Насилие – самая кинематографичная, самая захватывающая вещь.
Территории вокруг Капитолия Техаса между Колорадо-стрит и бульваром Сан-Джасинтоу были запружены десятками тысяч неравнодушных техасцев. В эти дни в миллионный Остин прибыло около двухсот двадцати тысяч гостей, желавших принять участие в историческом событии – церемонии провозглашения независимости Республики Техас, бывшего Штата одинокой звезды.
Рядом со зданием Капитолия свил гнездо журналистский серпентарий из разнокалиберных фургонов телекомпаний с логотипами NBS, FOX News, CNN, TSN, BBC и прочих. На крышах фургонов были развернуты антенны, предвестники прямой трансляции, в воздухе завис вертолет CBS News.
У одного из фургонов готовилась к репортажу молодая, но уже мегапопулярная журналистка местной телекомпании Эмма Смит. Вокруг нее собрались зеваки и любители попасть в «Кадр дня» местных теленовостей. В Америке «Кадр дня» – одна из популярнейших рубрик, которая приносит обычному человеку минуту славы и приятные бонусы на криптокошельки от телекомпаний. Народ галдел, строил рожицы и мешал Эмме, но такова плата за популярность.
– Готов? – спросила Эмма оператора, и тот жестом показал, что к эфиру готов.
Да, во многих республиканских штатах до сих пор законодательство и профсоюзы не разрешают заменять операторов и других бэкстейдж-специалистов дронами, роботами и искусственным интеллектом. Многие считают это анахронизмом и прошлым веком, но республиканцы упорно держатся за человека труда.
В этот момент из здания Капитолия к собравшейся толпе неспешно вышла торжественная процессия из нескольких человек, причем один из них был весьма пожилым и опирался на костыль. Толпа взорвалась аплодисментами и одобрительным свистом.
– Мы ведем свой репортаж от здания Капитолия в городе Остин, штат Техас, – перекрикивая гомон и указывая в сторону Капитолия, начала свой репортаж Эмма. – Вы видите этих людей? Губернатор штата, спикер палаты представителей, сенаторы легислатуры Техаса, вице-губернатор и, наконец, главный герой – недавно освобожденный из тюрьмы Клементса Ричард Лэнс Макларен, осужденный американским правосудием на девяносто девять лет! Ему уже восемьдесят, но он сегодня с нами!..
На этих словах в кадр влетел голый по пояс экстравагантный молодой техасец в диковатом головном уборе, состоящем из ковбойской шляпы и рогов техасского лонгхорна, в ковбойских чапах из воловьей кожи и сапогах-роперах для родео. На груди его красовалась красно-синяя надпись Republic of Texas, а на спине, которая периодически попадала в объектив камеры, были обозначены границы штата Техас с одинокой звездой в центре. В руках это буйное дитя техасской независимости держало голографический плакат, который, переливаясь, наглядно демонстрировал, как бывший штат отпадает от территории США. Парню очень хотелось победить в номинации «Кадр дня». Однако Эмму сложно было сбить с толку. Мягко отодвинув локтем дикаря, журналистка продолжила репортаж:
– Именно Ричард Макларен стоял у истоков общенационального движения за создание Республики Техас. Напомню, год назад законопроект о референдуме был одобрен обеими палатами легислатуры штата и подписан губернатором.
В кадре прямой трансляции на полиэкране появилось отдельное окно с хроникой референдума: очереди на избирательных участках, ликующие техасцы с бюллетенями, многочисленные интернет-мемы, подсчет бюллетеней и, наконец, торжественное оглашение итогов голосования.
– Несмотря на продолжающееся рассмотрение Верховным судом США легитимности этого закона, а также угрозы со стороны федерального правительства, наш референдум состоялся!
Эмма Смит теперь практически продиралась сквозь ликующую толпу, чтобы оказаться у ступеней Капитолия, где губернатор готовился произнести историческую речь.
– Мы присутствуем при историческом событии – объявлении независимости Республики Техас! Церемония начинается! – срывающимся от напряжения и волнения голосом прокричала в микрофон репортер.
Словно дождавшись последних слов журналистки, губернатор штата Кристофер Принстон постучал по микрофону и поднял руку с просьбой внимания и тишины. Гул на площади стих, и на кадрах трансляции бегущей строкой появилась цифра дня: «73% избирателей поддержали независимость Техаса». Затем появилась другая бегущая строка: «Техас, Остин. Церемония объявления независимости Республики Техас».
