— То, что Фрунзик Казарян познакомился в ресторане «Славянский базар» с молодой женщиной, от которой пахло духами «Мисс Диор» — а в этом супруга Казаряна Марине Арсеновна ошибиться никак не могла, — наводит на следующую мысль, — заговорил майор Щелкунов, — а не является ли указанный ресторан для этой женщины некой отправной точкой, с которой она высматривает богатых клиентов, подходящих для ограбления. Согласитесь, только состоятельный мужчина станет занимать для приема пищи отдельную (а возможно, и персональную) кабинку, а человек победнее направится не в ресторан, а в обычную столовую, а то и чайную. Затем она с знакомится с «сазаном», падким на женские прелести, очаровывает его, через какое-то время попадает к нему домой и высматривает места, где могут находиться деньги и ювелирные украшения. В дом Казаряна женщина — а это для нее была несомненная удача — попала в первый же день знакомства. Наверняка такое случалось нечасто. Очевидно, Фрунзику Рубеновичу очень не терпелось свести с ней более тесное знакомство. К его несчастью… — После непродолжительной паузы Щелкунов продолжил: — Оказавшись в доме Казаряна, наводчица определила, где размещается тайник с драгоценностями, — поднаторевшему в данном вопросе человеку сделать это не столь уж и сложно, — после чего рассказала о нем подельнику. А далее, не теряя времени, грабитель опустошил тайник и ушел с большим кушем…

— И еще она как-то умудряется снимать слепки с ключей, — добавила к размышлениям вслух майора Щелкунова свою лепту лейтенант Зинаида Кац. — Наверное, когда мужчина отлучается в туалет.

— Или идет на кухню за вином и закусками, — предположил Виталий Викторович.

— Ну, вам виднее, товарищ майор, — то ли пошутила, то ли съязвила лейтенант Кац. На что «товарищ майор» осуждающе покачал головой и выразительно промолчал.

— Надо будет пройтись по мастерским и разузнать, не заказывал ли кто изготовление ключей со слепков, — отозвался капитан Рожнов.

— Так они тебе и расскажут, — заметил Виталий Викторович с большой иронией в голосе. — Это же пахнет подсудным делом, если ключи изготавливаются для несанкционированного проникновения в жилище. Мастера-ключника к ответственности могут привлечь за пособничество.

— Ну, коли припереть к стенке, так расскажут, — заверил начальника и друга старший оперуполномоченный.

— И как ты это собираешься делать? — усмехнулся майор Щелкунов. — Тебе ведь даже неизвестно, он это или нет?

Разговор происходил в кабинете майора Щелкунова. Как искать грабителя и убийцу гражданина Казаряна, было неясно, к каким оперативно-разыскным и следственным мероприятиям следует приступать, тоже непонятно. Следствие заходило в тупик. Подобная мозговая атака, каковую они проводили в подобных случаях, была отнюдь не лишней. Решили, что надо первым делом искать наводчицу. А она уж приведет к исполнителю. Но как ее искать?

— А что, если попробовать на живца! — предложил Рожнов. — Приоденете меня в настоящий шевиот, пальтецо из драпа выдадите почти что новое, на ноги — опойковые ботиночки с мехом. Еще дадите денег в кожаном лопатнике[11], тыщ так несколько, и я стану каждый божий день обедать в «Славянском базаре» в отдельном кабинете. Один день, другой, третий, и эта мисс Диор обязательно клюнет! А куда ей еще деваться?

— Мысль хорошая, здравая, признаюсь, я сам об этом подумывал. Но в твоем плане есть один момент…

— Это какой же?

— Валя, ты на свое лицо-то посмотри, — скривился в иронической улыбке Виталий Викторович. — Тебя как ни одевай, а все будешь… Рожновым из деревни Рожновка Спасского уезда. Да и слишком многие в городе тебя знают, поскольку личность ты известная, — добавил начальник отдела по борьбе с бандитизмом городского Управления МВД. — А вот оперуполномоченный старший лейтенант Федор Гапоненко, человек в нашем отделе еще новый, а стало быть, еще не примелькавшийся, подойдет в самый раз! Он хоть и Федя, а внешность у него для богатея более подходящая, — заключил Щелкунов. — Фактурная!

