Варвара Петровна Игнатьева до 15-и лет даже и представить себе не могла, что её жизнь в будущем прочно переплетётся с так называемой деревенской или народной магией. Её отец служил в инженерном полку, что базировался в Брестской крепости, а они с матерью снимали комнату в городе Бресте. Варя только-только закончила 9-ый класс, когда гитлеровская Германия напала на Советский союз. Отец в первые дни войны погиб, сгинув без следа в кровавой мясорубке. А её мать была убита осколком бомбы, когда их железнодорожный состав разбомбили недалеко от Пинска. Варвара даже сейчас толком не могла вспомнить как сама выжила в те роковые дни. В сознании лишь запечатлелась суета, постоянный страх и полное непонимание — куда бежать и что делать?

Не помнила знахарка и как прибилась к партизанскому отряду, который прятался в Пинских болотах. В этом боевом подразделении девушке приходилось готовить, стирать и ухаживать за раненными бойцами, многие из которых умирали из-за недостатка медикаментов. Вот за этими медикаментами Варвару и послал командир отряда в крохотный городок под названием Столин. Ей каким-то чудом удалось обменять несколько своих вещей на аспирин. Однако, когда спустя сутки Варя вернулась отряд уже снялся с насиженного места. Лишь намного позже знахарка поняла, что командир просто решил отделаться от неё как от лишнего рта. Суровому бывшему председателю колхоза нужны были сильные мужики, способные держать винтовку и метать гранату. А худосочная девушка являлась для его подразделения обузой и будущим объектом ссор и раздрая между бойцов.

И по всем признакам Варя должна была сгинуть в Пинских болотах. Но она случайно набрела на странное маленькое хозяйство, полностью отрезанное от мира, где её встретила сухонькая скрюченная бабуля. «Здравствуй, девица, вот тебя-то я и ждала. Несколько месяцев молилась Творцу, чтоб он послал мне способную ученицу», — проскрежетала она. И после всех своих потрясений, после двух месяцев настоящего ада, Варвара постепенно втянулась в ту необычную науку, что давала старая ведунья. А когда отгремела война, когда упокоилась с миром старая ведунья, Варя вернулась в Серпухов, где жили её родственники. И по этой причине знахарка до жути боялась сотрудников КГБ, ведь те могли в любой момент взять и спросить: «А где вы были, гражданка Игнатьева, пока весь советский народ воевал?». И что она могла ответить? Что жила в Пинских болотах и училась у некой бабули деревенской народной магии?

— Варвара, спишь что ли? Детство вспомнилось голоногое? — усмехнулся и пихнул её в плечо Богдан Крутов, очень странный молодой парень, которого она выходила и поставила на ноги за два с лишним месяца. — Ты уверена, что дело в этом зеркале?

Он указал на самый распространенный предмет интерьера, который ничем не отличался от тысяч подобных зеркал. За одним исключением над этим предметом кто-то как следует поколдовал. И Варвара даже не представляла, что это было за колдовство.

— К гадалке не ходи, — улыбнулась знахарка и прыснула на зеркало капельками святой воды. И эти капли мгновенно зашипели и испарились, словно угодили на раскалённые банные камни. — Чисто теоретически — зеркала, если над ними провести нужный обряд, могут послужить превосходным порталом в демонический мир.

— Вот теперь мне всё окончательно ясно и понятно, — буркнул Воль Мессинг и суетно забегал по спортивной раздевалке, где висело прОклятое зеркало. — Вот теперь всё окончательно вышло на чистую воду. Тот, кто продал эту штуковину, тот и есть враг народа. Я понятно выражаюсь?

— Понятней некуда, — с сомнением произнёс старший лейтенант Слава Савков, который знахарке тоже больше напоминал студента московского ВУЗа, чем сотрудника КГБ. — Начнём с того, что вся мебель прежде, чем её привезли в Звёздный городок, пару месяцев пролежала на складе. Да и потом столы, стулья, шкафы, кровати и конечно же зеркала поступили на склад прямо со своих фабрик. Так что продавец в данном конкретном случае ни при чём.

— Значит нужно хватать за жабры директора склада и крутить его как следует! — рявкнул Мессинг.

— А если директор тоже не при чём? — возразил Крутов. — Зеркало на складе мог подменить любой его сотрудник, начиная от грузчиков и сторожей и заканчивая водителями и экспедиторами. Нужно аккуратно проверить, кто из работников склада вдруг получил крупную сумму денег, либо что-то дорогое для себя родимого приобрёл.