– Соотечественники! Техасцы! – начал свою историческую речь губернатор штата, а теперь уже, без сомнения, первый глава новопровозглашенной республики. – Мы долго и сложно шли к этому выбору! Мы мужественно отстаивали право Техаса для техасцев. Наше право не признавалось двести лет! Наших героев, – губернатор показал на согбенного Ричарда Макларена, – бросали в тюрьмы! Федеральное правительство оказалось не способно решить наши проблемы! И тогда народ Техаса сделал свой выбор!
Слова губернатора утонули в овациях и криках:
– TEXIT! TEXIT! TEXIT!..
Человек обычно не замечает, насколько убедительна эстетика зла. Не задумывается, почему руины разрушенного храма вызывают у него больше эмоций и романтической мечтательности, чем открытые врата действующей отреставрированной церкви. Не осуждает себя за болезненный интерес к залипательному контенту, где ураганы и пожары уничтожают в пыль и золу целые города, унося жизни тысяч невинных жертв. Смотрит, потому что «эпично». Потому что стихии обладают очарованием внеморального насилия. Какая мораль, ведь это мать-природа! Верно. Но очаровываемся этими кадрами мы. И мы снимаем пользовательский контент, не в силах остановить видеозапись даже с риском для жизни. Даже понимая, что погибнем. Очарование разрушительной силы зла.
Да, зло часто облекается во внешне привлекательные и даже обольстительные формы. И мы невольные (только ли?) соучастники этого. Киногурман, увлеченный новаторскими приемами, масштабными панорамами, неожиданными ракурсами, использованными Лени Рифеншталь в «Триумфе воли» и «Олимпии», может обличить режиссера за ее служение нацизму, но не за вдохновенный акт эстетизации зла. Много ли найдется дизайнеров моды, признавших знаменитого Хьюго Босса виновным не за то, что он создал форму солдат и офицеров вермахта, а за то, что она, эта форма, эстетически привлекательна? Не только эстеты и гедонисты, но и массовый зритель жаждет в искусстве и в окружающей его жизни красивых зрелищ. Однако тезис «красота требует жертв» в современном мире чаще понимается как общественная потребность в зрелищном кровавом жертвоприношении. Шоу должно продолжаться.
Эскадрилья ударных дронов-невидимок XQ–158W Valkyrie стремительно летела над штатом Техас в сторону Остина. Оператор эскадрильи видел завораживающую картину полета прямо с борта дрона. Это было невероятно красиво. Ярко-голубое небо, солнце в зените с гало-эффектом, крупно в кадре – серый матовый бок беспилотника со стильной маркировкой U.S.ARMY. И звезда, такая же одинокая, как на флаге штата Техас.
В эфире послышался голос командира эскадрильи – так назывался оператор дронов:
– Альфа, это Бойскаут. Группировка устрашения в пяти милях от точки.
– Бойскаут, это Альфа, – послышался ответ командира операции. – Захват целей.
Оператор увидел кадр огромной толпы. Агент искусственного интеллекта моментально идентифицировал всех присутствовавших на несанкционированном митинге. Появились десятки тысяч ID, часть из которых – преимущественно те, кто был на крыльце Капитолия и в первых рядах толпы, – теперь мигали в красной рамке. Это были опознанные враги нации. Бунтовщики.
– Захват целей произведен, – доложил командир эскадрильи.
Картинка захваченных целей по-прежнему находилась в кадре. Теперь еще и на мониторе в Ситуационной комнате Белого дома, где во главе с президентом собрались вице-президент, глава Пентагона с генералитетом, министр национальной безопасности и другие высокопоставленные сотрудники администрации.
– Господин президент, – сдержанно, но с ощущением выполнения исторической миссии обратился к Маску министр обороны. – Захват целей произведен. Разрешите осуществить акцию устрашения?
– Гражданские не пострадают?
– Господин президент, удар будет избирательным и точечным.
Маск никогда долго не сомневался и всегда учил других принимать решения быстро. Это экономит главный невосполнимый ресурс – время. Но здесь он задумался. Видя колебания президента, слово взял министр национальной безопасности Дэвид Чертофф:
– Господин президент, Пентагон, увы, прав. Мятежники нарушили американскую Конституцию, а сумасшедший губернатор Принстон выпустил Макларена, осужденного федеральным судьей. Это подрыв национальной безопасности!
– Но они же республиканцы, – высказал президент последний аргумент.
– Они уже мятежники. Их пример запустит необратимые процессы распада страны. Восстановить партийное единство мы еще сможем, территориальное – нет.
