Чем больше культуры, тем меньше свободы, вот непреложная истина!
Коты имеют обыкновение охотиться. И неистребимый охотничий инстинкт может навредить кошачьему племени куда больше, чем привычка метить предметы и территорию.
Коты рождены хищниками. У них великолепный слух, обоняние и сумеречное зрение. У них большой мозжечок, который обеспечивает исключительное чувство равновесия. А взгляните на эти огромные острые клыки, прокусывающие кожу, и мощные моляры, разрезающие добычу. Нет, не разжимайте пасть своему котику, дождитесь, пока он зевнёт! Посмотрели? Вот то-то же, а то всё «кис-кис-кис» да «брысь». А какие у них когти, какая реакция, как терпеливо они сидят в засаде и умело подкрадываются!
Коты и к людям пришли, чтобы удобнее было промышлять грызунов, так с чего им менять привычки? Хотя иные специалисты и выражали надежду, что направленная селекция может избавить кошек от стремления охотиться, этого пока не произошло. Случаются, конечно, чудеса, и панда, будучи анатомически и физиологически хищным зверем, стала вегетарианцем и теперь сутками пережёвывает бамбук. Кошка на это не пойдёт.
Проблемы создаёт не охота как таковая, а ассортимент добычи. Если бы кот уничтожал только крыс и мышей, никто бы не возражал. Однако коты истребляют самых разных животных, в том числе кроликов, белок, певчих птиц, и многим людям это категорически не нравится. Некоторые котовладельцы переживают из-за этого личную драму: их милый, домашний котик – убийца. Вот он сидит, такой пушистый, и умывается после кровавой трапезы. Его же кормят от пуза, так почему он так жесток?! Другим хозяевам не нравится, что кот приносит свою добычу в дом. Иногда она некстати оживает, и человек может проснуться среди ночи оттого, что у него по волосам бегает полёвка.
Есть и те, кто мыслит глобально и печалится об уроне, который наносит кошачья охота природе в целом. Коты – самые многочисленные городские хищники, притом умелые. Они хорошо лазят по деревьям, и древесные млекопитающие не могут чувствовать себя в безопасности. Это касается и птиц. Коты вытаскивают птенцов из дупел и скворечен, а упавшие на землю птенчики и слётки – их законная добыча. Даже на взрослых птиц они успешно охотятся, если есть возможность устроить засаду.
В Канаде, например, бесхозные и свободно гуляющие кошки уничтожают ежегодно 100–300 млн птиц; в США – 2,4 млрд птиц и 12,3 млрд млекопитающих; в Австралии – 272 млн птиц и 1,144 млрд млекопитающих; 137 млн птиц и 538 млн млекопитающих они убивают на польских фермах. И это ещё без учета рыб, лягушек и ящериц. А в Китае посчитали всех жертв: 1,61–4,95 млрд беспозвоночных, 1,61–3,58 млрд рыб, 1,13–3,82 млрд земноводных, 1,48–4,31 млрд рептилий, 2,69–5,52 млрд птиц и 3,61–9,80 млрд млекопитающих. На совести одной кошки от 1,64 до 46,3 птиц и 3,74–198,9 млекопитающих в год, причём исследователи уверены, что эти данные занижены. Добавим сюда не съеденных, но покалеченных котами животных, которые потом умирают от ран.
Далеко не каждый кот хвастает добычей; чтобы её подсчитать, приходится исхитряться. Для сбора данных учёные используют разные методы, в том числе анализируют кошачьи фекалии, опрашивают владельцев и соседей котов, устанавливают видеокамеры или вешают их котам на шею. Так поступили английские исследовательницы Марен Хук и Саманта Уотсон с 16 вольно гуляющими домашними кошками. Камера весила 32 г, менее 1﹪ массы тела кошки, и была оснащена инфракрасными диодами, которые включаются по ночам. Заряда аккумулятора хватало на два с половиной часа. Чтобы научиться расшифровывать изображение, исследовательницам пришлось наблюдать за животными, а потом сопоставлять наблюдения и записи. Если изображение размыто и время от времени виден объект охоты, кот преследует добычу. А когда он ест, в кадре оказываются жертва крупным планом, земля и, как правило, кошачий подбородок. Слышно чавканье.
За четыре года слежки учёные дамы накопили более 127 часов видеозаписей и выяснили, что кошки предпочитают добычу легче 35 г. Более крупное животное трудно ухватить, а охота на него чревата травмой. Небольшую жертву можно съесть сразу, и остатки трапезы не привлекут конкурентов и хищников покрупнее. К тому же коты предпочитают свеженькое. Но вообще котам вполне доступна дичь от 300 до 550 г, при условии что это голубь или кролик, а не крыса. Хотя крупный бродячий кот и крысу одолеет, и даже змею.
