Палач не знает роздыху,

но все же, черт возьми!

Работа-то на воздухе,

работа-то с людьми!..

*закрома родины

Следующие дни слились для меня в один сплошной поток эмоциональных качелей. Мое настроение еще никогда так резко не колебалось из крайности в крайность. От глухой тоски до веселого злого бешенства я разгонялась за считанные секунды. Я писала отчет, пила кофе литрами и выгуливала гардероб, предоставленный мне в Зазеркалье. Все платья, костюмы, туфли были подобраны с таким безупречным вкусом и чувством стиля, что невольно закрадывалось подозрение, что Вит приложил руку лично. Его любовь к прекрасному прослеживалась во всем, что касалось женщин вообще и нас в частности.

Ирме несколько раз писал и звонил Ингольд. Звонки она ставила на громкую связь и морочила оборотню голову, пытаясь меня развлечь. К счастью, друг понятия не имел ни о работе магессы, ни о том, что она — моя подруга, поэтому их разговоры сводились к различной степени пошлости шуткам и попыткам узнать, как можно заманить прекрасную огненную леди на очередное свидание. Я же страдала больше всего от невозможности развеяться, погоняв на высокой скорости по ночному городу.

На четвертый день в офис вернулась Кайа. Дверь в наш с Ирмой кабинет была, как обычно, нараспашку, поэтому я видела, как ведьма-некромант со здоровенным арбалетом на плече прошла в приемную Шефа, оставляя за собой грязные следы тяжелых военных ботинок, и скинула пыльный плащ на кресло для посетителей.

— Сделай мне кофе, пожалуйста, — она склонилась к столу Линды. Голос у магессы был низкий и сипловатый.

Секретарь Шефа криво улыбнулась, кивнула и махнула кофеварке. По щелчку пальцев материализовалась черная Бестия и, укоризненно глянув на хозяйку, принялась наводить порядок.

— Не повезло? — услышала я хмыканье Норы из приемной.

— Говорят, не повезет, если черный кот вас насмерть загрызет, — ответила своей любимой присказкой Линда, подхватывая чашку, и простучала каблуками в кабинет Вита.

О чем говорили Шеф и Кайа, подслушать не удалось, дверь была плотно прикрыта. Но если там действительно что-то касается меня, позовут. Я бесцельно бродила вдоль окна. Ирма предлагала пообедать вместе, но мне выходить было нельзя, да и есть я не хотела, поэтому она ушла одна.

— Линда, милая, общий сбор через десять минут, — внезапно раздалось из динамика в приемной, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности, а секретаря недовольно фыркнуть.

Обеденный перерыв уже закончился, но Ирма где-то пропала. Хотелось бы верить, что ни в какую королевскую гвардию ее там не забрали, язвительно подумала я. Отправив ей сообщение, подхватила ежедневник и отправилась на зов начальства.

— Что думаешь по поводу сегодняшних новостей из Леса? — услышала я голос Вита, открывающего дверь кабинета.

— Как им удалось уговорить Наставника разгребать это д…мо? — недоумевала Кайа, когда я вошла в приемную.

— У него… личный интерес, — спокойно пояснил Шеф, возвращаясь за стол. — Ну, и я рекомендовал Правителю предложить ему такие условия, от которых он не сможет отказаться.

— Хорошо, — кивнула ведьма-некромант. — Значит, еще не все потеряно. То, что они пропустили в Совет не чистокровного эльфа, немыслимо. Тем более полукровку, способного к обороту.

— Привет, — не знаю, что больше поспособствовало тому, что я едва не споткнулась о ступеньку на пороге кабинета — слова Вита про "личный интерес" или информация о том, что Кайа училась у магистра Гроттернбергского.

— Привет, — кивнула она.

Кайа сидела за столом для переговоров, подперев подбородок кулаками. Невысокая, с коротко стриженными каштановыми волосами, в камуфляжных штанах и такой же толстовке, сейчас она была мало похожа на ангела, но когда я поймала ее спокойный взгляд, сразу почувствовала такое знакомое и удивительно успокаивающее прикосновение Дара смерти. Неизменный, тяжелый даже на вид, блочный арбалет был прислонен к стулу рядом с ней. Только сейчас я заметила, что все детали его конструкции оплетали заклинания и свободные потоки Дара смерти. Я видела, как они струятся, закольцованные с помощью компактных встроенных артефактов, на первый взгляд кажущиеся просто украшением.

