7 января 2004 года
О драке я узнала в среду около полудня.
Новость быстро облетела всю школу, подробности и сплетни передавались из уст в уста.
Выходило, что Кира Малони жестоко поиздевалась над младшей сестрой Джоуи, Шаннон, а тот в отместку избил брата Киры, превратив его лицо в кровавое месиво.
Майка и Шаннон родители отвели к врачу, Киру обязали оставаться после уроков, а Джоуи пропал с радаров.
– Допрыгался, – злорадствовал сидящий слева от меня Пол, явно довольный всей этой ужасной ситуацией. – Линчу слишком многое прощалось. – Пол побарабанил пальцами по парте. – Но после такого его точно исключат.
«Тебе тоже прощалось до фига и больше», – мелькнуло у меня в голове. От новогодних посягательств Пола до сих пор сохранился мерзкий осадок.
– Даже не знаю. – Голос Кейси, устроившейся справа, отвлек меня от размышлений. – Если исключат Джоуи, по-хорошему, надо исключать и Киру, а мне в такой расклад верится с трудом.
– Предлагаешь закрыть глаза на то, что он отделал Майка чуть ли не до больницы? – Пол подался вперед, обращаясь исключительно к моей лучшей подруге. – Тебя там не было, Кейси, ты не видела, как он изуродовал Майка. У чувака не лицо, а кровавое месиво. Линча еле от него оттащили. Гребаный псих!
– Я разве спорю? – откликнулась Кейси. – Джоуи Линч у нас ходячий секс, но такими темпами он скоро загремит за решетку.
– За решетку или в дурку, – пробормотал Пол. – А учитывая, сколько девчонок он перетрахал, там не ходячий секс, а пышный венерический букет.
– От такого не жаль и заразиться. – Кейси поиграла бровями.
– Не смешно.
– Расслабься, я шучу, – захихикала Кейси. – Насчет заразиться – точно. Если сравнивать парней с аттракционами, Джоуи Линч – это американские горки. – Глаза Кейси лукаво заблестели. – Какая девушка откажется прокатиться на таком хулигане? – добавила она, подмигнув.
Святая правда.
– Очаровательная аналогия, – презрительно скривился Пол.
– Не переживай, красавчик. – Кейси потрепала его по руке. – Ты тоже тянешь на аттракцион.
– Интересно, на какой? – плотоядно оскалился Пол.
– На детский паровозик, – фыркнула она.
– Хватит, завязывайте! – цыкнула я, искренне переживая из-за случившегося. – Вас послушать, Джоуи – настоящий отморозок, а по сути, он просто… защищал сестру, над которой жестоко поиздевались.
– Да, но над ней издевался не Майк, – возразила Кейси. – Он тут вообще не при делах.
– Так и сестра Джоуи тоже ни в чем не виновата. Однако это не помешало Кире Малони обкорнать бедняжке волосы.
– Ифа, опомнись, – скривился Пол. – Есть разница между тем, чтобы отрезать пару прядей и избить человека до полусмерти.
– Отрезать пару прядей? – ощетинилась я. – Ты сейчас серьезно? Слушай, я не оправдываю Джоуи, то, что он сотворил с Майком, чудовищно. Но если кто-нибудь решит обкорнать меня ржавыми ножницами, лично перегрызу ему глотку.
– Факт, – нехотя согласилась Кейси. – Я бы убила за подобное.
– Вот именно. Тот, кто попытается проделать со мной такое, долго не проживет. Естественно, Джоуи сорвался из-за сестры. Ты же сам видел Шаннон Линч в школе – тихая, как мышка. При всем желании она не сможет себя защитить.
– По-твоему, если она такая беззащитная, это дает Линчу право размахивать кулаками направо и налево? – На Пола мои аргументы, идущие вразрез с его мнением, не произвели никакого впечатления. – Он конченый отморозок. Психопат. С которым лучше не связываться.
– Слабо сказать то же самое ему в лицо? – запальчиво бросила я.