Отдельная печаль защитников природы – летучие мыши. Итальянские исследователи под руководством эколога Данило Руссо проанализировали сведения о 1012 летучих мышах, доставленных в центры спасения диких животных. Туда приносят только раненых, и о числе погибших судить нельзя. Оказалось, что почти 29﹪ взрослых летучих мышей, поступивших в реабилитационные центры, пострадали от котов, причём на некоторых рукокрылых в течение одного-трёх лет кошки нападали неоднократно. В число жертв попали представители 12 видов, живущие в домах, дуплах деревьев или пещерах. Но как бы летучие мыши ни прятались, кошкам легко их обнаружить: колония летучих мышей пахучая и шумная, а обоняние у котов великолепное, и писк зверьков они прекрасно слышат, поскольку воспринимают звуки в диапазоне от 48 до 85 000 Гц. Летучие мыши попадаются, когда пролетают низко над землёй или кормятся на земле (есть и такие), но особенно они уязвимы, когда выбираются из укрытия, причём менее подвижные беременные самки страдают чаще самцов. Если кот обнаружил колонию летучих мышей, он будет регулярно туда наведываться и караулить добычу. Так, одну колонию кожановидных нетопырей коты за два года извели полностью.
Котам безразлично, на кого охотиться: на воробья или соловья, на помойную крысу или животное, занесённое в Красную книгу. Они приложили лапу к исчезновению и сокращению численности сотен видов, в том числе на островах Тихого океана и в Австралии. Кошки отлично устраиваются на новом месте и внесены в список 100 самых вредных инвазивных видов мира. Плотность их популяции может в 10–100 раз превышать плотность популяций местных хищников.
Австралия, как известно, переполнена кроликами, которых, как и котов, завезли на континент европейцы. Особенно много этих зверьков на юге страны, и там они составляют основу рациона бродячих котов. Кроликов в Австралии считают вредителями, так что, казалось бы, всё хорошо. Но когда кроликов много, возрастает и численность хищников, и чем их больше, тем больший урон они наносят местной фауне, а это уже плохо. Если же поголовье кроликов сокращается, кошек тоже становится меньше, зато они обращают повышенное внимание на австралийских мелких сумчатых: кроликов-то нет! На севере исконные австралийские животные сохранились лучше, чем на юге, и там преимущественно они, а не кролики, становятся кошачьей добычей. В целом местные животные составляют более половины рациона австралийских бродячих котов, в их числе 28 видов из Красной книги. С 1788 г., когда кошки впервые высадились на австралийский берег, там вымерла десятая часть из 273 эндемичных наземных видов и пятая часть находится под угрозой исчезновения. Однако будем справедливы: за ситуацию в Австралии ответственны люди; коты туда не просились, а оказавшись на этом континенте, вынуждены были кормиться тем, что есть.
Кстати, до того, как на континент ступила кошачья лапа, Австралия отнюдь не была раем. Там водились хищники, и местным зверушкам было кого опасаться. В Австралии, где почти все млекопитающие – сумчатые, водятся и сумчатые «кошки», они же тигровые куоллы, или тигровые кошки (Dasyurus maculatus). Размером куоллы немного больше крупного кота и охотятся, подобно котам, из засады и по ночам. На первый взгляд, местная дичь, привычная к куоллам, могла бы с успехом противостоять и кошкам, но нет. Чтобы разобраться, в чём тут дело, исследователи из Университета Тасмании надели ошейники с GPS-передатчиками на 25 котов и 10 куоллов, живущих в сельскохозяйственных районах. Спустя месяц наблюдений они выяснили, что плотность котов и кошек на этих землях гораздо больше, чем плотность куоллов: 9 и 0,4 особи на 1 га соответственно. Коты инспектируют охотничьи участки активнее своих сумчатых конкурентов и тщательно их прочёсывают, неоднократно навещая одно и то же место. К тому же они охотятся и в городах, куда куоллы не заглядывают. В результате у потенциальной жертвы шанс встретиться с котом в 20 раз выше, чем с куоллом. К чести коренных животных Австралии, за полтора века они научились пугаться кошачьих следов и запаха, но защититься от такого многочисленного, проворного и вездесущего хищника им непросто. Делу могли бы помочь люди, сажая в нужных местах кустарник и не вырубая подлесок, чтобы было где прятаться и добыче, и куоллам, любящим густые заросли. Куоллы, кстати, тоже времени не теряли и научились охотиться на кроликов, но кусты им при этом не сажают.
От котов страдает не только Австралия с прилегающими островами. Торговцы, плававшие по Аравийскому морю, завезли котов на Мадагаскар. Там пересекались многие морские пути, и корабельные кошки часто сходили на берег. Сейчас они размножились и охотятся на местных птиц и мелких млекопитающих, включая лемуров. На острове есть свой хищник – эндемичный вид виверр, фосса (Cryptoprocta ferox), и она плохо переносит соседство с котами, составляющими ей серьёзную конкуренцию.
