Законы о роскоши преследуют социокультурные цели. В 1337 г. английский закон демонстрирует сопротивление новой моде, желание защитить общественную мораль, сохранить покой и оставить в силе социальные различия. Он также защищает национальную экономику и развитие промышленности внутри страны. Наконец, речь идет об ограничении чрезмерной активности нуворишей. Поскольку стремления торгового класса, которые подхватывают другие слои общества, создают проблему, закон 1337 г. определяет запрет на одежду в зависимости от состояния того, кто ее носит.

Эдуард III, например, повышает порог дохода, разрешая носить меха тем, у кого он составляет от 40 до 100 фунтов. Другие законы настаивают на приличии: нельзя оскорблять Бога. Так произошло в Англии, где законом 1483 г. запрещено носить короткое платье «не скрывающее сокровенных частей [тела] и ягодиц»[174]. Вообще, законы о роскоши служат для утверждения смирения и сдерживания желания к продвижению вверх. В Италии они также защищают от сексуальных хищниц.

Женщины – главные мишени всех предписаний. В первую очередь проституткам и куртизанкам рекомендуют носить отличающую их одежду, такую как полосатые или пятнистые плащи, чулки, ткани, а мы теперь знаем, что такая расцветка – символ позора. Кроме того, они привешивают к поясу колокольчики – этот маркер также предписано носить другим париям, в том числе прокаженным и евреям.

Эти законы не оставили женщин безразличными.

Когда в 1272 г. Карл I Анжуйский одобряет закон Мессины, ограничивающий женскую роскошь в городе, протесты не заставляют себя ждать. В следующем году жители посылают петицию королю с просьбой отозвать этот закон. Сознавая, как трудно изменить привычки, касающиеся одежды, Карл I отказывается от исполнения этого запрета [175]. Но средневековые законы остаются особенно агрессивными по отношению к женщинам.

В той же Италии в 1427 г. один из них настаивает на сластолюбии женского пола. И в 1524 г. в Падуе женскую природу описывают как тщеславную, главную причину многочисленных зол. Варварство и непреодолимая жестокость женщин – вот на что указывают флорентийские магистраты в сентябре 1433 г. Необходимо сдерживать их порывы, иначе женщины забудут, что они подчиняются мужьям, которые сами развращаются их дьявольской природой.

Отголоски истеричной тональности флорентийцев слышатся в Сиене и Перудже.

Итак, нужно защитить мужчин, жертв женской привлекательности, для того чтобы спасти город от гибели. Явно женоненавистническое законодательство превращает женщин в сексуальных хищниц. Они становятся угрозой патриархальному порядку.

Протесты говорят о том, что женщины никогда пассивно не реагировали на такие законы. И все-таки в целом от правил, касающихся обоих полов, откажутся только в XVIII столетии.