Если забыть о трех взрывах и пятилетнем отставании от графика, SpaceX превзошла все ожидания – кроме, пожалуй, ожиданий самого Маска. Сегодня компания господствует на рынке ракет-носителей. И не только там.
В мае 2024 г. капитализации компании достигла отметки 200 млрд долл. Среди именитых инвесторов – американские гиганты Fidelity Investments и Alphabet (материнская компания Google), Bank of America, суверенный фонд Саудовской Аравии, инвестиционное управление Абу-Даби, а с октября 2023 г. – и крупнейший итальянский банк Intesa San Paolo.
SpaceX не имеет аналогов в истории. Компания контролирует всю цепочку космических операций: от производства ракет-носителей, пилотируемых и беспилотных кораблей, спутников (включая группировку Starlink для широкополосного интернета) до наземной инфраструктуры, обеспечивающей бесперебойное обслуживание всех космических аппаратов. Услуги по запуску предоставляются самым разным клиентам – от государственных структур вроде NASA, правительства США и Европейского космического агентства до небольших компаний и даже частных лиц, мечтающих на несколько дней стать космонавтами. Такие полеты организуются совместно с техасской Axiom Space. Был и проект dearMoon, полностью финансируемый японским предпринимателем Юсаку Маэдзавой: планировалось впервые в истории запустить гражданский экипаж на лунную орбиту. Впрочем, в начале июня 2024 г. проект отменили.
Доминирующее положение SpaceX во многом заслуга Гвинн Шотвелл, президента и управляющего директора компании. Урожденная Гвинн Роули, она выросла в северном пригороде Чикаго. В школьные годы играла в баскетбол и была капитаном группы чирлидеров. Получила инженерное образование в Северо-Западном университете – отвергнув приглашение от Массачусетского технологического, чтобы не прослыть слишком заумной девчонкой. Одно из первых собеседований она проходила в IBM. Собеседование было назначено на 28 января 1986 г. По дороге Шотвелл остановилась у витрины магазина, чтобы посмотреть запуск шаттла «Челленджер» – это был особый полет: впервые в космос летела обычная учительница – Криста Маколифф. Через 73 секунды после старта «Челленджер» взорвался, унеся жизни всех семерых членов экипажа. Шотвелл это настолько потрясло, что на собеседовании она не смогла сосредоточиться и отвечать на вопросы. Так что о приеме на работу уже и речи не шло.
В итоге Шотвелл устроилась в Chrysler в Детройте, но быстро поняла: все серьезные инженерные задачи в автопроме уже решены или отданы на откуп зарубежным компаниям. Тогда она решила получить второе образование – на этот раз по прикладной математике. В 1988 г. Шотвелл ушла из Chrysler и перебралась в Калифорнию, решив заняться по-настоящему захватывающим делом – космическими полетами. Ведь именно в этой области США все еще лидировали.
Устроившись специалистом по термическим процессам в лос-анджелесскую Aerospace Corporation, к 1991 г. Шотвелл уже успела поучаствовать в запуске шаттла STS–39. Эта работа открыла ей двери для сотрудничества с NASA, Пентагоном и международным научным сообществом. Установленные тогда связи оказались бесценными. Отработав 10 лет в Aerospace Corporation, она перешла в консалтинговый стартап Microcosm на должность руководителя продаж аэрокосмических систем. За три года ей удалось не только предотвратить грозившие компании массовые увольнения, но и расширить штат.
Офисы Microcosm располагались по соседству с только что основанной SpaceX. С Маском Шотвелл впервые встретилась благодаря своему коллеге, немецкому инженеру Хансу Кёнигсману, недавно занявшему пост руководителя пуска SpaceX. Ее поразили технические познания южноафриканского предпринимателя. «Он разбирался во всех мелочах», – позже расскажет она. А Маска поразила ее прямота: она без обиняков заявила, что SpaceX понятия не имеет, как продавать свои услуги. «Человек, которого вы отправляете общаться с потенциальными клиентами, – полный неудачник».
На следующий день после первой встречи Маск предложил ей пост директора по развитию бизнеса. В сентябре 2002 г. после некоторых колебаний Шотвелл согласилась и стала седьмым сотрудником SpaceX. Она оказалась важнейшим приобретением компании[66]. Сегодня Шотвелл не только задает недосягаемые для конкурентов стандарты стратегического управления SpaceX, но и умело ограждает компанию от неоднозначных публичных выступлений ее основателя, успевшего стать владельцем соцсети Twitter (купленной в октябре 2022 г. за 44 млрд долл. и переименованной в X).
