Время превратилось в вязкую жижу, потекло тягуче, словно смола. Ближайшие Восходящие сделали первый шаг в нашем направлении, они не спешили, приближались, словно поток лавы, что сжигает всё на своём пути. Это сопровождалось шуршанием одежд пустынников, лязгом металла, гулом дыхания. Складывалось ощущение, будто дышало само.

Мы с Кирией стояли на входе в зал, где собрались нейрограмма Кел, Восходящие, призванные Существа, и только Единые знали, кто ещё. Я смотрел на золотую Восходящую рядом и хотел понять, готова ли она к такой битве или решит, что она того не стоит, развернётся и поспешит на выход, чтобы забрать своих людей и скрыться.

Лицо Кирии оставалось таким же холодным, как и на протяжении всей схватки, но в глазах продолжали плясать огоньки азарта. Золотая скрижаль дрожала на кончиках её неестественно длинных пальцев. Только сейчас я обратил внимание, что они слегка длиннее, чем у любого из аборигенов, что встречались мне раньше. Продолговатые и заострённые ногти, если не присматриваться, больше напоминали когти.

— Нам бы не помешал одобрительный взгляд Того-Кто-Сражается, — сказала она и откинула назад хвост белых волос. — Без него придётся попотеть.

Несмотря на серьёзный голос, нотки азарта проскакивали в её словах. Она скрывала, что происходящее приносило ей удовольствие, но недостаточно, чтобы я не заметил. И как мне казалось, делала это специально.

— Будь он жив, он наверняка посмотрел бы, — ответил я и вспомнил слова Ниры о том, что рано или поздно она покажет мне Защитника Бреши и всего Единства. Мы встречались! И этот факт до сих пор не мог поместиться у меня в голове, будто моя Искра говорила не обо мне, а о ком-то совсем другом. Хотя, если вспомнить, кем я–мы были, то можно смело сказать, что я действительно не тот, что был раньше.

Аспект выскользнул из меня и устремился в зал. Дыму предстояло немало работы, а без моего помощника силы у меня явно кончатся раньше, чем битва.

Противники надвигались, нам же приходилось медленно отступать в коридор. Входить в просторный зал, где нас моментально окружат — самоубийство. Нейрограмма наслаждалась моментом. Аркалор считал, что у нас не так уж много шансов, и на его месте я считал бы так же. Даже с учётом золота рядом, результат виделся туманным.

Пройти сквозь строй Восходящих, серебряных Существ, сквозь самого хозяина этого места, который наверняка не станет отсиживаться в стороне. Пробить энергетический щит вокруг чёрной колонны и взять под контроль или уничтожить её. И всё это под неумолкающий грохот битвы позади. Воины и Восходящие Легио Астра держали подъём по лестнице и не позволяли ударить нам в спину. Лишь несколько бронзовых Восходящих астрийцев двинулись за нами, но их всё равно было мало.

Впервые за бой Кирия призвала оружие. Длинное копьё на голову выше, чем Восходящая, оно будто состояло из энергии. Язык не поворачивался назвать это металлом, так как очертания древка и продолговатого клинка находились в постоянном движении. Там, где белая ладонь сжимала копьё, проскальзывали чёрные молнии. Золото, сразу понял я. От оружия веяло чем-то таким, что не требовалось даже смотреть через систему Восхождения, и так было ясно.

Мой Аспект будто понял, что сейчас его пятящемуся господину нужно как можно больше силы. Он выбирал самых слабых Восходящих и присасывался к ним. Порой это было короткое касание, порой лишь выставленная вперёд ладонь, куда собирались песчинки белой энергии.

Первым нанесли удар не мы, а противники, они вышли в коридор и использовали Руны-Заклинания. Огонь с рёвом покатился на нас. Он отражался от стен, создавал завихрения.

Крылья бросили меня к потолку.

Маятник ударил вместе со Шквалом. Послышался странный хруст, будто кто-то многократно усилил звук проминаемого снега. Ледяная Волна скрылась в потоках пламени и частично его потушила. Несколько человеческих силуэтов отбросило назад. Пар окрасился красным.