– Конечно слабо, – ехидно отозвался Пол. – Иначе он подрихтует мне лицо, как уже неоднократно порывался. Именно это я и пытаюсь до тебя донести. – Он покачал головой и буркнул: – Не представляю, как твой отец терпит его на СТО. Тони просто святой, ведь этот придурок просто зря занимает там место!
– Джоуи – прекрасный работник, – парировала я. – Пунктуальный, трудолюбивый, ответственный. Папа всегда его хвалит, поэтому не тебе судить.
– С каких пор ты вступила в клуб «Я люблю Джоуи Линча»? – поворчал Пол.
– Лучше туда, чем в клуб «Буду жаловаться на Джоуи, пока все не умрут от скуки» имени Пола Райса, – моментально нашлась я, не намеренная отступать.
– Почему ты вечно его защищаешь? – злобно процедил Пол.
– Потому что ты вечно его обсираешь! Он мой друг, Пол. Смирись.
– Господи, если ты по нему так тащишься, почему мы еще вместе?
– Хороший вопрос. Сама задаюсь им регулярно, – огрызнулась я.
Пол отшатнулся, как от удара:
– Ты сейчас серьезно?
– Эй, народ, остыньте, – вклинилась Кейси. – Нашли из-за чего ссориться.
– А кто ссорится? – взвилась я, накрученная по самое некуда.
– Вообще пофиг, – проворчал Пол. – Слишком много чести для такого утырка. Чем скорее его исключат, тем лучше для всех нас.
– Хватит уже сидеть и поливать его грязью! – Подж с грохотом отодвинул стул и вскочил из-за стола. – Да вы понятия не имеете, в каком аду он живет. Где вам!
– У всех нас проблем по горло, – не смутился Пол. – Но мы же не превращаемся в часовую бомбу и не избиваем всех подряд, когда у нас срывает башню.
– Что и требовалось доказать. – Подж брезгливо поморщился. – Ни хрена вы не знаете! – добавил он и с упреком уставился на меня. – Думал, хоть у тебя язык не повернется катить на него бочку.
Я вытаращила глаза:
– В смысле? Почему именно у меня?
– Не прикидывайся, Ифа. Ты все прекрасно поняла.
– Никто и не прикидывается. – Под натиском претензий я окончательно растерялась. – Я правда не понимаю.
– Кого ты лечишь! – рявкнул Подж. – Ты бьешь себя в грудь, притворяешься его другом, именно притворяешься! А как запахло жареным, сидишь и засираешь его вместе со всеми.
– Эй, полегче, – вступилась за меня Кейси. – Не срывайся на ней из-за того, что твой дружок накосячил. Ифа ему не нянька.
– А знаете, идите-ка вы куда подальше. Некогда мне с вами разбираться, – процедил Подж и, закинув за спину два рюкзака – свой и Джоуи, – направился к выходу.
Оглушенная, раздавленная, я быстро собрала вещи и поспешила за ним, не обращая внимания на возмущенные оклики Пола, Кейси и залетного учителя, тщетно взывающего к дисциплине.
– Подж, погоди! – Я пустилась в погоню за рыжим одноклассником, который стремительно пробирался к выходу. – Притормози на секунду.
– Я не в настроении, Ифа, – не оборачиваясь, бросил он и, толкнув стеклянные двери, шагнул в январский ливень. – Правда, сейчас не до тебя.
– Может, объяснишь, в чем дело? – потребовала я, когда мне наконец удалось нагнать Поджа. – В смысле – Джоуи живет в аду?
– Не прикидывайся, что ты не в курсе, – проворчал Подж. – Ифа, ты ведь не слепая и не тупая точно.
– Да объясни ты толком! – взмолилась я.
– Ты же видела, в каком состоянии он является в школу! – взорвался Подж. – Не притворяйся, что не замечала его синяков. Их, даже если не захочешь, заметишь, как бы он ни старался все скрыть. Напряги извилины! Чувака постоянно мутузят, как боксерскую грушу.
