23 декабря 2003 года

ИФА

– Кстати, детка, можешь не тратиться мне на подарок. Единственное, о чем я мечтаю… – объявил Пол во вторник, устроившись напротив меня в «Закусоне» после обеденного аншлага.

До Рождества оставалось два дня, и от клиентов не было отбоя.

– Даже не начинай! – Я перегнулась через стол и зажала ему рот ладонью. – Серьезно, Пол, мой перерыв заканчивается через две минуты, и у меня нет ни малейшего желания тратить их на ссоры.

Он развел руками:

– А кто ссорится?

– Мы, – огрызнулась я, убирая ладонь. – Ты точно нарвешься, если будешь и дальше разводить меня на секс.

– Ифа, ну перестань. – Пол смотрел на меня в упор, в карих глазах читалось едва сдерживаемое отчаяние. – Мы встречаемся целую вечность.

– Три года – не вечность, а капля в море, – парировала я, делая глоток кофе.

– В феврале будет четыре, – возразил Пол.

– Вычти из этих четырех лет все те разы, когда мы расставались, и получится два, – моментально нашлась я.

– Ифа! – рявкнул Пол, схватив меня за руку. – Прекращай. Я честно терпел, не настаивал, ждал.

– И кое с кем спал, правда? – не вытерпела я. Похоже, Пол забыл, как развлекался в наш разрыв на третьем году.

– Ты опять за свое? – сердито фыркнул Пол. – Это было два года назад. Мы расстались, а потом ты вроде бы меня простила. По факту я тебе не изменял.

– Безусловно. Мы поссорились, а через два часа ты уже совал член в эту темноволосую шлюху из Томмена, – процедила я. – Как там ее звали? Элла?

– Белла. – Полу хватило ума опустить голову. – Белла Уилкинсон. Сколько раз повторять: она для меня ничего не значила. Я был пьяный и расстроенный. Не каждый день тебя бросает девушка.

– Насколько мне известно, желание побыть одной после того, как твой парень прилюдно обозвал тебя шлюхой, – ни разу не повод напиваться и трахать первую попавшуюся девицу. Хотя что я понимаю в мужской логике.

– Клянусь, это был просто секс без обязательств, – заверил Пол. – Я даже толком его не помню, Ифа. Честно. Просто секс.

– Ладно, ты меня убедил. Но раз уж мы на одной волне, пора бы тебе понять, что для меня не существует такого понятия, как «просто секс».

– Да ну? А по-моему, в мире Ифы Моллой секс вообще как единорог! Все слышали, но никто не видел. Причем оральный – пожалуйста, но обычный – боже упаси.

Я закатила глаза:

– Если будешь так беситься, это делу не поможет.

– И все-таки интересно, что, блин, должно произойти, чтобы ты раздвинула ноги, – не скрывая ехидства, проворчал Пол. – Подарить тебе гребаное кольцо?

Я уже открыла рот, чтобы высказать все, что думаю, но тут Гарри, мой босс, демонстративно постучал по циферблату часов.

– Мне надо работать. Будем считать, тема закрыта, – сообщила я, поднимаясь из-за стола, чтобы завязать фартук. – Вернемся к ней, когда я буду готова. Как только это случится, ты узнаешь первым.

– Все из-за него, да? – Пол схватил меня за запястье и притянул обратно. – Никак не выбросишь его из головы? – Он презрительно сощурился. – Только ему не до тебя, Ифа. Он у нас перетрахал половину…

– Дело не в нем, Пол. Просто я не готова. – Я резко высвободилась. – А сейчас извини, у меня работа.

– Как скажешь, – отмахнулся Пол. – Ты же любишь, когда на тебя пускают слюни.

– Гарри, прости. – Забив на рассерженного придурка у себя за спиной, я поспешила к стойке. – Совсем потеряла счет времени.

– Ничего страшного, милая, – заверил меня старик. – Народ потихоньку стекается во второй зал, работы будет достаточно. Ты у нас заведуешь едой и посудой. Ни в коем случае не бери заказы на спиртное. – Гарри покосился на моего бойфренда. – Не хватало, чтобы маленькая птичка нащебетала своему папаше, что семнадцатилетняя подружка его сыночка разносит алкоголь.

– Не волнуйся, Гарри, у меня комар носа не подточит. – Я похлопала его по плечу и подмигнула. – Чем меньше знает сынок копа, тем крепче спит.

– Умница, Ифа. – У старика отлегло от сердца, на морщинистом лице заиграла улыбка. – Продолжай в том же духе.