Чтобы закрыть тему исчезающих видов, отметим вот что. Несколько лет назад специалисты из Сиднейского университета Кристофер Диксон и Томас Ньюсом наблюдали за охотой домашних кошек и обнаружили, что у каждой есть своя излюбленная добыча, на которую она охотится с исключительной эффективностью, превышающей 80, а нередко и 90﹪. Для сравнения: результативность леопардов и гепардов, которые также охотятся в одиночку, составляет всего 30–40﹪. Одни кошки специализируются на мелких птахах, другие – на ящерицах, чёрных крысах или крупных птицах. Иногда таких любимых объектов бывает два или три. Причём кошки умеют добывать то, что им нравится, независимо от плотности популяции дичи. Так, две кошки, предпочитавшие кроликов, умудрялись их ловить там, где наблюдатели вообще кроликов не видели. А если коту полюбилось какое-нибудь редкое животное, он и его добудет, поэтому исследователи призвали определять охотничью специализацию каждой кошачьей популяции и контролировать, если понадобится, действия отдельных кошек с помощью специальных приманок. Кстати, предпочтения котов во многом зависят от их детского опыта. Если кошке нравится охотиться, например, на птиц, то её котята, когда подрастут, тоже будут ловить птиц успешнее, чем грызунов, хотя и мышь при необходимости поймают.
Надо заметить, что дикая природа страдает не только от хищников. Застройка, вырубка лесов, распашка земель и прокладка дорог необратимо меняют среду обитания многих видов и грозят им исчезновением. Но, поскольку прокладывать дороги и строить дома никто не перестанет, весь ущерб сваливают на котов.
Долгое время исследователи оценивали последствия хищничества бродячих кошек и лишь недавно спохватились, что домашние питомцы, выходя на прогулку, тоже охотятся. И хотя они уничтожают в десятки раз меньше живности, чем бездомные, их самих так много, что суммарный ущерб получается внушительный. Даже одно животное способно натворить дел. Несколько лет назад в некий сад в пригороде Перта (Австралия) повадился соседский кот или кошка – наблюдатели не установили пол. В этом саду жили 40–50 мелких ящериц – сцинков Ctenotus fallens. За несколько месяцев хищник уничтожил почти всех. Владельцы сада пытались его гонять, но безуспешно. Он упорно приходил по ночам, не боялся ни воды, ни собаки. Через два года кот и его хозяева переехали. К тому времени в саду не осталось ни одного сцинка, и ещё шесть лет они не заселяли это место. К счастью, виду Ctenotus fallens исчезновение не угрожает.
Кошка найдёт способ поохотиться, даже не выходя из дома. Одна сиамская капризуля, проведшая всю жизнь в четырёх стенах, раздобыла себе мышь в ванной комнате московской квартиры на втором этаже и неплохо с ней позабавилась. До поедания, правда, дело не дошло: добыча с извинениями была отобрана хозяевами и выброшена в мусоропровод.
Кот способен причинить ощутимый урон одним своим появлением. Несколько лет назад специалисты из Шеффилдского и Эксетерского университетов (Великобритания) по очереди выставляли рядом с гнездом чёрного дрозда чучела кролика, кота и серой белки. Кроликов птицы не боялись, беличье чучело их раздражало, потому что серые белки разоряют птичьи гнёзда. Но, завидев неподвижную фигуру кота, дрозды поднимали крик, кружили над ней, пикировали и старались прогнать. Через 15 минут чучело убирали, но даже спустя полтора часа дрозды не могли успокоиться. Всё это время они приносили своим птенцам на треть меньше еды, чем обычно, что может снизить скорость роста малюток на 40﹪. Вдобавок переполох, вызванный появлением кошачьего чучела, привлёк внимание настоящих хищников. На другой день в гнёзда дроздов наведались вороны.
Многие люди убеждены, что домашним животным хищничать не пристало. Пускай уличные коты ловят мышей и крыс. А имеющим покровителей котикам полагается кушать специальный корм, греться на солнышке и ловить только бабочек. Но нет. И голодные уличные коты, и сытые домашние охотятся успешно и беспощадно. Ежегодный мартиролог жертв кошачьей охоты включает сотни миллиардов особей, у защитников природы болит душа и чешутся руки сделать что-нибудь с котами.
В отношении бродячих животных меры должна принимать администрация. В худшем случае их умерщвляют (к этому призывают даже некоторые сотрудники соседствующих с деревнями заповедников), в лучшем пытаются создать свободные от котов территории, например выселяют их с островов. В некоторых странах уличных котов не убивают, а стерилизуют и выпускают на прежнее место. Это неоднозначная мера. Численность бездомных кошек постепенно снижается, но стерилизованные животные дольше живут, самцы меньше дерутся и, соответственно, получают меньше травм; всё это продлевает их охотничий век.
За домашними котами должны следить их попечители, и тут всё сложнее. Защитники природы предлагают сократить количество котов на домохозяйство, не выпускать их на улицу или хотя бы на ночь запирать. Однако далеко не все согласны с тем, что охотничьи порывы котов необходимо сдерживать. Некоторые владельцы резонно полагают, что хищничество – неотъемлемая кошачья черта. А кому не нравится иметь под боком хищника, тому нечего и кошку заводить.
