Золотые кокошники, расшитые сарафаны, рукава-колокола, лубочные сапожки на каблучке, будто сошедшие с картины Билибина, а позади удалая подтанцовка в ярких околонародных костюмах на фоне березок и куполов в свете прожекторов как на древнерусской дискотеке. Это воистину Русь на стероидах, которая не имеет отношения к реставрации традиций. Причем певица не занимается ни пародией, ни высмеиванием, но это и не отображение реальности. Однако такое искреннее отношение певицы к своему странному творчеству трогает юное поколение. Молодые люди любят песни Кадышевой за ностальгию по русскости, которой никогда не было.

Метамодерн Кадышевой 2025 года проявляется в том, что зрители распознают китчевость шоу, ее нарядов и при этом искренне подпевают ей. Телесность Кадышевой – это гипертрофированная народная женственность в кокошнике, ее пластика балансирует между лубочной наивностью и эстрадной эксцентрикой, создавая парадоксальный сплав искренности и театральной игры. Она одновременно архаичный образ «русской бабы» и постмодернистская реконструкция традиции, которой никогда не существовало, но поданная с такой ностальгической теплотой, будто все мы когда-то там жили.