1 января 2004 года

ИФА

– О да, детка, вот так! – стонал Пол, вдавливая меня в кровать незанятой спальни.

Вместо того чтобы весело встречать с друзьями Новый год, я, полуголая, распростерлась под своим пьяным в слюни бойфрендом, стремительно трезвея и прикидывая пути к отступлению.

– Ты просто огонь, – мурлыкал Пол, не переставая тискать мою грудь. – Поскорее бы тебе засадить, – прохрипел он, нализывая мне шею. – Я трахну тебя так, что ты неделю будешь ходить враскорячку.

Вау!

Не обещание, а мечта любой девственницы.

Его пальцы скользнули под эластичную резинку моих трусов, и я мгновенно напряглась:

– Погоди!

– Нет, – простонал Пол, зарывшись лицом в ложбинку меж грудей. – Только не проси меня снова ждать.

– Погоди, Пол, – тяжело дыша, твердила я, стараясь оторвать его руку от своего белья. – Погоди.

– Три с половиной года, Ифа, – скулил он, покрывая мою шею влажными поцелуями. – В феврале будет четыре. Разве я не заслужил право присунуть тебе?

Присунуть?

Какая прелесть.

– Нет. – Я решительно покачала головой. – Только не здесь.

– Ш-ш-ш, детка, не капризничай. Мы с тобой, Новый год – романтика.

– Я сказала, нет. – Я толкнула его в грудь в попытке сбросить с себя эту тушу. – Слезь с меня, немедленно!

– Какого хрена! – завопил Пол, перекатываясь на спину. – Сколько можно надо мной издеваться?! Я, наверное, единственный, кому не дает постоянная девушка!

– Я еще не готова, – ответила я, отодвигаясь на край кровати. – Не готова заняться с тобой сексом, и не надейся меня развести, особенно на этой сраной вечеринке! – выпалила я и потянулась за сброшенным на пол лифчиком.

– Тогда хотя бы отсоси мне.

Пол зажал вздыбившийся член в ладони и попытался поднести мне ко рту.

– Только попробуй, и я откушу его по самые яйца.

– Да ну?

– Увидишь.

– Сука.

– Если ты не в состоянии потерпеть, это твои проблемы, не мои, – огрызнулась я.

– Представь себе, не в состоянии! – Пол сел и свирепо уставился на меня. – Надоело ждать, пока Дева Мария соизволит раздвинуть ноги.

– Будем считать, мы друг друга услышали.

– Вот как? Ну и пошла ты на хер! Ищи себе другого ублюдка в провожатые до дома. – Пол отбросил покрывало и вскочил на ноги. – Видеть тебя не хочу!

– Пол, не кипятись, – забормотала я, почему-то уязвленная его реакцией. – Прости, правда, но я ведь говорила, что не готова.

– А я сказал, что видеть тебя не хочу, – процедил Пол, натягивая боксеры. – Либо ты мне даешь, либо идешь к черту.

Не успела я открыть рот, как дверь в спальню распахнулась.

– Не сюда, – ворковала Даниэла, волоча обнаженного по пояс Джоуи за ремень. – Лучше пойдем в мою комнату.

Боль пронзила меня, словно острый нож.

После нашего расставания Джоуи явно успел закинуться чем-то поинтереснее водки – его взгляд помутнел, расфокусировался. Покачнувшись, он обнял Даниэлу за талию и привлек к себе.

– Тут зашибись.

Ох.

Меня как будто ударили в живот.

Дыхание перехватило от боли.

– Ой, прошу прощения, – пискнула Даниэла, заметив нас. – А мы тут… – Она осеклась, покраснела. – Ну, в общем, знаете…

– Все нормально. – Сглотнув подступающую к горлу желчь, я повернулась спиной к двери, застегнула лифчик и быстро натянула джинсы. – Мы уже уходим.

– Вот видишь? – процедил Пол, прежде чем швырнуть мне футболку. – Они трахаются. И спорим, кое-кому не пришлось уламывать ее три с половиной года! Черт, Ифа, да это ведь совершенно естественная потребность для парня моего возраста!

– Правая и левая тебе в помощь. Удовлетворяйся сколько влезет, – зашипела я, расправляя футболку.

