— Если бы это было возможно, — спокойно сказал Фомир, — то кто-то из богов восстановил бы его и поставил охрану. И они бы уже нам раздавали люлей. Алтари собирают энергию для своего владельца. А раз его нет, значит это не возможно или сложно до такой степени, что не имеет смысла.

— Гм. Резонно.

— В общем, моё мнение, — маг пнул камушек в болотную жижу, тот издал громкий в болотной тишине бульк. — Если алтарь разрушен, то всё, это необратимо, ему пришёл конец. Не важно, что там произошло с лей-линиями нашего мира. И если ты искал существующий алтарь, то мы, значит, истратили время зря. Надеюсь, хоть заразу, лихорадку какую тут не подхватим.

— Нет, всё не в пустую, — покачал головой я. — Мы ищем ответы. И информация о том, что разрушение алтаря необратимо — важна. Как минимум это значит, что все места, где раньше были алтари, по-прежнему пусты, заброшены, не имеют ценности.

— А ты думал, что это не так? — спросил Фомир.

— Думал, не думал, — заворчал я. — Мне нужны точные факты, а не предположение. Например, если алтарь нельзя «вырастить» заново, значит, силы Мёртвых богов конечны. И они, то есть боги, уязвимы. Каждый разрушенный нами алтарь — это потеря, которую нельзя восполнить. У них есть определённое число таких узлов на континенте. И каждый разбитый гранитный блок навсегда отсекает кусок божественной силы от нашего мира.

— Считаешь, что это просто? — Фомир подошёл ко мне вплотную. — Мы один алтарь еле-еле захватили и то только потому, что его защищали хилые и тупые псоглавцы. А что, если гарнизон окажется мощным? Я же понял логику новой войны, которую ты не хочешь говоришь гномам. Города больше не важны. Крепости ничего не стоят. Вся война будет вокруг алтарей, верно? Думаешь, боги настолько тупые, что сами до этого не догадаются?

— Ключевым является не это. Важно, что теперь я понимаю, что нам не нужно убивать самих богов. Нам достаточно захватить или аннигилировать их алтари. И хотя это само по себе не убивает, но ослабляет просто критически.

— Пора домой? Мы всё увидели, всё проверили? — задал практический вопрос эльф.

Я не ответил.

До моего магического чутья, усиленного статусом полубога, донеслось эхо творимого заклинания.

Магическая аномалия небывалой силы.

Кто-то с чудовищной силой натягивал на огромный сектор территории глухой магический полог. Заклинание сокрытия высшего порядка, требующее невероятных энергозатрат.

Я резко повернул голову в сторону невидимого источника помех.

Кто-то очень могущественный пытался спрятать от взоров богов что-то огромное. И если что-то ценное прячут, то мне хочется знать — что?

Фаэн и Фомир продолжали переваривать новую стратегическую реальность. Командир эльфов молча смотрел на наполненную болотной жижей воронку, а главный маг бормотал себе под нос что-то про лей-линии.

Их внимание полностью поглотили сиюминутные задачи.

Ну, то, что ощущал я, они и не могли. Скажем, пока не могли.

Возмущение пульсировало на самой границе магического восприятия. И вокруг этой аномалии ощущалось плотное остаточное присутствие. Оно не принадлежало создателю купола. Это был внешний наблюдатель. Такой же как я, любопытный.

Я сконцентрировался на том самом наблюдателе, который был снаружи купола. Внезапно пришло «ощущение», узнавание, я понял, кто там. Григгас.

Бог вулканов и покровитель орков. Живой бог, участвовавший в моём недавнем ритуале Возвышения. Прямо сейчас его божественное внимание было намертво приковано к закрытой зоне. Он не пытался атаковать или разрушить барьер. Он просто смотрел на него, источая раздражение и злость.

Ситуация складывалась крайне нетипичная. Живые боги катастрофически теряли паству, их владения распадались под ударами Мёртвых конкурентов, а один из самых агрессивных участников Пантеона ходит и вынюхивает, при этом зол как чёрт.

А раз так, то под куполом находилось нечто настолько важное для Григгаса, что он игнорировал опасность нападения со стороны слуг Мёртвых богов из любопытства.

Если он один, то стоит поговорить. Я сосредоточился и направил мыслеобраз прямо к богу. Статус полубога предоставлял мне доступ к тайным путям общения высших сущностей.

Связь отозвалась характерным гулом. В сознании возникло отчётливое ощущение присутствия возле меня открытого жерла вулкана. Это он так меня приветствовал.

