Это все из-за тебя
Свет вспыхивает один раз и гаснет. Комнату освещает только огонь в камине, тени дрожат на стенах. После всех сегодняшних откровений нервы у меня натянуты до предела. Я отодвигаюсь назад, прямо к Алистеру. Он тихо рычит, обнимает меня за грудь и притягивает ближе, так что я наполовину лежу на нём.
Каспиан поднимает голову к потухшей люстре под потолком.
— Похоже, все. Света больше не будет.
Раздаётся удар грома, и вспышка молнии на миг вырывает комнату из темноты.
— И буря там, — замечаю я, — будь здоров какая. — Слова успокаивают, особенно теперь, когда я в его объятиях.
Мои спутники молчат. Молчание плотное, полное того, чего они не говорят.
— Что? — я оглядываю каждого по очереди.
— Эм, — начинает Каспиан нерешительно, — это не обычная буря.
Я моргаю.
— В смысле?
— Это ты, — морщится он, будто опасается моей реакции. — Это ты ее вызываешь.
Я резко выпрямляюсь, выскальзывая из рук Алистера.
— Неправда!
Алистер обхватывает меня, возвращая обратно к себе.
— Правда, ведьмочка. Прости, но это все ты.
— Ты излучаешь энергию всю ночь, — говорит Каспиан, закидывая ногу на колено и постукивая носком, как будто ему трудно сидеть спокойно. — Я перенаправляю ее на себя. — Кладет два пальца на грудь. — Дом пропускает ее через меня, но я почти переполнен. Долго удерживать не смогу.
— Ты… забираешь мою энергию? — хмурюсь я.
— Только лишнюю, — спешит он успокоить. — Не волнуйся, это не вредит. Наоборот, хорошо. Я не чувствовал себя таким живым уже… вечность.
Я вглядываюсь в него внимательнее. И правда, он стал плотнее, увереннее, даже взгляд держит.
Мик облизывает губы, тревожно.
— Если не провести инициацию, она сорвется. Сожжет нас всех к чертям.
— Завтра найдем для нее ковен, — голос Алистера ровный, но рука, сжимающая меня, напрягается.
Каспиан качает головой.
— Времени нет. Ей нужно пройти это сейчас. До полуночи. Пока врата не закроются.
Мик морщится, машет рукой у лица, будто уловил запах гари.
— Не притворяйся, что не чувствуешь серу, Ал. Становится все сильнее.
Я цепляюсь за одно слово.
— Инициация? — сердце начинает колотиться. — Что это значит?
Мужчины переглядываются. Молчаливая перепалка — кто скажет первым.
Раздражение поднимается волной.
— Господи, ну кто-нибудь из вас наконец наберется смелости и объяснит?!
Алистер осторожно убирает прядь с моего лица, заправляет за плечо.
— Обычно, когда ведьма пробуждается, несколько колдунов проводят ее через ритуал, который безопасно открывает память и силу. В процессе она проявляет стихию, которой управляет: землю, воздух, огонь или воду. Чаще всего — одну. Две или три — редкость.
— А если она Клеверная Ведьма? — Мик подается вперед, глаза горят. — Что, если мы сможем сделать ее Клеверной Ведьмой?
— Не уверен, что это возможно, — говорит Каспиан, но в голосе уже звучит сомнение, будто он все же размышляет над этим.
— Никто не видел Клеверную Ведьму сотни лет, — добавляет Алистер. — Ты же знаешь, чем все закончилось.
Они обмениваются мрачными взглядами.
— Что? Что с ней случилось? И вообще, кто такая эта Клеверная Ведьма? — раздраженно спрашиваю я.
— У клевера четыре идеальных листа, — спокойно объясняет Каспиан. — Клеверная Ведьма владеет всеми четырьмя стихиями.
Мик буквально вибрирует от восторга.
— Судьба! Я знаю! Мэдди и есть Клеверная Ведьма! Подумай: ночь Хэллоуина, пик магии! — Он смотрит на Алистера, потом на Каспиана. — Вот почему она до сих пор не появилась! Ей нужны не колдуны, а существа, чтобы пробудить ее. Три других существа!
Я резко перебиваю:
— А вы до сих пор не сказали, как проходит эта инициация.
Каспиан прочищает горло:
— Это… физическое закрепление. Союз энергий, чтобы удержать силу…
— Да перестань, — перебивает его Мик, отмахиваясь. — Все проще. На самом деле… — Он поворачивается ко мне, ухмыляется, обнажая острые зубы. — Мы просто тебя трахнем.
У меня отвисает челюсть. Слова застревают.
Полено в камине трещит, выбрасывая вверх россыпь искр, как звёзды, падающие наоборот.
Алистер вмешивается:
— Только если ты сама этого захочешь, Мэдисон. Наша цель — удержать тебя, а не забрать. Скажешь «стоп» и все остановится.