И тут меня осенило.
Слова Поджа прозвучали как гром среди ясного неба, однако в то же время, как ни странно, нечто подобное я и ожидала услышать.
Мне вспомнились спрятанные под татуировкой шрамы, вспомнилась стычка, которую я наблюдала пару лет назад. Когда Баллилагин проиграл соседнему городу в финале первенства графства, Джоуи сцепился с каким-то мужчиной, наверное отцом, на парковке спорткомплекса ГАА.
Случившееся я списала на буйный темперамент одноклассника и разгромный проигрыш.
Но сейчас с глаз будто спала пелена. В памяти всплыли подробности той стычки: здоровенный, как лось, отец Джоуи бросается на сына чуть ли не с кулаками, а после берет за шею и запихивает в машину.
– О господи! – ахнула я, прижимая ладонь ко рту.
– Только не прикидывайся удивленной, – скривился Подж. – Джоуи столько лет работает с твоим отцом. Кто-кто, а ты наверняка догадывалась!
– Представь себе, не догадывалась! Погоди! – Я схватила Поджа за джемпер. – Получается, Джоуи сам тебе рассказал? Рассказал, что отец его избивает?
Подж резко обернулся и уставился на меня как на чокнутую.
– Ни хрена он не рассказывал! – с негодованием выплюнул он. – Если ты не в курсе, Джоуи у нас парень скрытный, слова клещами не вытянешь. Но я не глухой и не слепой. Мне достаточно слухов, достаточно фингалов, с которыми он приходит на уроки, чтобы сообразить – человек живет в настоящем аду. Хотя ни тебе, ни пафосному утырку, которого ты называешь бойфрендом, этого не понять.
От несправедливого упрека меня бросило в жар.
– Зря ты так! Я, наоборот, пыталась заступиться за него.
– Ну конечно, – фыркнул Подж и зашагал прочь.
– Нет, правда. – Я снова припустилась следом. – Мне плевать на мнение Пола. У меня своя голова на плечах.
– Советую пользоваться ею время от времени, – процедил Подж. – На твоем месте я бы рвал глотку за Джоуи, учитывая, сколько раз он заступался за тебя.
– В смысле? – недобро сощурилась я. – К чему ты клонишь?
– Да так. – Подж ускорил шаг в попытке отвязаться от меня. – Забей.
– Куда ты тащишь его рюкзак? – крикнула я вдогонку, убирая с лица мокрые пряди; дождь по-прежнему лил как из ведра.
– Хочу вернуть хозяину! – рявкнул Подж поверх плеча. – Еще бы выяснить, где его черти носят.
– Я сама верну. – Я помчалась вслед за ним по лужам. – Найду Джоуи и верну, – заверила я, отнимая у Поджа рюкзак. – Сама.
Подж недоверчиво глянул на меня:
– С чего бы?
– Потому что хочу.
– Это не ответ.
– Просто отдай мне гребаный рюкзак!
– Ладно, – протянул Подж с сомнением в голосе. – Только не проболтайся Джо насчет его… хм… отца. Договорились? Иначе он меня с говном…
– Не проболтаюсь, – перебила я, утвердившись в намерении выудить из Джоуи всю правду.
Джоуи не оказалось ни в гараже, ни в спорткомплексе ГАА, ни в других местах, где он обычно зависал.
Оставался единственный вариант.
Его дом.
Мой район никогда не считался благополучным, но это был просто Диснейленд по сравнению с тем, где обитал Джоуи.
Элк-Террас производил удручающее впечатление, от обилия пустых домов и граффити рябило в глазах.
Рядом с жилищем Джоуи простиралось поле, в дальнем его конце темнел остов сгоревшего автомобиля, неподалеку, в буйно разросшейся траве паслись три жеребенка.
Господи…
Собравшись с духом, я обогнула разрисованную граффити садовую стену, подошла к двери и громко постучала.