— Есть ещё один вариант, — мелодичным голосом произнесла Варвара. — Обряд над зеркалом могли провести прямо здесь, в городке.

— Значит будем копать в обоих направлениях, — сказал Савков и задал тот самый вопрос, который волновал и саму знахарку. — Что дальше, товарищи? Вот ловушка, вот прОклятое зеркало, ваши предложения?

* * *

Я ещё раз внимательно рассмотрел привезённую Савковым ловушку на демона. Ей являлась отлитая из меди и отполированная со всех сторон до блеска полая сфера размером с баскетбольный мяч, во внутрь которой ставилась свеча. Ещё у ловушки имелась медная крышка. Она так плотно запирала сферу, что после пары ударов молотком сверху, её извлечь уже не представлялось возможным.

— Что делать? Что делать? Спасайся ко может, — хохотнул я. — В общем так — во второй половине дня, после обеда, поставим перед зеркалом ловушку, зажжём свечу и будем ждать. Я прав, товарищ Мессинг? — спросил я у нашего неофициального командира.

— Да-да, именно так мы и поступим, — затараторил он. — У нас ещё час времени впереди, — буркнул он, посмотрев на свои наручные часы. — Я только полагаю, что нам нужно установить здесь посменное дежурство. И первым, так и быть, подежурю я.

Мессинг назвал именно то время, когда вероятность появления странной сущности из зеркала равнялась крайне небольшому проценту. Все самые опасные случаи с её участием происходили либо вечером, либо ночью.

— Нет уж, — вдруг решительно произнёс Савков. — Когда пробка будет забита молотком, кто-то должен прочитать длинное заклинание из книги «Грани междумирья». И вряд ли из нас кто-то это сделает лучше, чем уважаемая Варвара Петровна, — старший лейтенант кивнул знахарке. — А пробку лучше всех сможет забить наш олимпийский чемпион, товарищ Крутов. Он самый сильный и быстрый в отряде, что уже неоднократно доказал. Затем если что-то пойдёт не так, не по нашему сценарию, то тут пригодимся и мы, товарищ Мессинг. И так как по штатному расписанию главный в отряде я, то слушайте мой приказ — ровно через час всем надлежит быть на этом самом месте, в этой спортивной раздевалке.

— Да ты, студент, растёшь не по дням, а по часам, — захохотал я, хлопнув Савкова по плечу. — Есть быть на месте! А сейчас пошли харчеваться, граждане охотнички на нечистую силу. Заодно и Парацельса найдём. Целя-Целя-Целя! — принялся я подзывать нашего рыжего котейку.

Только Вольф Мессинг недовольно забубнил себе под нос, что главный здесь всё-таки он. Но, судя по всему, его авторитет в отряде медленно пошёл на спад.

А ровно через час нам всем стало не до шуток. Знахарка Варвара подожгла толстую свечу, вставила её в медную сферическую ловушку, и всю конструкцию установила прямо перед прОклятым зеркалом. И я буквально кожей почувствовал некую малозаметную дрожь. Словно где-то поблизости застучал колёсами по железнодорожному полотну тяжелогружённый товарный состав. Вибрацию, кстати, ощутили и Мессинг, и Савков и конечно же Варвара Петровна.

— Я думаю нам следует отойти от ловушки метров на пять, — произнёс я полушёпотом. — Как бы она не разлетелась на куски? Мы ведь не провели ни одного реального испытания.

— Да-да, давайте совсем выйдем из раздевалки, — перепугался знаменитый экстрасенс.

К слову сказать упрашивать никого не пришлось. Варвара, Савков и Мессинг выскочили из этого помещения в прилегающий спортзал без разговоров. Я медленно вышел самым последним и дверь прикрыл лишь на три четверти. Мне требовалось знать наверняка — когда именно забить крышку? Поэтому я уставился на медную ловушку через приоткрытую дверку. А вибрация тем временем стал только нарастать. Затряслась даже шведская стенка. На ней висели несколько скакалок, и они стали позвякивать, издавая нечто похожее на барабанную дробь.

— Как считаешь, Богдан, откуда такой необычный эффект? — шепнул мне на ухо Савков.

— Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам, — ответил я строчкой из шекспировского «Гамлета». — Варвара, книга у тебя?

— У меня, — проворчала знахарка.

— Вольф Григорьевич, может нашатырочки? — улыбнулся я, заметив, как побледнело лицо экстрасенса.

— Обойдусь, — рыкнул он.