Склонить человека к тому, чтобы он ограничил перемещения своего кота, можно лишь в том случае, когда он осознаёт серьёзность проблемы, и тут многое зависит от страны. Жители Австралии, в том числе Тасмании, где урон от котов велик, согласны регистрировать своих питомцев (регистрация повышает чувство ответственности), стерилизовать и запирать на ночь. Однако такие меры, как полный запрет на содержание кошек или их круглосуточное заточение в доме, не находят поддержки даже в Австралии, где на котов устроили настоящие гонения. Жители других стран куда беззаботнее. Так, более 60﹪ британцев не считают, что коты представляют угрозу для дикой природы. И природоохранные организации Соединённого Королевства разделяют это мнение. Более того, согласно британским законам, котовладелец обязан обеспечить своему подопечному возможность вести естественный образ жизни, то есть гулять и охотиться, поэтому домашние кошки имеют полное право бродить по окрестностям. При этом они считаются собственностью хозяина, а собственность не отвечает за проникновение в чужое жилище, порчу имущества, драку с соседским котом и поедание малиновки в его саду. Если разъярённый сосед вздумает покарать незваного гостя, ему придётся отвечать перед законом. Собственник кота в его деяниях неповинен. Если он возмещает причинённый ущерб, то лишь потому, что желает сохранить добрые отношения с соседями.
Недавно группа специалистов из Эксетерского университета под руководством профессора Робби Макдональда опросила 48 сельских британских котовладельцев, чтобы выяснить, как они относятся к охоте своих питомцев и считают ли людей ответственными за кошачье поведение. Даже те, кто не одобряет охоту, говорят, что нет, человек за кота не в ответе, зверя невозможно контролировать, едва он скроется из глаз. Он же такой независимый, а самостоятельность и свобода передвижения – неотъемлемая составляющая кошачьей привлекательности. Более того, иные владельцы отмечают, что их кошки, которые раньше гуляли свободно, испытывают стресс после того, как их стали запирать по ночам. И даже опасение, что питомец попадёт под машину, не заставит любящего хозяина поместить кота под домашний арест. В общем, большинство англичан, в отличие от австралийцев и американцев, считают неэтичным ограничивать кошачьи перемещения.
В Китае к котам относятся настороженно: они переносят разные болезни и охотятся на птиц, которых китайцы жалеют. Котов имеют менее половины сельских жителей, и только 64﹪ из них выпускают своих хищников на улицу. Трудно представить себе подобную ситуацию в российской деревне.
Возможно, люди, имеющие в доме котов, не считают их опасными для дикой природы, а те, кто так считает, их не держат, но это предположение пока не проверили. Люди, которым жалко птичку, пытаются её спасти, если видят живой в кошачьих лапах, ругают своих котов, когда застают на месте преступления, брызгают на них водой. Некоторые люди убирают кормушки для птиц, чтобы в зоне действий кота было меньше добычи. Другие, напротив, птиц подкармливают, надеясь, что при обилии дичи хищник утратит к ней интерес.
А нельзя ли помешать коту охотиться, не препятствуя его прогулкам? Над этим вопросом специалисты серьёзно размышляют не первый год. Они предложили надевать на кошек ошейник, на котором закреплено какое-либо устройство, привлекающее внимание к хищнику, например колокольчик. Многие владельцы, оснастившие кота колокольчиком, нашли эту меру действенной, другие считают ошейник бесполезным: коты легко его снимают или учатся ходить бесшумно, несмотря на колокольчик. Непрерывный звон кошек раздражает, они испытывают стресс, а некоторые животные из-за ошейника получают травмы. Естественно, люди в первую очередь обеспокоены безопасностью своего кота, а не синицы, которую он пугает и ловит.
В Австралии проблему ошейников исследует группа специалистов под руководством доцента Майкла Калвера из Университета Мёрдока. Колокольчики они отвергли как неэффективные, но есть и другие способы сделать кота заметным. Один из них – специальные ошейники. Ошейник представляет собой трубку из яркой ткани со светоотражающей полоской по краю. Его надевают поверх обычного кошачьего ошейника, так что получается пышный воротник шириной около 5 см. У большинства млекопитающих, не относящихся к приматам, цветное зрение развито неважно, однако у птиц и ящериц оно хорошее, и ошейник на коте сразу бросается им в глаза. Этот аксессуар разработан и запатентован в США, а также защищён патентами ещё в 28 странах, но кто мешает любому желающему самостоятельно смастерить такую штуку?
Ошейники испытывали на 114 домашних котах, живущих в окрестностях Перта. В первый год на них надели устройства трёх расцветок: красные, жёлтые или радужные. Все они сработали, особенно радужные и красные. Коты, наряженные в красные ошейники, за шесть недель притащили домой всего треть обычного количества убитых млекопитающих, в основном домовых мышей и чёрных крыс, 41﹪ птиц и 36﹪ ящериц. Показатели котов в радужных ошейниках составили 50, 28 и 4﹪ соответственно, в жёлтых – 58, 54 и 20﹪. Будем откровенны: люди не хотят, чтобы коты вообще прекратили охотиться. Пусть они продолжают ловить крыс и мышей, а птичек и ящериц не трогают. Для такой цели лучше всего подходит ошейник радужной расцветки. С ним и продолжили работать, и по результатам двухлетних испытаний с помощью радужных ошейников удалось снизить отлов добычи с хорошим цветовым зрением примерно вдвое. Исследователи надеялись, что два года неудачной охоты отучат кошек хищничать, но этого не произошло.