Щелкнул замок.
Створка чуть приоткрылась.
– Да?
– Привет. – Я ослепительно улыбнулась девчушке, появившейся по ту сторону двери.
«Шаннон», – мелькнуло у меня в голове.
– А Джоуи дома? Мне очень нужно с ним поговорить.
Шаннон затравленно покосилась себе за спину и помотала головой:
– Он еще не вернулся. – Заплаканная, опухшая, она робко глянула на рюкзак у меня на плече и пошире распахнула створку. – Это его рюкзак?
– Ага. Он забыл его в школе, и я вызвалась отнести.
Из недр дома донеслись голоса; говорили явно на повышенных тонах. Шаннон вздрогнула и потянулась за рюкзаком.
– Спасибо за беспокойство. Я ему обязательно передам.
– Ничего страшного. – Я отступила на шаг и крепко стиснула лямку рюкзака. – Я подожду.
Что-то явно было не так.
С той минуты, как Шаннон появилась на пороге, меня охватило недоброе предчувствие.
В памяти всплыли слова Поджа. Я мысленно содрогнулась, однако они только укрепили мою решимость.
– Мне очень нужно поговорить с твоим братом, – добавила я, старательно удерживая на лице радушную улыбку. – Кстати, меня зовут Ифа. Ифа Моллой. Джоуи работает у моего папы.
– Да, я в курсе, – шепнула девочка, не поднимая головы и судорожно цепляясь за дверь, как за единственную опору. – Ты была на похоронах у дедушки Мёрфи.
– Ага. А ты Шаннон, верно? – спросила я для проформы. – Младшая сестра Джоуи.
Я много раз замечала Шаннон на школьном дворе, с тех пор как она поступила в БМШ, но девочка всегда держалась особняком и старалась ни с кем не встречаться взглядом.
Выглядела она не старше одиннадцати. Невероятно, Шаннон была младше меня всего на пару лет, а казалась сущим ребенком.
– Да, – кивнула она и замерла, уткнувшись подбородком в грудь. – Я Шаннон.
– Наслышана, что с тобой приключилось, – мягко добавила я, болезненно морщась при виде неровно остриженных прядей, падавших ей на плечи. – Сочувствую.
– Все нормально, – выдавила она; руки у нее тряслись, а выражение лица было такое, словно она вот-вот упадет в обморок.
– Эй, ты в порядке? – Я склонила голову набок в попытке поймать ее ускользающий взгляд.
– Да, в полном.
– А выглядишь не очень. – Меня вдруг охватила тревога. – Ты белая как мел.
Крики в глубине дома набирали обороты, и Шаннон ощутимо вздрогнула:
– Тебе лучше уйти. Пожалуйста, пока не поздно.
Внезапно дверь распахнулась, и на пороге возник светловолосый мальчуган.
– Ой, ты ведь подружка Джоуи, – радостно объявил он. – Привет, красотка.
– Здравствуй, Олли, – улыбнулась я. – Сколько лет, сколько зим. Как поживаешь?
– Замечательно, – искренне ответил он, словно не замечая ожесточенной ссоры, разворачивающейся за закрытой дверью в дальнем конце коридора. – Ты пришла поиграть с Джоуи? – с лучезарной улыбкой спросил мальчуган.
– Олли, иди в дом, – срывающимся голосом велела Шаннон.
– Да, именно за этим, – затараторила я. – Джоуи здесь?
– Угу. – Олли прилежно кивнул, и у Шаннон вырвался испуганный вздох. – Только он крупно вляпался. Хочешь зайти и подождать его?
Услышав мое «конечно», Шаннон изменилась в лице; она с ужасом наблюдала, как я опасливо переступаю порог.
– Джоуи опять напортачил, – пояснил Олли, жестом приглашая меня пойти за ним. – На сей раз по-крупному.
Шаннон пулей влетела в комнату и подхватила какой-то белый сверток, который я поначалу приняла за одеяло. Но тут «сверток» захныкал, из его недр высунулась светлая макушка.