— Приветствую, друг-бог, — транслировал я сообщение по ментальному каналу связи, игнорируя нарастающее давление его ментального эго. — Вижу у тебя там трудности? Нужна помощь?

Обратный импульс ударил почти мгновенно. Доспех Ньёрва сам собой возник на мне, словно меня сейчас собирались атаковать.

— Бабке своей помоги, — прогрохотал голос Григгаса прямо в моём мозгу. — У меня всё под контролем. Займись своими делами, а в мои не лезь.

Связь оборвалась. Бог вулканов сам прекратил разговор.

Я криво усмехнулся. У сурового небожителя возникли серьёзные проблемы, признавать которые он не желал.

В моём сознании возникла карта мира Гинн. Очевидно, что Кмабирийские болота в сердце Маэна. Григгас и интересующая его зона сокрытия от богов была севернее, в соседней провинции и я даже мог показать её на карте. При этом виртуальным взором, как на землях Газарии, я пользоваться не мог, я слишком для этого слаб и внутри тумана войны. Но переместиться туда, хотя и с некоторым риском, мог.

Я посмотрел на своих спутников. Фомир закончил свои рассуждения и ждал, что мы будем делать дальше.

А у Фаэна было мечтательное и созерцательное выражение лица. Даже боги не знали, о чём он сейчас думает.

Я напрягся, вовсю пользуясь своими новыми способностями… Ну, заодно проверю.

Сила полубога открыла мне путь.

Переход.

Пространство вокруг нас стало истаивать и меняться. Фомир чертыхнулся и стал ровнее, боясь упасть.

В следующую секунду болотный туман сменился лёгким ветром, запахом свежепокошенной травы и далёким дымом.

Я перенёс себя, Фомира, Фаэна и несколько сотен тупых скелетов вместе с собой. Мало ли, кто нас там может поджидать? Засада? В таком случае я пожертвую нежитью, чтобы сбежать.

Мой костяной почётный караул перенёс пространственный скачок без малейших заминок. Скелеты просто материализовались вокруг нас двумя группами, продолжая бездумно сжимать ржавое оружие. Они не удивились, поскольку мертвецы не знают удивления.

Мы оказались на склоне крутого лесистого холма. На вершине холма возвышался массивный каменный замок. Высокие башни, толстые стены, узкие бойницы. Классический феодальный опорный пункт местных лордов.

Именно этот замок был закрыт магией сокрытия. Пробиться через него взором, подслушать или подсмотреть было невозможно даже для богов. Это было фантастически трудно, сделать такую защиту. Плотнейший купол магии сокрытия накрывал её пустотой, отсекая любые попытки внешнего поиска. Плетение невидимого щита переливалось тяжёлой, многослойной маной, выпивая немыслимые силы.

Что интересно, проникнуть сквозь барьер было возможно, прикрытие касалось только подслушивания или подсматривания. Но если замок был ловушкой?

В пятидесяти метрах ниже по склону, у самой границы невидимого купола, росли густые кусты терновника. И прямо сейчас из этих кустов отчётливо тянуло запахом раскалённого пепла и вулканической серы.

Я жестом попросил Фаэна и Фомира оставаться на месте, только стать под сень ближайшего дерева.

Потом загнал в лес скелетов.

А сам неспешно зашагал вниз по склону. Остановившись в пяти шагах от зарослей, я скрестил руки на груди.

Между двумя раскидистыми кустами у самой границы невидимой стены как тигр в клетке метался Григгас. Покровитель расы орков, бог вулканов и неистовой ярости, обладатель колоссальной божественной мощи. Сейчас эта грозная сущность вел себя совсем не так, как подобает богу.

Григгас тяжело пыхтел, стараясь сдерживать шумное дыхание, и сверлил взглядом невидимый купол сокрытия. Раскалённый пепел с его густой бороды осыпался прямо на сухую траву, грозя вызвать пожар.

— Да что там творится-то? — громко поинтересовался я, задав стандартный светский тон, словно мы случайно встретились в портовом кабаке Порт-Арми.

Широкая спина вздрогнула. Бог вулканов резко развернулся в мою сторону. Облако горячего пепла метнулось во все стороны, заставив парочку птиц в испуге вспорхнуть и улететь.

Григгас посмотрел на меня. Его глаза полыхали открытой магмой, а лицо исказила гримаса ярости, которую он отчаянно пытался загнать в рамки приличий. Небожитель явно не желал разговора. И всё же я припёрся как незваный гость.

