— Говорит и показывает Москва, говорит и показывает Москва, — повторил дважды одну и ту же фразу телекомментатор Николай Озеров, когда режиссёр прямой трансляции дал команду, что картинка из лужниковского Дворца спорта пошла в прямой эфир.
На паркете в эту минуту шла разминка игроков сборной СССР и сборной США. Баскетболисты стандартно с левой и правой стороны атаковали кольцо. Однако трибуны дворца уже были забиты под завязку и народ в предвкушении спортивного зрелища нетерпеливо шумел.
— Сегодня 18-го марта 1961 года мы присутствуем на историческом событии, — продолжил свой репортаж Озеров из дикторской кабинки. — Никогда прежде сборная Советского союза ещё не встречалась с профессионалами из Национальной баскетбольной лиги. Сегодня в столицу нашей Родины приехали такие звёзды заокеанского баскетбола, как Билл Рассел из «Бостон Селтикс», его рост 208 сантиметров; атакующий защитник Джерри Уэст из «Лос-Анджелес Лейкерс», его рост 188 см; разыгрывающий Кей Си Джонс представляющий, как и Рассел, «Бостон Селтикс»; и защитник Оскар Робертсон из «Цинциннати Роялз», его рост 196 сантиметров.
В этот момент оператор показал этого афроамериканского атлета, который в высоком прыжке удачно атаковал кольцо с пятиметровой дистанции.
— Кстати, Робертсон уже встречался с нашим парнями на римских Олимпийский играх. И тогда спортивная удача оказалась на стороне нашей баскетбольной дружины. Но в начале этого сезона он подписал профессиональный контракт с командой из города Цинциннати и уже стал одним из лидеров заокеанского баскетбола. Только вдумайтесь, уважаемые товарищи радиослушатели и телезрители, этот игрок во всех матча лиги набирал почти по 30 очков за игру. Вот такой сегодня соперник у советской команды. Тренирует наших гостей Генри Айба, главный тренер университета штата Оклахома. У нас на тренерском мостике работает Степан Суренович Спандарян и ему помогают: Александр Гомельский из рижского СКА, Евгений Алексеев — наставники московских армейцев и Василий Колпаков из московского «Динамо». Наконец, судья предложил командам построиться на площадке и послушать гимны Соединённых штатов Америки и Советского союза.
В эти же самые минуты в Звездном городке у телевизора, поставленного в столовой, собрались не только все лётчики-космонавты, но и генеральный конструктор Сергей Королёв. В этот субботний вечер Сергей Павлович конечно же мог поехать домой, тем более что неделя выдалась сверх напряжённой. Но ему вдруг захотелось побыть вместе с будущими покорителями космоса и проникнуться общими эмоциями и переживаниями за советскую сборную. Он даже, грешным делом, загадал — если выиграют наши, то 12 апреля всё пройдёт без сучка и задоринки. А если проиграют, то старт «Востока-1» лучше перенести на день позже.
— Уже началось? — в столовую прибежал запыхавшийся Юрий Гагарин, задержавшись в спортивном зале. — Какой счёт?
— Не суетись, Гагара, — усмехнулся Валерий Быковский. — Пока только звучат гимны двух стран.
И из телевизора, как по заказу, заиграл гимн СССР, ударив мощными звуками медных труб и литавр. И космонавты все как один встали со своих стульев. А через полминуты голос Николая Озерова произнёс: «Итак, дорогие товарищи радиослушатели и телезрители, мы начинаем. Стартовая пятёрка гостей: Билл Рассел, Боб Бузер, Оскар Робертсон, Джерри Уэст и Кей Си Джонс. У нас на паркет вышли: Александр Петров, Геннадий Вольнов, Юрий Корнеев, Валдис Муйжниекс и Богдан Крутов».
— Что-то не нравятся мне наши сегодняшние соперники, — тяжело вздохнул Алексей Леонов. — Здоровые очень.
— Нашим баскетболистам тоже, — хохотнул Быковский и весь народ в столовой громко заражал.
— Спокойно, парни, спокойно, мы сегодня победим, — уверенно произнёс Сергей Королёв.