А теперь хорошие новости. Большинство кошек быстро привыкли к новым ошейникам, лишь двое так и не приспособились. Иногда в ошейнике застревают когти или зубы, но инцидентов, потребовавших врачебного вмешательства, не было. Правда, кошки в ошейниках иногда не нравились живущим в доме собакам, которые их облаивали.
Птицы, завидев кошку в радужном ошейнике, оставались на деревьях, а ящерицы замирали на месте. Один владелец держал дома какаду, которого кот в ошейнике ужасно раздражал – птица визгливо орала без умолку. Ради всеобщего спокойствия обновку пришлось снять. Несмотря на нежелательные побочные эффекты, 77﹪ владельцев планировали использовать ошейник после завершения исследования.
Другой вариант, который опробовали Майкл Калвер с сотрудниками, – яркий неопреновый нагрудник. Он лёгкий, прочный, гибкий и хорошо моется, крепится к ошейнику спереди с помощью крючка и липучки. Кот может отодвинуть нагрудник, когда умывается, потом устройство возвращается в исходное положение. Нагрудник не мешает кошкам бегать, прыгать, лазить по деревьям, есть, подбирать с пола и переносить игрушки. Но вот ловить птиц нагрудник не позволяет.
Кошки воспринимают нагрудник хуже, чем яркий ошейник. В первые дни они носятся как сумасшедшие, пытаясь любыми способами от него избавиться. Если он плохо подогнан, могут об него споткнуться. Тем не менее нагрудник защитил от кошек 81﹪ птиц, но всего 45﹪ млекопитающих и 33﹪ рептилий и амфибий. Половина владельцев считала, что нагрудник работает, ещё половина находила его бесполезным, несколько человек затруднялись ответить, но всё же 70﹪ планировали и дальше обременять своих котов этим устройством.
Кот в неопреновом нагруднике. Кажется, он не очень доволен обновкой
Чаще всего люди соглашаются обряжать своих подопечных в нагрудники и ошейники, движимые заботой об окружающей среде или простым любопытством: им просто интересно, что из этого получится. А получается так, что сдерживающие устройства примерно вдвое снижают результативность кошачьей охоты. Но этого оказалось недостаточно. Чтобы обезопасить окружающий мир от котов, нужно помешать им бродить где вздумается. Ни ошейники, ни нагрудники на это не способны – Майкл Калвер специально проверял.
И тогда он предложил разместить в садах, владельцы которых не желают видеть у себя суперхищников, ультразвуковые отпугиватели. Учёные испытали их в 17 садах в пригороде Перта, где имели обыкновение бывать 79 котов (от 2 до 9 котов на сад). Больше половины из них – домашние любимцы, живущие по соседству. Чужие сады они портят, дерутся там, оставляют метки.
Отпугиватели установили на земле, они были снабжены инфракрасными датчиками, которые срабатывали, когда кошки входили в защитную зону перед устройством. Кошкам ультразвук не нравился, они стремились убежать. Посещать чужие сады не перестали, однако частота визитов снизилась на 46﹪, а время пребывания там – на 78﹪.
Кроме котов инфракрасные датчики реагировали на малых бандикутов, поссумов и лис. Лисы ультразвука пугались, как вела себя остальная фауна – непонятно, потому что данных мало.
Тем, кто отказывается ограничить кошачью свободу ради сохранения природы, предлагают другую аргументацию. Ночной арест или высокий забор вокруг сада способствует безопасности самого кота, уменьшая риск попасть под машину, подраться с другими котами или повстречаться с хищниками. На котов охотятся лисы, койоты (в России их заменяют бродячие собаки) и даже вóроны (Corvus corax). Добычей воронов становятся животные, которым по какой-то причине трудно передвигаться: больные, немолодые или увязнувшие по грудь в снегу. На такого зверя птицы пикируют и убивают его ударом в голову. В местах, где вóроны так бесчинствуют, коты соблюдают осторожность и при первых признаках опасности кидаются в укрытие. И близость к дому может оказаться очень кстати.
Есть ограничительные меры более мягкие, чем домашний арест, комендантский час или вызывающие стресс устройства: можно окружить заповедные территории, на которых присутствие котов нежелательно, буферной зоной. Но какой должна быть эта зона? Разные специалисты предлагают ширину от 300 до 2400 м, исходя из максимального линейного расстояния, на которое кошка удаляется от своего дома. А расстояние это зависит от многих факторов. Охотничьи угодья больше у молодых кошек, чем у старых; у сельских больше, чем у городских; у самцов больше, чем у самок (если животные не стерилизованы). Кошки, живущие в Австралии, как правило, имеют меньшие участки, чем кошки, населяющие Соединённое Королевство, США и Новую Зеландию.
