Кто из нас не смотрел и не пересматривал культовый сериал «Секс в большом городе», вышедший в 1998 году, про четырех подруг, жительниц Нью-Йорка – Кэрри, Шарлотту, Миранду и Саманту, ведущих откровенные разговоры о сексе, не принятые в обществе? Мы как зрители можем подслушать их и узнать, что женщины думают на самом деле о вещах, о которых раньше рассуждали только мужчины. А героини выносят на женский суд самые неловкие темы – можно ли заниматься сексом на первом свидании? Кто пользуется секс-игрушками и какими? Как вести себя с мужчиной, у которого проблемы с эрекцией? Стоит ли смотреть порно вместе с ним или это постыдно?

Кэрри Брэдшоу, независимая писательница, любит писать о сексе и любимом городе Нью-Йорке. Она живет в квартире, набитой брендовыми вещами, особую любовь испытывает к женственным туфлям на каблуке от Manolo Blahnik. Шарлотта Йорк, противоположность подруги, воплощает образ традиционной женщины: ее мечты построены вокруг брака, детей, дома, она – образец модерновой девушки с консервативными желаниями. А вот Миранда Хоббс, наоборот, карьеристка и феминистка, которая стремится к независимости. Будучи корпоративным юристом, она готова соревноваться с мужчинами на равных в профессионализме. Саманта Джонс – самая раскрепощенная, свободная от предрассудков, она не заискивает перед мужчинами, а делает то, что хочет: наслаждается сексом во всем его многообразии.

А вы задумывались – насколько эти женщины действительно являются сильными и независимыми?

Для подобных случаев – попыток оценить градус женской независимости от мужчин – существует хоть и полушутливый, но эффективный тест Бекдел-Уоллес, придуманный в 1985 году американской художницей и сценаристкой Элисон Бекдел. Он показывает, являются ли женские персонажи в кино приложением к мужчине или они действительно самостоятельны. Например, есть ли у героини свои профессия, мечты, друзья и сюжетная линия, которая не крутится вокруг романа с мужчиной.

Тест состоит из трех вопросов:

1. В фильме есть хотя бы две женщины с именами? Да. Нет.

2. Эти женщины разговаривают между собой? Да. Нет.

3. Они обсуждают что-то, кроме мужчин? Да. Нет.

На первые два вопроса ответ положительный. Но есть проблемы с третьим вопросом. Можете ли вы вспомнить хоть один диалог из этого сериала, который не касался бы мужчин? Согласно тесту, есть ли у женщин в фильме своя жизнь, не связанная с мужчинами? Как будто бы ответ очевиден.

Если вам не подходят несерьезные тесты, давайте подтянем тяжелую артиллерию – теорию перформативности Джудит Батлер. В своей работе «Гендерное беспокойство» (1990) она выдвинула идею, что наши тела формируются в процессе социальной жизни. Если кратко: человеческое тело – это не природа, а культурная конструкция[99]. Быть женщиной – это результат постоянного повторения социальных практик, жестов и ролей: ношение платья или юбки, макияж и уход за лицом, укладка волос, аккуратная походка и осанка, мягкость и нежная интонация голоса, улыбка в общении, забота о внешнем виде рук и ногтей, умение сидеть изящно, соблюдение модных тенденций, использование аксессуаров (сумки, украшения, шарфы), способы держать тело при фотографировании и селфи, выбор цвета и стиля одежды под ситуацию, использование украшений. Это как актерская игра, которой мы учимся с детства. С возрастом культура нам показала, как играть в сексуальных девушек, и мы разыгрываем эту роль более или менее успешно. Когда мы ведем себя как положено своему полу, мы, сами того не замечая, укрепляем эти правила как нормативные. А тот, кто ведет себя иначе (например, женщина, которая слишком агрессивна, – «мужик в юбке»), часто осуждается обществом, потому что ломает привычный гендерный спектакль. Короче, каждая женщина учится быть женщиной через повторение привычных действий, жестов, интонаций и взглядов, а общество эти действия читает как естественные.

Давайте присмотримся к героиням. Кэрри осознает правила сексуальности. Ее яркий гардероб, обувь на высоких каблуках, остроумные комментарии о сексе – это перформанс, который подтверждает стандарты: она женщина и соответствует всем стереотипам о женщине – любит женственные наряды, шпильки, она романтична, но не против и сексуальных приключений, обаятельная, легкая и веселая. Есть ли хобби и интересы, кажущиеся не милыми для мужчин? Ну разве что сигареты, которые она пыталась бросить не ради своего здоровья, а для ненавидевшего их парня.

Шарлотта придерживается традиционных взглядов: романтические отношения, идеальная семья, нежность, забота. Ее перформанс женственности очевидно нормативен, она блестяще отыгрывает роль правильной женщины в культурно закрепленном смысле и поэтому находит счастье в замужестве с адвокатом Гарри Голденблатом. Миранда – «мужик в юбке» в глазах общества: рациональная, прямолинейная, циничная. Но она сильна и независима лишь до тех пор, пока не обретает мужчину и ребенка, которые выходят на первый план, отодвигая карьеру на второй, так как в мире мужчин женщина-мать всегда будет проигрывать по эффективности. Саманта – свободная, сексуальная, без стремления к браку и детям. Ее амплуа – быть секс-богиней, ценность которой измеряется мужскими желаниями и признанием ее тела как вожделенного объекта. Саманта любит секс, но она дисциплинирует тело, чтобы оставаться желанной, и измеряет собственную ценность количеством и качеством любовников.

Каждая из героинь выстраивает свою жизнь вокруг мужчин. Все эти образы женщин в «Сексе в большом городе» – хорошая иллюстрация теории перформативности Батлер. Их поведение, ценность и счастье сконструированы через социальные ожидания и повторяющиеся действия: заботу о внешности, выбор партнеров, управление телом и сексуальностью. В итоге каждая из героинь разыгрывает свой сценарий женственности, но все эти сценарии вписаны в один и тот же культурный код: женщина должна быть связана с мужчиной, ее идентичность определяется через отношения.

Если сексуальность в модерне превратилась в набор знаков – красная помада, декольте, распущенные волосы, туфли на каблуке, получается, можно навесить на себя соответствующие вещи и выглядеть сексуально раскрепощенной? Не является ли это симуляцией того, чего нет? Конечно, именно поэтому формируется особое постмодерновое культурное поле, на которое выходят два типа участников – те, кто симулирует (то есть потакают мужским ожиданиям), и их разоблачители.

Сериал про разоблачителей вышел в 2012 году на канале HBO и продержался шесть сезонов. Он назывался «Девочки», и в нем была показана реальность женщин в постмодерне, более сложная и даже болезненная, чем красивая симуляция «Секса в большом городе».