Справедливости ради стоит отметить, что смелым планам Шотвелл, как учит латинская мудрость, поначалу помогла удача. Вернее, трагическая случайность. За год до ее прихода в SpaceX инженер Стивен Уокер работал в своем кабинете в Пентагоне, когда в нескольких десятках метров самолет, выполнявший рейс 77 компании American Airlines, врезался в здание военного ведомства. Теракты 11 сентября 2001 г. потрясли многих, но на Уокера произвели особое впечатление: он своими глазами увидел, насколько медленно может реагировать американская система.
Через год, как раз когда Шотвелл пришла в SpaceX, Уокера перевели в Управление перспективных исследовательских проектов (DARPA). Там он возглавил программу по повышению скорости реагирования военных. По иронии судьбы (или по чистому совпадению) программа получила название FALCON – Force Application and Launch from Continental United States («Применение силы и запуск с континентальной территории США»). К ракетам Маска она не имела никакого отношения.
Программа преследовала две независимые цели: создать гиперзвуковое оружие и разработать бюджетную ракету-носитель, способную выводить на орбиту не менее 450 кг полезной нагрузки при стоимости запуска до 5 млн долл. И заодно встряхнуть застоявшуюся американскую космическую отрасль. В мае 2003 г. DARPA начало зондировать почву среди действующих и потенциальных подрядчиков. Отозвались 24 компании, девяти из них Уокер выделил по полмиллиона долларов на проектные исследования. До финала дошли двое: небольшая компания AirLaunch из Киркленда, штат Вашингтон, с проектом ракеты, запускаемой с борта Boeing C–17, и SpaceX с проектом легкой ракеты Falcon 1.
AirLaunch так и не вышла в космос, закрывшись в ноябре 2008 г. А вот успехи SpaceX 20 лет спустя неоспоримы, хотя и достигались порой с помощью судебных баталий. Так, в 2004 г. компания подала в суд иск против NASA – и выиграла дело. Вопреки мнению Шотвелл, опасавшейся, что это перечеркнет все шансы на сотрудничество с государством, Маск выступил перед сенатской комиссией в Вашингтоне. Он оспорил контракт, отданный конкуренту – Kistler Aerospace, и сумел доказать не только нарушения в тендере, но и то, как контракты типа «затраты плюс», излюбленные Пентагоном и NASA, тормозят инновации. Такие контракты, гарантируя подрядчикам прибыль сверх компенсации расходов, не только не предотвращали срывы сроков и гигантские перерасходы, но фактически поощряли их. Программа «Созвездие», во многом доверенная United Launch Alliance, наглядно показала: члены закрытого клуба космических подрядчиков не хотели рисковать, искать нестандартные решения, сокращать сроки и затраты. Неудивительно, что в элиту входили одни и те же гиганты вроде Boeing и Lockheed Martin, кормившиеся от космических заказов еще со времен программы «Аполлон», а то и раньше.
«С такой системой до Марса не долететь. Она заточена под бесконечное освоение бюджета. Если контракт по принципу "затраты плюс" никогда не завершается, ты будешь вечно сидеть на государственной дотации», – вспоминает Маск, которому через суд удалось отвоевать у Kistler Aerospace значительную часть бюджета. Неожиданный исход судебной тяжбы ознаменовал нечто большее: впервые за 60 лет пошатнулись устои космической промышленности. Революционер Давид одержал первую победу над системой-Голиафом, или, говоря без метафор, заложил основы новой космической экономики. «Они просто обезумели», – добавляет Маск.
Революция оказалась глобальной – изменилось все, от формы до содержания. С 2003 г. SpaceX получила почти 20 млрд долл. государственных инвестиций, и скептики не без оснований стали указывать на условность «частного» статуса компании. Однако деньги она получает только за конкретный результат. Никаких контрактов «затраты плюс» и никаких субсидий, гарантирующих прибыль при любом исходе.
Похоже, что в долгосрочной перспективе SpaceX намерена трансформироваться из производителя космической техники в поставщика услуг. Это должно позволить компании хотя бы частично избавиться от зависимости от государственного финансирования.