С блокнотом и ручкой я направилась во второй зал, где меня облепили изнемогающие от голода и жажды посетители.

Улыбнувшись про себя, я расправила плечи и, выставив вперед грудь, шагнула к столику, занятому шумной компанией:

– Добрый день, господа. Определились с выбором?

О да, сегодня мне светят баснословные чаевые.

Мне пришлось задержаться еще на несколько часов после смены – поток желающих отметить Рождество не иссякал. Вместо шести вечера освободиться удалось после девяти. Из паба я направилась прямиком к отцу в надежде, что он подбросит меня до дома.

Однако в окнах СТО было темно.

– Проклятье! – С досады я пнула металлическую дверь. – Просто отлично!

Глухо застонав, я прижалась лбом к прохладной створке и прикинула в уме варианты.

После одиннадцатичасовой смены топать пешком на высоченных каблуках?

Сразу отпадает.

Позвонить отцу и выслушать: «Доедешь сама, машина есть»?

Нет, не катит.

Пальцы нащупали ключ от машины в кармане пальто, но при одной мысли, что придется сесть за руль, у меня подкосились ноги.

Ненавижу водить!

Весь процесс просто вымораживал.

Вымораживал и пугал настолько, что ржавое ведро под названием «опель-корса», подаренное в сентябре отцом на семнадцатилетие, по-прежнему пылилось в гараже.

Без шуток, я так боялась водить, что категорически отказывалась даже подгонять «опель» к дому.

В Ирландии, в отличие от большинства стран, закон смотрит на начинающих водителей сквозь пальцы. По сути, ты просто сдаешь теорию, получаешь у инспектора ученические права – и гоняй сколько влезет. Не нужно посещать кучу занятий, соблюдать тучу правил, отравляющих жизнь моим кузенам в Лондоне. Да чего говорить, мама катается по ученическим правам уже двадцать лет, а полицейским вообще без разницы. Даже не заморачиваются.

Ученические права я получала с единственной целью – чтобы носить с собой документ, который, когда стукнет восемнадцать, позволит беспрепятственно выпивать в барах.

Короче, о вождении я думала в последнюю очередь – в отличие от папы.

– Не люблю выступать в роли Капитана Очевидность, Моллой, но если дверь заперта, а свет не горит, значит заведение закрыто, – раздался знакомый голос.

От неожиданности я подпрыгнула и увидела, как из-за угла выворачивает Джоуи.

– Господи, – прошипела я, напуганная его внезапным появлением в темноте. – А ты что здесь делаешь?

– Закрываю лавочку, – сухо пояснил он. – Если ищешь отца, зря стараешься. – Джоуи выудил связку ключей и запер боковую калитку. – Он еще в обед двинул с ребятами в бар.

– А тебя не взяли? – притворно огорчилась я.

– Как видишь.

– Надо дожить до восемнадцати, чтобы ощутить все прелести работы, да?

– Мне бы до семнадцати дотянуть, – ухмыльнулся Джоуи.

– Дотянешь. Ты ведь у нас родился под Рождество?

– Бери выше – в самое Рождество, – откликнулся Джоуи, пряча ключи в карман.

– Хреново, – искренне посочувствовала я. – Представляю, мимо скольких подарков ты пролетел под лозунгом: «Это тебе и на Рождество, и на днюху».

– Никогда не заморачивался на эту тему, Моллой. Я вообще не заморачиваюсь из-за подарков.

– Восхищаюсь твоим благородством, Джоуи Линч. Лично я бы закатила знатную истерику, если бы мне пришлось делить свою днюху с Иисусом.

Джоуи засмеялся – по-настоящему, искренне – и шагнул ко мне:

– Ну, ты попросишь или так и проторчим здесь всю ночь?

Сердце заныло в предвкушении.

– Попрошу о чем?

– Проводить тебя до дома.

– Ладно, – судорожно вздохнула я. – Джоуи Линч, проводи меня до дома.

– Разве так просят? – подкалывал Джоуи, с улыбкой привалившись к двери. Зеленые глаза прожигали меня насквозь. – А где «пожалуйста»?

Господи, какой он красивый, когда улыбается.

– Есть идея получше, – сообщила я и дальше выкинула невероятный финт – достала из кармана ключи и помахала ими перед носом Джоуи. – Может, подвезешь меня?

Хотя Джоуи у нас мастер скрывать свои чувства, сейчас в его взгляде мелькнул неприкрытый восторг.

– Мне семнадцать только через два дня. По закону не могу водить ничего, кроме трактора.