Одновременно с этим я использовал Заморозку. Волна мороза рванула вперёд и окончательно потушила огонь, но заполнила коридор едким туманом.

Действия Кирии выглядели намного более впечатляюще. На входе в зал, в трёх метрах над полом зажглось чёрное солнце. По нему пробегали фиолетовые волны. Из окружения моментально будто вытянули все цвета. Блеск лиора потух. Золотистые грани перестали играть в лучах света. Но хуже пришлось тем, кто оказался поблизости от солнца. Оно начало втягивать в себя всё. На моих глазах десяток Восходящих подняло в воздух, притянуло к солнцу и затянуло внутрь. По крикам и обезумевшим глазам, когда их конечности погрузились в шар огня, стало понятно — выжить внутри невозможно.

Одновременно с этим Кирия использовала ещё одну Руну-Заклинание. И это выглядело не менее ужасающе, чем чёрное солнце. Яркая вспышка света озарила часть коридора, а следом группа Восходящих попадала на землю. На лицах, руках, шее — везде, где взгляд касался открытого тела — засветились вены и сосуды. Сложилось ощущение, будто их кровь заменили раскалённой магмой. Это подтверждаюсь и тем, что от мертвецов повалил сероватый дым. До носа донёсся запах палёной плоти.

За несколько секунд она перебила несколько десятков противников. И это без надрыва, даже лицо не изменилось. На нём не дрогнул не единый мускул. И это не прошло незамеченным.

В этот момент что-то изменилось. Кирия охнула и содрогнулась. Её колени начали подгибаться. Тело странно искривило. На лице Восходящей появилась мука. В нескольких метрах под потолком коридора повис силуэт нейрограммы. Обе руки вытянуты в сторону Кирии. Впервые я заметил напряжение на лице противника. До этого момента он оставался спокойным.

— Я возьму его на себя, защити меня, — с хрипом простонала Восходящая и с трудом распрямилась. Один из глифов в её скрижали вспыхнул, и её силуэт потерял чёткость, будто утратил материальность. Пришла её очередь вскинуть руку в направлении нейрограммы. Кел попытался отшатнуться, но не получилось, он оказался зажат в ореоле из света, что соединил их, словно песочные часы.

Борьба происходила на непонятном и недосягаемом для меня уровне. Оба противника искривлялись, распадались, словно дым под порывами ветра.

К сожалению, созерцать это у меня не было времени. Я остался один, и помощи ждать было неоткуда. Даже те несколько Восходящих, что поддерживали нас из-за спины, оказались отрезаны маревом. Несколько их Рун-Заклинаний ударили в завесу. Это вызвало болезненную гримасу на лице Кирии, так что они тут же прекратили.

На меня пёрло целое полчище врагов, и я должен был его сдержать и не дать подобраться к золотой Восходящей. К счастью, давление нейрограммы на меня пропало. Оказалось, что оно не спадало ни на миг, а лишь слегка глушилось Аспектом. Сейчас же тело запело и налилось силой. Это произошло настолько резко, что я чуть не пропустил удар от ближайшего Существа.

Шестилапая золотистая тварь насела на меня. Её конечности поднимались и опускались с неумолимостью гильотины. Каждый удар раскалывал камень под ногами, крохотные осколки лиора разлетались в стороны, в том числе и в моё лицо.

Сейчас задача усложнилась многократно. Назад отступать нельзя ни на шаг. Наоборот, мне нужно выиграть хотя бы три — пять метров коридора, чтобы обезопасить Кирию. Только как это сделать, когда впереди столько врагов? Спасало только то, что многие Восходящие впали в странный транс, опустили головы, часть и вовсе повалились на пол и мучились в конвульсиях. Похоже, Кирия перегрузила возможности нейрограммы управлять. Но и без этого врагов у меня хоть отбавляй.

— Делай что хочешь, собирай сколько хочешь энергии, но не убивай Восходящих, — прошелестел я Аспекту, одновременно с этим Дым скользнул наискосок вниз и отрубил конечность твари. Мимолётная радость сменилась столь же быстрым разочарованием. Обрубок пополз по полу и слился с телом.