Аргумент Дэвида склонил чашу весов к силовому сценарию. Маск больше не колебался:
– Разрешаю!
Кенингем отсалютовал президенту, признательно посмотрел на Дэвида и, повернувшись к монитору, с чувством честно исполняемого долга и справедливого возмездия за предательство дал команду:
– Бойскаут, это Альфа. Операцию подтверждаю. Прием!
– Альфа, это Бойскаут. Вас понял, сэр. Выполняю!
Под стремительно снижающейся одинокой звездой на сером матовом крыле ударного беспилотника проплывали пригороды, а затем и городские кварталы Остина. На горизонте навигационной целью сверкнул купол техасского Капитолия. Эскадрилья дронов выполняла маневр снижения и разворот для захода на цель.
А в эти минуты перед собравшимися у Капитолия выступала легенда национально-освободительного движения Техаса Ричард Макларен:
– Нелегальная миграция, зависимость от ненасытной и продажной власти в Вашингтоне, хищное использование ею техасской нефти, ограничение нашего права на оружие – все позади! Посмотрите на купол нашего Капитолия! Богиня свободы победоносно держит одинокую звезду Техаса над нашей столицей. Пророчество сбылось! Наши жертвы были не напрасны! Мы вернули себе Техас! Мы добились восстановления независимости! Техас превыше всего!
Площадь вокруг Капитолия стотысячным единоголосьем троекратно выдохнула: TE-XIT! TE-XIT! TE-XIT! – а людское море подхватило и понесло волну национального восторга по прилегающим улицам Остина, охватывая новые десятки тысяч ликующих, плачущих и обнимающихся людей. Губернатор Техаса и сопровождавшие его законодатели вместе с Клементсом Маклареном под аплодисменты и скандирование собравшихся граждан спустились вниз, к народу. И никто не заметил, как вдалеке появились черные точки «валькирий».
– Я самый счастливый репортер на свете! – отчаянно кричала в микрофон сорвавшая голос, обезумевшая от счастья Эмма Смит. – TEXIT состоялся! Этот день вернул Техас в мировую историю! Историю, которая…
Но закончила фразу уже не журналистка, а выпущенные «валькириями» ракеты. Со змеиным шипением они рассекли небо и превратили гранит Капитолия в каменные осколки, поражающие вокруг все живое. Ракеты прицельно уничтожали все то, что оказалось в квадратах, отмеченных нейросетью. Там, где секундами ранее стояли радостные люди, взрывы размеренно перемешивали фарш из кусков земли и ошметков тел. Жуткие крики и стоны раненых, плач детей, паника, ад… Две ракеты прошили купол Капитолия, и оцинкованная железная скульптура богини свободы, символ независимости Техаса, рухнула с высоты девяноста пяти метров, превратившись в мятую жестянку с торчащей одинокой звездой.
Трансляция между тем продолжалась: Эмма Смит, пригибаясь от взрывов, с лицом, искаженным от ужаса, кричала оператору в микрофон:
– Снимай! Это федералы! Стреляли по гражданским! Боб, покажи им, как умирают дети Техаса! Гребаный Маск!.. Это – новая гражданская война! Это – геноцид!..
Трансляция прервалась.
В Ситуационной комнате Белого дома раздался голос командира эскадрильи дронов:
– Альфа, это Бойскаут. Задание выполнено, цели поражены. С нашей стороны потерь нет.
Едва сдерживающий ликование генерал Кенингем отдал команду:
– Бойскаут, код «Ромео танго браво».
– Альфа, принято. Идем домой. Конец связи.
Наверное, вряд ли найдется в Вашингтоне человек, который видел Маска растерянным. Это был тот редкий случай. Но растерянность была минутной, уступив место гневу. Президент чувствовал себя обманутым и преданным.
– Сэм, ты же говорил, что удар будет избирательным и точечным? Что гражданские не пострадают!
– Так и есть, – без тени сомнения и сожаления отрапортовал Кенингем. – Уничтожены только лидеры мятежников и те, кто их поддерживал…
– Вот теперь – это конец. Реальный импичмент! – не удержался от комментария чудовищной ситуации Бен.
Он взял пульт и включил CNN. Там уже вовсю комментировали кадры расстрела техасского Капитолия и репортаж «героини дня» Эммы Смит. Тема «техасской бойни» с призывом импичмента президенту Маску стала мировым информационным мейнстримом. А возглавил крестовый поход против Маска с критикой «техасской бойни» демократ Пол Уинсли, один из основных оппонентов Маска на последних выборах.