– Факт, – согласилась я, наблюдая, как Джоуи косится то на меня, то на ключи. – Значит, придется нарушить закон. – Я погремела связкой. – Но разве тебя это когда-нибудь останавливало?

Джоуи долго разглядывал меня и наконец хмыкнул:

– Давай сюда ключи.

Мы чуть не стерли шины, выписывая кренделя на пустой парковке, а потом «опель» свернул за угол супермаркета – возбужденно повизгивая от восторга, я зажмурилась и хихикнула.

– Осторожнее, тротуар!

– Расслабься, Моллой. За рулем профи.

Не поспоришь.

Даже без прав Джоуи виртуозно управлялся с тачкой. Подозреваю, свою роль тут сыграли годы работы под началом моего папы.

Под ревущую из динамиков и как никогда актуальную «’03 Bonnie & Clyde» в исполнении Бейонсе и Джей-Зи я цеплялась за переднюю панель, пока отчаянный парень на водительском сиденье впечатывал педаль в пол. Совместная поездка наполняла меня энергией и ощущением поистине запредельной власти. Казалось, мы с Джоуи способны покорить мир. Пьянящее чувство!

– С наступающим днем рождения меня, блин! – хохотал довольный Джоуи, включая пятую скорость и оставляя огни Баллилагина позади. – Куда едем, Моллой?

С тобой – хоть на край света.

– Куда угодно, только не прикончи меня по дороге, – взмолилась я и, ойкнув, расхохоталась, когда «опель» подбросило на очередной колдобине.

Джоуи с ухмылкой покосился на меня:

– Постараюсь, но не гарантирую.

Намотав кучу миль на спидометре, мы ехали вдоль пляжа. Теперь за рулем сидела я, а Джоуи веселился, глядя на мои неуклюжие потуги.

– Ни хрена не получается! – (Двигатель кашлянул и заглох третий раз подряд.) – Мне просто не дано. Смысл напрягаться?

– А ты напрягись, – без тени сочувствия процедил Джоуи, поигрывая моими шпильками. – Я своими ушами слышал, как твой отец обещал продать «опель» Дэнни Рейлли, если ты не начнешь водить, а продолжишь просто слушать музыку в машине.

– Да ради бога. – Раскрасневшаяся, с босыми ногами, я повернула ключ зажигания и попыталась тронуться с места. – Мне вообще нельзя управлять средством повышенной опасности.

– Ага, повышенной, особенно на первой передаче, – фыркнул Джоуи. – Соберись, Моллой. Немного проехала и переключаешь на вторую.

– Не могу.

– Не можешь?

– Ну правда!

– Хватит ломаться. Переключай.

Я сосредоточилась, дернула рычаг, но проклятую штуковину как будто заело.

– Эта тачка меня ненавидит. – Всхлипнув, я рванула коробку передач и вздрогнула, когда мотор негодующе заревел.

– О боги, объясняю еще раз. Сжала рычаг. – Джоуи перегнулся через сиденье, накрыл мою ладонь своей и мастерски включил вторую передачу. – Теперь сцепление, – наставлял он, пока я пыталась подавить дрожь, вызванную его прикосновением. – Отлично, включаем третью. Видишь? Так у тебя не полетит двигатель. Все не так страшно, как ты себе напридумывала.

– Да, но это ужас как сложно, – пожаловалась я, вцепившись обеими руками в руль. – Ногу на педаль, руки на руль, глаза на дорогу, а еще эта чертова коробка. – У меня вырвался сокрушенный вздох. – Я всегда говорю папе: нельзя делать столько разных дел одновременно.

– Мне казалось, женщины по природе многозадачны.

– Перед тобой исключение, – выдавила я, поспешно выворачивая руль, чтобы объехать груду наметенного песка. – Все, не могу больше. Меня бесит эта колымага.

– Тебя бесит не машина, а твоя неспособность контролировать ситуацию, – возразил Джоуи. – Новый опыт, все такое. Понятное дело, тебе страшно. Ничего, со временем освоишься.

– Откуда такие познания? – сощурилась я. – Почему ты водишь лучше, хотя младше меня на три месяца?

– Мы тут не соревнуемся, кто кого. – Джоуи со смехом покачал головой. – А за познания скажи спасибо своему отцу.

– Повезло тебе, – буркнула я. – Мне он тупо всучил ключи со словами: «Езжай».

– Через пару месяцев ты будешь вспоминать этот вечер и смеяться.

– Сомневаюсь, – проворчала я, глядя прямо перед собой в темноту. – Очень сильно сомневаюсь.