Оставьте это Вэйне: она умела заставить меня почувствовать себя желанным гостем.

Она не всегда была такой. Я знал ее двенадцать лет благодаря дружбе с Востеном, и мы всегда общались спокойно и уважительно. Даже чуть теплее, чем просто знакомые. Пока это не закончилось.

Точнее, пока она не перестала.

С тех пор как на нее напали десять месяцев назад, она не выносит моего присутствия, и я понятия не имею почему. Никто не знает.

Десять месяцев назад

— Вос, давай. Мы опоздаем, — крикнул я, барабаня кулаком во входную дверь Востена.

Когда я пришел на стройку и не нашел его там, то спросил нашего друга и коллегу Хендрика, не видел ли он его. Тот покачал головой, и я сразу понял, что что-то не так. Поэтому пошел будить Востена. Несколько лет назад мой отец придумал, как провести в дома и другие здания проточную воду. С тех пор мы без устали работали, уже три года перестраивая старые здания по всему городу, и каждый день вставали ни свет ни заря.

Через несколько минут дверь распахнулась. Под глазами Востена залегли темные мешки, словно он не спал всю ночь.

— Что, во имя ада, с тобой случилось? — спросил я с усмешкой.

Он выглядел так, будто до рассвета просидел в таверне. Или привел домой женщину. Подозрения, что внутри кто-то есть, подтвердились, когда он оглянулся через плечо, быстро вышел и осторожно прикрыл за собой дверь.

— Мне нужен выходной, — сказал он с озабоченным видом.

Вот дерьмо.

Улыбка исчезла. Он никогда не брал выходных, и я знал: если просит об этом сейчас, значит, произошло что-то серьезное.

— Конечно. Что случилось?

Он провел рукой по каштановым волосам.

— Честно говоря, сам не знаю. Это Вэйна… — Он кивнул на дверь за спиной.

Я нахмурился, и пульс сразу участился.

— Что с ней?

Я и раньше замечал, что в последнее время с ней что-то происходит.

— На нее напали прошлой ночью. Через окно в спальню бросили камень, на котором было вырезано слово «шлюха». В нее не попали, но стеклом порезало лицо. Потом дом окружили люди с факелами. К счастью, ей удалось выбраться. Они погнались за ней на лошадях, но сбежали, как только она добралась сюда.

Я видел, как он взбешен: сжатые кулаки, искривленная губа. Свою реакцию я спрятал.

— Успокойся. Теперь она здесь.

— Не могу! Мне плевать, правда это или нет, но такое уже переходит все границы!

Я слышал слухи. В маленьком городе, где людям нечем заняться, они распространяются быстрее пожара. Особенно если речь идет о чужой личной жизни. Поэтому, когда кто-то пустил разговоры о том, что Вэйна спит со всеми подряд, сплетня разлетелась мгновенно. Потом история обросла подробностями. Будто она переспала едва ли не с половиной мужчин соседнего города и с большинством мужчин нашего, пробиралась в чужие постели, разрушала браки и помолвки и даже соблазняла тех, кто берег невинность. Последний месяц это была главная тема разговоров.

Все это звучало до смешного нелепо. История становилась все более невероятной с каждым пересказом, и меня это бесило. Никто не знал, кто начал распускать слухи, и никого, похоже, не волновало, правда это или нет.

— Ну что, пойдем за ними? — спросил я.

Вос был моим лучшим другом. Любой его враг становился моим врагом. Я бы с удовольствием занялся этим сам, но должен был уважать его решение. В конце концов, речь шла о его сестре.

Именно поэтому я никогда не говорил ему о своих чувствах к ней, которые начали появляться несколько лет назад.

Он покачал головой.

— Она не знает, кто это был. Лиц она не видела. Мы не можем просто пойти и переловить весь город.

— Вообще-то можем. — Я пожал плечами.

«Да!» — восторженно воскликнул темный голос внутри.

«Сарказм. Отвали», — мысленно отрезал я.

Жестокости во мне не было. Но если бы понадобилось, все могло измениться, и тогда я бы не колебался.

— Я перевожу ее к себе. По крайней мере, туда они не сунутся, пока я рядом. За ней нужно присматривать. Она очень напугана, а я боюсь, что на нее снова нападут. Мне нужна твоя помощь, — серьезно сказал Востен.

Я кивнул.

— Говори.

— Помоги мне защитить ее.

Я уставился на него. Наверное, стоило сначала спросить, в чем заключается помощь, а потом соглашаться.

— Я серьезно, Деймон. Не знаю, что происходит. Она ничего мне не рассказывает, но мне пригодится твоя помощь. Просто присматривай за ней. Следи, чтобы никто не причинил ей вреда. Хотя бы пока все не уляжется.