– У тебя очаровательный малыш, – протянула я, не сводя глаз с извивающегося младенца, знакомого мне по похоронам.
– Нет-нет, – выдавила Шаннон, баюкая сверток. – Это не мой ребенок.
– Это Шон. – Олли вскарабкался на ветхий, вытертый диван и похлопал по месту рядом с собой. – Он у нас новенький.
– Шон – наш брат, – поспешила внести ясность Шаннон.
Она тщетно пыталась угомонить строптивого младенца, который наотрез отказывался пить из протянутой ему бутылочки.
– Сколько ему? – спросила я, опускаясь на потрепанное сиденье.
– Кому, Шону? – Не спуская братишку с рук, Шаннон заправила за ухо выбившуюся прядь. – Недавно исполнилось два.
– Правда? – усомнилась я.
Слишком мелкий для своего возраста карапуз тянул максимум на годик.
– У меня четверо брата, – сообщил Олли.
Мои брови поползли вверх.
– Четверо?
– Ага, и одна сестра. – Олли буквально распирало от гордости. – Даррен – старший, потом идут Джо, Шаннон, Тайг, я и Шон.
– Если ты еще не догадалась, самый болтливый у нас Олли, – вклинился Тайг.
Устроившись в кресле напротив, он щелкал по каналам. Покосившись на меня, мальчик бросил выразительный взгляд на Шаннон.
– Сейчас вмажет.
– Кто? – растерялась я.
– Папа, – пискнул Олли.
– Джоуи, – одновременно с ним произнес Тайг.
– Никто, – торопливо заверила Шаннон.
– Крутым себя возомнил? – загремел мужской голос.
Дети в комнате вздрогнули, втянули голову в плечи.
– Скажи спасибо, что директор не вызвал копов. Тебя вышибут из команды. Вот увидишь, вышибут пинком под зад.
– По-твоему, мне не насрать? – донесся до меня принужденный смех Джоуи. – Ты достал уже со своим хёрлингом, честно. Это твоя мечта, не моя.
– Еще и огрызаешься, говнюк? Ничего, я быстро выбью из тебя дурь!
– Угомонитесь, ради всего святого! Почему вы решаете все проблемы кулаками? Неужели нельзя вести себя по-человечески? – надрывалась женщина. – Зачем обязательно драться?
Я смущенно заерзала, не зная, куда себя деть, пока младшие отпрыски Линчей старательно притворялись глухими.
– Джоуи, на сей раз ты перегнул палку. Я больше не могу справляться с тобой. Не могу, понимаешь?
– Справляться? А со мной не надо справляться. Мне от тебя вообще ни хрена не нужно, хотя ты ни хрена и не делаешь. Лучше переживай о дочери, которую я пытался защитить. Шаннон вскроется, если ты не заберешь ее оттуда. Она уже на пределе.
– Это я на пределе из-за твоих выходок!
– Ну так выгони меня.
– Не искушай нас, сопляк!
– Тедди, оставь его!
– Где твоя безмозглая сестрица? Она тоже приложила к этому руку!
Мгновение спустя дверь распахнулась, и в комнату вломился высокий мужчина устрашающих габаритов.
«Линч-старший», – мысленно отметила я. Сходство здоровяка с затаившимися в гостиной детьми было очевидным.
В главе семейства я узнала одного из самых грубых и отвратительных завсегдатаев «Закусона». Каждый будний день он заваливался в паб как на работу, брал только спиртное, что избавляло меня от необходимости обслуживать его столик, однако даже издалека он производил жуткое впечатление.
– А это еще кто? – При виде меня он замер и недовольно поморщился.
– Ифа. – Олли горделиво похлопал меня ладошкой по плечу. – Моя подружка.
– Тедди, погоди, – причитала ужасно похожая на Шаннон женщина, влетая в гостиную. – Очень тебя прошу, не… – Заметив меня, она осеклась и, клянусь, даже обмякла от облегчения. – Ох, привет.