И в эту самую секунду в зеркале показалось нечто чёрное. Я обернулся к своим соратникам и приставил указательный палец к губам. Савков при этом громко ойкнул, чуть не завалив ответственную государственную спецоперацию. А потом началась самая настоящая чертовщина. Тень из зеркала вылезла примерно наполовину и, напоминая человека, который принюхивается к ароматной каше, потянулась к горящей в ловушке свече. Мои руки вмиг покрылись потом, в висках громко застучала кровь и я, сжав в одном кулаке молоток, а в другом медную крышку, приготовился ринуться в раздевалку.

Тень же тем временем полностью вылезла из зеркальной поверхности и медленно принялась кружиться над нашей ловушкой. Вибрации, на которые уже никто не обращал внимания стали постепенно стихать, только люминесцентные лампы, из тех, что ещё не перегорели в спортзале и раздевалке, начали нервно включаться и выключаться, издавая при этом неприятные щелкающие звуки. Возможно, эта злобная сущность имела электромагнитную природу. Вот она и воздействовала на электричество.

И тут тень резко нырнула в ловушку, полностью оказавшись внутри нашей медной сферы. А внутри меня словно разжалась невидимая глазу пружина. Поэтому я в ту же секунду влетел в раздевалку, с первого раза воткнул в закрывающее отверстие медную крышку и несколько раз жахнул по ней молотком. Странно, но звук от ударов стальной головки по меди не получился звучным и звонким. Наоборот, в раздевалке раздался самый обычный глухой стук, словно я колотил по деревянному пню.

— Варвара, читай заклинание! — прокричал я, смахнув со лба внезапно выступивший пот.

— Завесь зеркало, дурак! — взвизгнула знахарка, вбежав в раздевалку, как будто неслась на пожар.

— Какое зеркало? — опешил я, уставившись на прОклятое стекло. — А заранее предупредить не судьба?

— А подумать самому, мозгов не хватает⁈ — обругала меня Варвара. — Мой кот и тот умней тебя!

— Вот кота я попрошу не касаться! — так же заорал я, не понимая откуда во мне взялось столько злости и раздражения.

— Не ругайтесь, пожалуйста, — жалобно простонал Савков, просунув одну голову в помещение раздевалки.

— Эх, ёжики косолапые, пропадать так с музыкой! — прорычал я и, стянув с себя темный вязанный свитер, закрыл им зеркало. — Степь да степь кругом, / Путь далёк лежит! — пропел я, подражая оперным певцам.

— Заткнись! — взвизгнула знахарка и трясущимися руками открыла засекреченную книгу на самой последней станице и стала нараспев читать непонятные слова: «Рути нэри цата рэца нирэ нису трэца кима…».

Лично у меня от этих бесконечных «нирэ цата кима» загудела и закружилась голова. И я хотел было пошлёпать себя по щекам, но подумал, что посторонние звуки смогут испортить запечатывающее заклинание и решил ещё чуть-чуть потерпеть. Как вдруг случилось нечто невообразимое. Наша ловушка, похожая на медный баскетбольный мяч, неожиданно ожила. Она сначала качнулась в одну сторону, затем в другую и словно футбольный мяч, посланный невидимой ногой, полетела в спортзал. Савков резко наклонился и медный шар миновал его умную голову. А вот Вольфу Мессингу не повезло. Он такой реакцией как у Савкова не обладал. Из-за чего наша ловушка на призраков шибанула его по руке.

— Ааааа! — заголосил он. — Вызовите врача! Я руку сломал!

Однако, чтоб вызвать врача нужно было сначала поймать медную сферу с неизвестной науке сущностью внутри. Поэтому я рванул в погоню за сумасшедшим медным шаром. Сперва перескочил через Савкова, потом оббежал Мессинга и, когда ловушка долетела до противоположной стороны спортивного зала я только-только добежал до его середины. «Ну стену-то он не проломит», — подумал я и оказался прав. Медный шар сломал парочку жердей в шведской стенке и полетел обратно в мою сторону. И я, подражая великому советскому голкиперу Льву Яшину, встал во вратарскую стойку и, резко прыгнув в правый от себя угол, поймал нашу непослушную ловушку.

А ещё через несколько секунд ко мне подбежала знахарка Варвара и по новой принялась читать заклинание из «Грани междумирья»: «Рути нэри цата рэца нирэ нису трэца кима…». Медный шар ещё немного подёргался и окончательно замер в моих руках. Люминесцентные лампы перестали мигать. И всякое постороннее движение в раздевалке и в спортивном зале прекратилось.