Новенькая баскетболистка московской команды «Серп и Молот», Полина Абрамова, со своими одноклубницами Людой Трофимовой и Любой Сергеевой пролезла во Дворец спорта через служебный вход. Ибо все 11 тысяч билетов на матч против профессионалов были распроданы за считанные часы. И само собой свободных мест к тому монету уже не осталось. Поэтому девчонки нагло уселись прямо в проходе на бетонные ступеньки. Кстати, примеру баскетболисток последовали и многие другие из тех, кто проник на игру без заветного билетика. Однако Полину не смущало подобное малоудобное зрительское место. Тем более она со своими подругами пришла на баскетбол в добротных шерстяных спортивных костюмах. Её в данную секунду буквально колотило от нервного напряжения. Она волновалась за сорную СССР так, словно сама была на площадке. И конечно же Полина переживала за Богдана Крутова, который её каким-то чудом пропихнул в баскетбольную команду Класса «А».
И волнения Полины оказались не беспочвенными. Как только отзвучали гимны двух стран и начался поединок, у наших ребят всё пошло наперекосяк. Они трижды по обидному потеряли мяч в нападении и столько же контратак получили в ответ. Американские баскетболисты лихо бежали в быстрые отрывы и безжалостно крали нашу команду, забросив три лёгких мяча.
— Ну всё, сливай воду, — хмыкнул какой-то любитель спорта, сидящий недалеко от девчонок. — Первая минута игры и уже 0:6. И дальше будет только хуже!
— Слышь, дядя, помолчи, — прошипела на паникёра Полина Абрамова.
— Игра только началась! — возразила ему Люда Трофимова. — Как вам не стыдно, товарищ?
— Успокоились, мужики! — заорал я, когда Оскар Робертсон принёс своей команде 6-е очко. — Успокоились! В атаке не суетимся. Под кольцо сломя голову не лезем!
Это я высказал персонально Гене Вольнову, который потерял мяч в последнем нашем владении. Далее Валдис Муйжниекс выбросил мяч из-за лицевой линии на меня, и я повёл его вперёд. Правда ко мне мгновенно приклеился Кей Си Джонс. Этот афроамериканский игрок был выше на 11 сантиметров, имел длинные руки и хорошую координацию движений. Поэтому мне пришлось дважды перевести мяч за спиной и один раз сделать перевод между ног, чтобы хоть чуть-чуть сбить его с толка. Наконец заслон поставил Юра Корнеев и я, резко рванув на половину соперника, ушёл от навязчивого оппонента. Однако тут мне преградил дорогу Оскар Робертсон.
— Валдис! — рявкнул я, отдав латышскому игроку передачу.
Муйжниекс, находясь в отдалении от кольца сборной США, отдал мяч Вольнову, который стоял в левом углу. И Гена вновь решился на сольный проход. «Сейчас закопается», — мелькнуло в моей голове, когда Вольнову перекрыл дорогу к кольцу невероятно прыгучий Билл Рассел. И тут наш форвард с отскоком от пола перевёл мяч на меня. Не то чтобы у меня была идеальная позиция для атаки, рядом снова нарисовался Кей Си Джонс. Но я всё равно решил показать Штатам, что кое-чего стою.
Я прикрыл мяч корпусом. Затем улучил момент и рванул на кольцо. Я даже успел разглядеть кривую усмешку на губах Билла Рассела, который как бы говорил: «Давай мальчик бросай». И тут я резко дал по тормозам и ещё резче выпрыгнул вверх и немного назад. И хоть Рассел своей длиннющей рукой перекрыл весь обзор, мой бросок с отклонением пошёл как надо, точно в корзину сборной профессионалов НБА. Сетка после попадания мяча издала приятный шуршащий звук, и зрители на переполненных трибунах Дворца спорта радостно закричали: «Даааа!».
«2:6», — усмехнулся я про себя и побежал к своему кольцу.
Американцы в свою очередь мудрить не стали. Кей Си Джонс быстро перевёл мяч на нашу половину поля, сделал пас на Робертсона. А тот сначала попытался обыграть один на один Юру Корнеева, а затем просто метнул баскетбольный снаряд в сторону Билла Рассела. И Рассел, затолкав под щитом Сашу Петрова, забил очередные лёгкие 2 очка, сделав счёт — 2:8.
Нам же опять пришлось с большим трудом пробиваться на половину поля сборной США. Кей Си Джонс буквально висел на моей левой руке, которой я ему не давал дотянуться до мяча. Потом я вновь обыгрался с Муйжниексом, юркнул под заслон, что выставил Юра Корнеев, и швырнул мяч с 6-и метров, находясь по 45 градусов к щиту наших гостей. На сей раз оранжевый баскетбольный снаряд чуть-чуть попрыгал по задней и передней дужкам прежде, чем свалиться в корзину.