Он всерьез думает, что я смогу просто постоянно наблюдать за ней?

Я молча вздохнул. Гораздо проще было бы найти виновных и отрубить им головы.

— Конечно, — сказал я. — Мы ее защитим.

— Обещай.

— Обещаю.

Всего одно слово, но я говорил абсолютно серьезно.

— Спасибо. — Его плечи заметно расслабились. — Только есть одна проблема.

Я ждал.

— Она не хочет видеть рядом ни тебя, ни кого-либо еще. Так что она не должна знать.

Я едва удержался, чтобы не закатить глаза.

Следовало догадаться.

Что ж, придется проявить изобретательность.

Я знал, что слухи лживы. Судя по всему, что я видел и знал о Вэйне, она не была распутной. И даже если бы была, мне было бы все равно.

Она разборчива в друзьях. Добрая. По крайней мере, раньше была такой и оставалась такой с семьей. Бескорыстная. Она никогда не привела бы в свою постель первого встречного.

Но это было давно.

И Востен оказался прав. Она не хотела видеть рядом никого, кроме семьи. Каждый раз, заметив меня, она либо уходила, либо прожигала взглядом. Как сейчас, когда я вошел в дом ее родителей вместе с Востеном.

— Рад тебя видеть, Вэйна, — ровно ответил я на ее недовольный стон.

— Вэй, — предупредил брат. — Будь вежлива.

Я приподнял бровь, словно говоря: да, Вэй, будь вежлива.

Ее ореховые глаза сузились. Она резко отвернулась, и рыжие волосы скользнули по плечу.

— Это семейный ужин. Что он вообще здесь делает?

— Он здесь из-за Воса, — подчеркнуто ответил я.

Эта ненависть уже начинала надоедать.

Востен пересек комнату и обнял сестру за плечи.

— Да брось. Он почти член семьи. И вообще, сегодня есть повод для праздника.

— Ага. У папы день рождения. Мы отмечаем его каждый год. — Она скрестила руки на груди.

— Не только это. Есть еще кое-что.

Ее взгляд наконец оторвался от меня и перешел на брата.

Хотя они были близнецами, сходства между ними почти не было. Востен высокий и крепкий, весь в отца. Вэйна пошла в мать, стройная и гибкая. Ее волосы пылали рыжим огнем, местами выгоревшим на солнце до золотистых прядей. У Востена волосы были каштановыми. Единственное, что их объединяло, это ореховые глаза, цвет которых словно менялся вместе с настроением.

— Празднуем что? — спросила Аллейна.

Востен гордо выпятил грудь.

— Знаете пустой участок рядом с оружейной? Там будет церковь. И главным строителем назначили меня.

Лица женщин просияли. Они тут же окружили его поздравлениями. Я отошел к стене и прислонился к ней, давая им возможность насладиться моментом и украдкой наблюдая за Вэйной. Так искренне и ярко она улыбалась редко.

— Деймон Корс, — выдохнула Аллейна. — Это твоих рук дело?

Я поднял ладони.

— Нет. Он сам заслужил эту должность.

И это была правда. Да, я рекомендовал Востена отцу, но не из-за дружбы. Он действительно заслуживал такую работу. Он был хорошим мастером и любил свое дело.

Мы начали работать строителями в восемнадцать лет. Для Востена это стало делом жизни. Для меня же было лишь очередной ступенью. Рано или поздно годы ученичества у отца приведут меня к управлению его делом. А его дело в этом городе давно превратилось в настоящую империю. Почти каждое здание в Нилле принадлежало ему, и именно так он заработал свое состояние.

— Это действительно повод для праздника, — заявила Аллейна с широкой улыбкой, а потом строго посмотрела на Вэйну. — И Деймон всегда желанный гость в моем доме.

Я всегда знал, что она мне нравится не просто так.

Губы Вэйны сжались. Она бросила на меня взгляд, закатила глаза и сказала:

— Ладно. Ужин готов. Давайте есть.

Мои губы дрогнули в усмешке.

Ужин с Вэйной. Это будет интересно.

Востен болтал с матерью и сестрой о своей новой должности, а я лишь изредка вставлял пару слов и в остальном молчал, наслаждаясь вечером. Прошло слишком много времени с тех пор, как я просто сидел за столом и ужинал с семьей, даже со своей собственной. Мы никогда не были так близки, как Скорены, и мне всегда нравилось приходить сюда вместе с Востеном. Они принимали меня как родного. По крайней мере, раньше. До тех пор, пока все не испортили отношения с Вэйной.