— Пожалуй, ты прав, — легко согласился Валентин.

— А ты что об этом думаешь, Зинаида? — повернулся майор Щелкунов к лейтенанту Кац.

— Я тоже так считаю.

— Вот только у меня имеется такой вопрос, как Федор узнает, что перед ним та самая наводчица. Чего же зазря государственные деньги тратить? — спросил капитан Рожнов.

— Полагаю, он узнает ее по запаху, — посмотрел на капитана Рожнова Виталий Викторович. — От нее ведь пахло именно духами «Мисс Диор», помнишь?

— Так точно, — вспомнил показания Марине Казарян старший оперуполномоченный отдела по борьбе с бандитизмом. — А может, у Феди и нюха-то как такового нет…

— Вот мы сейчас это и проверим… — изрек майор Щелкунов. — Старшего лейтенанта Гапоненко ко мне!

* * *

Федор Игнатьевич Гапоненко был переведен в городское Управление МВД осенью сорок восьмого года. До этого он служил оперуполномоченным в Центральном городском отделении милиции (именно служил, а не отбывал положенные часы), и ни больше ни меньше как его заслугой была поимка банды грабителей и налетчиков, несколько недель подряд наводящих настоящий ужас на граждан, проживающих на центральных улицах города. А это были в своем большинстве служащие ведущих городских и республиканских предприятий, ответственные работники, партийные функционеры, работники культуры, в том числе и заслуженные, словом — настоящая элита города. От начальника отделения милиции, где служил старший лейтенант Федя Гапоненко, вышестоящее начальство едва ли не ежедневно требовало форсировать расследование и избавить, наконец, город от этой банды.

Способ проникновения в квартиры грабители выбрали оригинальный, хотя еще до революции банда домушников в Ростове-папе его уже успешно использовала (покуда жители про этот способ не прознали и сделались осторожными и очень подозрительными). Способ заключался в следующем: один из трех бандитов, самый молодой, начинал жалобно мяукать под дверью выбранной к налету квартиры, а двое других стояли по бокам от входной двери. После нескольких безотрадных и рвущих душу мяуканий — а это у парня очень даже похоже получалось — сердобольная хозяйка или ребенок открывали входную дверь, чтобы пожалеть бедного несчастного котенка: взять в дом или дать ему блюдце молочка, погладить — да просто сказать ласковые слова. Грабители же на сострадание и рассчитывали. Они неожиданно врывались в квартиру, находящиеся в ней хозяева, преимущественно домохозяйки, старики и реже дети, связывались, запирались в туалете или на кухне, после чего из квартиры выносилось все ценное, что можно было продать, и преступники благополучно скрывались. Таким способом были ограблены восемь квартир, включая квартиры второго секретаря городского комитета партии товарища Карима Минибаева, заведующего одним из ведущих отделов Министерства финансов республики Геннадия Скорохватова и заслуженной артистки республики Заримы Низамовой-Залихватской.

Как старший лейтенант Гапоненко додумался посмотреть по карте на места ограблений, и почему к нему пришла такая дельная мысль — точного ответа на расспросы он дать не сумел, сослался на интуицию. Но факт заключался в том, что оперативник Федор Гапоненко взял карту, посмотрел, какие дома и на каких улицах были ограблены, и пришел к выводу, что грабежи происходят по часовой стрелке. То есть преступники, не мудрствуя лукаво и выбирая объекты для грабежа, тоже пользуются картой города и его районов и грабят дома на главных городских улицах один за другим по часовой стрелке. Следующей, судя по расчетам оперуполномоченного Гапоненко, должна была быть ограблена квартира в двухэтажном доме по улице Маяковского, что отстоял от дороги за сквером. Дом имел два подъезда, поэтому засаду оставили в обоих: на чердаке и в подвале засели милиционеры, для того чтобы не дать уйти бандитам, если все-таки они сунутся.

