24 декабря 2003 года

ИФА

Если Джоуи собрался полночи просидеть в припаркованной у гаража машине, значит будем сидеть.

Плевать, что на улице минус два и я в униформе продрогла до костей. Зато рядом со мной Джоуи точно не натворит глупостей.

Не накачается наркотой.

В компании с ним время летело незаметно. Я развлекала его разными историями из своей жизни и даже оглянуться не успела, как прошло несколько часов.

Пускай Кевину достались мозги, зато я получила дар разговорить даже мертвого.

Серьезно. Я умела построить диалог из ничего и втянуть в беседу самого замкнутого молчуна типа Джоуи.

– А он такой заявляет: детка, у меня вся постель благоухает тобой, но запах так быстро выветривается. Может, заглянешь обновишь? – Рассказывая про вчерашний звонок Пола, я изобразила рвотный позыв. – Представляешь? – Я со смехом закатала рукава худи, галантно одолженного Джоуи. – Парень, ну ты сам-то себя послушай!

– Господи, жуть, – простонал Джоуи, закрыв лицо рукой. – Почему делает он, а стыдно мне?

– Да не говори. – Я сопроводила свои слова энергичным жестом. – Такая же тема.

– Ну а ты что ответила?

Мои губы растянулись в злорадной ухмылке.

– Посоветовала ему пшикнуть на подушку духами, выключить свет и хорошенько передернуть.

Джоуи запрокинул голову и захохотал:

– А ты коварная.

– Сам напросился! Ну реально, чего он ожидал? Что я метнусь к нему домой и начну тереться о матрас, как кошка, которая метит территорию? Тогда дурачку нужно попрощаться с иллюзиями.

– Как вариант, – со смехом отозвался Джоуи. – Если ты не в курсе, чувак просто на тебе помешался.

– Нет, Пол помешан на этом. – Я обвела ладонью свое тело. – И совершенно не интересуется, что у меня здесь. – Я постучала пальцем по виску. – Он меня толком не знает, Джоуи. Без шуток. Пол повернут на внешности. Уверена, его бы устроило, если бы я вообще не открывала рот и тупо улыбалась, как кукла на витрине.

– Тогда зачем, Моллой? – Джоуи не стал ходить вокруг да около; зеленые глаза смотрели на меня не мигая. – Ты его любишь?

– Он мне нравится.

– Это не ответ.

Сама знаю.

– Чего ты добиваешься, Джо?

– Просто пытаюсь понять.

– Что именно?

– Тебя и его.

– Боже мой, – развеселилась я. – И давно мы ломаем голову?

– Весь вечер.

Я порывисто вздохнула и задумалась, прикидывая, как бы потактичнее выразить наболевшее: «Если хочу выбросить тебя из головы, мне нужен твой антипод». Поразмыслив, я ограничилась фразой:

– С Полом надежно.

В отличие от тебя.

– Надежно? – переспросил Джоуи.

– Типа того. Только не считай меня идиоткой. Я в курсе, что наши отношения далеки от идеала. Очень далеки. Поэтому я воспринимаю их безо всяких иллюзий и розовых очков. – И главное, не останусь с разбитым сердцем. – Пол не цепляет меня настолько, чтобы запудрить мозги.

– Звучит стремно.

– Зато безопасно.

Чего не скажешь о тебе.

– Получается, он для тебя как защита.

– Защита?

– Ну да, от ошибок и разочарований. – Джоуи наморщил лоб. – Вопрос: почему тебе до сих пор не надоело?

– Не знаю, – честно ответила я, пожимая плечами. – Это ведь единственные отношения, которые были у меня с первого года. Плюс с Полом комфортно. Самой напрягаться не нужно, зато он явно хочет быть рядом.

В отличие от некоторых.

Джоуи смотрел на меня не отрываясь и наконец медленно покачал головой:

– Долго вы не протянете.

– Думаешь? – Да уж самой не особо хочется. – А почему нет?