Сегодня компания, где работают 13 000 человек[67], каждый день выпускает спутники для группировки Starlink. Эта система должна обеспечить высокоскоростной интернет по всей планете. Изначально планировалось развернуть на низкой орбите 12 000 спутников, но правительство уже одобрило ее расширение до 42 000. Сервис доступен для любого клиента в любой точке Земли, включая Мировой океан. По плану, 2024 и 2025 гг. должны были стать переломными для космической связи. В 2024 г. заработала прямая передача данных и голоса со спутников на телефоны, а в 2025 г. к системе планировалось подключить устройства интернета вещей (о котором я уже рассказывал). Новые спутники Starlink v2 Mini с усовершенствованными модемами смогут напрямую передавать сигналы на мобильные устройства – без специального оборудования и посредников в виде операторов связи. Первые испытания системы на орбите прошли в январе 2024 г.
Правда, стоит отметить, что орбитальная группировка из 5000 спутников обслуживает всего 3 млн абонентов – далеко не те 20 млн, которые SpaceX обещала подключить к 2022 г. Как сообщает The Wall Street Journal, два года компания терпела значительные убытки и лишь в первом квартале 2023 г. впервые получила прибыль: 55 млн долл. при общей выручке 1,5 млрд[68]. Но главное не это. За каких-то 20 лет амбиции, деятельность и сама философия SpaceX в корне изменили отношение к космической отрасли и ее восприятие во всем мире.
В 2022 г. SpaceX отправляла ракеты в космос каждые шесть дней. Такая частота запусков была немыслима еще несколько лет назад, и сегодня никто из конкурентов не может приблизиться к этому показателю. Однако в компании говорят – это только начало. На 2023 г. ставили амбициозную цель: 100 пусков за год. И почти достигли ее: 98 стартов, включая два тестовых полета Starship. Запуски ведутся с трех площадок: одной в Калифорнии (база Космических сил в Ванденберге) и двух во Флориде (на мысе Канаверал, где SpaceX арендует стартовый комплекс 39А у NASA и стартовый комплекс 40 у Космических сил США). Всеми операциями руководит центр в Хоторне, оснащенный двумя ситуационными центрами для осуществления двух запусков одновременно.
5 октября 2022 г. в погоне за новыми достижениями SpaceX замахнулась на впечатляющий рекорд – три запуска за 31 час. Первым с мыса Канаверал стартовал экипаж Crew–5, доставивший на Международную космическую станцию четырех астронавтов – эта задача уже стала для компании привычным делом. С мая 2020 г. корабли Crew Dragon регулярно доставляют экипажи на орбитальный форпост. До этого момента американские астронавты не поднимались в космос на отечественных кораблях с территории США более 11 лет – с 8 июля 2011 г.
Итак, что там с рекордом? Спустя семь часов после старта Crew–5, когда первый центр управления полетами контролировал стыковку корабля с МКС, второй руководил из Калифорнии запуском ракеты Falcon 9, которая несла на борту 52 спутника Starlink. Едва аппараты вышли на орбиту, как началась подготовка к запуску двух телекоммуникационных спутников Intelsat с другой площадки на мысе Канаверал. Прошел 31 час с момента старта астронавтов – они уже благополучно добрались до МКС, – когда третий запуск пришлось отложить из-за небольшой утечки топлива. Рекорд не состоялся, хотя сам запуск успешно провели через несколько дней.
Такой темп работы стал возможен благодаря технологии повторного использования первой ступени ракет. Долгие годы эта технология оставалась несбыточной мечтой, казалась почти недостижимой. Все изменилось 21 декабря 2015 г. В тот день SpaceX первой в истории сумела вернуть на Землю ракету-носитель, которая за несколько минут до этого стартовала с площадки и вывела на орбиту 11 спутников. Это непревзойденное достижение не только определило дальнейшее развитие космической отрасли – оно открыло путь к постепенному снижению стоимости космических запусков.
Здесь стоит сделать паузу и вспомнить о другом миллиардере – том самом, что купался в овациях во время своего выступления в 2019 г. О том, кто первым открыл эру коммерческого освоения космоса. Речь о Джеффе Безосе, который 21 декабря 2015 г., едва Falcon 9 совершил свою историческую посадку, омрачил триумф SpaceX язвительным твитом: «Поздравляем @SpaceX с посадкой суборбитального ускорителя Falcon. Добро пожаловать в клуб!» В этом коротком посте содержался прозрачный намек: месяцем ранее ракета его компании Blue Origin поднялась на высоту 100 км и через 11 минут благополучно приземлилась.
Восторг Маска мгновенно сменился яростью. Как можно не видеть разницы, негодовал он, между ракетой Blue Origin, которая всего лишь чиркнула по краю космоса перед посадкой, и Falcon 9, сумевшей вернуться после того, как доставила груз на орбиту?
Чтобы разобраться в этом, стоит вернуться к истории Джеффа Безоса.