Два дня милиционеры сидели в засаде, вероятно изнывая от безделья и тоски (а может, напротив, радуясь выпавшей на их долю необычной службе). На третий день в первый подъезд дома уверенно вошли трое молодых людей. Поднялись на второй этаж. Один из бандитов, оглядевшись, приблизился к двери и стал протяжно мяукать. Получалось у него очень жалостливо и убедительно. Каждый, кто слышал подобные стенания, полагал, что они принадлежат бездомному котенку, замерзающему на холоде или промокшему под дождем, настоятельно выпрашивающему человеческого участия. Где-то минуты через две дверь приоткрылась и в образовавшийся проем высунулась старушечья голова.

— Это кто у нас тут так жалостно мяучит? — ласково поинтересовалась старушка, оглядывая пол лестничной площадки подслеповатыми глазами. — Куда же ты запропастился, бедненький?

— А мы здесь, бабушка, — произнес тот, что мяукал, и дернул на себя входную дверь квартиры.

Бабушка негромко опасливо ойкнула, едва не вылетев от толчка на лестничную площадку.

— Давай внутрь, бабушка, — распорядился бандит. — Пока мы тебе синяков не наделали.

Парни втолкнули старушку внутрь квартиры и вошли. Но прикрыть за собой дверь им не удалось. Милиционеры, сидевшие в засаде, ворвались следом в квартиру и наставили на них револьверы:

— Стоять, не двигаться. Руки вверх!

Налетчик, вошедший в квартиру первым, попытался бежать: в несколько шагов пересек комнату и устремился к окну, но тут прозвучал выстрел. Раненный в плечо преступник упал на пол и дико завопил, а двое остальных тотчас подняли руки.

— Не стреляйте!

Налетчики безо всякого сопротивления позволили надеть на себя наручники, после чего их отвезли в отделение милиции. Так была обезврежена в городе еще одна банда…

Когда отчет о задержании преступников попал на стол начальника УГРО города подполковника Фризина, тот внимательно прочитал его, немного подумал и, не поленившись, направился в центральное отделение милиции. Там он перекинулся парой слов с начальником отделения и велел вызвать к себе старшего лейтенанта Федора Гапоненко. Когда тот явился и отрапортовал, подполковник Фризин, оглядев его с головы до ног, задал ему один-единственный вопрос:

— Как ты, старлей, додумался до того, чтобы глянуть на карту? Надоумил кто или сам допер?

— Честно? — посмотрел на начальника уголовного розыска оперуполномоченный Гапоненко, не очень-то и представляя, что следует отвечать.

— А то как же? — на полном серьезе произнес подполковник Фризин и посмотрел старшему лейтенанту в глаза.

— Не знаю, что вам и сказать, — не очень твердо ответил оперуполномоченный Федор Гапоненко. — Мне как будто кто-то из-за плеча шепнул. Дескать, делай так-то и так-то. — Он немного помолчал, затем добавил: — Интуиция сработала, наверное.

Абрам Борисович еще какое-то время смотрел на старшего лейтенанта, затем молча поднялся и вышел из кабинета. Его лицо оставалось непроницаемым — совершенно было непонятно, какое решение он принял в отношении Федора Гапоненко. А через два дня пришла бумага о переводе оперуполномоченного центрального городского отделения милиции старшего лейтенанта Ф. И. Гапоненко оперуполномоченным в отдел по борьбе с бандитизмом городского Управления МВД. В этот же день бумага была принята к исполнению.

* * *

Негромко постучав для приличия в дверь, Федор Гапоненко с каким-то неясным предчувствием вошел в кабинет майора Щелкунова, где, кроме самого начальника, присутствовали еще капитан Рожнов и лейтенант Кац. Ощущение представлялось смешанным: то ли ожидать поощрения, то ли какого-либо взыскания. С наградами всегда сложно, а вот с наказаниями попроще. У начальства всегда отыщется причина, за что можно задать подчиненному трепку.

Однако вопреки ожиданию не случилось ни того, ни другого. Но неопределенность присутствовала.

— Я совсем недавно отобедал в нашей столовке, — сообщил вошедшему капитан Рожнов и спросил: — Ну-ка, скажи, чего я ел?

— А я почем знаю? — вскинул в удивлении брови Федор Гапоненко, не ожидая от старшего товарища подобного вопроса и прикидывая в уме, не подвох ли это какой-либо. — Я что, тебя нюхать, что ли, должен?