— Я все знаю, — сразу перешла к делу ведьма. — И понимаю, как тебе страшно. Ничего не бойся. И завтра шли всех на … Если тебе сейчас беспокойно, муторно и качает психику, прячься за меня, я ничего не боюсь.

Я благодарно кивнула. Мы никогда с ней близко не дружили, да и она не пыталась сблизиться. Теперь я знала, что причина была в ее Даре. Он не подпускал к ней никого и ее ни к кому. Некроманты отлично умеют жить в одиночестве.

В кабинет вошла Нора, постукивая каблуками умопомрачительных туфлей из последней коллекции известного дизайнера и загадочно улыбаясь. Внимательно приглядевшись, я заметила, что загадочность улыбке придают свежие мозоли и сочувственно ей усмехнулась. Менталистка приподняла брови, принимая мой эмоциональный посыл, и заняла свое место, слегка высвободив ноги из великолепных колодок. Ирма влетела последней, как обычно, распространяя ауру чувственности и какого-то особенного огненного куража.

— Никому не здрасте, — широко улыбнулась она. Обстановка в кабинете, очень напоминающая военный совет, слегка разрядилась.

— Остальные все по командировкам, а у Мартины приболела дочка, она взяла больничный, — отчиталась Линда, занимая свое место.

— Прекрасно, — улыбнулся Вит. — Мартине передай, пусть не волнуется, мы пока справимся без воды. Пусть спокойно лечит малышку. Итак, мои красавицы, в ближайшее время нам предстоит предотвратить небольшой апокалипсис…

Он вкратце поведал о Предсказании драконов для эльфов, напомнил про Войну Магов и Перерожденцев и пояснил, насколько важно сохранить с таким трудом найденный баланс мира.

— Каждая из вас уже немного пощупала это дело, поэтому сразу предупреждаю — оно может затянуться надолго и, помоги нам Высший Разум, чтобы ваше активное участие не понадобилось. Тем не менее, кроме основных задач, закрепляю за вами постоянный мониторинг вопросов, связанных с происходящим у эльфов. Не знаю, как вы, девочки, но я ни вот на столько, — он стряхнул пепел с очередной сигареты и показал нам тлеющий кончик, — не верю, что Дар у наследника Этира проснулся сам по себе, и именно сейчас. Элеонора, на тебе архив Академии магии и университета. Все, что касается необычных проявлений Дара у студентов, странные студенты и прочие аномалии. Начни со светлых и природников, они больше всего любят эксперименты с живой материей…

— Согласна, — хмыкнула Нора. — Хотя я бы начала с архива правонарушений и некромантов. Среди них тоже попадаются те еще… затейники…

— Ты бы начала, — согласно кивнул Шеф, — но к правонарушениям нужен спецпропуск, а я его смогу сделать без подозрений только на следующей неделе. А с темными и некромантами разберется Кайа — ее я к светлым отправить не могу. Поэтому давай пока начни с того, что есть, можешь подключить Дарина, но сильно не увлекайтесь… хе-хе…

Он перевел взгляд на секретаря:

— Линда, передашь Гарте, когда вернется, что на ней проверка общин оборотней. Пусть как хочет, но найдет мне тех, кто стоял за этими творцами тридцать лет назад. Алиниэль, эльфийский гадюшник по-прежнему за тобой. Ирма, страхуешь Али. У вас, девочки, полный карт-бланш в Тарран-карисе. Будете работать по обстановке, но не забывайте прикрывать свои зад…умки железными аргументами.

— Шеф… — недоверчиво позвала я. — Вы серьезно? Я смогу?..

— Что-то не понятно? — обманчиво-спокойно посмотрел в мою сторону Вит.

От этого взгляда мне захотелось одновременно провалиться сквозь пол и подбежать обнять мужчину. То, что он строил планы на будущее, да еще и в перспективе, могло значить только одно. Это будущее и перспектива у меня есть. А разбитое сердце — трагедия только для тех бездарностей, которые не могут собрать из осколков жирафика! Я широко счастливо улыбнулась, возможно, первый раз за последние дни:

— Нет, все предельно ясно!