В глазах защипало от слез.

– Иди в задницу! – ухмыльнулся Пол. – И да, домой потопаешь одна. Надеюсь, по пути тебя не подстережет какой-нибудь маньяк.

– Все, Даниэла, спальня свободна. – С пылающими щеками я сунула ноги в балетки и направилась в двери.

По закону подлости Джоуи привалился к косяку, загораживая проход.

Зашибись.

Просто зашибись.

Его глаза скользнули по мне, и, клянусь, на долю секунды в них вспыхнуло узнавание. Но потом Джоуи покачал головой и отвернулся.

– С ним все хорошо? – спросила я, протискиваясь в коридор.

– Лучше не бывает, – заверила Даниэла и, закинув руку Джоуи себе на плечи, повела его по коридору в свою комнату. – Счастливого Нового года.

Чем бы они ни занимались в спальне, Даниэла явно добилась своего, потому что вниз она пришла довольная – чуть ли не порхала от счастья.

Презирая себя за жгучую ненависть к девушке, которая не сделала мне ничего плохого, я пыталась отвлечься от мрачных мыслей, но тщетно.

Подавленная и абсолютно трезвая, я устроилась на диване в гостиной и наблюдала, как толпа потихоньку рассасывается. Мало-помалу в доме осталось лишь несколько человек.

Мне давно следовало топать домой, но ноги отказывались двигаться к двери. Я не могла уйти, пока он там, наверху, совершенно невменяемый.

По-хорошему, мне стоило думать о Поле, тосковавшем в одиночестве, но все мои мысли занимал Джоуи.

Мне нравилось, что он немного чокнутый.

Меня восхищала его резкость, а потерянность умиляла.

Мою симпатию не поколебало даже то, что он занимался с моей одноклассницей тем, чего так добивался от меня Пол.

Ну и какой вывод?

Я, блин, запала на него.

Запала так, что грудь распирает от боли.

Господи.

Не в силах больше томиться неведением, я рванула на второй этаж, по дороге перехватив взгляд Даниэлы, брошенный на меня из кухни.

Держи себя в руках.

Держи себя в руках.

Держи себя в руках.

Обогнув балюстраду, я миновала спальню, где мы были с Полом пару часов назад, и твердым шагом направилась к комнате в дальнем конце коридора.

Приоткрытая дверь бесшумно отворилась от моего толчка.

– Джоуи? – шепотом окликнула я и на ощупь двинулась к кровати.

Отыскала на тумбочке ночник, зажгла его, и комната озарилась мягким светом.

– Джо?

– Моллой, – простонал он, зарывшись лицом в матрас.

Сердце одновременно екнуло и заныло.

Екнуло, потому что даже под кайфом Джоуи узнал мой голос.

Заныло, потому что он, надо думать, совершенно голый, распростерся на чужой кровати, а на полу валялся использованный презерватив.

– Ты в порядке? – спросила я, разглядывая очертания его тела под розовым одеялом Даниэлы.

Одеяло закрывало его до пояса, на голой спине темнел огромный вытатуированный крест.

– Нет, – выдавил Джоуи, не поднимая головы. – Мне хреново.

Судорожно вздохнув, я осторожно опустилась на краешек кровати.

– Чем ты обдолбался?

– Я угашенный в хлам. – Джоуи заерзал на постели. – Опять.

– Заметно. – С тяжелым вздохом я погладила его по плечу и ощутила, как мышцы напряглись от моего прикосновения. – Ну и что мне с тобой делать?

Слова застряли в горле при виде длинного, дюймов в пять или шесть, шрама, по диагонали пересекавшего спину и почти полностью скрытого татуировкой – если не присматриваться, не заметишь.

– Это от ремня? – прошептала я, зачарованно водя пальцем по рельефным бороздам и замысловатым рубцам, испещрявшим смуглую кожу.

Среди множества застарелых, глубоко отпечатавшихся шрамов попадались и совсем свежие.

– А это?

– Наверное, – сонно забормотал Джоуи. – Не смотри.