— Вызовите врача, — продолжал стонать Вольф Мессинг.

— Сейчас-сейчас, Вольф Григорьевич, всё будет, — тяжело дыша, пробормотал я. — И врача вызовем и скорую помощь, и медицинский вертолёт с лучшими эскулапами на борту. Савков, спишь что ли? — окрикнул я старшего лейтенанта, который застыл словно истукан. — Дуй за врачом.

— Да-да, я всё понял, — очнулся командир нашего отряда и на самом деле побежал в соседнее деревянное общежитие.

— Теперь нужно разбить зеркало и где-нибудь в глухом лесу закопать вместе с осколками вот эту самую ловушку, — из последних сил улыбнулась знахарка Варвара и опустилась на паркет рядом со мной.

— Дело сделано, Вольф Григорьевич, готовьте место на лацкане для высокой правительственной награды, — сообщил я экстрасенсу, чтоб морально поддержать склочного старика.

— Идите вы к чёрту, Крутов, — выругался он, потирая ушибленную часть тела.

* * *

В следующее воскресенье 12-го февраля я в сопровождении Юрия Гагарина, Алексея Леонова и Германа Титова пришёл на баскетбол. Самый большой спортивный зал в стране, дворец спорта «Лужники», вмещал порядка 11-и тысяч человек. Правда на первый матч дня чемпионата СССР, где московское «Динамо» принимало своих тбилисских одноклубников собралось не больше пяти тысяч. Зато Гагарин, Леонов и Титов перед игрой смогли спокойно попить пива в местном буфете. Я же с этими будущими покорителями космоса, как спортсмен-трезвенник, взял за компанию только пару стаканов томатного сока.

— Давай рассказывай, что случилось неделю назад? — потребовал Титов. — Весь Звездный городок буквально гудит, как растревоженный улей.

— Поговаривают, что вы чёрта поймали? — шепнул Леонов.

— Бери выше — Бабу Ягу сняли с летающей метлы, — захохотал я. — Вся соль, мужики, не в том, кого мы поймали, а том, что в городке снова настала тишь и благодать.

— А ведь, Богдан, прав, — поддакнул мне Гагарин. — Помните, как мы на хоккее поругались. И ещё были неприятные моменты, когда ссоры вспыхивали по пустякам.

— Ну а всё-таки? — насел на меня настырный Титов.

— Клад мы нашли прОклятый — золото, бриллианты, — я снова перевёл весь разговор в шутку, так как дал подписку о неразглашении военной тайны.

Хотя если говорить честно, то лично я за ликвидацию неизвестной сущности был откровенно горд. В центр подготовки космонавтов приезжал сам Вадим Тикунов и горячо жал руку всему нашему отряду. Особенно он благодарил Вольфа Мессинга, который во время спецоперации немного пострадал, получил сильный ушиб левого запястья. А вот поймать того, кто подсунул нехорошее зеркало нам не удалось. На складе, где хранилась мебель за четыре месяца сменилось два водителя. Один переехал в Ленинград, а второй исчез в неизвестном направлении. Увы, но без компьютерной базы данных и без программы распознавания лиц пока что затеряться на просторах необъятной страны можно было легко и просто. Тем более если тебе помогут сделать новый паспорт и прописку где-нибудь в республиках Средней Азии или Закавказья.

Что касается меня, то всю прошлую неделю я провёл как в санатории. Я вставал рано утром, затем совершал пробежку вместе с космонавтами, с ними же вместе делал зарядку, крутился на турнике и на брусьях качал пресс. А потом, когда парни уходили работать на космических тренажёрах, я бросал в корзину баскетбольный мяч. И вроде бы впервые за последние месяцы я привёл себя в отличную спортивную форму. Ночные дежурства в Звёздном городке теперь проходили спокойно и на следующей неделе руководство КГБ должно было решить — что дальше делать нашему необычному отряду?

— Нехороший ты человек, Богдан Крутов, — с досады проворчал Алексей Леонов. — Мы с тобой разговариваем на серьёзные темы, а ты шутки шутишь. Пошли что ли, игру смотреть? — буркнул он, допив местное московское разливное пиво.

— А всё же, что это была за штука, что мы вместе видели? — прошептал Гагарин, когда мы шагали по коридорам дворца спорта на свои зрительские места. — Привидение?

— Наука пока не решила, — улыбнулся я. — Поживём, Юрий Алексеич, увидим.