— Отлично. Девочки, вы у меня каждая — бесценный бриллиант! — он обвел нас гордым взглядом. — Умные, красивые, язвительно-стервозные. Мне все мои друзья завидуют, что каждый день я провожу в таком цветнике. Али, тебе завтра предстоит нелегкий день, поэтому после четырех, чтоб духа твоего здесь не было! Завтра с утра сюда при параде, я лично отправлю тебя к отцу. А вы, — он пристально посмотрел на Ирму с Норой, — не обижайте своих мужиков, им и так сложно. Хотя и сказочно повезло, выходите на связь вовремя. Не ленитесь отписать им пару слов. Особенно, это касается тебя, Ирма! Мне Фокс однажды в три часа ночи позвонил, чтобы узнать, куда я тебя отправил…

— Я поняла, Шеф! — фыркнула магесса. — Хорошо, что этот слабак меня бросил!..

Дружный хохот достойно завершил это совещание.

— Он — тебя?.. — расхохотался Вит.

— Да, — пожала плечами огневичка, едва сдерживая смех. — Кто его за язык тянул спрашивать, сколько у меня было мужчин? Я честно ответила, что два…

— Не задался денек? — вытирая глаза, сквозь смех спросила Нора.

— Ага, так я ему и сказала…

— Все, идите работайте, — выдавил сквозь смех Шеф.

— Вит, я домой — с ног валюсь, — Кайа подняла арбалет, вопреки своим словам, легко вскидывая его на плечо. — Трое суток без сна, резерв почти на нуле. Завтра буду.

— Вижу, дорогая, — кивнул Шеф. — Собирайся, я тебя отправлю.

Я задержалась в приемной, пропуская Ирму вперед. Кайа сняла аккуратно расправленный и вычищенный плащ с вешалки, закинула его на другое плечо и обернулась ко мне:

— Наставник упомянул, что ты отлично справилась со своим заданием, и хотел пожелать тебе удачи завтра.

— Ты виделась с ним? — равнодушно спросила я.

— Нет, созванивалась, — качнула головой ведьма.

— А… Кай, он знает, что ты одна из нас?

— Нет, конечно! — оскалилась в улыбке некромант. — Точнее, очень надеюсь на это. Рассказал вкратце, почему задерживается в Тарран-карисе, дал распоряжения по Академии и сокрушался, что не может пожелать тебе удачи лично.

Я улыбнулась. Удачи. Спасибо, конечно, но вот что мне теперь с этим делать? Кайа скрылась в кабинете Шефа, а я отправилась к себе.

Тихо и аккуратно прикрыв за собой дверь нашего с Ирмой кабинета, я так же молча выпустила когти на всю длину и провела по ее внутренней стороне, оставляя глубокие царапины. Получилось негромко, и я повторила маневр, до скрипа сжимая зубы. На четвертый или пятый раз огневичка не выдержала:

— Али, Мать твою Природу! Хорош уже превращать дверь в когтеточку! Иди к Элеоноре, пусть она тебя отрегулирует! Мне жалко слышать твое сопение и скрип зубов, но и помочь тебе нечем…

Я задумчиво посмотрела на подругу, приподняв бровь. Отрегулировать состояние с помощью ментального Дара — это, конечно, можно. Но, насколько я знала, в распоряжении Элеоноры есть и более радикальные методы решения моей проблемы. Решительно распахнув измочаленную дверь, я вышла в коридор…

Тихо постучала в отдельный кабинет — его после очередного спонтанного ремонта в офисе Вит выделил тогда еще неопытной менталистке, чтобы обезопасить остальных от ее влияния и шуточек. Мне не ответили, и я заглянула так. Элеонора сидела в своем шикарном кресле, сбросив туфли и поджав ноги под себя.

— Занята?

— Вообще-то, да, но ради тебя прервусь, — хмыкнула она. — Только умоляю, чайник ткни, а то я уже час кофе хочу, а оторваться не могу.

Я включила чайник и достала себе чашку.

— Ой, Али, сыпани мне тоже, — она подвинула мне чашку, в которой кофейной гущи уже было две трети.

— Не боишься, что там зародится новая жизнь? — подколола я подругу. Нора весь день могла пить только кофе, досыпая в гущу свежую ложку и заливая кипятком.

— Нет, я ее с утра мыла, — отмахнулась менталистка, отодвигая клавиатуру и устало потирая глаза.

— Как замужем? — попыталась я завязать хоть какой-то разговор перед тем, как пытать ее своими проблемами и предлагать незаконное.