Она почти не смотрела на меня весь вечер, хотя сидела прямо напротив. Будто намеренно избегала моего взгляда. И уж точно не собиралась со мной разговаривать. Неохотно, но я уже начал привыкать к такому отношению. Поэтому просто ел и старался не думать об этом.

Но, блядь, как же я скучал по стряпне Вэйны.

И готовить она стала еще лучше с тех пор, как последний раз кормила меня. Я даже не мог вспомнить, когда это было. Востен был худшим другом на свете, раз целый год лишал меня такой еды.

Ужин был простым, тушеная говядина с овощами, но каким-то образом она превратила его в восхитительное рагу, от которого невозможно было оторваться. Идеально подобранные приправы подчеркивали вкус мяса, и каждый кусок буквально таял во рту. Иногда мне казалось, что она тайком работает на какой-нибудь королевской кухне.

Хотя сама Вэйна об этом не знала, я многое знал о ее жизни.

За последний год она даже не догадывалась, сколько всего мне известно. А если бы узнала и поняла, откуда именно я это знаю, то, скорее всего, возненавидела бы меня еще сильнее.

Она не знала об обещании, которое я дал ее брату.

Не знала, что я запомнил ее путь на работу и обратно, чтобы суметь найти ее, если что-нибудь случится.

Не знала, что мне известно, как сильно она любит спать в дождливые дни и что в плохую погоду ее почти невозможно вытащить из дома.

Не знала, что, кроме семьи, она почти ни с кем не общается.

И не знала самого главного.

Я видел то, что она старалась скрыть от всех.

То, что, как ей казалось, никто не замечал.

Ее одиночество.

Если бы она поняла, что я видел эту уязвимость, она бы точно возненавидела меня еще сильнее.

По крайней мере, тогда у нее была бы причина.

Когда ужин закончился, мы попрощались с Аллейной и вышли на крыльцо.

— Увидимся завтра, — сказал Востен матери.

Мы втроем вышли во двор.

Вэйна тут же пронеслась мимо меня и быстро сбежала с крыльца, словно не могла оказаться от меня подальше достаточно быстро.

Я засунул руки в карманы и пошел следом.

Она остановилась на краю темного двора. Так далеко от города фонарей уже не было. Вэйна обхватила себя руками, спасаясь от прохладного ветра, а длинная юбка колыхалась вокруг ног.

Я начал снимать куртку, чтобы накинуть ей на плечи, но она остановила меня одним резким взглядом.

— Это всего лишь куртка, — тихо сказал я.

— Лучше замерзну, — прошипела она сквозь зубы.

Со всеми остальными она была тихой и осторожной.

Со мной нет.

Меня она не боялась.

Тот мягкий характер, который я когда-то знал, сменился горечью. Добрый взгляд превратился в колючий. Женщина, которую я помнил, осталась где-то далеко в прошлом.

Вдруг она нахмурилась и начала оглядываться по сторонам.

— Что ищешь? — спросил Востен, подходя к нам.

— Нео.

Она подняла голову к небу.

— Обычно он всегда здесь, когда мы уходим.

Мои брови поползли вверх.

— Ворон? — Востен тоже посмотрел в темное небо. — Может, наконец улетел. По крайней мере, перестанет тебя доставать.

Я напрягся от его слов.

Темный голос внутри насмешливо хмыкнул.

— Отвали.

— Ага, — тихо сказала Вэйна.

Но тревога в ее голосе никуда не делась. И в глазах мелькнуло беспокойство.

Я и сам не понял, почему уголок моего рта приподнялся, когда они с Востеном пошли дальше по дороге.

Ей нравится этот ворон.

Мы молча шли в сторону города. Гравий хрустел под ногами, нарушая тишину. И я заметил, как у Вэйны сбилось дыхание, когда я поравнялся с ней.

Странно защищать человека, который не хочет видеть тебя рядом.

Это сильно усложняет задачу.

Но до сих пор мне удавалось делать все так, чтобы она ничего не замечала.

Я понятия не имел, сколько еще это продлится, и надеялся, что недолго. Мы с Востеном почти не говорили об этом. Наверное, пора снова поднять эту тему.

Да, люди до сих пор шептались за ее спиной, но уже несколько месяцев никто не пытался причинить ей вред. Хотя это вовсе не означало, что новая попытка не последует, стоит только брату отойти в сторону.

Востен был рядом почти постоянно. Он сопровождал ее везде, где мог, если не работал. Единственным исключением оставалась дорога на работу и обратно, потому что их графики не совпадали. В остальное время он почти всегда находился рядом. А если не мог, присматривал я.