— Я прямым текстом велел тебе не совать свой нос в мои дела, смертный выскочка, — прорычал Григгас. Он брезгливо сдул с густых усов тлеющую искру. Воздух вокруг него начал вибрировать от избытка агрессивной маны. — Ты разозлить меня хочешь, Рос?

— Я не сую нос, а просто гуляю, вместе с друзьями, некоторые из которых умерли. Им скучно на болотах, — холодно возразил я, игнорируя давление его ауры. — К тому же мой статус полубога даёт мне право входить куда угодно. Так что же Вы, уважаемый бог Григгас там высматриваете?

— Если б я знал, не переживал бы, — огрызнулся бог орков и кивнул в сторону замка, скрытого магией, — Сейчас проходит закрытое совещание лордов местного королевства… как его… Маэна. С кем они говорят, мать их пещерная крыса, а?

— А Вы не можете войти?

— Могу, — сквозь зубы процедил бог огня. — И ты можешь. Но меня тогда заметят. А мне не хочется появляться во всём своём величии. Я тут инкогнито.

— А если я попробую?

Григгас мрачно сплюнул себе под ноги.

— Тебя тоже заметят.

— Ну, на меня всем плевать.

— Ну, попробуй свои фокусы. В крайнем случае я тебя прикрою, смертный. Чтобы ты понимал детали, — он показал в сторону замка. — Там внутри подопечный богов, наш любимец, принц Гизак, который поднял восстание против короля Назира. Собрал лордов, стянул войска, подготовил плацдарм для захвата власти. Командует его рыцарями твой знакомец, Мейнард.

— Ого. Так чего же они ждут? Почему торчат в замке, а не идут в сторону столицы Маэна?

— Не знаю. Мы опасаемся, что он хочет заключить сделку с Мёртвыми богами. Трон в обмен на верность, точнее сказать на предательство. Согласись, опасение наше обосновано?

— Зная принца лично, скорее нет.

— Это политика, Рос. Ты сам, чтобы заполучить свой крошечный трон, играл в политические игры. Ради такого смертные способны сменить бога.

Я шагнул в сторону магического щита.

Сила полубога позволила мне продавить барьер, но отсекла меня от внешнего мира.

«Щит» был невидим снаружи, но изнутри выглядел как пульсирующее марево, выполненное из тонких магических линий.

Находясь внутри магического периметра, который буквально запылал символами от моего появления и прорыва, я совершил пространственный переход, перенёсся внутри замка.

Я появился ровно между массивным дубовым столом и пылающим камином. Никаких спецэффектов, никаких светящихся воронок. Только резкий перепад давления, и глаза мгновенно привыкли к новому освещению.

За столом сидело двое людей. Стол завален картами и документами. Атмосфера в помещении была напряжённой и моё появление её не улучшило.

— Здрасьте, люди добрые, — произнёс я предельно будничным тоном, смахнув невидимую пылинку с плеча. — Проходил мимо. Дай, думаю, зайду на огонёк.

Принц Гизак отреагировал с похвальной для обычного человека скоростью. Его рука метнулась к рукояти клинка, а тело рефлекторно ушло в боевую стойку, опрокидывая тяжёлый резной стул. Звон извлекаемой стали разрезал напряжённую тишину. Глаза принца расширились, зрачки сузились, оценивая внезапную угрозу. Я заметил, как бешено забилась жилка на его шее.

Гизак тяжело сглотнул, осознав, кто именно ворвался в замок и нарушил сферу сокрытия.

— Рос Голицын, — хрипло выдавил принц, не спеша убирать клинок в ножны. — Прости, друг, но ты выбрал исключительно неудачное время для визитов. Это закрытые переговоры. И твоё появление здесь нарушает мои планы.

Я проигнорировал его слова, изучая второго участника спора.

Это был Эрик, мать его, Менсфилд собственной персоной! Глава маэнской разведки и личный советник короля Назира. Вот кто спрятался под куполом, чтобы его не заметили боги.

Ирония в том, что они не заметили Эрика, но заметили сам купол.

Эрик сидел на противоположном конце стола. Его лицо стремительно наливалось кровью, а магия вокруг него начала нестабильно пульсировать. В отличие от прагматичного, пусть и взбешённого принца, мой земляк-иномирец выглядел спокойно, но клокотал эмоциями.

