-прежнему сидела в кресле, разглядывая цветы на туалетном столике. Её взгляд скользнул к скомканной на полу бумажке, и она едва заметно усмехнулась. Я не стала выяснять причину её веселья. Много чести…

– Пойдём, – заметив, что я собралась, она встала и кивнула в сторону двери.

Несмотря на то, что мне хотелось сделать всё ровно наоборот, я подчинилась. Любопытство победило. Мне стало интересно, кто она такая, откуда здесь взялась и почему за все эти дни, которые я бесцельно слонялась по поместью, я никого не видела.

Мы спустились на первый этаж. Коридоры поместья петляли так изощрённо, что заблудиться в доме не составляло труда, но на память я никогда не жаловалась, поэтому за время пребывания здесь уже составила некоторый план. Добраться до всех комнат мне, конечно же, не удалось – дом Моргриса впечатлял своими размерами.

– Почему я не видела тебя здесь раньше? – спросила я, когда мы свернули в коридор, который вёл на кухню.

Сара смерила меня странным взглядом и пожала плечами:

– Потому что я не хотела, чтобы ты меня видела.

Ну да… Конечно. Разве могла она нормально ответить?

– И что, ты одна приглядываешь за всем этим домом?

Ещё один странный взгляд, будто я умалишённая какая-то.

– Ты можешь вести себя нормально? – не выдержала я, и Сара довольно усмехнулась – ещё одна общая черта с Моргрисом – доводить меня до предела.

На секунду я подумала, что она его любовница. Уж чем-чем, а характерами они бы точно сошлись. Эта мысль отозвалась внутри короткой вспышкой гнева. Кайлор точно больной ублюдок. Зачем тащить меня в дом со своей любовницей и…

Сара снова одарила меня нечитаемым взглядом и недовольно хмыкнула, распахнув двери столовой:

– Разумеется, если ты перестанешь задавать глупые вопросы. Как я могу одна смотреть за всем домом? Ты вообще видела его размеры?

Сюда я тоже заглядывала, правда ночью, пока искала кухню и молоко на ночь – последние дни выдались «слегка» нервными. Тогда я особо не разглядывала интерьер, но сейчас, при свете дня, когда вся комната была залита солнечным светом, я удивлённо нахмурилась. Столовая оказалась удивительно светлой, и солнце тут было ни при чём.

Стены были выкрашены в кремовый цвет, на окнах колыхались персиковые шторы, отливающие розовым за счёт пробивающегося сквозь них солнца, а в центре комнаты стоял небольшой круглый стол с бархатными стульями. Всё это светлое великолепие завершал мягкий, ослепительно белый ковёр, устилающий добрую половину столовой. В сравнении с мрачным холлом и тёмными коридорами, столовая казалась порталом в какой-то абсолютно другой мир – светлый, жизнерадостный, и… живой. Она, как и моя комната, напоминала здесь островок жизни среди холодной пустоты.

Заметив, моё замешательство, Сара подпихнула меня в спину и проворчала:

– Что, думала мы здесь живём только во мраке ночи и пируем младенцами?

Моргрис сидел за столом, увлечённо читая газету. Услышав шум, он поднял голову, и удивлённо вскинул бровь. Я приготовилась к тому, что сейчас он отпустит какой-нибудь едкий комментарий о том, что мы прервали его прекрасное уединение, но он лишь отложил газету и заинтересованно уставился на нас.

Сара как ни в чём не бывало прошла дальше и уселась рядом с ним, а я так и осталась стоять, в растерянности замерев перед столом. Еды там было намного меньше, чем на обедах в поместье Рейвенхолт, но вся она была необычная и какая-то… неправильная. Заварные пирожные, двухъярусный торт, украшенный фруктами, какие-то тонкие непонятные полоски светлого цвета, смешанные с красным соусом, персикового цвета рыба и много чего другого.

– Элейна всё же согласилась отобедать с нами? – Кайлор приглашающе кивнул на стул напротив, и мне пришлось сесть, чтобы не выглядеть странно.

– Вообще-то, меня никто не спрашивал…

Кайлор кинул короткий взгляд на Сару, и та невозмутимо пожала плечами, накладывая себе еду.

– Ты же хотел, чтобы она пришла. Я так и сделала.

– Я просил её пригласить, а не заставить, – Моргрис удивлённо округлил глаза.

– Детали, – отмахнулась Сара и приступила к трапезе.

Я не двигалась с места, по-прежнему не понимая, что происходит. Почему Сара ест за одним столом Моргрисом? Зачем меня вообще сюда притащили? И что это вообще за еда такая?!

– Ну, что тебе непонятно? – возмущённо выдохнула Сара, с шумом уронив приборы в тарелку. Она махнула рукой в сторону тонких полосок и принялась перечислять. – Это паста в томатном соусе. Это красная рыба. Это креветки, икра, обычные овощи. Сладкое. Ничего не отравлено. Тебя притащили сюда просто поесть! И почему это я не могу обедать в собственном доме?!

Внутренности сковало тонкой корочкой льда. Я спрятала руки под столом, готовая защищаться, и в ужасе уставилась на Сару.