– Потому. – Он снова тряхнул головой. – Чем строить отношения на комфорте, лучше не строить их в принципе.

– Тоже мне эксперт, – фыркнула я. – К твоему сведению, комфортные отношения хороши своим комфортом.

– Чушь собачья. В комфортных отношениях нет ни хрена хорошего, – сощурившись, возразил Джоуи. – Спутника жизни выбирают не по удобству, а по любви, Моллой. Любви, от которой сносит башню. Спутником жизни должен быть только тот, от кого тебя вечно потряхивает. С кем ты постоянно близок к самоубийству от переизбытка чувств. С кем захватывает дыхание, без кого не можешь существовать. А главное, не хочешь. Без кого сама жизнь полностью теряет смысл. С кем тебя постоянно швыряет вверх-вниз, как на американских горках, с кем нет ни минуты покоя. Это называется любовью, Моллой. И уж лучше любить, чем лезть в кабалу к человеку, с которым у тебя нет ничего общего, кроме комфорта.

Ничего себе!

У меня перехватило дыхание, сердце колотилось с бешеной скоростью.

– Ты правда так думаешь?

– Не думаю – я уверен. – Джоуи не колебался ни секунды. – В твоем случае это единственный вариант.

– А в твоем?

– В смысле, в моем?

– Ты тоже стремишься к огромной, всепоглощающей любви? – прошептала я, ощущая, как ускоряется пульс.

– Нет, – безучастно бросил он.

Внутри все опустилось.

– Почему нет?

– Чтобы полюбить человека, ты должен им дорожить, – отчеканил Джоуи. – Не моя история.

Настал мой черед сказать: «Чушь собачья». Я развернулась на сиденье и, подражая его интонациям, раздельно произнесла:

– Ты дорожишь мною, Джо.

– Ты мой друг.

– Именно. Друг, который тебе дорог.

– Моллой…

– Дорожить кем-то – не преступление.

– Никем я не дорожу! – огрызнулся Джоуи.

– Нет, дорожишь, – прищурилась я.

– Слушай, я живу сам по себе, и меня такой расклад вполне устраивает! – выпалил Джоуи и провел рукой по волосам. – Мне плевать на всех, потому что другого я позволить себе не могу. У меня нет ни времени, ни возможности заботиться о ком-либо, помимо семьи. Вот такой я человек, Моллой. Дорожу только самыми близкими, и да, другого я позволить себе просто не могу.

– Хреново, Джо. Ты-то мне очень дорог, – сказала я, испытывая разом обиду, досаду и еще целую гамму противоречивых чувств. – Всегда был и будешь.

Я понимала, что совершаю огромную глупость.

Но к сожалению, сердцу не прикажешь.

Не прикажешь отвернуться от того, кто дорог тебе вопреки всему.

– Моллой, почему ты не можешь просто промолчать? – простонал Джоуи, закрыв лицо руками. – Почему вечно перегибаешь палку? Держи свои сюси-пуси при себе, пожалуйста!

– Типа как ты? – не дрогнула я. – Знаешь, Джо, рано или поздно ты перестанешь врать самому себе и признаешься в своих чувствах.

– Мне не в чем признаваться.

– Очень даже есть, не прикидывайся.

– Ошибаешься.

– Ты просто боишься признаться. – Я погрозила ему пальцем. – Боишься, ведь тогда придется признать и еще кое-что: рядом сидит девушка, которая очень дорожит тобой, дорожит, потому что не может иначе! И ей не нужно от тебя ничего, кроме дружбы! Эта девушка прекрасно знает, каким мудаком ты иногда бываешь, но ей плевать, потому что ты ей очень дорог. Дорог, невзирая на твои заскоки, а может, именно из-за них. – Я в отчаянии всплеснула руками. – Сейчас хрен разберешь.

– Может, когда-нибудь до тебя дойдет, ради чего я бьюсь как рыба об лед! – выпалил Джоуи и порывисто вздохнул. – Дойдет, от чего я пытаюсь тебя уберечь, хотя ты всячески подталкиваешь меня к обратному.