– Здравствуйте. – Я поспешно вскочила с дивана. – Меня зовут Ифа. Рада познакомиться.
– Ифа, – повторила женщина и, натянув рукав кардигана пониже в попытке скрыть гипс, робко улыбнулась. – Ты подруга Шаннон?
Ее супруг фыркнул так, словно ничего нелепее не слышал.
– Побойся Бога, Мэри. – Его темные глаза обшарили меня с головы до ног, вогнав в краску. – Она здесь явно не из-за девчонки.
– Тогда из-за кого… – начала Мэри, но быстро осеклась и понимающе кивнула. – Ты, наверное, к…
– Ко мне, – раздался до боли знакомый голос. – Она пришла ко мне.
– Джоуи, – выдохнула я, когда в дверях возник мой разъяренный одноклассник.
– Моллой, ты что здесь делаешь? – неприязненно спросил Джоуи. Во взгляде читалась плохо скрываемая досада, из рассеченной брови сочилась кровь. – Зачем тебя принесло ко мне домой?
– Ты оставил рюкзак в школе. – Я демонстративно подняла забытое имущество за лямки. – Вот, решила вернуть.
От моего внимания не ускользнули растрепанные волосы Джоуи, вытянутая горловина футболки.
– Могла бы выкинуть его на хер, – огрызнулся глава семейства. Виски от него разило, как из бочки. – Не больно-то пацану от него пользы.
– Очень мило с твоей стороны, – вклинилась Мэри Линч, здоровой рукой забирая у меня рюкзак. – Тедди, согласись, это очень мило.
На супруга ее слова не произвели ни малейшего впечатления. Он что-то буркнул себе под нос и выхватил у Тайга пульт.
– Брысь с моего кресла, говнюк! – гаркнул он, прищелкнув пальцами. – И принеси мне сигареты.
Тайг глянул на отца с такой ненавистью, что показался мне копией Джоуи, но потом пулей вылетел из кресла.
– Олс, шевели булками, – проворчал Тайг, направляясь в коридор. – Поможешь мне найти пепельницу.
– Рад был повидаться, – прочирикал Олли, сама невинность с огромными карими глазенками, сползая с дивана.
– Взаимно, – с тяжелым сердцем выдавила я, наблюдая, как Олли семенит за старшим братом.
Шаннон, которая до сих пор стояла ни жива ни мертва, опрометью ринулась за ними под предлогом, что Шон хочет пить.
– Может, чая? – Мэри Линч теребила рукав кардигана – такая же неуверенная, как Шаннон. Такая же запуганная. – Или ты предпочитаешь кофе?
– Она уже уходит, – ответил за меня Джоуи и, не отрывая от меня взгляда, кивнул в сторону двери. – На два слова, Моллой.
– Да, мне, пожалуй… – Я осеклась, глядя, как Джоуи стремительным шагом направляется к выходу. – Пора, – закончила я и, улыбнувшись миссис Линч, двинулась в коридор.
– Спасибо, что принесла рюкзак, – донеслось мне вслед. – Ты очень любезна.
– Всегда пожалуйста. – Я неуклюже помахала на прощание. – Всего доброго.
Стоило нам очутиться за порогом, как Джоуи набросился на меня с упреками.
– Совсем обалдела? – прошипел он, нарезая вокруг меня круги. – Приперлась ко мне домой без предупреждения. – Его глаза метали молнии, однако за ними отчетливо угадывалась паника, вспыхивающая всякий раз, когда его взгляд перебегал с меня на входную дверь. – О чем ты только думала?
– О том, что тебе наверняка пригодится рюкзак, – парировала я, делая попытку коснуться его рассеченной брови. – Это твой отец постарался?
– Не лезь куда не надо. – Джоуи перехватил мою ладонь прежде, чем мне удалось дотянуться до него. – Серьезно, Моллой. – Стараясь скрыть страх за напускным гневом, он оттолкнул мою руку. – Не лезь к моей физиономии и в мою гребаную жизнь.