– Я молчала…

Сара подняла на меня раздражённый взгляд, набрала в грудь побольше воздуха и… уставилась на меня такими же испуганными глазами.

– Сара умеет читать мысли, – невозмутимо сказал Моргрис, накручивая на вилку загадочную «пасту в томатном соусе». – Если они подпитаны какими-то эмоциями.

– Но… Это невозможно, – едва слышно выдохнула я.

– Вполне себе, если ты полумаг-получеловек, – спокойно возразил Кайлор, и Сара прожгла его гневным взглядом.

– Зачем ты ей это говоришь?! – в ярости зашипела она, но Моргрис лишь равнодушно пожал плечами, продолжая трапезу.

– Затем, что она наша гостья, и у неё тоже куча вопросов к нам.

– Гостьи не прячут за спиной нож и не считают хозяев монстрами! – не унималась Сара.

– Ей просто страшно.

– А мне жить с ней под одной крышей не страшно?!

– Тебя убить ещё надо постараться. Прекращай, – с тяжёлым вздохом Кайлор всё же оторвался от еды, встретившись взглядом со своей… кем?

– И сдалась она тебе. Цветы ей притащил, – фыркнула Сара, словно меня здесь вообще не было. Словно я – пустое место. – Надо было влезть к ней в голову и дело с концом.

– Сара, прекра…

Это стало последней каплей. Моё терпением лопнуло с оглушительным звоном, внутри взорвалась лавина гнева, и, не выдержав, я вскочила на ноги с возмущённым криком:

– А вас вообще не смущает, что я всё ещё здесь?!

Сложив руки на груди, Сара презрительно выплюнула:

– Теперь она злится на тебя ещё больше, потому что ты больной ублюдок, притащившей её на обед с какой-то сумасшедшей. Последнее, естественно, про меня.

– Вылези из моей головы! – зарычала я, ринувшись к ней.

– Да я не могу! Ты сама слишком громко думаешь!

– Довольно! – закричал Кайлор, и стёкла в окнах мелко задрожали.

Меня потянуло назад и прижало к стулу его магией. Сара замерла, удивлённо округлив глаза, и с обидой уставилась на Моргриса, а в столовой воцарилась оглушающая тишина. Во рту скопилась неприятная горечь, сердце болезненно потянуло, и я зажмурилась от чужих эмоций. Это что, грусть?..

– Пожалуйста, давайте хоть сегодня обойдёмся без ссор, – выдохнул Моргрис, и его магия, давившая мне на плечи, стала мягче, превращаясь из оков в настойчивую просьбу остаться на месте.

Он потёр переносицу, выглядя в этот момент не как грозный тёмный маг, а скорее, как человек, смертельно уставший от семейных драм.

– Элейна, познакомься официально. Это Сара, моя кузина. Мы выросли вместе в этом доме, когда он ещё не напоминал склеп, – Кайлор бросил на Сару предостерегающий взгляд. – И она постарается быть более гостеприимной, не так ли?

Сара оскорблённо фыркнула и потянулась за пирожным в центре стола:

– «Выросли вместе» – это он так называет время, когда я вытаскивала его из каждой второй заварухи и выгораживала перед родителями. А теперь он тащит в дом подозрительных девиц с кинжалами за спиной и заставляет меня быть «гостеприимной».

– Кузина? – растерянно переспросила я. – Вы… вы совсем не похожи.

Щёки залило предательским румянцем. Боги, если эта чокнутая может читать мысли, то знает о том, что я подумала, что она его любовница?.. Просто в голове не укладывалось, что кто-то из магов решил связаться с человеком. Я не знала ни одного такого случая, и уж тем более о том, что может выйти из такого союза.

– Слава богам! – хмыкнула Сара, облизывая палец от крема. – Если бы я была похожа на этого угрюмого истукана, я бы утопилась в первом же болоте Дредхолла. И да, я слышу все твои мысли, пока ты злишься. Так что следи за своими словами.

Она перевела на меня взгляд, и я наконец заметила первое сходство между ними, кроме дрянного характера – глаза. Её тёмные глаза смотрели на меня знакомым изучающим взглядом, прожигая насквозь.

– Так что, «гостья», не обольщайся. То, что Кай притащил тебя сюда и даже выделил целую комнату, ещё ничего не значит. Ты просто редкий экспонат в его коллекции странностей. Который скоро погубит нас всех, если Кай не перестанет играть в благородство.

– Сара, – предупреждающе начал Моргрис. – Оставь в покое Элейну и мою «коллекцию странностей». Я хотел отобедать вместе не чтобы обсудить дела. Я надеялся, что вы найдёте общий язык.

– Это уж вряд ли, – пробормотала я, накладывая себе в тарелку нечто под названием «паста».

– Хоть в чём-то мы с тобой согласны, – вернув облику сосредоточенный вид, спокойно пожала плечами Сара, с наслаждением расправляясь с пирожным. – Поступай как знаешь, Кай. Только помни, что они не отступят.