Аспект на миг посмотрел на меня. Мне показалось, что он понял, но уверенности не было. Он продолжал жатву.

Остановить его я не мог, иначе моментально лишусь скорости и сил. А сейчас мне требовалось всё, что я мог из себя выжать.

Дым превратился в расплывчатое марево. Дрожь разрезаемого воздуха отдавала в руку, будто я держался за работающий двигатель. Картинка боя начала смазываться. Я отдал своё сознание и возможность мыслить логически в обмен на боевой транс, когда наперёд знал, что нужно делать, как повернуть корпус, чтобы на микросекунду раньше сдвинуться в сторону и уйти от смертельного удара.

Любые мысли вылетели из головы. Единственное ограничение — тело, что не готово к таким перегрузкам. Но и иных вариантов нет!

Четыре метра! Всего четыре! В обычных обстоятельствах я мог преодолеть их одним прыжком с места. Сила и ловкость серебряного Восходящего позволяли сделать это без трудностей.

Но сейчас метры показались километрами. Передо мной уже три высоченных твари. Похожие на золотые молнии удары сыпались как проливной дождь.

До этого момента я старался экономить Звёздную Кровь. Сейчас же это ограничение больше не имело смысла. Маятник-Полумесяц рассёк одну из золотистых тварей. Ледяная волна опрокинула вторую и пронеслась по коридору, разрезая всё на своём пути миллионом острых осколков льда.

Навык заморозки и до этого работал, но сейчас, когда я перестал думать, он наконец собрался в небольшое, с мизинец длиной, лезвие и начал нарезать всё, куда падал мой взгляд. Двигался он настолько быстро, что это походило на телепортацию. Всё к чему прикасался, тут же промораживалось. В том числе и конечности тварей. Они лопались со звоном стекла. Разлетались по полу тысячами осколков. Часть истаивала в воздухе, часть сливалась с телами тварей. Но часть проскальзывала за их спины и устремлялась к чёрной колонне в зале.

Восходящие пустыни не забыли обо мне. Их существа набросились скопом. Уже серебряные Красноглаз, Пустотник, Грифорикс появились рядом и тут же вступили в бой. Экзо-Целитель встал позади и попеременно лечил то меня, то Кирию.

Присматривать за ней времени не было, но я видел, как из её глаз текли кровавые слёзы. На практически белом лице они смотрелись особенно неестественно, будто признаки скверны.

Шаг вперёд. Пропустил вперёд Красноглаза, и тот с шипением сбил с ног одного противника и начал рвать на куски. Я ударил наотмашь, сбил активацию руны у другого. Отступил на полшага вбок. Ударом кулака в лицо сбил другого. Схватил за хвост летающую змею, размахнулся и запустил её в стену. Увидел, как она размозжила себе голову. И сделал ещё один крохотный шажок вперёд.

Я работал на пределе. Мысли не успевали за телом. Оно двигалось всё быстрее. Аспект вливал всё больше. Помутнения сознания не было, но в меня потоком влетали чужие мысли и обрывки воспоминаний. Они перемешивались и создавали постоянный нарастающий гул. Ещё шаг вперёд.

Метр отвоёван!

Приходилось платить кровавую дань. Не только враги получали удары, но и я. Какими бы рефлексами я ни обладал, они не могли уберечь от всего. Слишком много рун сыпалось на меня, слишком плотным стал обстрел.

Очередной комплект Гардиана превратился в лохмотья. Часть броневых пластин сорвало. Другие оплавились от жара и действия кислоты. Исцеление работало без перерыва, возвращая тело в норму, как и экзо позади меня. Но даже два этих фактора не могли перекрыть поток повреждений.

Я шёл вперёд. Под ногами хрустела тонкая корка льда. На меня нападали. Пол устилали тела врагов и золотые осколки лиора с инеем на гранях. Стало темно, уже позже я осознал, что один из ударов пришёлся по касательной и разрезал кожу на лбу, практически сняв скальп. А темнота — это кровь, что натекла в глаза.