— Дааа! — снова закричали зрители на трибунах и счёт стал — 4:8.
— Крутов, встречай американцев на их половине! — потребовал от меня главный тренер Степан Спандарян.
«Если встречать соперника на их половине, то я так до финальной сирены не доживу», — проворчал я про себя, но, когда Кей Си Джонс повёл мяч на нашу половину поля, выбежал ему навстречу.
Тот мгновенно отдал передачу на единственного белокожего партнёра по сборной, Джерри Уэста. Поэтому мой рывок большого значения не имел. Ведь если прессинговать по-серьёзному, то это надо делать всей командой. И такой отчаянный шаг хорош либо в концовках, либо в короткие промежутки времени.
Американцы же тем временем опять довели мяч до Билла Рассела. Рассел схватил баскетбольный снаряд в одну свою здоровенную лапищу, словно он был обычным булыжником или оружием пролетариата. Пихнул корпусом Сашу Петрова и, когда на помощь Петрову выскочил Гена Вольнов, Рассел отдал хитрый пас под самое кольцо на свободного Боба Бузера. И Бузер без проблем броском от щита забил очередные легкие два очка, сделав счёт — 4:10.
— Внимательней в защите, внимательней! — теперь уже от нашей скамейки запасных прокричал Александр Гомельский.
— Какой высоченный темп предложили нашим игрокам заокеанские профессионалы, — произнёс из комментаторской кабинки Николай Озеров. — Сыграно ещё только 12 с лишним минут, а счёт на табло уже 21:34 в пользу баскетболистов из НБА. Ничего пока не могут сделать наши ребята с невероятно прыгучим и атлетичным Билли Расселом. Рассел сегодня под нашим кольцом в прямом смысле слова неудержим. И вот опять пас на этого спортсмена, который представляет сильнейших клуб заокеанской лиги «Бостон Селтикс». Одно обманное движение и наш Александр Петров проигрывает позицию американскому центровому. И ему ничего не остаётся делать, как ударить по рукам Билли Рассела. Судья назначает два штрафных броска в нашу баскетбольную корзину. Наверное, назрели какие-то первые замены. И я полагаю, что Степан Спандарян, как опытный специалист думает примерно тоже самое. Так мы этот матч не выиграем.
— Ну кто так играет⁈ — закричала Полина Абрамова, сидя на ступеньках лужниковского Дворца спорта. — Плотней надо держать Рассела! Плотней! Двинь ему в бок как слебует!
— Да ладно, подруга, успокойся, — пихнула её в плечо одноклубница Люда Трофимова. — Наши ребята в первый раз играют против профессионалов. Подумаешь, первый блин комом. Ерудна.
В эту секунду Билл Рассел промазал первый штрафной бросок и народ на трибунах радостно загудел. Однако вторая попытка центрового сборной США оказалось удачной и люди на трибунах в очередной разочарованно выдохнули.
— Ну я им сейчас скажу пару ласковых! — прошипела Полина и, вскочив со ступенек, побежала вниз в направлении скамейки запасных сборной СССР.
Площадка к тому моменту как раз опустела, так как наш главный тренер при счёте 21:35 взял тайм-аут.
— Куда ты бедовая⁈ — крикнула в спину Людмила.
Но Полина Абрамова уже вовсю неслась к тому месту, где Спандарян что-то объяснял своим подопечным. Однако от зрительских кресел баскетболистов ограждал наряд милиции. Эти бравые ребята в милицейской форме стояли в плотно ряд, перегораживая проход. Благо они не держались за руки. Поэтому настырная девушка протиснулась словно мышка к баскетбольному паркету. А ещё через несколько секунд она подбежала к Богдану Крутову и дёрнула его за руку.
— Кто так играет⁈ — выпалила Полина. — Совсем с ума сошли?
Увидев перед собой бывшую баскетболистку серпуховского «Красного текстильщика», я в первую секунду буквально онемел. Вокруг куча охраны, а она как-то пролезла. Но потом меня взяло зло, у нас и так мало что получается, а тут ещё эта дурында.
— Уйди, Абрамова! — рявкнул я. — Не нервирую меня! Уйди, моё наказание! И без тебя дрожат перепонки. Товарищ милиционер, уберите от сюда постороннюю! — обратился я к зазевавшимся сотрудникам правопорядка.