Я замерла с вилкой в руках и уставилась на Моргриса. Он поймал мой взгляд, и по коже прошёл электрический разряд. И дело было далеко не в нашей связи…

– Ты знаешь, о ком говорила Ария? – прямо спросила я, взяв себя в руки. – Знаешь, кто заказал смерть Элли?

– Знаю, – коротко ответил Кайлор, обменявшись с Сарой короткими взглядами.

Удивительно, но она промолчала. Даже не скорчила лица, потянувшись за ещё одним пирожным. И я вдруг поняла, насколько лишней здесь была. В этом доме, в этом мире, в этом времени.

– Ясно, – после недолгой паузы, криво усмехнулась я, как ни в чём не бывало продолжая трапезу. – Это то, что я не имею право знать, пока не выполню ещё одно твоё условие, да?

Мне отчаянно захотелось, чтобы Моргрис сейчас сделал что-нибудь такое, что заставило бы меня разозлиться. Что заставило бы мою ненависть разгореться с новой силой, прогоняя мерзкое одиночество, скребущееся внутри. Но он лишь удивлённо приподнял бровь, словно вообще не понимая, о чём я говорю, а затем его глаза широко распахнулись. По телу прошла тёплая волна чужих эмоций, но я не успела её опознать, потому что Сара снова ожила:

– Ты поставил ей условие? И какое же?

Не отрывая от меня странного взгляда, Кайлор усмехнулся. Знакомо, самодовольно, но без злобы. И этого всё ещё было недостаточно, чтобы я взорвалась от злости.

– Элейна сама расскажет, если захочет, – равнодушно бросил он. – А что, ты уже готова его исполнить?

Его ухмылка стала шире, и в моей груди разлилось обжигающее тепло. Злость. Разумеется, это была злость. Должна была быть…

– Пошёл ты к чёрту, – странным голосом выдавила я, опуская взгляд в тарелку.

По щекам разлилось предательское тепло. Я злилась. Злилась. Конечно же, я злилась! Послышался тихий смешок, но его быстро заглушило недовольное бормотание Сары:

– Ну просто замечательно! Она ещё и сквернословит!

– О, ты ещё не слышала, как она сквернословит, – засмеялся Моргрис.

А моё сердце снова пропустило удар.

Он… Умел… Смеяться?..

* * *

После обеда Кайлор исчез, не сказав ни слова. Сара тоже куда-то подевалась, оставив меня наедине с моими мыслями и огромным, пустым домом. И хотя мне было тяжело себе в этом признаться, но несмотря на её раздражающую болтовню, наглое поведение и странную способность, она была… неплохой.

Заботилась о Моргрисе, как старшая сестра, хотя явно была младше него, за словом в карман не лезла и умела сражаться. Может, мы даже могли бы потренироваться вместе. А может во мне просто говорило одиночество и мне просто нужно было хоть с кем-то поговорить. С кем-то, кого мне не надо было убить. И желательно с кем-то, кто не мог читать мои мысли… Но выбор был невелик.

Ночь опустилась на особняк внезапно, принеся с собой ледяной ветер со скал. И, если днём здесь светило солнце, то ночью во владения вступала тьма, превращая дом в настоящую обитель зла. До сегодняшнего дня мне казалось, что так и должен выглядеть особняк Моргриса, но его поведение за обедом заставило меня в этом усомниться. Он был таким обычным, человечным и… настоящим? Неужели таким был монстр из будущего, когда не прятался за своими масками?

Я уже привычно не могла уснуть. Мерила шагами комнату, то и дело поглядывая на дверь, словно ждала, что Кайлор явится за мной, чтобы забрать к себе в комнату. Но он так и не пришел, не приказал явиться, не сделал ничего. Я даже не чувствовала его эмоций.

И тут меня осенило: Моргриса нет в особняке. Я прислушалась к своим ощущениям, и поняла, что внутри меня звенит пугающая пустота. Ни отблеска чужих чувств. Один лишь холод. Раньше я запрещала себе даже думать о том, чтобы настроиться на его эмоции. Злилась, когда ощущала их, но ведь это был отличный ориентир. Я могла знать, где он находится. И… когда он уязвим.

Помучавшись так ещё пару часов, я решила спуститься на кухню за тёплым молоком. В последнее время и оно уже мало чем помогало, но это было всяко лучше, чем просто метаться по комнате. Я шла по тёмным коридорам, освещая себе путь дрожащим на вытянутой руке пламенем.

В поместье стояла оглушающая тишина, разбавляемая лишь свистом ветра за окном. Опасности не было, но моё сердце вдруг сорвалось в бешеный пляс, и по коридору прокатилась волна грохота. Пламя в ладони резко потухло.

Проглотив крик, я рухнула на колени и вцепилась в левый бок. Его обожгло такой невыносимой болью, словно кто-то приложил к моей коже раскалённый металл. Взгляд испуганно метнулся вниз, но крови не было. Я не ранена, всё в порядке. Но вопреки здравому смыслу новая вспышка боли пронзила плечо, и я не сдержала крика. Перед глазами замелькали тёмные пятна, дыхание сбилось.

И я в ужасе поняла, что эта боль принадлежит Кайлору.