В советское время шашлык стал частью нашей, как в то время говорили, многонациональной кухни. Михаил Булгаков описывал Всероссийскую сельскохозяйственную и кустарно-промышленную выставку 1923 года: «В печах под навесами бушует красное пламя, висят на перекладинах бараньи освежеванные туши. Мечутся фартуки. Мелькают черные головы.

Раскаленный уголь в извитую громоздкую трубку, и черный неизвестный восточный гражданин республики курит.

– Кто вы такие? Откуда? Национальность?

– Узбеки. Мы.

Что ж. Узбеки так узбеки. К узбеку в кассу сыпят 50-ти и сторублевые бумажки.

– Четыре порции. Шашлык…

Едят какой-то витой белый хлеб, волокут шашлык на тарелках».

А жена Михаила Булгакова писала, что во время высоких приемов в американском посольстве в верхнем этаже была оборудована шашлычная.

Шашлык любил Владимир Маяковский. Однажды Владимир Владимирович, будучи в Крыму, нарисовал щенка с шампуром и послал этот набросок Лиле Брик. С подписью: «Если вы не напишете все, все, все про себя, я сейчас же начну вымирать со скуки. Целую все, все лапки и головки тебе и Оську в лысину. Любите меня, пожалуйста, и не забывайте, а я весь ваш Счен.».

Счен (Щен, Щеник) – «домашнее» имя Маяковского в семье Бриков. А сама Лиля Брик была Кис или Киса.

А в 1959 году в Москве, в парке «Сокольники» открылась Американская национальная выставка. И после официальной церемонии Никита Сергеевич Хрущев повел Ричарда Никсона в только что открытую парковую шашлычную. Ее потом прозвали «шашлычной на кругу».

Все логично. Кавказский колорит – часть советского колорита.