— Только попробуй мне проиграть! — прошипела она. — Прокляну!
— Баламутка! — отмахнулся я и вернулся к новому плану главного тренера, который требовал от нас перейти к активному прессингу.
Абрамову же милиционеры вернули к тому месту откуда она прибежала.
— Всем всё понятно? — спросил Спандарян.
— Не сработает такой план, Степан Суренович, — пробурчал я.
— Что ты сказал? — опешил главный тренер.
— Такой план для победы не годится, — высказался я ещё раз. — Они физически готовы не хуже нас. А скорее всего даже лучше. Есть другое предложение. Нужно убрать Сашу Петрова и выставить против Рассела более мощного и тяжёлого Яниса Круминьша. А вместо Муйжниекса предлагаю удивить соперника реактивным Арменаком Алачачяном. Мы с Арменаком попытаемся взвинтить темп и попрессинговать. А Круминьш будет отталкивать Рассела от нашего щита. И если нам удастся заставить его бросать со средней дистанции, то он наконец-то начнёт мазать.
— Неплохая идея, — согласился со мной Гомельский. — Суреныч, давай рискнём.
— Ладно, попытка не пытка, — кивнул главный тренер Спандарян. — Круменьш, Алачачян, на площадку!
К этому моменту американские баскетболисты уже вышли на игровой паркет. На лицах звёзд НБА сияли беззаботные улыбки. И в принципе они уже не сомневались в своей окончательной победе. Я же выбежал на паркет с полной решимостью биться до потери пульса. И счёт 21:35 меня нисколечко не пугал, тем более что впереди оставалось почти 27 минут чистого игрового времени.
Наконец, Алачаян, услышав торопливый свисток судьи, выбросил мяч из-за лицевой линии точно в мои руки. И я, низко согнувшись, пошёл в атаку. Возможно, такой дриблинг выглядел со стороны довольно забавно, однако более высокому Кей Си Джонсу теперь без нарушения отобрать этот мяч было просто невозможно. Народ на трибунах весело загоготал. Я же, дождавшись заслона от Юры Корнеева, резко разогнулся и полетел на половину поля сборной США. Меня, конечно, там тоже негостеприимно встретили. Поэтому через секунду я отдал мяч Гене Вольнову. И тут же открылся на своей любимой точке в 6-и метрах от кольца, под 45 градусов к плоскости щита. Вольнов моментально вернул мяч и я, выпрыгнув вверх хотел было пальнут по баскетбольной корзине, как вдруг заметил, что Круменьш находится в прекрасной позиции. И вместо броска сделал сильную нацеленную передачу на латышского великана. Янис выловил мой мяч и со всей силы воткнул его сверху, заставив зал встретить такой мощный слэм-данк громкими аплодисментами.
— Давай ещё! — закричали болельщики на трибунах, а счёт на табло стал — 23:35.
— Арменак, остались, — буркнул я Алачачяну, предлагая ему включиться в самый активный прессинг.
Американские же баскетболисты на маленький перфоманс латышского великана никак не отреагировали. Они всё с теми же улыбками разыграли мяч из-за лицевой линии и тут Джерри Уэст вдруг обратил внимание, что против него играет не степенный Валдис Муйжниекс, а быстрый и юркий Арменак Алачачян. Он немного неловко прикрыл мяч корпусом, а затем сделал не совсем точный пас на Кей Си Джонса. И в этот момент я из-за всех сил рванул на эту передачу. Афроамериканский разыгрывающий успел лишь шибануть меня по рукам, когда я ими мёртвой хваткой вцепился в оранжевую сферу. Судья нарушения правил не разглядел. И это было к лучшему, так как в следующую секунду я пронёсся к кольцу нашего маститого соперника и, высокого взмыв в воздух, вколотил второй слэм-данк подряд.
— Даааа! — закричали люди и повскакивали со своих мест. А потом весь Дворец спорта вдруг начал громко скандировать:
— Со-вет-ский союз! Со-вет-ский союз!
От такого дружного возгласа по моей спине мгновенно поползли мурашки. По уверениям врачей именно так реагирует мозг на выброс гормона удовольствия — дофамина. Поэтому наставник гостей, Генри Айба, который пока никак себя не проявлял, при счёте 25:35 в пользу своей баскетбольной дружины почувствовал неладное и тут же потребовал первый тайм-аут в матче.