Что-то пытались донести до меня Нира, Флами, Вулкан через вокс, но я не слышал их. Не мог себе позволить отвлечься. Знал, стоит хоть на миг, крошечное мгновение, выпасть из боевого безумия, как меня моментально сомнут враги. Запомнились лишь отдельные слова: «Идём, Эллесар, скоро, рядом!».

Составлять логические цепочки я не мог. Продолжал с рычанием пробивать себе путь по коридору к дверям зала. Звёздная Кровь заканчивалась. Как и активации Фиала. Всего три, каждая восстанавливала по пятьсот капель, но для такой волны врагов и этого оказалось мало. Мне приходилось стоять одному против множества. Спасала лишь относительная узость коридора и то, что противники мешали друг другу. Будь я в центре зала, и меня давно смяли бы.

Мне так и не удалось преодолеть оставшиеся метры, что я поставил себе целью. Четыре! Но какими же тяжёлыми они оказались. Прошёл лишь два, и то истратил на это весь свой арсенал. Руны-Существа давно разорваны врагами, остатки Звёздной Крови использовались лишь на Исцеление.

А Аспект не успокаивался. Он уже не бегал от противника к противнику. Нашёл свободное место, раскинул руки в стороны и продолжал жатву. С его ладоней срывались нити, чтобы дотянуться до ближайших врагов.

Сдаваться никто не собирался, хотя сил оставалось всё меньше. Ещё меньше желания остановить бой было у Существ и их хозяина. Кирия уже сидела, уперевшись одной рукой в пол, а вторую подняла в сторону нейрограммы Кел.

Её враг выглядел не лучше. Потерял часть своей целостности, стал прозрачным, его тело разлеталось и собиралось вместе раз за разом. При этом я понимал, что добраться до чёрной колонны у меня не получится, только если Кирия одолеет своего врага, но надеяться на это не приходилось. Одного взгляда хватало, чтобы понять, она лишь держалась, но не атаковала.

В пылу битвы я даже не услышал грохота. Осознал, когда по подошвам пробежала вибрация, а впереди стало чуточку светлее.

— Хххх…. — единственное, что я сумел выдавить из себя, когда увидел Секутор. Корабль тараном проломил круглый купол огромного зала.

Двигался он на предельной скорости, глыбы камней, которые должны были упасть на пол, ещё висели в воздухе, будто не веря, что им нужно упасть. Для меня же Секутор двигался медленно, почти неспешно преодолевал метр за метром.

На борту, словно ангелы возмездия, стояла портальная команда. Крылья уже распахнуты, готовы подбросить хозяев. Лица сосредоточены, готовы к битве. Каждый уже выбрал себе цель. Отголоски влияния Ниры на команду дотянулись и до меня. Она была рядом, но сейчас я почувствовал ещё один слой её влияния на происходящее.

Острый нос корабля оказался направлен в сторону чёрной громады колонны в центре зала. Испуганный визг позади прозвучал музыкой. Нейрограмма врага заметалась, Кирия, будто ощутив прилив сил, выпрямила спину, хотя вставать не спешила. Ещё не могла.

В последнем порыве нейрограмма всё же сумела надорвать путы «песочных часов» и освободилась.

Поздно. К этому моменту нос Секутора уже находился в полуметре от колонны. Обрывки Существ, что сползались к ней, постарались выстроить защиту и начали объединяться в огромное создание.

С физикой не поспоришь. Даже Звёздная Кровь и вся система Восхождения делала это с долей сопротивления, а что говорить, когда огромный трёхпалубный корабль из неуничтожимого иллиума смял единичное, пусть и сильное Существо.

Удар оказался такой силы, что содрогнулось всё здание. Дальняя стена, носившая следы старых битв, начала медленно крениться наружу. В зал хлынул свет Игг-Древа.

Я ожидал, что корабль разнесёт чёрную колонну вдребезги, но этого не произошло. Острый нос пробороздил на ней огромную рваную рану, откуда полился белый свет.

