19 сентября 2004 года

ИФА

– Ты в порядке? – спросила я Джоуи несколько часов спустя, когда мы вернулись ко мне домой после самой потрясной вечеринки в мире.

– Да, Моллой. – Джоуи сгрузил на кровать мои туфли и кипу поздравительных открыток. – Все хорошо.

Привалившись спиной к запертой двери спальни, я наблюдала, как мой бойфренд встряхивает руками и направляется к окну.

Напряжение, исходившее от него волнами, красноречиво свидетельствовало, что все совсем не хорошо.

– Уверен, Джо?

– Конечно, – не оборачиваясь, бросил он, глядя куда-то вдаль. – Все нормально.

Для ненормальных, а я не настолько накидалась, чтобы не замечать очевидного.

Склонившись над музыкальным центром и включив первый попавшийся диск, я лихорадочно соображала, чем могла его огорчить.

Под «Everytime» Бритни Спирс у меня вдруг вырвалось:

– Если ты паришься из-за ночевки, напрасно. Родители в курсе и не возражают. – Приблизившись к Джоуи, я обняла его со спины и поцеловала между лопатками.

Он с горестным вздохом накрыл мои ладони своими и прошептал:

– Не люблю тебя, Моллой.

– Скажи, что случилось. – Вынудив Джоуи повернуться ко мне, я обхватила его лицо руками. – Почему ты такой грустный? – После выпитого меня развезло, но не до такой степени, чтобы не уловить тоски в его взгляде. – Поговори со мной.

– Я не грустный, Моллой. – Его ладони легли мне на бедра. – Просто мне…

– Просто что?

– Мне тревожно.

Мои брови поползли вверх.

– Из-за чего?

– Из-за сестры, – шепотом отозвался он и болезненно поморщился. – Из-за братьев.

У меня упало сердце.

– Ясно.

– Не люблю оставлять их на ночь одних.

Сообразив, к чему все катится, я расстроилась, но виду не подала.

– Хочешь уйти?

– Нет, – ошарашил меня Джоуи. – В этом-то вся проблема. – Он покачал головой и устремил на меня виноватый, полный раскаяния взгляд. – Мне совсем не хочется уходить.

– Тогда останься. – Я подалась вперед, и наши лбы соприкоснулись. – Останься со мной. – Я потерлась носом о его нос, крепко обняла за шею и поцеловала. – Мне ты тоже нужен.

Ты нужен мне в целости и сохранности, а единственный способ добиться этого – удержать тебя здесь, со мной.

На лице Джоуи отразилась нешуточная борьба.

– Моллой…

– Ты правда мне очень нужен, – выдавила я, вцепившись в него мертвой хваткой. – Мне нужно, чтобы ты остался со мной. Если уйдешь, я не смогу дышать, пока снова тебя не увижу.

Тот факт, что в нем плескался как минимум десяток шотов, давал мне небольшое преимущество. По-трезвому Джоуи был совершенно непоколебим во всем, что касается его братьев и сестры, настолько у него преобладало чувство долга перед ними.

Трезвый Джоуи никогда бы не внял моим просьбам.

Однако под градусом его воля пошатнулась.

– Пожалуйста, не уходи, – шептала я, дрожащими пальцами стиснув тоненькую серебряную цепочку у него на шее.

Увлекаемый мной, он покорно двинулся к кровати.

– Пусть это будет твой подарок мне на день рождения.

Наткнувшись на кровать, я повалилась навзничь, и этот высокий красивый парень рухнул следом.

– Пожалуйста. – Я жадно впилась в его распухшие губы. – Хочу проснуться завтра и увидеть тебя рядом.

– Хорошо, – пробормотал Джоуи, не прерывая поцелуя. – Я остаюсь.

Обрадованная его быстрой капитуляцией, я полностью растворилась в моменте, в его тяжелом теле, которое сливалось с моим; и мы ласкали друг друга совершенно противозаконным способом.

В разгар ночи, когда мы лежали, глядя друг на друга, Джоуи вдруг произнес:

– Вообще-то, у меня есть.

– Что у тебя есть?

– Подарок.

Я расплылась в улыбке:

– Правда?

Кивнув, Джоуи выкатился из-под одеяла и нашарил валявшиеся на полу джинсы.

– Сразу предупреждаю: побрякушек от Райси мне не переплюнуть. – Он бросил на матрас черную коробочку из ювелирного и подтаявшую упаковку «Роло».

В животе запорхали бабочки.

– Целая упаковка для меня одной?

– Я знал, что ты оценишь, – подмигнул Джоуи. – Но вот если вторая штучка тебе не понравится, дело дрянь, потому что Шаннон постирала чек вместе с моими шмотками.

Я нетерпеливо открыла футлярчик.

Внутри на бархатной подушечке лежал маленький серебряный кулон с гравировкой 30.08.99.

– О господи, – вырвалось у меня. – Это же…

– Дата нашей первой встречи, – тихо откликнулся Джоуи. – Первый день первого года обучения. Тогда я впервые осознал, каково это – испытывать чувства к кому-то, помимо семьи.

Сердце сжалось так, что перехватило дыхание.

– Джо…

– Когда я говорю «не люблю тебя», это наглое вранье, – прошептал он, уткнувшись мне в шею.

Любовь.

Джоуи признавался мне в любви.

– Все хорошо, – заверила я, надевая подвеску. – Я уже привыкла и прекрасно знаю, что́ ты ко мне чувствуешь.

– Плохо, что привыкла. Ты говоришь «люблю», и, поверь, это взаимно. Просто… – Он сокрушенно покачал головой. – Просто у меня не получается перестать.

– Что перестать?

– Отвергать чужую привязанность.

Мое сердце.

Мое бедное, несчастное сердце.

Во всем виноваты твои ублюдские родители.

Они обращаются с тобой как с собакой, а не как с сыном.

– Ничего страшного, – прохрипела я, прижимаясь к его груди. – Мы придумали выход с сексом, придумаем и со словами. – Я чмокнула Джоуи в ключицу и шепнула: – Но на сей раз задаешь направление ты, а подстраиваюсь я.

– Звучит как план, – сипло пробормотал он.

– Ага. – Я закрыла глаза и удовлетворенно вздохнула. – Он самый.