Свою лепту в исследование территориальных потребностей котов внесла группа молодых канадских учёных под руководством Элизабет Гоу из Университета Гвельфа. Учёные с мая по ноябрь наблюдали за котами в районе Китченер-Ватерлоо-Кембридж-Гвельф на юго-западе провинции Онтарио. На этом участке площадью около 1000 га живет более 800 000 человек, преимущественно в отдельных домах с небольшими садиками. Кроме домов на участке располагаются сельскохозяйственные угодья, коммерческие земли и естественные открытые пространства. Участников исследования искали с помощью объявлений в социальных сетях и на популярных новостных ресурсах. Требования к ним были строгими. Коты и кошки должны были быть старше года и иметь возможность гулять где угодно, сколько угодно и в любое время. При этом они не могли покидать дом минуя хозяина, потому что этот хозяин перед прогулкой навешивал на них ошейник с видеокамерой и GPS-передатчиком и включал устройство. Владельцам предоставили такие камеры на 5 недель и попросили вести записи не менее 20 дней. К исследованиям удалось привлечь 42 животных. Опекунам котов дарили фрагменты видеозаписей, между ними разыгрывали небольшие призы. На долю самих котов и кошек выпало таскать на себе оборудование весом 114 г, что составило 5﹪ массы самого мелкого участника.
Исследователям удалось выяснить, что размер кошачьих участков варьирует от 0,34 до 38,45 га. Площадь обходимого участка не зависела от времени суток, из чего учёные сделали вывод о бессмысленности комендантского часа для котов. Ночью они ходят не больше, чем днём. Размер угодий зависел не от пола, возраста или смелости животного, а только от плотности дорожной сети. Чем она гуще, тем участок больше. По-видимому, дороги облегчают котам движение, однако ходят они не по дорогам, а вдоль них, избегая открытых мест и предпочитая заросшие обочины. А ещё дороги отпугивают хищников. Но большие, шумные магистрали с тротуарами котам не нравятся.
Парки как место для прогулок канадские коты тоже не любят, ещё меньше привлекают их леса, а тем более болота. Лучше всего они чувствуют себя вблизи дома. Там нет хищников и всегда рядом хозяин, который накормит и защитит. А это значит, что более всего рискуют быть съеденными котом обитатели антропогенных территорий: воробьи, голуби и грызуны. А ещё это означает, что парк, луг или лесополоса, где коты ходить не любят, могут служить буфером между кошачьими землями и заповедным участком. Исследователи определили ширину самого большого кошачьего участка – 700 м, добавили к нему ещё 20﹪ и решили, что 840 м для буферной зоны вполне достаточно. Но это справедливо только в отношении тех мест неподалёку от Гвельфа, где они работали. Подвижность у котов разная, зависит от типа личности, страны проживания и, видимо, вида застройки, поэтому единую ширину для всех городов рассчитать невозможно. Обычно в такой ситуации авторы статьи пишут о необходимости дальнейших исследований. Канадские учёные не стали исключением и заявили, что определять ширину буферной зоны необходимо для каждой местности. Я же рискну предположить, что отсутствие универсальных рекомендаций и стопроцентно действенных запретительных мер свидетельствует не о нехватке данных, а о том, что котов в их передвижениях сдержать практически невозможно.
Таким образом, разумнее не вводить ограничения, а постараться отвлечь котов от охоты чем-нибудь для них приятным и интересным.
Страсть к охоте отчасти утоляется игрой. Вышеупомянутый Робби Макдональд попросил владельцев котов, которые регулярно охотились и приносили добычу в дом, ежедневно по 5–10 минут играть с ними кошачьей удочкой. Это занятие снизило число приносимых домой охотничьих трофеев примерно на треть. Исследователи подчёркивают, что дольше 10 минут играть не нужно – кошке быстро надоест, и весь эффект от игры пропадёт. К сожалению, удочка спасает от котов преимущественно млекопитающих, но не птиц.
Ещё один способ уменьшить интерес кота к охоте – правильно его кормить. Котам жизненно необходимы серосодержащие аминокислоты (метионин, цистеин и таурин), витамины А и D, ниацин и тиамин, а также незаменимые жирные кислоты животного происхождения, участвующие в синтезе простагландинов. В отличие от большинства млекопитающих, кошки не могут синтезировать эти молекулы, так как соответствующие ферменты у них отсутствуют или малоактивны. Нужные вещества коты могут получить только из мяса. Этим они отличаются от собак, которые при недостатке мяса дополняют рацион растительной пищей. Котам мясо ничто не заменит, они гиперплотоядны. Для поддержания мышечной массы коту требуется примерно 5 г белка на 1 кг веса. Кошки усваивают растительные белки, но они не содержат всех необходимых аминокислот и служат лишь добавкой к основной трапезе. Что касается растительных углеводов, у котов очень мало ферментов для переваривания последних, амилозы в слюне нет совсем, однако некоторое количество углеводов они усвоить в состоянии.