– Подталкиваю к чему? – От лихорадочного стука сердца закладывало уши. – Дружить со мной?

– Ко всему! – взорвался Джоуи. – Твою ж мать!

Грозно сверкая глазами, я подалась вперед и толкнула его. В самом буквальном смысле. Обеими руками.

– Вот так подталкиваю, жалкий ты трус?

– Даже не начинай, – пригрозил Джоуи, выставив локоть. – Даже не думай творить такое со мной. Добром это не кончится.

– Поздно спохватился. – Я снова толкнула его в грудь, потом еще и еще, для пущего эффекта. – Ну давай, ты же у нас такой крутой! Через физические тычки до тебя лучше доходит.

– Ты задолбала! – Джоуи опрокинул меня на спину, прижал руки к бокам и навалился сверху. – От тебя смердит отчаянием, а это ни хрена не возбуждает.

Он бросал мне в лицо чудовищные, обидные фразы, хотя взгляд говорил об обратном. Джоуи нависал надо мной, тяжело дыша; мои мышцы сводило судорогой от напряжения.

– С чего бы дорожить той, кто предлагает себя на блюдечке? – Сощурившись, он наклонился еще ниже и зашипел: – Посмотри на себя! Встречаешься с другим парнем, а сейчас разлеглась передо мной, как шлюха.

Последняя фраза ударила наотмашь, как пощечина.

– Уберись с меня! – зарычала я, почти не владея собой. – Скотина!

– Да без проблем! – Взбешенный Джоуи резко выпрямился.

– Какой же ты козел! – Я распахнула дверцу и выскочила из машины. – Как тебя вообще земля носит?!

– А ты – конченая стерва! – завопил он, выпрыгивая следом. – Эй, куда собралась?

– Подальше от тебя!

– Это твоя тачка, Моллой.

Черт.

– Насрать!

– Ты босая.

Дважды черт.

– Насрать!

– Моллой, тормози! Успокойся. – В суровом тоне Джоуи сквозила растерянность. – Куда ты пойдешь посреди ночи?

– Домой! Или ты боишься, что на такую доступную подстилку найдутся желающие?

– Ты можешь притормозить на секундочку…

– Пошел на хер… и не вздумай переться за мной.

– Моллой, тормози.

– Не смей мне указывать, скотина! – Я прибавила скорость и, свернув за угол, перебежала дорогу.

В преддверии Рождества из баров и пабов валом валил народ.

– Постой, погоди… – Сильные руки обхватили меня сзади, прижали к груди. – Да стой ты!

– Пусти! – Широкие ладони сомкнулись на моих бедрах, и меня бросило в дрожь. – Пусти, кому сказано!

– Я накосячил, – севшим голосом прошептал Джоуи, обжигая дыханием мне щеку. – Прости.

– Нет. – Сердце стучало как бешеное. – Ты меня обидел.

– Давай помиримся, Моллой.

– Нет. – Я покачала головой и, изогнувшись, посмотрела на него поверх плеча. – Ты специально выбирал слова побольнее. Если я тебя прощу, будет обидно вдвойне.

– Может, и выбирал. – Зеленые глаза, полные тоски и раскаяния, прожигали меня насквозь. – Но я не нарочно. – Джоуи судорожно перевел дух. – Больше такого не повторится.

Нарочно или нет, но легче от этого не становилось.

– Не могу, – срывающимся голосом ответила я и отступила на шаг. – Ты очень меня обидел.

– Ты мне дорога. – Джоуи взял меня за горловину худи – его же худи – и притянул к себе. – Ты мне дорога, дорога, – повторял он, не отрывая от меня взгляда. Ладонь переместилась с худи мне на затылок. – Даже слишком.

– Наконец-то. – Обмякнув, я с протяжным вздохом подалась вперед и уронила голову ему на грудь. – Это все, что от тебя требовалось.

– Знаю, Моллой. – Джоуи уткнулся подбородком мне в макушку и тяжело вздохнул. – Знаю.