Ближе к концу первой половины встречи в столовой Звёздного городка многие лётчики-космонавты, глядя телевизор и слушая сверхэмоциональный репортаж Николая Озерова, даже и не думали присаживаться на свои стулья. «Давай-давай-давай!» — горланили они на всю столовую и прилегающее к ней фойе.
Втянулся в общий процесс спортивного боления и генеральный конструктор Сергей Королёв. Он тоже вместе со всеми парнями, когда наши баскетболисты забрасывали очередной мяч в корзину сборной США, орал короткое, но протяжное слово: «Гоооол!». И самое главное наши спортсмены там, на паркете лужниковского Дворца спорта, давали самый настоящий бой хвалёным американским профессионалам.
«С мячом снова Арменак Алачачян, — тараторил из телевизора Озеров. — Счёт 38:44 впереди команда звёзд НБА. До конца первого периода осталось 30 секунд. Алачаян проходит по левому краю, отдаёт пас на Круменьша. Круменьш, не гладя на кольцо швыряет мяч в правый угол площадки, а там его вылавливает Крутов из московского „Динамо“. Бросай же Богдан!».
— Давай, Богданыч! — заголосили космонавты. — Надо решать самому!
«Бросок с семи метров… ииии мяч в сетке! — закричал Озеров. — Это очередные два очка в нашу копилку! 40:44, мы по-прежнему догоняем, но гнутся хвалёные американские профессионалы».
— Гоооол! — закричали все, кто находился в данную секунду в столовой.
«Какой замечательный баскетбольный спектакль выдают сегодня мастера лучшей игры с мячом, — нараспев произнёс телекомментатор. — Внимание на экран. Вы посмотрите, что сейчас происходит. Наши ребята всей пятёркой остались на половине поля американской команды и не дают спокойно ввести мяч в игру».
— Дави их, мужики, давиии! — прокричал кто-то из космонавтов.
«С мячом Джерри Уэст, он не знает кому сделать пас! — продолжил из телевизора Озеров. — Это же задержка мяча, товарищ судья! За это нужно штрафовать! Наконец Уэст выбросил мяч на Кей Си Джонса. Но тут в борьбу вступил Алачачян! Мяч выкатился из рук американца, за ним бросился на паркет Корнеев, пас на Крутова. Бей, Крутов! Бей!».
— Да бей же ты! Бей! — заорали летчики-космонавты и Сергей Королёв, вторя Николаю Озерову.
Однако наш баскетболист ворвался с мячом в трёхсекундную зону, выпрыгнул вверх, дождался, когда его ударит по рукам американский игрок и бросил мяч точно в корзину сборной США.
— Гоооол! — заорали космонавты и принялись обниматься.
— Сергей Палыч, 42:44! 42:44! — прокричал Юрий Гагарин и обнял генерального конструктора.
«Внимание, товарищи телезрители, это ещё не всё, это ещё не конец, — произнёс из телевизора Озеров. — Два очка засчитаны. И за 5 секунд до конца первого периода наша команда получила право на один штрафной бросок. Давай, Крутов, давай! Вся советская страна смотрит этот матч. Нужно непременно догнать сильнейшую сборную НБА».
— Богданыч, делай! — заорали космонавты. — Соберись!
Далее Крутов встал на линию пробития штрафных. Телекомментатор в телевизоре замолк, чтобы не вспугнуть удачу. И вдруг вместо нормального грамотного броска в корзину гостей, Крутов швырнул мяч по пологой траектории в ближнюю дужку кольца. И все, кто был в столовой, схватились за голову. А наш баскетболист первым подобрал отскочивший мяч и одной рукой изящно закинул его в сетку кольца.
— Дааааа! — радостно запрыгали космонавты и снова начали обниматься.
«44:44! — торжественно произнёс Озеров. — Вот это баскетбол. Вот это баскетбольный спектакль! Такой баскетбол нам всем непременно нужен! Судья даёт сигнал на перерыв. А мы не прощаемся. Сейчас к нам в комментаторскую кабину заглянет второй тренер сборной СССР, Александр Гомельский и мы с ним обсудим перипетии первой половины увлекательнейшего матча».
— Сергей Палыч, ну наши и дают, это же настоящая битва! — затараторил Гагарин.
— Спокойно, товарищи космонавты, — пророкотал Королёв. — Я же говорил, что победа будет за нами! Во втором периоде мы их обязательно дожмём. Кто хочет покурить? За мной.