Пока Востен беспокоился о ее безопасности, я тоже не собирался расслабляться.

Не то чтобы я возражал.

Пока мы шли, Востен с энтузиазмом рассказывал о будущем строительстве. Я пытался слушать, правда пытался.

Но все мое внимание снова и снова возвращалось к Вэйне.

Прошло слишком много времени с тех пор, как я был так близко к ней.

Она стала печальнее.

Злее.

И это причиняло боль, потому что раньше она была совсем другой.

— Спасибо за ужин, Вэйна. Это одно из лучших блюд, которые я когда-либо ел.

И это была чистая правда.

Хотя где-то глубоко внутри теплилась слабая надежда, что она перестанет меня ненавидеть.

И еще мне очень хотелось снова попробовать ее еду.

Она покосилась на меня.

Когда сглотнула, на ее шее дернулся тонкий мускул.

— С… спасибо. Я рада, что тебе понравилось.

Щеки Вэйны вспыхнули.

Мой пульс тут же ускорился.

Я не ожидал такой реакции ни от нее, ни от себя.

Но было приятно узнать, что комплименты все еще способны ее смутить.

— Ты бы попробовал ее свиные ребрышки, которые она готовит целый день, — вставил Востен. — Они просто тают во рту. А ее выпечка? Если бы она пекла каждый день, я бы давно растолстел.

Она вежливо кивнула, но я заметил едва заметную улыбку на ее губах.

Внутри я недовольно проворчал, когда мы дошли до развилки.

Здесь наши дороги расходились.

Все ощущалось почти как раньше.

И мне неожиданно понравилось это чувство.

Хотелось, чтобы вечер не заканчивался.

Может, придумать повод увидеть ее снова?

Такой повод, при котором она действительно будет вынуждена меня терпеть.

Стоп.

С каких это пор я вообще стараюсь найти возможность увидеть женщину, которая весь последний год относится ко мне как к мусору?

Я покачал головой, отгоняя эту мысль.

Нет.

Дело вовсе не в ней.

Я просто хотел снова попробовать ее еду.

Именно так.

— Спасибо, что позволили присоединиться к вам сегодня вечером. Увидимся завтра, Вос. Вэйна.

Я перевел взгляд на нее.

Она снова избегала смотреть мне в глаза.

Но это все равно лучше, чем ее привычный убийственный взгляд.

— Рад был тебя видеть.

— Угу.

Только и ответила она.

Потом развернулась и пошла своей дорогой.

Прощание получилось так себе.

Но хотя бы без среднего пальца.

Уже прогресс.

— Увидимся! — крикнул Востен и поспешил за сестрой.

Еще несколько секунд я смотрел им вслед, прежде чем повернуть в сторону своего дома.

Через мгновение до меня донесся голос Вэйны:

— Нео! Вот ты где!

Я улыбнулся.

Сверху было отлично видно, как просияло ее лицо.

Востен попросил меня присматривать за ней.

Именно это я и делал.

Вороны подходили для такой работы лучше всего.

Я пробовал кошку.

Пробовал собаку.

Но они не были достаточно скрытными и далеко не всегда позволяли видеть то, что мне нужно.

Поэтому я остановился на вороне.

А она назвала его Нео.

Мой дом стоял недалеко от развилки, но был скрыт за небольшой рощей и не просматривался с дороги.

Мне всегда больше нравилось уединение, чем жизнь рядом с городом.

К тому же эта земля принадлежала мне. Я купил ее у отца.

Ночью было трудно разглядеть даже очертания дома, но я построил его своими руками и знал здесь каждый шаг, каждый камень, каждый клочок земли.

Я мог пройти по участку с закрытыми глазами.

Дом был почти закончен.

Оставались лишь мелочи внутри, которыми я занимался в свободное время.

Закрыв за собой дверь, я зажег свечу от лежавших на столике спичек и поднялся по мраморной лестнице наверх.

По дороге заглянул в кабинет, чтобы сделать пометки по работам на кухне.

Потом взглянул на календарь, пытаясь понять, когда найду время закончить оставшееся.

И тут дата заставила меня замереть.

Дерьмо.

Я совершенно потерял счет дням.

Как она успела подкрасться так быстро?

«Время пришло…» — довольно протянул голос внутри меня.

— Еще чего.

Я мысленно затолкал его обратно в ту дыру сознания, где ему и место.

Я был полон решимости держать его под контролем.

Но, услышав удаляющийся смех, эхом прокатившийся по голове, понял одну неприятную вещь.

Долго я не продержусь.

Особенно если учесть, что ждет меня завтра.