— Отлично, — понимающе усмехнулась она. — Не буду утверждать, что всем это нужно, но, кажется, я становлюсь сторонницей брака в отдельно взятом кабинете.

Сделав глоток, она тактично замолчала, уставившись в чашку и давая мне возможность начать.

— Нор, мне, кажется, помощь нужна, — неловко пробормотала я. Она молча приподняла бровь. — Я не знаю, что мне делать…

— В таких случаях обычно и приходят за помощью, — иронично подбодрила она, успокаивая одним своим присутствием.

— Ты же можешь точечно стереть воспоминания?

— Могу, — серьезно кивнула она. — Если есть необходимость. Очень острая необходимость.

— Есть! — горячо воскликнула я. — Еще какая! Я хочу… Мне надо… Это мне надо стереть воспоминания кое о ком…

Выдохнув последние слова, я почувствовала, как у меня холодеют пальцы, несмотря на горячие стенки чашки. Мне безумно страшно, но надо что-то делать! Завтра надо будет являть себя этим стервятникам, а на мне каждое второе платье болтается и глаза опухшие. Элеонора спустила одну ногу, выпрямляясь и делая глоток кофе.

— Очень интересно…

Она смотрит на меня встревожено, а что я ей могу сказать? Что это наваждение какое-то? Что я не могу так больше, что я за триста лет не плакала столько, сколько за последние дни, потому что сердце разрывается от боли?

— Али, случилось что-то очень страшное, что действительно мешает тебе жить и работать дальше? Может, тебе лучше к Мирре заглянуть?

— Нор, это не то! — отмахнулась я. — Ты же в курсе, моего последнего задания? Я же там познакомилась кое с кем…

— В курсе, — она улыбнулась. — И как, сохранила порученную тебе драгоценную шкуру?

— Конечно! — я фыркнула, представив шкуру магистра у себя над камином. — Но дело не в этом… Дело в том, что… Я не могу перестать думать о ней… тьфу, о нем!

— О ком? — она прищурилась.

— О нем, — я смущенно постучала когтями ручку кружки и развела руками.

— Но ты допускаешь такую вероятность, что это может быть любовь? — хитро глянула снизу вверх подруга.

Если бы на ее месте была Ирма, я точно стала бы отпираться, но Нора никогда не лезла ни в чью жизнь, а ее оптимизм за десять с небольшим лет совместной работы занял прочное место в нашей негласной палате мер и весов. Она была из тех, кто из букв "г", "а", "в", "н", "о" настойчиво складывают слово "вагон". И я искренне надеялась на ее поддержку.

— Может, — я снова тяжело вздохнула, сделала глоток кофе и облизнула губы. — И что мне делать?

Нора устало потерла глаза:

— Любить?

— Не вариант, — покачала головой я.

— Почему?

— Потому что… я не знаю! Ну, как любить человека, у которого самое близкое к признанию, что я слышала, было "ты заставляешь мою голову биться чаще!"

Конечно, она все увидит, когда я ее уговорю выполнить мою просьбу, но озвучить то, что чувствую, я была точно не готова. Глаза менталистки чуть заблестели, она искренне пыталась сдержать смех.

— М-да… Тяжелый случай…

Не до конца понимая, что ее так рассмешило, я истерично рассмеялась сама, невольно поддаваясь настроению:

— Мать Природа! Ну, как же меня так могло угораздить-то, а? Нор, ну почему бы мне не влюбиться в кого-нибудь такого же идеального, как твой Дарин? Не-е-ет! Похоже, это не моя история!.. — я закрыла лицо руками, делая над собой усилие, чтобы смех не перешел в слезы.

— Ну-у, — она загадочно улыбнулась. — Может, в этом-то все и дело?

Элеонора задумчиво погрызла костяшку большого пальца, прикрыв глаза. Я знала, что с таким видом она обычно копается в своих воспоминаниях и притихла. Но терпеливо ждать не получалось. Я неловко поставила кружку на стол, расплескав кофе, вскочила и принялась расхаживать из угла в угол. Что угодно, лишь бы не смотреть на подругу пристальным взглядом приговоренного, у которого появилась надежда на помилование.

— Есть, — она, наконец, открыла глаза и прямо посмотрела на меня. — У меня есть кое-что, не знаю, насколько тебе это поможет, но… Мне нужна магическая клятва, потому что то, что я тебе сейчас покажу — только для тебя…