— Ну, ты попробуй определить. Сыскарь ты или кто? — вполне резонно заметил Рожнов, пытливо глядя прямо в глаза старлею.

Федор Игнатьевич — так иногда полушутя называл его старший товарищ капитан Рожнов — подошел к Валентину Николаевичу, прошелся вокруг него, после чего шумно втянул носом воздух. Потом постоял немного, раздумывая, и ответил:

— Кажись, щами пахнет.

— Верно! А с чего так решил?

— Кислинкой малость потягивает.

— Неплохие, кстати, щи в нашей столовке сегодня давали. Мне даже кусочек мяса попался, — заявил капитан Рожнов, одобрительно хлопнув старшего лейтенанта по плечу.

— А какими духами я… душусь? — поднялась со своего места Зинаида Борисовна и дважды прошла мимо Феди Гапоненко, оставив за собой шлейф приятного запаха.

— Я не понимаю, к чему это вы? — поочередно посмотрел на присутствующих офицеров милиции Гапоненко. — Это вы надо мной так подшучиваете, что ли, или как?

— Так какими духами от меня пахнет? — повторила вопрос лейтенант Кац без малейшего намека на улыбку.

— Не знаю, — с нотками беспомощности в голосе отозвался Федя Гапоненко. — Я не разбираюсь в духах и разных одеколонах. Знаю только, как «Шипр» пахнет. А во всей остальной парфюмерии я ни в зуб ногой!

— А придется разбираться, товарищ старший лейтенант, — вмешался в разговор майор Щелкунов, припустив в голос некоторую суровость, до этого только внимательно слушавший. — Так как пахнет «Шипр»?

— Ну-у… терпкий такой запах… Ладаном еще пахнет, ванилью и еще чем-то, — немного подумав, ответил старший лейтенант.

— Дубовым мхом еще и бергамотом пахнет. От него как раз и тянет терпкий запах, — подсказала Зинаида.

— Наверное, — согласился оперуполномоченный. Чувствовал он себя крайне неловко и терпеливо ожидал, чем закончится этот непонятный спектакль.

— Ну, так какими духами от меня пахнет? — уже в третий раз задала этот вопрос лейтенант Кац.

Старший лейтенант Гапоненко принюхался и ответил:

— Одно могу сказать точно: от вас пахнет не «Шипром».

— Правильно, — согласилась Зинаида Борисовна. — От меня пахнет духами «Красная Москва». Запомни этот запах…

Она еще раз прошлась мимо Феди Гапоненко.

— Запомнил? — спросила она.

— Да, — ответил старший лейтенант.

— Ну, и чем от меня пахнет?

— Духами «Красная Москва», — последовал незамедлительный ответ, никого из присутствующих не устроивший.

— А точнее? — спросил Виталий Викторович.

Старший лейтенант Гапоненко немного подумал.

— Фиалками, кажись, пахнет.

— Верно, — кивнула Зинаида Борисовна удовлетворенно. — А еще гвоздикой, цитрусовыми, жасмином… Гм… — продолжила она. — Не такой уж ты и профан, Федор Игнатьевич…

— Он теплый, — негромко произнес старший лейтенант после небольшой паузы.

— Кто теплый? — поначалу не поняла лейтенант Зинаида Кац.

— Аромат духов «Красная Москва» — теплый, — уверенно произнес Федор Гапоненко.

Зинаида посмотрела на старшего лейтенанта, потом перевела взгляд на майора Щелкунова.

— Мне кажется, товарищ майор, мы сделали правильный выбор, — сказала она.

На следующий день старшего лейтенанта Федора Гапоненко познакомили с духами «Манон». Их аромат сильно отличался от «Красной Москвы», которыми пользовалась каждая вторая советская гражданка. А в больших городах эти духи использовала едва ли не каждая любящая себя женщина. Ну, или почти каждая… Аромат же духов «Манон» был более воздушен и более насыщен легкими, но все же узнаваемыми запахами: в нем присутствовали запахи бергамота, ландыша, гвоздики, жасмина, свежего персика и даже кедра. Аромат духов «Манон» ни с какими другими запахами нельзя было спутать. Он походил на заграничный, хотя старший лейтенант Федор Гапоненко заграничных духов не то чтобы не нюхал и не держал в руках, но и не видал никогда вживую. Тем, что запах духов «Манон» смахивал на заграничный, и объяснялась популярность их среди жен высокопоставленных ответственных работников города и республики.