Он не просто слепил. Те Существа и Восходящие, что находились со стороны раны, распались пеплом. Пол начал плавиться. Сердце екнуло, когда я подумал, что могло бы случиться, если бы Секутор не отбросило в сторону, и он пробил пол, наполовину погрузившись в нижний ярус.

— Прикройте его и меня! — послышался грозный голос Ниры. Она спрыгнула с борта и как молния помчалась в сторону колонны, из которой продолжал изливаться свет.

Первый удар портальной команды вышел страшным для противника. Ни один из моих Восходящих не сдерживал ни гнева, ни самых сильных своих способностей. Первые шеренги врагов перед ними смело. Костя ударил градом из ледяных осколков. Стрелы Фэйта разрезали пространство, и каждая пробивала по три — четыре противника, настолько плотно они стояли. Наоки растворилась в воздухе, но её передвижения хорошо просматривались по кровавым просекам в толпе Восходящих со свёрнутыми шеями.

Ментальный Крик Тха пронёсся по залу и заставил множество врагов упасть на колени и зажать ладонями кровоточащие уши. За всем просто невозможно было уследить. Слишком много рун использовала портальная команда. Но главное, у них получилось пробить несколько широких просек. Одна ко мне, вторая к чёрной колонне в центре зала.

Тха, Фэйт и Флами взлетели над ничего не понимающими Восходящими и приземлились рядом со мной.

— Рад вас видеть! — прохрипел я. Рот и горло пересохли, будто я несколько дней бродил по пустыне без капли воды.

— В следующий раз я должна пойти с тобой! — упрекнула меня Тха, но тут же устыдилась своего порыва и уже тише добавила. — Я ведь Нокта-Тха-Ноктум.

Я ничего не ответил. Битва прекратилась. Даже вырвавшаяся на свободу нейрограмма, и та зависла в десятке метров от чёрной колонны. Кел не двигался, не шевелился, уставился в одну точку, будто потерял всяческий интерес к происходящему.

Нира! Она не просто так помчалась к золотому Предмету, она приложила к нему руки, закрыла глаза и медленно тряслась всем телом. Зная свою Искру, она явно то ли брала под контроль древний осколок цивилизации Кел, либо пыталась его разрушить. Прошло несколько секунд, и нейрограмма исчезла, а рваная рана на теле колонны начала удлиняться. Сантиметр за сантиметром она разрасталась.

Восходящие, что до этого находились под контролем, закрутили головами. Кажется, они даже не понимали, где они, и что происходит.

— Всем уйти! — раздался крик Ниры. — Сейчас рванёт!

Это подействовало. Не только на нас, но и на пустынников. Все ломанулись из зала в коридор.

— Может добить? — спросил меня Фэйт, когда мы оказались возле Кирии. Та выглядела плохо. Будто постарела лет на сто. Кожа сморщилась, лицо заляпано кровью, глаза закатились, но она всё ещё находилась в сознании, и кажется, не совсем понимала, что происходит.

— Даже и не думай, — рыкнул я. Какие бы отношения между астрийцами и землянами не складывались, но сегодня Кирия пришла мне на помощь и стояла до последнего. Если бы не она, то у меня не осталось бы иного шанса, кроме как призвать Эллесара. С понятными последствиями.

Пока волна убегающих от обелиска Восходящих не захлестнула нас, я подхватил Кирию под руку, обнял за талию другой рукой, чтобы было удобней тащить, и бросился на выход. Если Нира уверена, что скоро рванёт, то так наверняка и произойдёт. И мне не хотелось ощутить на себе мощь взрыва золотого Предмета.

Крики и выстрелы на лестницах практически стихли. В тот момент я подумал, что Легио Астра перебили, но ошибся. Большинство из них всё ещё находились на ногах, а пустынники откатились за пределы здания. Уверенности не было, но как мне показалось, троица Восходящих всё же сумела донести пустынникам, чтобы не вмешивались.

Мысленно я следил за действиями Ниры. Она уходила последней и на прощание ударила по обелиску золотой Руной-Заклинанием. Красное копьё растянулось в пространстве, немного повисело, а затем полетело в сторону раны на колонне.