– Послушай меня. – Я подалась вперед, до минимума сократив удерживаемую им дистанцию, и взяла Джоуи за руку в надежде вывести на откровенный разговор. – Я все знаю. Знаю, что творится у вас дома. Твой отец алкаш, любитель почесать кулаки по пьяной лавочке. – Я тронула его за плечо. – Твоя спина, все эти шрамы…
– Уходи, Моллой. – Тяжело дыша, Джоуи попятился. – Уноси ноги, пока не поздно. – Он затравленно покосился на дверь и зашагал по подъездной дорожке. – Уходи, Моллой, немедленно, – добавил он, поравнявшись с садовой изгородью. – Уходи. Пожалуйста.
– Я с места не сдвинусь, пока мы не поговорим. – Твердо решив не отступаться, я придвинулась к нему.
Дождь лил как из ведра, но уходить я не собиралась.
Особенно сейчас, когда открылась истина.
Теперь ему от меня не отделаться.
Моя семья по всем меркам считалась благополучной. Дома у нас царили относительный мир и покой. Да, отец время от времени бегал налево, из-за чего у них с мамой случались ссоры, но он в жизни бы не поднял руку ни на нее, ни на меня, ни на Кевина.
В финансовом плане мы не шиковали и, как и большинство семей, сидели на пособии, однако нужды мы не знали ни в чем, и уж особенно в любви. Она присутствовала по умолчанию, и ее источник никогда не иссякал.
А главное, родители никогда нас не били, не морили голодом, мы не просыпались посреди ночи от звона осколков стекла или от звука ударов.
Мы не боялись высказывать свое мнение: говорили, что думаем, без страха получить в зубы, как в случае с матерью Джоуи, его сестрой и братьями.
– Все в порядке, Джоуи. – Не оставляя попыток достучаться до него, я откинула мокрые пряди с его лба. – Теперь я понимаю.
Видит бог, так и было.
Внезапно его агрессия и перепады настроения предстали в истинном свете.
Наркотики.
Постоянные драки.
Ярость, с какой он набросился на Пола и Кевина, когда решил, что мне грозит опасность.
С глаз словно спала пелена.
Джоуи не был жестоким по натуре.
Его жестокость произрастала из-за отсутствия родительской любви и ласки.
– Я понимаю, каково тебе. И я полностью на твоей стороне.
– Ни хрена ты не понимаешь! – Джоуи снова отпрянул, стоило мне коснуться наливающегося синяка у него на щеке. – Не трогай меня.
– Почему? – Я упорно сокращала дистанцию между нами, пока не притиснула Джоуи к каменной ограде. Потом потянулась и провела пальцем по кровоточащей брови. – Боишься, что тебе будет больно?
– Нет. – Дрожа с головы до ног, он изо всех сил пытался отстраниться. – Боюсь, что будет больно тебе.
Неожиданное признание потрясло нас обоих.
– Больно мне? – повторила я, стараясь переварить услышанное. – Джоуи Линч, ты всегда заботился обо мне, поэтому не говори ерунды. Ты никогда не причинишь мне боль.
– В этом плане у меня талант. – Джоуи машинально пригладил намокшие пряди. – Врагу не пожелаешь.
Широко распахнув глаза, он замер и настороженно посмотрел на меня в ожидании моей реакции.
«В ожидании, что его отвергнут», – пронеслось у меня в голове.
– Ничего подобного. – Не отрывая от него взгляда, с бешено колотящимся сердцем, я выстояла. Не отвернулась от обезображенного синяками лица с темными кругами и шепотом добавила: – Ты не он.
Джоуи моментально напрягся:
– Ты этого не знаешь, Моллой! Ты не знаешь меня. Я рушу все, что мне дорого. Таким уж я уродился. Куда ни сунься, от меня один вред.