А вот про то, каким образом в отделе по борьбе с бандитизмом городского Управления МВД появился на две трети использованный флакончик духов «Мисс Диор», — про то разговор особый. Если описывать всю историю появления этого флакончика, то получится объемный рассказ с элементами детектива, драмы и где-то даже мистики. Да только кому это надо? Вкратце же дело обстояло следующим образом. С просьбой раздобыть флакончик духов «Мисс Диор» майор Щелкунов обратился к своему непосредственному начальнику подполковнику Фризину.

— Очень надо, — заявил Виталий Викторович.

— Для дела или для души? — отозвался подполковник Фризин, остро глянув на майора Щелкунова.

— Больше для дела, — улыбнувшись, ответил Виталий Викторович.

— Жениться бы тебе надо, Виталий, — произнес Абрам Борисович. — Такой парень пропадает!

— Делаю все, что в моих силах, — серьезно ответил майор Щелкунов. — Вот поэтому и обратился. Авось с личной жизнью вышестоящее начальство поможет.

— Ох, что-то ты темнишь, товарищ майор, — покачивая головой, неодобрительно сказал подполковник Фризин. — Попробую что-нибудь придумать, надеюсь, что все твои амуры не скажутся на службе.

— Уверяю, Абрам Борисович, наоборот, даже очень помогут.

Начальник городского уголовного розыска обратился с аналогичной просьбой к начальнику городского Управления МВД. Начальник Управления — к республиканскому милицейскому начальству. Те — к неким ответственным работникам, имена которых у граждан не очень-то и на слуху… Словом, флакончик нужных духов, пусть и на две трети использованный, появился у майора Щелкунова к вечеру описываемого дня.

— Вот тебе духи «Мисс Диор». Не буду тебя обременять рассказом, как он мне достался. Надеюсь, что все усилия не напрасны! — Улыбнувшись, добавил: — Потом доложишь!

— Есть доложить!

* * *

Первым делом предложили духи понюхать Феде Гапоненко.

— Ну и как тебе? — спросили его.

— Вкусно пахнут. Хорошие духи, — последовал ответ.

— Это мы и без тебя знаем, что они хорошие, — с легким раздражением сказал майор Щелкунов. — Ты скажи, чем пахнет.

— Мандаринкой и… цветами.

— Запомнил запах?

— Запомнил, — твердо ответил старший лейтенант и для верности понюхал флакончик духов еще раз.

— А теперь, — разложил на своем столе лоскутки бумаги Виталий Викторович, — понюхай-ка каждый из этих клочков бумаги и определи, какими духами он пахнет…

Майор Щелкунов пододвинул старшего лейтенанта Гапоненко к столу и стал внимательно наблюдать за его действиями. Тем временем Федор взял со стола первый клочок и понюхал.

— Ну, что скажешь? — с нетерпением поинтересовался Виталий Викторович.

— Это «Манон», — произнес через пару мгновений Гапоненко и взял следующий клочок.

— Ну? — спросил его майор Щелкунов.

— Это «Шипр», — последовал ответ.

Третий бумажный клочок был надушен «Красной Москвой», что опять-таки точно определил Федор Гапоненко.

Взяв четвертый клочок бумаги и понюхав его, экзаменуемый старшими товарищами Гапоненко, слегка усмехнувшись, твердо произнес:

— Это снова «Шипр».

Чувствовал себя старший лейтенант теперь вполне уверенно.

Майор Щелкунов и лейтенант Кац удовлетворенно переглянулись.

— А вот это «Диор», — понюхав очередную бумажку, изрек старший лейтенант.

— А это? — указал на последний клочок бумаги Виталий Викторовичи, вполне довольный результатом.

— А это снова «Красная Москва», — понюхав, улыбнулся Федя Гапоненко и победно оглядел присутствующих. — Ну что, прошел я испытание, которое вы мне тут устроили?

— Прошел, — заключил майор Щелкунов. И добавил, посерьезнев лицом: — А теперь слушай, что тебе надлежит сделать…