Овсянку любил Федор Достоевский. Его жена писала в дневнике: «Я расскажу, что у нас было сегодня: очень вкусный суп-овсянка (которую, надо сказать, я никогда не любила, но сегодня она мне так понравилась, что съела две тарелки)».

Овсянку ел на завтрак император Александр III.

Сам себе делал овсянку на завтрак Булат Окуджава.

Зато Андрей Белый не любил это блюдо. Ворчал: «Сидим, браво хлебаем не то суп, не то кашу, для гущи – жидкое, для жидкости – густое».

Дмитрий Мамин-Сибиряк писал в «Аленушкиных сказках»:

«– Я – овсяная Кашка!

Кашку прикрывали сверху глиняной крышкой, и она ворчала в своей кастрюле, как старушка. А когда начинала сердиться, то всплывал наверху пузырь, лопался и говорил:

– А я все-таки овсяная Кашка… пум!»

А еще была такая поговорка: «Овсяная каша хвалилась, будто с коровьим маслом уродилась».