– Нет ничего плохого в том, чтобы дорожить мной. – Я понимала, что ступаю на опасную территорию, однако чувства, заглушавшие голос разума, не позволяли свернуть с намеченного пути.
Особенно сейчас, когда я всеми фибрами души жаждала очутиться в эпицентре тайфуна под названием Джоуи.
– Прекращай. – Голос у него охрип, зеленые глаза недобро сверкали. – Не смотри на меня, словно я тот самый, предназначенный тебе судьбой. Не ищи скрытого смысла в моих словах. Я тебе не пара, точка. – С горестным вздохом Джоуи покачал головой. – Я обязательно испорчу эту… – Он сделал неопределенный жест. – Эту хрен пойми какую дружбу, к которой мы шли столько лет. Испорчу, понимаешь.
– Испортишь специально? – допытывалась я, не собираясь сдавать позиции. – Это очень существенный нюанс.
– Конечно не специально. – Джоуи вперил в меня пристальный взгляд, который одновременно нервировал и будоражил. – Каждый раз это случается безо всякого умысла, но один хрен случается…
Мой поцелуй не позволил ему договорить.
Да, я окончательно потеряла голову прямо посреди улицы и, отбросив всякую осторожность, прильнула губами к его губам.
На мучительно долгий миг Джоуи застыл, будто окаменев, и я успела подумать, что совершила чудовищную ошибку, но в следующую секунду он ответил на поцелуй и развернул нас так, что я очутилась спиной к ограде. Его губы двигались так искушенно, что по моему телу прокатилась дрожь.
Дыхание у меня участилось, состояние близилось к обморочному. Чтобы не упасть, я привалилась к его долговязой фигуре.
Джоуи не выглядел здоровяком с внушительной мускулатурой, но, судя по многочисленным дракам, силищи ему было не занимать.
Тело у него было поджарым, под упругой загорелой кожей отчетливо проступали мышцы.
Я обняла Джоуи за шею и прижала к себе, вкладывая в поцелуй весь свой пыл, все чувства.
Насмотревшись дебильных подростковых ситкомов, я ожидала от нашего первого поцелуя чего-то экстраординарного.
Чего-то на уровне голливудских фильмов.
Однако реальность превзошла самые смелые ожидания.
Мы целовались так искренне, исступленно, жадно, что икры сводило судорогой от напряжения.
Руки Джоуи обвились вокруг меня, одна ладонь легла на бедра, пальцы впились в затылок, язык исследовал мой рот, пока я изнемогала от наслаждения.
Утопая в своих чувствах и беспощадном ливне, я полностью растворилась в моменте и в нем.
Окружающий мир перестал существовать.
Я видела, ощущала, впитывала только Джоуи.
Он заполонил собой все вокруг.
Проник в каждую клеточку моего тела.
Я три с половиной года целовалась с Полом и еще с несколькими парнями до него, но весь предыдущий опыт не подготовил меня к тому, что я испытала с Джоуи.
Захоти он овладеть мною прямо здесь, под дождем, я бы слова не сказала против – настолько далеко все зашло.
Джоуи целовал меня с такой жадностью, словно только мои губы могли утолить голод, терзавший его долгое время. Впрочем, меня одолевал тот же голод, поэтому я отвечала ему с неменьшей страстью.
Не прерывая поцелуя, Джоуи легко, как пушинку, поднял меня и усадил на каменную изгородь. Скользя опытными пальцами по бедрам, раздвинул мне ноги и устроился между ними.
Запустив пальцы мне в волосы, а язык в рот, он буквально слился со мной, его угловатость утопала в моих округлостях, и, хотя я чувствовала себя последней дрянью, которая бросилась на шею другому, еще даже не расставшись с Полом, сознание занимала единственная мысль – как мне хорошо здесь и сейчас, рядом с Джоуи.
«У этого поцелуя обязательно будут последствия», – мелькнуло в голове.
Серьезные, ошеломительные, будоражащие кровь последствия.