– Джо, кто это сотворил? – С замиранием сердца я водила рукой по изуродованной коже и вздрагивала всякий раз, наткнувшись на очередной рубец. – Откуда у тебя столько шрамов? Только не говори, что подрался.

– Подрался. – Джоуи пропустил мою просьбу мимо ушей и перекатился на спину. – Зараза, башка раскалывается.

– Еще бы. – Я пригладила ему волосы. – Странно, как она у тебя вообще не лопнула.

– Это и впрямь ты. – Джоуи с трудом приоткрыл один глаз. – Думал, меня глючит. – Он сидел передо мной, совершенно одуревший от наркотиков, щека и рот были перепачканы помадой. – Привет.

– Привет. – От ревности у меня скрутило живот. – Не разменивайся на таких, – тихо процитировала я его же фразу, сказанную когда-то в адрес Пола.

Взгляд Джоуи сделался осмысленным, ноздри затрепетали.

– Моллой.

– Мне очень больно. – Я осторожно стерла помаду с его лица. – Больно видеть тебя таким.

– Я никогда не сделаю тебе больно, Моллой, – забормотал Джоуи. Его речь была такой же невнятной, как и вся жизнь. – Скорее умру.

– Не говори так.

– Это правда. – Джоуи протяжно застонал. – Единственный правильный поступок, который я совершил за всю жизнь, – это оставил тебя в покое.

Я поспешно сморгнула набежавшие слезы, но одна предательская слезинка успела сорваться с ресниц и приземлилась прямо на грудь Джоуи.

– Ты плачешь. – В мутных глазах Джоуи вспыхнула тревога. Он приподнялся на локтях. – Почему? Что я натворил?

– Ничего. – Я покачала головой и заправила выбившуюся прядь за ухо, щекой ощущая его горячее дыхание. – Со мной все прекрасно.

Джоуи оглядел незнакомую спальню и озадаченно нахмурился.

– Я что? – Он выпрямился и в панике уставился на меня. – Мы с тобой?..

– Нет. – Собравшись с духом, я озвучила горькую правду. – Не со мной.

– Вот блин. – Джоуи заметно обмяк. – Моллой.

– Уходи отсюда. – Горло сдавило отчаянием. Я покосилась на матрас, насквозь пропахший сексом. – Из этой постели. – Я порывисто вздохнула и, проклиная себя за жалобный тон, добавила: – От нее.

Джоуи взял меня за подбородок, вынуждая поднять голову, и посмотрел так пристально, что зеленая радужка потемнела до черноты.

– Хорошо, – произнес наконец он, исследуя пальцем контуры моей нижней губы; я прильнула щекой к его широкой ладони. – Уйду.

Вскоре я брела знакомой тропой к дому.

Натянув капюшон и сунув руки в карманы худи, Джоуи выглядел в точности так, как и во все предыдущие разы, когда он провожал меня домой.

Слегка взвинченным и безумно сексуальным.

У меня не осталось ни сил, ни энергии на то, чтобы обмениваться с ним подколами, да и вообще разговаривать.

Поэтому мы шли в гробовом молчании, горькое послевкусие нависало над нами облаком.

– Спасибо, – кивнула я, когда мы добрались до калитки. – За то, что проводил, и вообще.

– Всегда пожалуйста. – Не вынимая рук из карманов, Джоуи наблюдал, как я захожу во двор. – Увидимся после каникул.

– Да. – Я помедлила у калитки под пристальным взглядом Джоуи. – Непременно.

Джоуи коротко кивнул, однако уходить не спешил. Впрочем, я тоже.

– Я думал, что натворил сегодня дел, – нарушил он тягостное молчание. – Очнулся, увидел тебя рядом и перепугался, что совершил нечто непоправимое. У меня камень с души свалился, когда ты сказала, что ничего не было. – Джоуи горестно вздохнул и добавил: – А сейчас ловлю твой взгляд и думаю, что лучше бы мы переспали. – Он покачал головой и отвернулся. – Тогда я хотя бы понимал, почему ты смотришь на меня с таким разочарованием.

– Джо! – порывисто крикнула я ему вслед. – Джоуи, погоди, мне…

– Еще увидимся, Моллой, – бросил он через плечо.

И растворился во мраке.