— Какого чёрта ты здесь забыл, Голицын? — прошипел Эрик, игнорируя принципы вежливости. — Тебя кто-то звал? Ты даже не маэнец, сколько раз говорил? Если ты сам не догадался, то говорю прямо — тебе тут не рады. Думаешь, раз отхватил себе крошечное королевство Бена и Холли, то теперь можешь влезать в дела взрослых дядей?

Его голос дрожал от едва сдерживаемого возмущения.

— А может, твой король мне денег должен, и я пришёл их того, выбить обратно?

— Неправда, мы в мирном договоре, заключённом на том островке, обнулили долги, — оборвал он меня. — Уходи, откуда пришёл или я за себя не ручаюсь. Чтобы ты знал, я сильный маг.

— Да знаю я, знаю. Тоже мне, секрет. Но меня это не пугает. А вот то, что мой друг принц и глава разведки ведут переговоры — пугает. Об чём базар-вокзал? Небось, решаете судьбы Маэна?

Я перевёл взгляд на принца, который всё ещё напряжённо сжимал рукоять меча. Угрозы и ультиматумы не входили в мои планы. Я буквально хотел произвести разведку для Григгаса, оставив его в тени.

А тут такое…

— Тебя никто не спрашивает, Рос, — отчеканил Эрик. — Мы сами разберёмся.

— А может я наоборот, помогу? У меня есть предельно простое предложение, — произнёс я, опёршись о стол. — Мы просто сажаем Гизака на трон Маэна прямо сейчас. Он мой друг и ты мой друг? Договоримся, а?

В зале повисла пауза. Гизак пару раз моргнул, после чего он убрал меч в ножны.

— Да как ты смеешь! — вскрикнул Эрик. — У нас тут война, мы пытаемся достигнуть хрупкого политического мира, найти компромисс. А ты… Ты… Ты просто русский медведь, как там у вас говорят? В посудной лавке!

— А нас говорят про слона. Но спасибо на добром слове.

— Это не было комплиментом! Я служу королю Назиру и не позволю незаконному претенденту на престол достигнуть своих целей, даже если он заручился поддержкой мелкого герцога.

— Значит, основа проблемы кроется исключительно в факте физического существования Назира, — ответил я. — Если бы его не было, ты легко нашёл бы общий язык с Его высочеством. Я думаю так.

— Это не просто человек, Голицын! — выплюнул Эрик, — Король выше остальных людей. Выше него только боги!

— И полубоги, — прокомментировал я, но он моих слов не понял.

— Гизак не является прямым наследником престола, — продолжил он, чеканя каждое слово. — Вся юридическая и военная машина Маэна присягала королевской крови. В случае непредвиденной смерти Назира наследником Назира является его сын. Мальчику, который находится под круглосуточной охраной лояльных генералов! Устранение короля лишь спровоцирует кровавую бойню за регенство, а не усадит твоего безбашенного приятеля на трон!

— Ой, да какая там машина, я тебя умоляю. Это ж феодализм. Кланы, родство, все дела… Как там в песне пелось одной… Но спор в Кейптауне решает Браунинг.

— Какой Кейптаун? Какой спор? Что ты несёшь, Рос? — скулы Эрика ходили ходуном.

Я покачал головой и собрал в кулак волю для переноса. Доспех Ньёрва послушно откликнулся, вытягивая энергию и прокладывая путь.

Переход.

Причём перенёсся я не к Григгасу, а под дерево, где сидел Фаэн и Фомир. Маг уже достал откуда-то флягу с вином и предложил её эльфу, а тот отказывался.

— Как вы тут?

— Скучно. Чего мы тут делаем, объяснишь?

— Ну, как что? Мы вмешиваемся во внутренние дела Маэна. Вершим судьбы, все дела.

— Чего? — не понял маг. — Где мы и где политика.

— Ну, мы пока не в месте, где её творят, но скоро будем.

Я зыркнул на беззвучно стоящих под сенью деревьев скелетов. Моя власть над ними работала так хорошо, что они ни разу не шелохнулись с тех пор, как я ушёл.

Я почувствовал на себе взгляд Григгаса. Он явно ждал объяснений, результата «разведки».

А у меня тут разведка плавно перешла в разведку боем.

И скелеты удачно под руку подвернулись.

Я снова активировал магию перехода, в этот раз вместе со всей своей свитой.

Мы же гуляем, верно? Прогуляемся по старому доброму Маэну. Например, по столице. В прошлый раз она приняла меня не особенно гостеприимно.