Таким образом, если тощий уличный кот отказывается от предложенного ему куска хлеба, это не значит, что он сыт или привередничает, просто ему нужна другая пища. При нехватке белка он скорее предпочтёт что-нибудь жирное, чем крахмалистое. Кот Мурр в своих записках посвятил несколько строк вкуснейшей манной каше: «Эту самую сладкую кашу великолепно умела варить домоправительница моего маэстро, так что я каждое утро на завтрак опустошал две полные большие тарелки этого кушанья, о, да, я поглощал его с величайшим аппетитом!» Белков в манной каше не более 10﹪, и завидный аппетит Мурра можно объяснить тем, что кухарка не скупилась на масло и сливки. Что касается сладости, коты её не чувствуют, о чём в XIX в. ещё не знали. Каша не пошла Мурру на пользу: с каждым днём он становился всё более вялым и утратил вкус к наукам. А вот котята и на каше не пропадут, потому что умудряются извлекать необходимое количество белка даже из пищи, наполовину и более состоящей из углеводов.
Домашним животным, особенно городским, покупают готовые корма. Считается, что они сбалансированы и содержат всё необходимое здоровому коту. Если в них не хватает белка или витаминов, кот будет искать возможность поохотиться.
Несколько лет назад специалисты фирмы по производству кормов WALTHAM в содружестве с коллегами из Сиднейского университета и Университета Мэсси (Новая Зеландия) провели специальное исследование, чтобы выяснить, какой рацион составила бы себе кошка, будь у неё свобода выбора, и какой корм она в состоянии усвоить, если этой свободы лишена. В экспериментах участвовали взрослые короткошёрстные животные из Центра питания домашних животных WALTHAM. На них испробовали шесть рационов на основе сухих и влажных кормов. Сухие корма содержали разное соотношение муки из тканей домашней птицы, кукурузы, молотого риса, пшеницы и говяжьего жира. Влажные состояли из куриной грудки, соевого белка, сала и пшеничной муки. Кошкам в течение нескольких дней предлагали на выбор разные виды корма, различающиеся по содержанию белков, жиров и углеводов, а затем лишали выбора: два-три дня давали только один корм, потом только другой и так далее в случайном порядке. Затем кошкам снова позволили выбирать корм.
Когда у животных есть выбор, они съедают в день примерно 26 г белка, 9 г жиров и 8 г углеводов. Исходя из энергетической ценности продуктов, белки обеспечивают котам 52﹪ энергии, жиры – 36﹪, и только 12﹪ они получают от углеводов. Примерно такое же соотношение питательных веществ содержит природная кошачья добыча. В сухих кормах, которые продаются в магазине, доля энергии, содержащейся в белках, жирах и углеводах, составляет в среднем 32, 37 и 31﹪, во влажных – 41, 45 и 14﹪. То есть в большинстве готовых кормов белков меньше, чем нужно, а углеводов – больше. Когда у котов есть выбор, они стараются избегать углеводистых кормов, особенно с низким содержанием белков. Наименьшая доля углеводов в сухих кормах составляла 26﹪, но кошкам и этого было много. По расчётам специалистов, взрослому коту требуется около 55 ккал на 1 кг веса в сутки, из углеводов он может извлечь около 70 ккал в день, не больше. Когда животных вынуждали питаться сухими крахмалистыми кормами с низким содержанием белка, они недобирали примерно половину суточной нормы калорий. В ходе эксперимента несколько испытуемых выбыли из-за похудения и проблем с пищеварением. Когда животные, посидев на вынужденной диете, снова получили возможность выбора, то налегали на белки, а углеводов ели меньше, чем до безальтернативного кормления. Имея перед собой три миски с кормом разного состава, кошки отъедали из каждой, добиваясь желаемого соотношения питательных веществ. Исследователи предполагают, что коты, наученные опытом, стараются не превышать допустимого количества углеводов.
Влажные корма не такие крахмалистые, поэтому кошки, питаясь несколько дней подряд едой с низким содержанием белка, могли бы съедать побольше, чтобы набрать протеиновую норму, избежав при этом передозировки углеводов. Но они так не поступают и съедают даже несколько меньше, чем при свободном выборе. Исследователи полагают, что у кошек есть ограничение на общее количество потребляемого за день корма, однако действует оно, по-видимому, только при вынужденном однообразном рационе, потому что коты, имеющие выбор, порой обжираются. Человеку, думающему, чем кормить кота, можно посоветовать внимательно читать этикетки на упаковках с кормом и не скупиться.
Второй важнейший вопрос: сколько еды нужно коту? В естественных условиях коты едят понемногу несколько раз в день. Поймает мышку или птичку – съест, поймает другую – съест. Одна мышь содержит около 30 ккал, следовательно, пятикилограммовому коту нужно съесть 9–10 мышей. Когда у кошек есть возможность выбрать режим кормления, они закусывают от 8 до 16 раз в сутки. Дома, когда еду никто не отнимает, они не съедают за один присест 40 г корма (вес мыши), а предпочитают время от времени перехватывать небольшие порции по 5–8 г. Но часто котов кормят дважды в день, и как двухразовое питание влияет на их поведение, неизвестно. А может, и известно. Вспомните кота Саймона, который постоянно просит есть или пытается изловить птичку.