Здание содрогнулось, а Восходящая помчалась на выход. По пятам её преследовал белый огонь, он разрушал всё, чего касался. Стены, пол и потолок распадались, воздух выжигался. Если бы не невероятная скорость Нириэль, мне пришлось бы искать для неё другое тело. А с этим в виду обстоятельств могли возникнуть проблемы. Искры — не Истинные, им не подойдёт любое мёртвое тело, сохранившее от тридцати процентов целостности.

Взрыв превзошёл все ожидания. Казалось, взбунтовалась сама земля и захотела сбросить с себя старый город. Пол зашатался, так что на ногах не устоял никто. Ни портальная команда, ни астрийцы. Вперемешку мы попадали на пол и прикрылись, чем могли. Кто-то использовал Руны-Предметы, что встали на пути огня и камнепада стеной, кто-то покрыл себя и соседей Заклинаниями, что временно превращали плоть в металл. Флами призвала своего Экзо-рыцаря, что закрыл огромным щитом не только её, Вулкана и Наоки, но и несколько астрийцев.

Здание продолжало трястись, огромные булыги сыпались с потолка. Полурасплавленные, многие из них издавали чавкающие звуки, когда касались пола. Буйство продлилось несколько минут. За это время я успел использовать на Кирии Исцеление. Она наконец пришла в себя и тут же раскрыла над нами полупрозрачный барьер.

— Ты не бросил меня, — сказала она. В этом простом изречении смешалось многое. Удивление, благодарность, лёгкая нотка испуга.

— Сегодня мы на одной стороне, — сказал я, стараясь не смотреть вверх. Неприятно наблюдать, как огромная булыга размером с половину жилмодуля откололась от потолка и летела мне на голову. И лишь общими усилиями портальной команды и астрийцев удалось создать такую завесу, что нам почти ничего не могло повредить.

— Лишь сегодня, — слегка поджав губы, ответила золотая Восходящая.

Я не стал отвечать. И так понимал невысказанное. Если случится так, что наши народы вновь сойдутся в войне, то никакой пощады друг к другу мы испытывать не станем.

— Жаль, — просто сказал я.

— Жаль, — кивнула она.

Пока всё не успокоилось, и появилась крохотная передышка, ко мне пробралась Нира. Слегка подпаленная, но живая, она добралась до нас уже позже, когда здание практически перестало трястись, а на головы больше не летели глыбы камня.

— Проблема не решена, — сказала она.

— Что ещё? — устало спросил я. Хотелось плюнуть на пустыню с её обитателями и отправиться в Вечность. Возможно, хоть там мне удастся немного перевести дух? Хотя что-то подсказывало, что надеяться на это не стоило.

— Эллесар ведёт войска к городу. Башни больше не работают, нейрограмма уничтожена. Понимаешь, что скоро начнётся?

Нира смотрела на меня спокойно. Я знал. Эллесар пройдётся по городу мечом. Вряд ли пощадит хоть кого-нибудь. Я же получу ещё больше Славы. Но какой? Забраться в чужой дом, предать его обитателей? Такую славу я хотел себе на весь Круг? Нет. И ведь не объяснишь, что всё не так просто. В этом вопросе аборигены не сильно отличались от землян. В ход пойдёт самая простая из версий.

— Ты ведь понимаешь, что должен сделать, — сказала Нира и посмотрела на Кирию, что сидела в метре от меня и внимательно слушала разговор. — Твоя помощь тоже не будет лишней, раз уж всё равно находишься здесь…

— Нира, как я понимаю? — спросила Кирия и с интересом посмотрела на серебряную Восходящую. — Сколько бы я не разузнавала о Нейта, твоё имя всегда шло рядом.

Что-то в словах Кирии заставило Ниру усмехнуться и перевести взгляд уже на меня.

— Нейт, прими свою ношу, — тихо сказала она. — Ты ведь с самого начала понимал, что ты должен сделать, пусть и не хотел говорить об этом даже себе. Ты знаешь. Так признайся в этом сам себе и действуй.