Но вот человек накормил кота и вздохнул с облегчением. Принято считать, что хищник убивает, когда голоден, поэтому от ублаготворённого мясной пищей домашнего зверя, который вышел в садик размять лапы, вреда немного. Увы, это представление не всегда справедливо.
Ещё в 1979 г. зоолог из Университета Северной Каролины Максин Бибен наблюдала за тем, как кошка играет с живой добычей. В наши дни такие эксперименты не разрешил бы ни один этический комитет. К работе привлекли восемь животных, родившихся в доме или в лаборатории и умевших ловить мышей. Их поодиночке заточали на 15 дней в комнатку из бетона и шлакоблоков размером 2,77 × 2,87 м. Лампы и все необходимые приборы были закреплены на стенах, лоток, миски с едой и водой и место для сна (так и хочется назвать его «нарами») приподняты над полом. Кошку досыта кормили, а потом через сдвижную шторку вбрасывали в камеру мышку или цыплёнка. За 120 котодней восемь сытых животных совершили 71 убийство, едва отойдя от миски; 84﹪ убийств заканчивались тем, что жертву частично или целиком съедали. В этом случае в камеру запихивали следующую мышь. Обычно кошка и её убивала.
Кроме того, исследовательница наблюдала за поведением кошек в естественных условиях и в просторных клетках на свежем воздухе. Она отметила, что голодный хищник убивает добычу сразу, сытый с ней «играет» – то подбросит, то не до смерти укусит, то отпустит на время, чтобы вновь поймать. Возможно, игра позволяет кошке изучить жертву: возбудиться, чтобы убить, или отступить, если добыча оказалась слишком крупной и агрессивной. В результате Максин Бибен пришла к выводу, что свободные сытые коты всё-таки не убивают. Просто её подопытные, заточённые в бетонную камеру, оказались в неестественной ситуации, когда добычи много и деваться ей некуда. И поскольку живая мышь для них – сильный раздражитель, они перевозбудились и продолжали душить грызунов.
На самом деле обилие добычи пробуждает в котах охотничий азарт не только в бетонной камере. Несколько лет назад учёные исследовали популяцию новозеландских короткохвостых летучих мышей (Mystacina robusta). Эти животные собираются огромными колониями, поэтому легко уязвимы. Новозеландские коты на M. robusta не охотятся. Во всяком случае, учёные так считали, пока не установили наблюдение за двумя колониями короткохвостых летучих мышей в лесу Рангатауа на склонах горы Руапеху.
Мыши гнездились в дуплах деревьев, расположенных в 15 м друг от друга. В одно дупло вёл большой открытый вход на высоте 5 м, в другом вход был поменьше, 30 × 15 см, в 6 м над землёй. Однажды утром исследователи обнаружили под деревьями 86 мышиных крыльев и одну тушку, на следующий день – 6 крыльев и 19 тел с признаками насильственной смерти. Рядом с колониями установили видеокамеры и ловушку для мелких животных: крыс, горностаев и ласок. Камеры никого не зафиксировали, в ловушку попала самка горностая, но она оказалась явно ни при чём, а на земле меж тем появилось ещё одно мышиное тело и 26 крыльев. На месте преступления нашли кошачью шерсть, поэтому поставили специальную ловушку и изловили-таки небольшого кота. В его желудке оказалось только кроличье мясо (приманка), однако шерсть совпала с образцами, ранее обнаруженными рядом с убитыми летучими мышами, и расстояние между клыками соответствовало следам зубов на трупиках. После поимки кота убийства прекратились, но за 7 дней он успел лишить жизни не менее 102 летучих мышей, если считать, что два крыла принадлежат одной особи. Как он их ловил, непонятно, потому что на камерах не засветился.
У некоторых котов страсть к охоте непреодолима. Взять хотя бы кота из Перта, уничтожившего колонию ящериц. У него были хозяева, и он наверняка не голодал. Российский биолог Сергей Фетисов, живущий в Псковской области, наблюдал, как некоторые деревенские кошки, имевшие хозяев, уходили из дома на два-три летних месяца и возвращались лишь осенью. Выглядели они одичавшими, но отнюдь не худыми.
Так что охотятся коты не только ради еды. Что ж, можно и обычное кормление превратить в небольшое приключение. И вообще всячески разнообразить кошачью жизнь просто необходимо. Благополучие домашнего животного зависит от того, насколько близок его образ жизни к естественному. Мы ведь желаем котам благополучия, не так ли? Существует множество способов его обеспечить, рассказ о них требует отдельной главы.
А в предыдущей главе я вам предлагала угадать, чем пахнут духи «Коты Фрейи». У них цветочный аромат, потому что кошки, везущие колесницу скандинавской богини любви Фрейи, мнут лапами траву и цветы.